Глава 64: Неопределенность
28 февраля 2024 г., 17:09
14 апреля 2000
Глаза Ремуса горели от того, что он смотрел на крошечный почерк в дневнике с кожаным переплетом, который он держал в руке. Он потер глаза большим и указательным пальцами, прежде чем снова вглядеться в почти неразборчивые каракули. Нахмурившись, он с отвращением отложил дневник в сторону. Снова плотоядные слизни. Они часами просматривали книги Северуса и не продвинулись в поисках с момента их первого появления здесь. Конечно, это могло быть связано с огромным количеством книг в его библиотеке. Ремус был потрясен, когда они вошли. Каждая стена в гостиной, от пола до потолка, была заставлена книжными полками, за исключением стены, где располагался камин. На полу и приставных столиках также были стопки книг. Он знал, что Северус был заядлым читателем, но это было далеко за пределами того, что ожидал Ремус. С ними приехали двое исследователей из больницы Святого Мунго, а также Праудфут из управления Авроров. После того, как Гарри и Праудфут проверили, нет ли на книжных полках проклятий или сглазов, они все принялись за работу. Это было медленно, многие книги были о зельях, и довольно многие из них содержали некоторые упоминания о чем-то плотоядном. Им предстояло просмотреть огромное количество книг. Гарри позвал Кричера, чтобы тот принес им немного ужина, который Ремус едва успел съесть, все еще пытаясь одновременно просматривать книги. Он откинулся на спинку стула и на мгновение закрыл глаза. — Ремус, — сказал Гарри, положив руку ему на плечо. — Тебе следует пойти домой и поспать. — Я в порядке, — ответил Ремус, беря другую книгу. — Это не так. Ты почти не ужинал и занимаешься этим уже несколько часов подряд. — Ты тоже, — заметил Ремус. — Да, но я немного поспал прошлой ночью, в отличие от тебя. — Я несколько раз задремывал, — сказал Ремус, защищаясь. — Учитывая необходимость произносить заклинание каждые пять-десять минут, то это вряд ли можно назвать отдыхом, — сказал Гарри. Ремус покачал головой. — Есть еще книги, которые нужно просмотреть. Я в порядке. — Ремус, Робардс разрешил тебе пойти с нами по моей просьбе, но я всегда могу отменить это. Ремус сердито посмотрел на него. — Ты бы этого не сделал. — Я сделаю это, если ты откажешься уйти сам. — Я должен помочь, Гарри. — А какая от тебя будет помощь, если ты так устанешь, что что-то пропустишь? — спросил Гарри. — Я попрошу Кричера принести мне кофе, — упрямо сказал Ремус. Гарри раздраженно посмотрел на него. — Ты не понимаешь, я должен это сделать. Это моя вина, что она пострадала. — Твоя вина? — повторил Гарри. — В чем твоя вина? Ремус недоверчиво посмотрел на него. Неужели Гарри сошел с ума? — Эта женщина пытается убрать Гермиону с дороги, чтобы добраться до меня. — Сколько раз ты говорил мне, что в том, что делал Волдеморт, не было моей вины? — Это другое. — Почему? — спросил Гарри. — За исключением того, что Волдеморт хотел моей смерти, а эта женщина, очевидно, хочет иметь от тебя детей. Ремус невольно фыркнул. — Они оба причинили боль людям, которых мы любим, чтобы добраться до нас. Ремус вздохнул. — Иди домой, Ремус, — сказал Гарри. — Отдохни немного. Мы позаботимся об этом. — Без меня тебе потребуется больше времени, — возразил Ремус. — Я ухожу через несколько минут, чтобы сообщить Робардсу последние новости и привести с собой еще несколько человек. Придут Рон и Невилл вместе с целителем из больницы Святого Мунго. — Хорошо, я пойду, но не в Нору. Я иду в Мунго. — Ремус, — сказал Гарри со вздохом. — Я все равно должен сменить Молли, — сказал Ремус. — Джинни может помочь, — начал Гарри, но Ремус покачал головой. — Мне нужно увидеть ее, Гарри. — Хорошо, — наконец сказал Гарри. — Но поспи, ладно? — Я сделаю это, обещаю, — ответил Ремус. — Ты дашь мне знать, как только что-нибудь найдешь, независимо от того, сколько сейчас времени. — Я так и сделаю, — сказал Гарри. Ремус встал и покачнулся на ногах. Гарри схватил его за локоть. — Ладно, ты никуда не пойдешь, пока чего-нибудь не съешь. Ремус открыл рот, чтобы возразить, но Гарри впился в него взглядом. — Ты знаешь, кого Гермиона обвинит, когда проснется и узнает, что ты загнал себя в угол? Ремус нахмурился, но ничего не сказал. — Я, вот кого, — продолжил Гарри. Ремус фыркнул и откинулся