Извилистая дорога

10 марта 2000

      — Я позабочусь об этом, — сказала Андромеда. — Это твой день рождения.       Ремус взмахнул палочкой, отправляя стаканы в раковину. — Я не против помочь. Вечеринка, наконец, закончилась, все разошлись по домам около двадцати минут назад.       — Гермиона нашла тебя? — спросила Андромеда, повернувшись к нему спиной.       — Ах, да, — Ремус попытался скрыть румянец на лице. Не то чтобы он не хотел, чтобы Андромеда знала, что произошло между ним и Гермионой. Он просто хотел сначала поговорить обо всем с Гермионой.       — Все в порядке? — спросила Андромеда. — Она выглядела немного… несчастной, когда я говорила с ней. Она повернулась к нему, а он отвернулся от нее, делая вид, что- то ищет.       — Да, все хорошо, — сказал он. — Я думаю, она просто немного устала.       — Мм, — уклончиво сказала Андромеда. Ремус случайно взглянул на нее краем глаза. Она осматривала комнату, проверяя, нет ли чего-нибудь еще неуместного. — Я полагаю, что мы закончили уборку.       — Еще раз спасибо за вечеринку, — сказал Ремус. — В этом не было необходимости.       — Это именно та причина, чтобы сделать это, не так ли? — она улыбнулась, когда Ремус усмехнулся.       — Я полагаю, что да. У тебя есть какие-нибудь планы на завтра? — спросил он, пытаясь звучать беспечно.       — Нет.       Ремус кивнул. — Мне нужно поговорить с Гермионой во второй половине дня. Я подожду, когда Тедди заснет.       — О, — сказала Андромеда. — О чем?       Ремус повернулся к столу, на котором они поставили все напитки, желая, чтобы там было что-нибудь, чем он мог бы заняться. Он ограничился тем, что взмахнул палочкой и отправил все в противоположную сторону комнаты, где они обычно стояли. — Что-то о ее предложении насчет оборотней. Она не рассказала мне слишком много подробностей.       — Я понимаю, — сказала Андромеда. Ремус почти чувствовал ее ухмылку. — Ну, я полагаю, тогда тебе лучше с ней увидеться.       — Я не должен сильно задержаться. Он повернулся к своей теще, которая просто улыбнулась ему с понимающим взглядом в глазах.       — Потрать столько времени, сколько нужно.       Ремус мгновение не отвечал, затем натянуто улыбнулся ей. — Думаю, я пойду спать.       Андромеда кивнула, улыбка все еще была на ее лице. — С днем рождения, Ремус.

──────── • ✤ • ────────

11 марта 2000

      Гермиона лежала в постели с улыбкой на лице. После того, как она ушла от Ремуса прошлой ночью, она не могла сдерживать улыбку, и ей стало интересно, улыбалась ли она все время, пока спала. Конечно, сны, которые у нее были, вероятно, помогли с этим.       Она взглянула на часы и была удивлена, увидев, что было почти девять. Обычно она не спала так поздно, даже в выходные. Она смутно помнила, как Живоглот приходил беспокоить ее еще до того, как рассвело, но она натянула одеяло на голову и проигнорировала его. Должно быть, он не был слишком настойчив, если она смогла так быстро снова отключиться.       Она не могла отрицать, что, какой бы счастливой она ни была, она все еще немного нервничала из-за разговора с Ремусом сегодня. У него была привычка отговаривать себя, если предоставлялась такая возможность. Тем не менее, он признался ей, что больше не хочет убегать. Он никогда не намекал на это раньше.       Гермиона задавалась вопросом, что заставило его передумать. У нее возникло ощущение, что его опасения по поводу Тедди, вероятно, разрешились после того, что случилось с камином. И было похоже, что осенью у него может появиться работа. Но у него все еще были другие причины. Гермиона ничего не могла поделать с тем фактом, что он был оборотнем или что он был старше ее. Она также не могла контролировать, что другие люди подумают об их отношениях.       Прикусив губу, Гермиона пожалела, что не осталась на вечеринке еще немного. Она дала Ремусу довольно много времени, чтобы все обдумать и пересмотреть. И он не собирался быть здесь по крайней мере до половины двенадцатого. У него было достаточно времени, чтобы передумать.       Злясь на себя за то, что разнервничалась, она сбросила одеяла и выбралась из кровати. Лежать здесь и беспокоиться об этом не принесло бы ей никакой пользы. Она спустилась вниз и накормила Живоглота поздним завтраком, который был очень недоволен этим. Гермиона приготовила себе чай и тосты, желудок слишком часто переворачивался, чтобы позволить что-то еще.       Ей нужно было отвлечься, если она намеревалась пережить утро, не сведя себя с ума окончательно. Она оглядела кухню. Хотя она обычно содержала все в чистоте с помощью магии, прошло довольно много времени с тех пор, как она хорошенько мыла кухню маггловским способом. Уборка дала бы ей много работы, не требующей слишком большой концентрации. Она была уверена, что ее мысли сегодня будут немного блуждать.       Приняв решение, Гермиона поднялась наверх, чтобы надеть спортивные штаны и футболку, а затем принялась за работу на кухне.