на спинку стула. Несколько мгновений спустя Гарри принес тарелку и стакан воды. Ремус неохотно съел сэндвич с чипсами, осознав, что действительно проголодался. Однако он не собирался говорить Гарри об этом. Он подождал несколько минут после того, как закончил, а затем снова встал, чувствуя, что голова кружится гораздо меньше. — Все в порядке? — спросил Гарри. — Я в порядке, — ответил Ремус. — Сон, помнишь? — сказал Гарри. — Ты же не хочешь, чтобы Молли или Андромеда помогли тебе в этом? Глаза Ремуса расширились. — Ты бы не стал. — Если придется, — ответил Гарри. — Предатель, — пробормотал Ремус. Гарри ухмыльнулся. — Иди к Гермионе. Он похлопал Ремуса по плечу. — Я дам тебе знать, если мы что-нибудь найдем. — Спасибо тебе, Гарри, — сказал Ремус, поблагодарив его не только за просмотр книг. Гарри улыбнулся. — Я тоже ее люблю. Я зайду утром, если от меня не будет вестей. Ремус кивнул и повернулся, чтобы выйти из дома. Он был измотан, Гарри не ошибся в этом. Но ему нужно было увидеть Гермиону. Мысленно представив Святоге Мунго, Ремус повернулся и аппарировал.──────── • ✤ • ────────
Когда Ремус пришёл, в комнате Гермионы была знахарка. Это была та самая, которая случайно отменила заклинание левитации на руке Гермионы в первый день. Она взглянула на Ремуса, когда он вошел, затем покраснела и отвела взгляд. — Ремус, — сказала Молли, вставая со стула рядом с кроватью Гермионы. — Ты выглядишь измученным. Ты поел? Ремус улыбнулся материнской заботе Молли. — Кричер принес нам ужин. — Ты что-нибудь нашел? — спросила она. Ведьма с интересом подняла глаза. — Пока нет, — сказал Ремус. — Однако мы не закончили поиски. Молли кивнула. — Спасибо, что осталась с ней. — Конечно, дорогой. Почему бы тебе не пойти домой и не отдохнуть? — Спасибо, но я бы предпочел остаться. Молли открыла рот, чтобы возразить, но Ремус продолжил. — Я обещал Гарри, что буду спать. — Ну, тогда все в порядке, — сказала Молли, хотя не выглядела убежденной. Она повернулась обратно к кровати и, наклонившись, поцеловала Гермиону в лоб. Когда Молли встала, она похлопала Ремуса по руке. — Приятных снов, дорогой. — Пожалуйста, скажи Андромеде, что я поговорю с ней утром. — Хорошо. Спокойной ночи, Ремус. — Спокойной ночи. Молли вышла из комнаты, и ведьма закончила диагностику. Она была знакома Ремусу по какой-то причине, и не только из-за того, что произошло вчера. Его брови нахмурились, когда он попытался вспомнить, кто она. Ведьма-медик взглянула на него, затем отвела взгляд и повернулась, чтобы выйти из комнаты. — Подождите, пожалуйста, — сказал Ремус. — Мисс… Она удивленно посмотрела на него. — Уилкс, — сказала она. Ремус нахмурил брови. — Крессида Уилкс? Она нервно кивнула. — Ты была в моем классе на седьмом курсе. — Да, была, — ответила она, все еще выглядя взволнованной. Неудивительно, что Ремусу показалось, что она выглядит знакомой. Он был немного удивлен, увидев это имя в списке учеников. Единственный другой Уилкс, которого он знал, был Пожирателем Смерти и того же возраста, что и Ремус. Уилксу пришлось бы сделать кому-то ребенка, пока они еще учились в Хогвартсе, чтобы Крессида стала его дочерью. Расспросив об этом Минерву, он выяснил, что Крессида была дочерью двоюродного брата, ветви семьи, которая, как было известно, никогда не поддерживала Волан-де-Морта. Он бы все равно все понял, когда впервые увидел бы Крессиду. Темноволосая, высокая и гибкая, она совсем не походила на Уилкса, которого знал Ремус, который был блондином, невысоким и коренастым. — Я хотел извиниться — сказал Ремус. — За то, как я накинулся на тебя вчера. Я был расстроен, но это не оправдывает моего поведения. — Все в порядке, — застенчиво сказала ведьма. — Я понимаю, вы беспокоились о мисс Грейнджер. И мне не следовало быть такой беспечной. Она выглядела смущенной, но Ремус ободряюще улыбнулся ей. — Как поживает Гермиона? — Все то же самое, — сказала мисс Уилкс. — Заклинание стазиса все еще действует хорошо, и остальные ее жизненные показатели в очень хорошем состоянии. Ремус кивнул в знак согласия. — Могу я вам что-нибудь предложить? — спросила она. — Чаю или чего-нибудь поесть? — Нет, спасибо, — сказал Ремус с улыбкой. — Ну, если вы передумаете, то дай мне знать. Я работаю всю ночь. Ремус снова кивнул. Она широко улыбнулась ему и затем вышла из комнаты. Ремус несколько мгновений смотрел на Гермиону сверху вниз, а затем встал с кровати, скинул туфли и мантию. Он взмахнул волшебной палочкой, чтобы расширить кровать, а затем лег рядом с Гермионой в рубашке и брюках. Он поцеловал ее в висок и обнял за талию, стараясь не двигать поврежденной рукой. — Я люблю тебя, — тихо сказал он, прежде чем закрыть глаза и погрузиться в сон.──────── • ✤ • ────────