──────── • ✤ • ────────

      — Гермиона? — из гостиной раздался голос.       Гермиона выругалась. Она забыла, что Джинни сказала ей, что придет поговорить сегодня. Не то чтобы Гермиона не хотела рассказать своей подруге о том, что произошло с Ремусом, но она хотела сначала поговорить с ним, прежде чем рассказывать кому-либо. Прикусив губу, Гермиона не была уверена, сможет ли она скрыть это от Джинни. Женщина унаследовала способность своей матери узнавать правду одним взглядом. Вздохнув, Гермиона отложила тряпку и прошла в гостиную.       — Привет, Джин, — сказала она.       Джинни посмотрела на нее. — О, Мерлин, это хуже, чем я думала, — пробормотала рыжая, рассматривая спортивные штаны Гермионы и резиновые перчатки, которые были на ней.       — Прости? — сказала Гермиона в замешательстве.       — Ты убираешься, — сказала Джинни. — Без магии.       — О, ну да, кухню нужно было хорошенько почистить.       — Я иду к тебе, — сказала Джинни.       — Нет, Джинни, — начала Гермиона, но Джинни уже оторвала голову от огня. Гермиона снова вздохнула, когда камин вспыхнул и Джинни появилась перед ней.       — С тобой все в порядке? — спросила она, затем покачала головой. — Нет, конечно, нет.       — Я в порядке, Джинни.       Джинни недоверчиво посмотрела на нее. — Гермиона, у тебя на руках эти штуковины.       Гермиона закатила глаза. — Потому что я чищу плиту. Они для защиты моей кожи.       — Или ты могла бы просто использовать магию и вообще не беспокоиться о своей коже.       — Ты знаешь, мне иногда нравится убирать по-маггловски, — защищалась сказала Гермиона.       — Да, когда ты напряжена, обеспокоена или расстроена, — ответила Джинни. — В противном случае ты используешь магию.       — Не всегда, — проворчала Гермиона.       Джинни бросила на нее раздраженный взгляд. — Всегда.       — Хорошо, прекрасно, — наконец сказала Гермиона. — Но я не хочу об этом говорить.       Джинни выглядела удивленной. — Не хочешь?       — Не сейчас, — сказала Гермиона.       — Гермиона, — начала Джинни, но Гермиона покачала головой.       — Пожалуйста, Джин.       — Хорошо, — наконец согласилась Джинни. — Но зайди хотя бы на Гриммо. Ты не должна быть одна.       — Я в беспорядке, Джинни, — сказала Гермиона.       — Итак, — сказала Джинни. — Прими душ и приходи. Я буду ждать.       — Я должна закончить кухню.       — Просто закончи это с помощью магии, Гермиона.       — Нет, я хочу сделать это таким способом.       Джинни прищурилась и изучающе посмотрела на нее. — Что происходит?       — Ничего, — настаивала Гермиона. Глаза Джинни сузились еще больше. Гермиона пыталась сохранить нейтральное выражение лица.       — Я думаю, ты лжешь, — сказала Джинни. — Но не знаю, почему. Знаю, ты расстроена из-за прошлой ночи. Тебе не нужно притворяться.       Гермиона отвела взгляд, пытаясь согнать улыбку с лица. — Я просто хочу немного побыть одна, — сказала Гермиона, глядя в землю. Она никак не могла встретиться взглядом с Джинни. Она бы поняла все в одно мгновение.       — Гермиона, — сказала Джинни гораздо мягче. — Тебе не обязательно делать это в одиночку. Она шагнула вперед и взглянула на перчатки на руках Гермионы. Джинни скорчила гримасу, но все равно обняла Гермиону. Гермиона прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Она обняла Джинни локтями, держа руки подальше от спины Джинни.       — Я знаю, — сказала Гермиона. — И я поговорю с тобой об этом, но мне сначала нужно немного времени. Хорошо?       — Хорошо, — согласилась Джинни, отступая назад. — Мне это не нравится, но я не собираюсь тебя принуждать. Мы будем на Гриммо весь день, так что просто приходи, если захочешь. Или отправь мне весточку, если предпочитаешь поговорить здесь, без Гарри.       — Хорошо, — заверила ее Гермиона.       Джинни смотрела на нее еще несколько мгновений. — Ты уверена, что не происходит что-то еще?       — Нет, — сказала Гермиона.       Взгляд Джинни не дрогнул. Гермиона старалась не ерзать. Джинни наконец кивнула и повернулась обратно к камину. Гермиона тихо вздохнула с облегчением, но была вынуждена снова выдавить улыбку, когда Джинни оглянулась через плечо.       — Пока, Джин, — сказала Гермиона.       Джинни покачала головой, явно все еще что-то подозревая, но все равно махнула рукой и шагнула в огонь. Когда она ушла, Гермиона села на диван и глубоко вздохнула.

──────── • ✤ • ────────

      Гермиона стояла перед своим шкафом, переминаясь с ноги на ногу. Она закончила уборку на кухне, а затем и в ванной. Гермиона приняла душ и теперь пыталась решить, что надеть.       Она была смешной. Ремус не ожидал, что она будет прихорашиваться и наряжаться только для того, чтобы поговорить. Она наконец натянула свои самые красивые джинсы и синий топ, который мог бы быть более нарядным, если бы она носила его с брюками или юбкой. После того, как она несколько минут смотрела на себя в зеркало, она сняла топ. Похоже, она слишком старалась. Она убедилась, что чары на ее руке были на месте, прежде чем надеть один из своих лучших джемперов и спуститься вниз.       Было почти половина двенадцатого, но Гермиона не знала точно, когда Ремус доберется сюда. Вероятно, ей следовало бы что-нибудь съесть, но бабочки в животе не позволили ей. Вместо этого она заварила еще чаю, хотя бы для того, чтобы было чем заняться, пока она ждала. Поскольку Ремус не пришел, когда чай был готов, она поставила чайник под согревающее заклинание.       Гермиона устроилась на диване и попыталась читать, но, прочитав тот же абзац в четвертый раз и не вспомнив ничего из этого, она вздохнула и сдалась. Она начала жевать губу, уставившись на камин, желая, чтобы Ремус наконец появился.       Взглянув на часы на каминной полке, она увидела, что уже больше часа. Может быть, он передумал и не придет. Ее желудок перевернулся при этой мысли. Но нет, он бы так с ней не поступил. Он бы, по крайней мере, связался и сказал ей об этом.       Она встала и начала ходить. Что, если случилось что-то еще и кто-то пострадал? Что, если что-то случилось с Тедди? О боги, что, если они были на пути к Святому Мунго прямо сейчас? Гермиона подбежала к камину и схватила летучий порошок, подпрыгнув, когда пламя стало зеленым, прежде чем она смогла бросить порошок. В пламени появилось лицо Ремуса.       — Гермиона? — задал он вопрос.       Гермиона мгновение смотрела на него, не в силах ответить. Ее сердце бешено колотилось в груди. Она заставила себя сделать вдох. — Ремус. Привет.       — С тобой все в порядке? — спросил он с беспокойством.       — Да, я-я в порядке, — сказала она.       Он не выглядел убежденным. — Тогда ничего, если я пройду?       — Да-да, конечно, — сказала она. Голова Ремуса исчезла из камина.       Возьми себя в руки, Гермиона, подумала она про себя, даже когда Ремус вышел из камина. Она робко улыбнулась ему, и он ответил.       — Привет, — снова сказала она, по какой-то причине невероятно нервничая.       — Привет, — ответил он, засовывая руки в карманы брюк. Его взгляд на мгновение оторвался от нее, прежде чем вернуться. Ни один из них ничего не сказал, они просто стояли и неуверенно смотрели друг на друга.       — Эм, хочешь чаю? — спросила Гермиона.       — Да, это было бы, — он прочистил горло. — Это было бы здорово, спасибо.       Она кивнула и ушла на кухню. Ради Мерлина, она фыркнула на себя. Она была совершенно нелепой. Это был просто Ремус. За исключением того, что не было «просто». Это был Ремус, и он был здесь, чтобы обсудить их отношения. О, Мерлин. Она склонилась над прилавком и попыталась сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

──────── • ✤ • ────────

      Ремус мысленно проклял себя после того, как Гермиона ушла на кухню. Он вел себя как идиот. Прошлой ночью он целовался с женщиной в своем доме, пока его друзья и семья были внизу, и теперь он нервничал? Ему было сорок лет, черт возьми. Не какой-то подросток, который был на своем первом свидании.       Тем не менее, это была Гермиона. Он месяцами отталкивал ее, и теперь они собирались поговорить об их отношениях. Черт, ему нужно было сесть.       Он опустился на диван, сделал несколько глубоких вдохов и попытался заставить себя успокоиться.