Ремус проснулся от звука движения в комнате. Его глаза резко открылись, и он немедленно потянулся за своей палочкой. Он произнес невербальный Люмос и столкнулся лицом к лицу с Крессидой Уилкс. Ее рот был открыт от удивления, и она подпрыгнула, когда увидела направленную ей в лицо волшебную палочку. — Мне очень жаль, — сказал Ремус, опуская палочку, но не отменяя заклинание Люмос. В комнате было довольно темно. — Я не хотела вас будить, — сказала мисс Уилкс. — Я проверяла мисс Грейнджер. Ремус сел и устало провел рукой по лицу. — Который сейчас час? — спросил я. — Около двух, — ответила ведьма, все еще глядя на него немного настороженно. — Я сожалею об этом, — снова сказал он. — Это был… инстинкт. — Все в порядке, — сказала она. Она прикусила губу и посмотрела на него снизу вверх. Эти манеры так сильно напомнили ему Гермиону, что у Ремуса защемило сердце. — Это из-за войны? Он пристально посмотрел на нее, и она покачала головой. — Простите, это было, я не должна был спрашивать вас, извините. Девушка направилась к двери. — Да, — поймал он себя на том, что говорит, удивляясь, почему он признается ей в этом. Возможно, он все еще чувствовал себя немного виноватым из-за того, как обошелся с ней накануне. Она остановилась и снова повернулась к нему лицом. — Моя младшая сестра была там в ту ночь, — сказала она. Ремус задумчиво склонил голову набок. Это было верно, у нее действительно была младшая сестра Делия, она была на втором курсе, когда Ремус преподавал. Она, должно быть, была совершеннолетней на момент битвы и осталась сражаться. — Она сказала, что вы, что вы спасли ее, — продолжила Крессида. Ремус выглядел озадаченным. Он даже не помнил, чтобы видел Делию Уилкс той ночью. — Она пряталась, и Пожиратель Смерти собирался напасть на ее убежище, но вы оглушили его. Ей не следовало оставаться, она никогда не была сильной в защите, но остальные ее одноклассники остались, так что она подумала, что ей тоже следует остаться. — Что ж, тогда я рад, что был там, — сказал Ремус. — Спасибо. — Не за что, — сказал Ремус с улыбкой. — Я позволю вам снова поспать, — сказала она. — Мне не нужно будет возвращаться до шести. Ремус кивнул ей, и она еще раз улыбнулась, прежде чем выйти из комнаты. Вздохнув, Ремус откинулся на подушки. Он понятия не имел, что бессознательно спас Делию Уилкс. Ее сестра была права, Делия была хорошей ученицей, но не слишком одаренной в защите. Он был рад, что оказался в нужном месте в нужное время. Они и так потеряли достаточно жизней. Откинувшись на спинку стула, Ремус снова закрыл глаза, потянулся, чтобы взять Гермиону за руку, и снова заснул.──────── • ✤ • ────────
15 апреля 2000
Ремус проснулся, когда Крессида вошла в комнату в следующий раз. Он встал с кровати и вернул ей первоначальный размер, прежде чем устроиться в кресле рядом с ней. Она улыбнулась ему, проводя диагностику. Ремус рассеянно улыбнулся в ответ, но не обратил на нее особого внимания. Он был слишком занят, беспокоясь о Гарри и о том, почему он до сих пор не зашел. Если бы они собирались найти что-то в книгах Северуса, они бы наверняка уже нашли это. Ремус пытался сохранять позитивный настрой, но это становилось все труднее и труднее. Он знал, что даже если они ничего не найдут у Снейпа, Нарцисса предложила посетить библиотеку Малфоев. Ремус не сомневался, что она была обширной. Малфои жили в Уилтшире сотни лет и, вероятно, постоянно пополняли библиотеку. Если они собирались где-нибудь найти противоядие, оно, вероятно, было бы там. Тем не менее, Ремус надеялся, что до этого не дойдет. У него не было желания заходить в Малфой-Мэнор, и он подозревал, что Гарри и Рону тоже будет нелегко попасть туда. Не говоря уже о том факте, что Ремус был совершенно уверен, что Люциус не захотел бы, чтобы они были там, особенно если он знал, что это было сделано для