──────── • ✤ • ────────

      Гермиона вернулась из кухни, неся поднос с чайными принадлежностями. Он встал, когда она вошла, и она слегка улыбнулась ему, прежде чем поставить поднос на кофейный столик. Он снова сел на диван, и Гермиона присоединилась к нему, хотя между ними все еще оставалось довольно много места.       Гермиона взяла чайник, чтобы налить чай, и Ремус увидел, что у нее дрожат руки. Она крепче сжала ручку, но это не помогло. Поставив чайник, она сжала свою руку, а затем снова взяла его. Ее рука все еще дрожала, и она прикусила губу. Казалось, что она вот-вот заплачет.       Ремус накрыл ее руку своей. Она посмотрела на него, когда он направил ее руку, чтобы поставить чайник обратно на поднос. Затем он сам поднял его и начал разливать чай.       — Мне жаль, — сказала она, качая головой.       — За что? — спросил он.       — Я не знаю, я просто, — она замолчала, снова качая головой. Он мгновение смотрел на нее, а затем снова перевел взгляд на поднос. Гермиона взяла свою чашку и добавила немного сахара и молока, затем лениво помешала чай. Ее рука все еще немного дрожала.       Скажи что-нибудь, придурок!       — Гермиона, я, — начал он, но так же быстро умолк, когда она посмотрела на него. Он снова открыл рот, но ничего не вышло, и закрыл его. Она отвела взгляд, снова прикусив губу. Ну, это просто смешно.       — Гермиона, — снова сказал он. Она повернулась к нему, и он взял ее руку в свою, сжимая ее. Она выдохнула и покраснела. Она неуверенно улыбнулась ему.       — Я не знаю, почему я так нервничаю, — сказала она с хриплым смехом. Она поднесла свободную руку к лицу и прижала ее к щеке, как будто пытаясь скрыть румянец.       — Не больше, чем я.       Она удивленно посмотрела на него, а затем начала смеяться. Он сохранял самообладание еще несколько секунд, прежде чем присоединиться. Они громко смеялись в течение нескольких минут.       — О, боги, — сказала она, пытаясь отдышаться, обхватив рукой живот. Он наконец остановился, но ухмылка не сходила с его лица. — Что с нами не так?       — Я не знаю, — сказал он с последним смешком.       Она наконец взяла себя в руки и посмотрела на него. — Я рада, что ты передумал.       Он улыбнулся ей, слегка покраснев. — Я должен спросить, — сказал он. — Ты, ты уверена в этом?       — Конечно, — сказала она, звуча немного раздраженно.       — Я не хотел тебя расстраивать, — сказал он, потянувшись к ее руке и сжал в своих руках. — Но, Гермиона, я хочу, чтобы ты подумала об этом. Будут разговоры, вероятно, много. Я знаю, что у тебя есть амбиции в министерстве, и я не хочу быть причиной того, что ты не сможешь выполнить все, что хочешь сделать.       Она одарила его еще одной из тех милых улыбок, прежде чем положить свою свободную руку поверх его. — Я уже говорила тебе раньше, что для меня все это не имеет значения. А что касается моей работы, то весь успех в мире ничего не стоит, если мне не с кем им поделиться.       Он поднес ее руку к губам и поцеловал тыльную сторону.       — И, Ремус, ты должен остановить это. Ты герой войны. Ты был награжден орденом Мерлина. Любая была бы счастлива быть с тобой.       — Мы оба знаем, что награды ничего не значат. Я все еще оборотень, Гермиона.       — Я магглорожденная, — возразила Гермиона. Она ухмыльнулась ему, и он усмехнулся. Она села ближе. — Мне все равно, что кто-то еще скажет об этом. Ремус посмотрел на нее и не мог поверить, как ему повезло. Улыбаясь, он наклонился вперед и снова поцеловал ее.       Гермиона наклонилась к нему и обвила руками его шею. Они целовались на ее диване, пока она практически не оказалась у него на коленях. Когда ей, наконец, пришлось отстраниться, чтобы перевести дыхание, она посмотрела на него и покраснела, слегка отодвинувшись от него.       — Что заставило тебя передумать? — спросила она.       — Это была не какая-то одна вещь, — ответил он. — Полагаю, я начал понимать, что некоторые из моих причин держаться подальше на самом деле не были вескими. Я был глуп, думая, что ты когда-нибудь перестанешь проводить время с Тедди.       Гермиона взяла его за свободную руку и сжала ее.       — Я должен извиниться за это, — продолжил он. — И за то, как я обращался с тобой последние пару месяцев.       — Ты не… — начала она, но он покачал головой, останавливая ее.       — Я должен, — ответил он. — Это было несправедливо по отношению к тебе, то, как я действовал.       — Все в порядке, Ремус, — сказала она. Гермиона посмотрела вниз на их сцепленные руки. — Хотя я никогда не соглашалась с твоими доводами, я понимала, почему ты чувствовал то, что чувствовал. Она сделала паузу и встретилась с ним взглядом. — Только не передумай снова. Она выглядела настолько серьезной, что Ремус понял, что если он это сделает, у него не будет другого шанса. Он понимающе кивнул.       — Есть другие причины? — спросила она.       — Один разговор.       — С кем?       — Андромеда была совершенно непреклонна в том, что я вел себя очень глупо.       Гермиона быстро села, отпустив его руку, ее глаза расширились. — Андромеда знает?       Ремус усмехнулся. — Очевидно, мы не были настолько скрытными в том, как мы смотрели друг на друга и как думали. Она поняла это довольно давно.       — И она, она не была расстроена?       — Нет, — сказал Ремус, нахмурив брови. — В чем дело, Гермиона?       — Просто это, ну, — она прикусила губу и посмотрела на него из-под ресниц.       Он потянулся вперед и нежно дотронулся до ее губ. Ремус улыбнулся ей, но она все еще выглядела неуверенной. — Ты ей очень нравишься.       — Я знаю, но… Тонкс была ее дочерью.       — Ах, — сказал Ремус, поняв причину беспокойства Гермионы. Он почувствовал вспышку вины. Не прошло и двух лет, как Дора ушла, а он уже пытается двигаться дальше. Однако он оттолкнул это. Ремус знал, что Андромеда была права в том, что Дора хотела бы, чтобы он был счастлив. Он прочистил горло, чтобы справиться со своими эмоциями, и снова взял Гермиону за руку. — Дора хотела бы, чтобы я двигался дальше и был счастлив. Андромеда знает это и чувствует то же самое.       — Ты уверен, что Андромеда не против? Потому что я знаю, что вы двое близки, и я бы не хотела создавать проблемы между вами.       Ремус сжал ее руку в своей. — По сути, она сказала мне, что я был утомительным, продолжая отрицать свои чувства к тебе.       Гермиона рассмеялась над этим, и Ремус улыбнулся. Она откинулась на спинку дивана с улыбкой, забыв о своих опасениях. Ремус переплел их пальцы вместе, довольный тем, что просто сидит и находится рядом с ней. Гермиона, казалось, чувствовала то же самое, когда она придвинулась немного ближе к нему, ее колени уперлись в край его бедра.       — Как ты думаешь, кто-нибудь еще знает? — задумалась она.       — Кроме Джинни? — ответил он.       Гермиона снова села, еще одно выражение шока на ее лице. — Как ты узнал о Джинни?       Он усмехнулся. — Я подозревал довольно долгое время, но она подтвердила мои опасения только на днях.       Глаза Гермионы сузились. — Что она сказала?       — Только то, что я был на грани потери тебя, и она сказала, я цитирую: «Не будь глупым».       Гермиона нахмурилась. — Я сказала ей не вмешиваться.       — Я предполагаю, что она организовала нашу встречу на площади Гриммо в январе?       — Да, — сказала Гермиона. — И я отчитала ее за это. Она пообещала мне, что больше не собирается вмешиваться.       — Не сердись на нее слишком сильно, — сказал он. — То, что она сказала, дало мне последний толчок остановить тебя прошлой ночью.       — Никогда не говори ей этого, — немедленно сказала Гермиона. — Она никогда не позволит нам забыть это. Он засмеялся. — Хотя, она это все равно заподозрит и будет такой же невыносимой. Гермиона фыркнула.       Ремус улыбнулся и протянул руку, чтобы заправить непослушный локон ей за ухо. Гермиона слегка наклонилась к его руке, и она позволила ей скользнуть к ее шее, нежно притягивая вперед, чтобы снова поцеловать.       — В ответ на твой вопрос, — сказал Ремус, как только они отклонились. — Нет, я не думаю, что кто-то еще знает. Если только Джинни не рассказала Гарри.       — Нет, — сказала Гермиона, покачав головой. — Гарри сказал бы что-нибудь. И Джин поклялась хранить тайну.       Ремус кивнул. — Не могла бы ты, — он сделал паузу и прочистил горло. — Ты хочешь рассказать Гарри? Он еще не был уверен, что хочет рассказать ему. Дело было не в том, что Ремус стыдился Гермионы, совсем нет. Однако он знал, что одобрение Гарри будет очень важно для нее. Ремус просто хотел, чтобы у них было немного больше времени, чтобы побыть парой, прежде чем они начнут рассказывать всем и, возможно, появятся проблемы.       — Да, — сказала она.       Ремус подавил вздох.       — Но не сейчас.       — Почему? — удивленно спросил он.       — Я просто, я хочу… насладиться этим немного, прежде чем мы вовлечем всех остальных. Она посмотрела на него. — Это звучит эгоистично?       — Вовсе нет, — сказал он с некоторым облегчением. — Честно говоря, я чувствую то же самое.       — Правда? — спросила она, садясь прямее. Он кивнул. — Почему ты не сказал мне, что не хотел говорить Гарри?       — Я не хотел, чтобы ты думала, что я стыжусь тебя.       Гермиона выглядела испуганной. — Ты же не думаешь, что я стыжусь тебя, не так ли?       Он усмехнулся. — Нет, конечно, нет. Как я уже сказал, я понимаю твои причины. Кроме того, я не хочу сейчас начинать отстаивать наше решение перед всеми.       — Мы не должны ни перед кем его отстаивать. В конце концов, это не их дело, — настаивала она.       Ремус улыбнулся. Он хотел бы иметь возможность не беспокоиться о том, что кто-то думает о нем. На самом деле, ему было все равно, что кто-то думает о нем, но он хотел защитить Гермиону. — Хотя это может быть правдой, но я не думаю, что ты хочешь вычеркнуть кого-либо из своей жизни.       Гермиона пожала плечами. — Если они так близоруки к этому, то они не нужны в моей жизни.       Ремус восхищался ее бравадой, но он знал, что она хотела бы одобрения своих родителей, а также Гарри и, вероятно, Рона, возможно, даже Молли. Ремус беспокоился только об Андромеде и Гарри. Андромеда четко изложила свою позицию, и при поддержке Джинни Ремус не думал, что Гарри потребуется много времени, чтобы прийти в себя. Однако он понятия не имел обо всех остальных.       — Я не думаю, что смогу скрыть это от Джинни, — продолжила Гермиона. — Я разговаривала с ней этим утром, и она уже что-то подозревает. Она как охотник за сокровищами, когда дело доходит до выяснения правды. Гермиона закатила глаза, а Ремус усмехнулся.       — Да, она, похоже, способна разобраться практически во всем, — согласился он. — Я не возражаю, если Джинни знает. Как ты думаешь, она не будет возражать, если она скроет это от Гарри?       Гермиона снова прикусила губу, и Ремус снова осторожно вытащил ее из-под зубов. Она застенчиво улыбнулась ему. — Я не уверена. Кажется, у нее не было проблем с тем, чтобы скрыть от него тот факт, что у меня есть чувства к тебе, но теперь. Я полагаю, если она это сделает, нам придется обсудить это.       — Конечно, — сказал он.       Гермиона кивнула. Несколько мгновений они сидели в тишине. Как только стало неловко, Ремус заговорил. — Не хотела бы ты поужинать со мной сегодня вечером?       Гермиона удивленно посмотрела на него. — Но я думала, мы еще никому не скажем.       — В магловском Лондоне полно ресторанов, — сказал он с ухмылкой.       Она покраснела. — Верно, — сказала она со смехом. — Я бы хотела поужинать с тобой.       — Я зайду за тобой в семь?       Она кивнула.       — Мне, наверное, пора возвращаться, — сказал он. — Тедди скоро проснется, и я хочу всё объяснить Андромеде до этого. Но Ремус не сделал ни малейшего движения, чтобы уйти.       — Я думала, ты сказал, что она знает, — сказала Гермиона, наморщив лоб в замешательстве.       — Да, ну, я, возможно, сказал ей, что пришел сюда, для обсуждения твоего проекта об оборотнях. Однако я совершенно уверен, что она мне не поверила.       Гермиона рассмеялась. — Я сказала Джинни, что зайду позже. Если я этого не сделаю, она снова придет сюда искать меня.       — Тогда, я полагаю, мне действительно следует уйти.       — Да. Она несколько мгновений смотрела на него, прежде чем сдвинуться на последние несколько дюймов, чтобы поцеловать его.       Ремус притянул ее в свои объятия и углубил поцелуй. Он не был уверен, как долго они сидели там, целуясь, но он задыхался, когда наконец отстранился. Он прижался лбом к ее лбу. — Я должен идти. Он знал, что если он останется еще на одну минуту, события продвинутся дальше, чем он думал.       — Я знаю, — ответила она. Гермиона звучала не очень убедительно.       Ремус поцеловал ее в лоб и заставил себя встать. Он подошел к камину, когда Гермиона тоже встала. — Увидимся через несколько часов.       — Обними Тедди за меня.       Ремус улыбнулся и кивнул, прежде чем бросить летучий порошок. Он улыбнулся ей в последний раз, и шагнул в пламя.

──────── • ✤ • ────────

      После ухода Ремуса, Гермиона плюхнулась обратно на диван с улыбкой на лице. Хотя все, конечно, было неловко, когда он пришел, их обсуждение прошло хорошо. Она была рада, что они думали о вещах одинаково. Она провела пальцем по губам и улыбнулась.       Гермиона действительно надеялась, что Джинни захочет продолжать скрывать это от Гарри, по крайней мере, еще немного. Гарри был бы шокирован, Гермиона была совершенно уверена в этом. И хотя он, скорее всего, одумается, какая-то часть Гермионы боялась, что Гарри расстроится. Несмотря на то, что она сказала Ремусу, что ее не волнует мнение других людей, Гермиона не была уверена, сможет ли она потерять Гарри. Он был ее лучшим другом, на самом деле ее братом. Мысль о том, что Гарри не одобрит Ремуса, заставила сердце Гермионы сжаться.       Она покачала головой. Гермиона не собиралась думать об этом прямо сейчас. Она все равно вела себя глупо. Гарри любил ее, и он любил Ремуса. Он был бы рад за них, Гермиона знала это.       Взглянув на часы на каминной полке, она поняла, что ей лучше поговорить с Джинни, пока рыжая не начала искать её. У Гермионы было несколько часов, прежде чем ей нужно было начать готовиться к свиданию. Она усмехнулась при этой мысли. Возможно, ей следовало пригласить Джинни прийти сюда. Им было бы легче разговаривать, не беспокоясь о том, что Гарри и Рон подслушивают, а Гермионе всегда пригодился бы небольшой совет о том, что надеть.       Решившись, она встала с дивана и схватила летучий порошок. Она просунула голову и назвала площадь Гриммо. Гарри был единственным на кухне, когда Гермиона подняла глаза.       — Привет, Гарри, — сказала она.       — Привет, Гермиона, — ответил Гарри. — Джин сказала, что ты, возможно, придешь. Проходи. Ты же знаешь, что тебе не обязательно звонить перед тем, как зайти внутрь.       — Насчет этого, Джинни здесь?       — Да, а что?       — Мне просто нужно поговорить с ней минутку.       Гарри нахмурился. — С тобой все в порядке?       — Я в порядке, Гарри, — сказала Гермиона. — Мне просто нужно поговорить с Джинни.       — Хорошо, я приведу ее. Гарри оглянулся на нее еще раз, прежде чем подняться по лестнице, чтобы найти свою невесту.       Гермиона вздохнула. Скрывать что-то от Гарри было сложнее, чем она думала.       Несколько минут спустя Джинни вошла на кухню. К счастью, Гарри не было с ней.       — Гермиона, почему бы тебе просто пройти, — спросила Джинни.       — Я надеялась, что ты могла бы прийти ко мне вместо этого, — сказала Гермиона.       — Ты все еще носишь эти штуковины на руках? — спросила Джинни, сморщив нос.       Гермиона закатила глаза. — Нет, Джин, я больше не убираюсь.       — Спасибо Мерлину за маленькие одолжение.       — Ты идешь или нет? — раздраженно фыркнула Гермиона.       — Да, просто дай мне минуту. Я должна сказать Гарри.       — Хорошо, скоро увидимся. Гермиона оторвала голову от камина и стала ждать прихода Джинни.

──────── • ✤ • ────────

      Ремус вышел из камина и оглядел гостиную. С облегчением обнаружив, что она пуста, он вздохнул и провел рукой по волосам. Ему было очень трудно расстаться с Гермионой, и ему нужно было немного времени, чтобы прийти в себя перед неизбежным допросом со стороны Андромеды.       — Мне показалось, что я слышала шум камина, — сказала Андромеда несколько минут спустя, когда она вошла в гостиную.       — Андромеда, — приветствовал Ремус. — Тедди все еще спит?       — Да, — ответила она с ухмылкой на лице. Ремус был немного смущен всеми ухмылками, которые она делала в последнее время. — Итак, как прошла работа над предложением?       — О, эм, хорошо, просто отлично, — сказал Ремус.       Она кивнула, понимающий блеск в ее глазах. — Я уверена, что Гермиона ценит твой … опыт, — продолжила Андромеда, улыбка заиграла в уголках ее губ.       Глаза Ремуса сузились. Она дразнила его? — Да, ну, у нее было довольно много вопросов.       Андромеда кивнула, а затем вздохнула, покачав головой, хотя выглядела удивленной. — Ну же, Ремус. Давай не будем притворяться, что я не знаю, зачем ты ходил к Гермионе сегодня днем.       Ремус не был уверен, что сказать. Он не думал, что Андромеда знала, что произошло между ним и Гермионой прошлой ночью.       — И как ты думаешь, почему я пошёл туда? — спросил он, надеясь, что его голос ничего не выдал.       — Я предположила, что это как-то связано с довольно воодушевленным выражением лица Гермионы, когда она уходила отсюда прошлой ночью.       Ремус удивленно посмотрел на нее.       — Я была на кухне, когда она ушла.       — О, — сказал Ремус, не уверенный, что еще сказать.       — До того, как она нашла тебя, я должна сказать, что она выглядела довольно грустной, — продолжила Андромеда. — Всего за несколько минут все изменилось. Она снова ухмыльнулась ему.       Ремус вздохнул. Он все равно не смог бы скрыть это от нее, учитывая, что сегодня вечером он приглашал Гермиону на ужин. — На самом деле я пришел к ней домой не для того, чтобы говорить о предложении, — наконец признался он.       — Я бы никогда не догадалась, — сухо сказала Андромеда.       Ремус покачал головой и улыбнулся. — Я приглашаю ее на ужин сегодня вечером. Если ты не против.       — Конечно, не против, — ответила она.       Ремус кивнул. — Я, мы идем в маггловский Лондон.       — О.       — Да, мы оба подумали, что могли бы пока оставить это при себе.       Андромеда нахмурилась. — Ремус, я надеюсь, это не потому, что у тебя все еще есть сомнения по поводу Гермионы.       — Нет, дело не в этом, совсем нет, — сказал Ремус. — На самом деле, Гермиона была первой, кто предложил это. Мы оба хотели бы получить шанс посмотреть, как идут дела, прежде чем привлекать всех остальных. Не говоря уже о прессе. Ты знаешь, что мы не смогли бы никуда пойти в Косом переулке без появления репортеров.       — Если это то, чего ты хочешь, — сказала Андромеда, хотя она все еще выглядела немного обеспокоенной.       — Так и есть, — ответил Ремус. — По крайней мере, пока. Итак, я был бы признателен, если бы ты сохранила это при себе.       — Хорошо.       — Спасибо. Прежде чем Ремус смог сказать что-нибудь еще, Тедди проснулся. Ремус поднялся по лестнице в комнату своего сына, благодарный за перерыв.

──────── • ✤ • ────────

      Джинни прошла через камин несколько минут спустя. Она присоединилась к Гермионе на диване.       — Ты чувствуешь себя лучше? — спросила Джинни.       — Да, — ответила Гермиона, пытаясь удержать широкую улыбку на лице.       — Что случилось? — потребовала Джинни.       — Ну, Ремус был здесь.       Глаза Джинни комично расширились. — Ты шутишь?       Гермиона покачала головой, закусив губу, чтобы удержаться от смеха.       — Расскажи мне все.       Гермиона начала объяснять, что произошло на вечеринке Ремуса прошлой ночью. Когда она закончила, Джинни улыбалась, ее глаза горели от возбуждения.       — Я не могу в это поверить! — сказала она. — Он действительно сказал, что больше не хочет убегать?       Гермиона кивнула.       — Итак, что произошло сегодня?       — Мы говорили о разных вещах, — сказала Гермиона. — И он приглашает меня на ужин сегодня вечером.       — Неужели? — сказала Джинни. — Я удивлена, что он уже хочет обнародовать это.       — О, мы собираемся в маггловский Лондон, — уточнила Гермиона.       Джинни нахмурилась.       — Мы пока никому не скажем.       — Подожди, что?       — Мы решили, что пока хотим сохранить это при себе, — объяснила Гермиона.       Джинни нахмурилась. — Ты имеешь в виду, он решил?       — Нет, — ответила Гермиона. — Мы оба решили. На самом деле, я была тем, кто подняла эту тему.       — Почему?       — Потому что это просто что-то новое, и мы хотим побыть наедине, прежде чем все узнают. И давай посмотрим правде в глаза, люди будут говорить, — сказала Гермиона. — Мне все равно, что они говорят обо мне, но я не хочу, чтобы пресса обсуждала Ремуса. Он может получить работу в Хогвартсе, и я не хочу, чтобы какой-то глупый репортер испортил это.       — Если он получит эту работу, он не начнет работать до осени. Это через девять месяцев, Гермиона. Ты собираешься держать в секрете все это время?       — Нет, конечно, нет, — сказала Гермиона. — Я просто, нам нужно немного времени, Джинни.       — Ты ожидаешь, что я буду скрывать это от Гарри?       — Если ты действительно думаешь, что тебе нужно рассказать ему, тогда мы расскажем, — сказала Гермиона. — Я не хочу ставить тебя в такое положении. Но если ты думаешь, что мы можем подождать, хотя бы немного, я бы хотела этого.       — Ты же знаешь, что с Гарри все будет в порядке.       — Я знаю, но, — Гермиона сделала паузу и прикусила губу.       — Гермиона, — сказала Джинни. — Он будет в порядке.       — Что, если это не так? — прошептала Гермиона. Она посмотрела на Джинни со слезами на глазах. — Он мой лучший друг, Джинни. Я не могу, я не могу потерять его.       — Ты не потеряешь, — заверила ее Джинни, заключая Гермиону в объятия. — Гарри любит тебя. Ему все равно, с кем ты встречаешься, пока они хорошо к тебе относятся.       — Даже если человек, с которым я хочу встречаться, был одним из лучших друзей его отца?       — Ну, это, вероятно, будет для него небольшим шоком, — признала Джинни. — Но он никогда бы не бросил тебя, Гермиона. Несмотря ни на что. Я ничего ему не скажу, но не жди слишком долго, чтобы сказать ему, хорошо?       — Мы не будем, — пообещала Гермиона. — Спасибо, Джин.       — Конечно, — сказала она, снова обнимая Гермиону. — Теперь давайте поговорим о действительно важных вещах. Что ты наденешь сегодня вечером?       Гермиона засмеялась, и Джинни вскочила с дивана, таща Гермиону наверх, в ее спальню.

──────── • ✤ • ────────

      Ремус аппарировал в сад за домом Гермионы вместо того, чтобы пройти через камин. Если они собирались на свидание, он должен был сделать это должным образом. Он постучал в заднюю дверь и стал ждать, нервно переминаясь с ноги на ногу. Гермиона открыла дверь, сначала выглядя немного удивленной, затем широко улыбаясь.       — Привет, Ремус. Она отступила, чтобы провести его внутрь. Он потратил несколько мгновений, чтобы посмотреть на нее. Платье, которое она надела, облегало ее изгибы, и Ремус почувствовал, как его желудок перевернулся. Она что-то сделала со своими волосами, их обычная непокорность превратилась в мягкие завитки.       — Я не была уверена, куда мы направляемся, — сказала Гермиона, явно удивляясь его пристальному взгляду. — Я нормально одета?       — Ты выглядишь прекрасно, — мягко сказал Ремус.       Гермиона покраснела, но улыбнулась. — Спасибо.       Он прочистил горло и попытался перестать пялиться на нее. — В нескольких улицах от ресторана есть место для аппарации, если ты не против немного прогуляться.       — Я не возражаю. Она снова улыбнулась ему и потянулась за своим плащом.       — Позволь мне, — сказал он, сначала трансформируя его в длинное пальто, а затем помогая ей надеть его. Этим вечером было не слишком холодно, но Ремус все равно наложил на них обоих согревающие чары. Они вышли на улицу, и он повернулся к Гермионе, протягивая руку. Однако она проигнорировала это и придвинулась ближе к нему, обняв его за талию. Он взял ее за свободную руку и улыбнулся, аппарируя.

──────── • ✤ • ────────

      Гермиона рассмеялась, сделав еще один глоток вина. Несмотря на первоначальную нервозность, они разговаривали и смеялись большую часть ужина. Еда была превосходной, и они разделили десерт, хотя Ремус съел большую его часть. Гермиона не возражала, она знала его пристрастие к шоколаду. Он выглядел немного смущенным, когда понял, что съел больше своей доли, но Гермиона просто рассмеялась и наклонилась, чтобы поцеловать его.       Когда принесли счет, Гермиона потянулась за сумочкой, чтобы заплатить за еду. Ремус остановил ее, положив руку ей на плечо. — Я пригласил тебя.       — Но, — начала протестовать Гермиона. Однако, взглянув на Ремуса, она согласилась. Последнее, чего она хотела, это обидеть его.       Как только счет был оплачен, Ремус встал и отодвинул для нее стул, еще раз помогая ей надеть пальто. Он протянул ей руку, когда они вышли на улицу. Гермиона взяла его под руку, прижимаясь к нему немного ближе. Поднялся ветер, и они не могли наложить на себя согревающие чары здесь.       Они шли к аллее, почти не разговаривая, просто наслаждаясь обществом друг друга. Когда они достигли места аппарации, Ремус опустил руку. Гермиона полагала, что они будут аппарировать отдельно, однако Ремус протянул руку и притянул ее к себе, нежно поцеловав перед тем, как аппарировать.       Когда они приземлились в ее саду за домом, он снова поцеловал ее, на этот раз медленнее. Поцелуй вскоре стал жарким, и Ремус запустил одну руку в ее волосы, а другая переместилась на бедро, притягивая ее ближе к себе. Когда они наконец оторвались друг от друга, оба тяжело дышали. Гермиона положила голову ему на плечо, когда говорила.       — Не хочешь зайти?       Ремус выдохнул. — Я бы очень хотел этого. Но я не думаю, что должен.       Она посмотрела на него, и он улыбнулся, убирая волосы с ее лица, прежде чем поцеловать ее еще раз. Гермиона с удивлением обнаружила, что ее немного успокоил его ответ. Все, что было между ними, было таким новым, как бы сильно она этого ни хотела, она не была уверена, что идти дальше было хорошей идеей.       — Ты идешь завтра на ужин к Уизли? — спросила Гермиона.       — Я не думал об этом, — признался он. — Но я поговорю с Андромедой.       Она улыбнулась, затем нахмурилась. Ремус вопросительно посмотрел на нее.       — Мы никому не скажем, — сказала она.       Он изучал ее мгновение. — Ты хочешь изменить свое мнение об этом?       Она на мгновение задумалась. — Нет, — наконец сказала она. — Просто будет тяжело быть рядом с тобой и не иметь возможности прикоснуться к тебе. Она немного надулась, и Ремус усмехнулся.       — Может, мне не стоит идти, — поддразнил он. — Уберечь тебя от разочарования.       — Нет! — немедленно сказала Гермиона, и он снова рассмеялся. Ремус притянул ее ближе к себе, и она удовлетворенно вздохнула в его объятиях. Они стояли так несколько минут, прежде чем Ремус наклонил ее голову к своей и снова поцеловал.       — Мне нужно идти, — неохотно сказал он, прерывая поцелуй.       — Я знаю, — сказала она со вздохом. Она подарила ему еще один быстрый поцелуй, прежде чем вышла из круга его рук.       — Скорее всего, увидимся завтра, — сказал он. — Спокойной ночи, Гермиона.       — Спокойной ночи.       Он улыбнулся, а затем исчез. Гермиона счастливо вздохнула, войдя в дом, заперев за собой дверь.