помощи Гермионе. Несмотря на очевидную перемену взглядов Нарциссы, Ремус не питал иллюзий, что Люциус относился к магглорожденным иначе. — Принести что-нибудь? — спросила ведьма, когда она закончила. — Чай или что-нибудь на завтрак? — Нет, спасибо, — сказал Ремус. Она улыбнулась ему и, прежде чем выйти из комнаты, сжала его руку. Ремус потянулся к руке Гермионы. Она проспала всего день, а казалось, что прошел уже месяц. — Ремус, — произнес усталый голос Гарри несколько минут спустя. Ремус быстро повернулся в своем кресле, выжидающе глядя на Гарри. К сожалению, Гарри не выглядел счастливым. — Ты ничего не нашел, — сказал Ремус, чувствуя, как у него внутри все переворачивается. — Мы пока этого не знаем. — Что это значит? — Мы не нашли этого в книгах в гостиной, — сказал Гарри. — По крайней мере, мы так думаем. Было одно зелье, которое один из исследователей хотел показать целителю Спенсер, но он не думает, что это то, что мы ищем. — Если ты не нашел этого в книгах Северуса, тогда почему ты говоришь, что еще не знаешь? — Потому что как раз перед тем, как мы собирались уходить, мы нашли еще один тайник с книгами, спрятанный в подвале. Ремус уставился на Гарри. Гарри вздохнул и устало провел рукой по лицу. — После того, как мы закончили просматривать книги, мы с Роном решили проверить остальную часть дома, просто чтобы убедиться. У Снейпа была лаборатория зелий в подвале. Там было несколько книг, но ничего существенного. Мы как раз собирались вернуться наверх, когда Рон решил просканировать весь подвал. Мы нашли потайную комнату с большим количеством книжных шкафов. Гарри выглядел мрачным. — О чем ты умалчиваешь? — спросил Ремус. — Мы нашли большое количество магии при сканировании. Гарри сделал паузу. — Многие книги темные, и во многих из них есть свои собственные заклинания или чары. Нам потребуется некоторое время, чтобы хотя бы прикоснуться к чему-нибудь. Ремусу вспомнилась книга, которую Хагрид использовал для ухода за волшебными существами, которые кусались, если их не гладить по корешку. Ремус выругался. Ответ должен был быть там, он знал, но неизвестно сколько времени потребуется, чтобы найти его. — Разрушители проклятий направляются туда сегодня утром, но я также собираюсь заехать в Шелл Коттедж и поговорить с Биллом, прежде чем он уйдёт на работу. Ремус посмотрел на Гарри, прищурив глаза. — Тебе нужно поспать. Ты не спал всю ночь. — Я посплю позже, — сказал Гарри. — Могу я напомнить тебе, что ты сказал мне прошлой ночью? — спросил Ремус. Гарри вздохнул. — Поговори с Биллом, потом иди домой и ложись спать, Гарри. — Как она? — спросил Гарри. — То же самое. Есть новости о Шарлотте? Гарри поморщился. — Мы сравнили почерк, и, хотя он не идеально совпадает, он достаточно похож, чтобы Робардс захотел допросить ее. Он думает, что она могла немного изменить свой почерк, когда отправляла тебе оба письма. — Ты не согласен с этим, — сказал Ремус, критически изучая Гарри. — Если бы там была только одна буква которую нужно повторить, тогда, может быть, — сказал Гарри. — Но чтобы три раза все буквы совпали в точности? Это было бы настоящим подвигом, если бы это был не ее обычный почерк. К тому же, есть воспоминание о фотографии. — Что на счет этого? — спросил Ремус. — Я просматривал воспоминание несколько раз, — сказал Гарри. — И хотя лицо женщины не различить учитывая угол наклона ее головы и тот факт, что воспоминания не ясное, мне просто не кажется, что это Шарлотта. Робардс тоже смотрел воспоминание, но он думает, что это могла быть она, поэтому ее допросят сегодня. Ремус задумчиво поджал губы. То, что Гарри сказал о почерке, имело смысл. Было бы чрезвычайно сложно воспроизвести один и тот же измененный почерк три раза. Не невозможно, конечно, особенно с магией, но сложно. И можно было бы подумать, что секретарша, работающая в офисе Авроров, должна была перенять несколько вещей, работая там. А именно, не отправлять фотографию, на которой изображено ее лицо, независимо от того, насколько оно затемнено. Конечно, женщина, отправившая это письмо, могла быть не той, что отправила зелье Гермионе. Вполне возможно, что они имели дело с двумя разными женщинами, и нет возможности проверить наверняка, поскольку Ремус сжег первое письмо. Только подозрения Гарри заставили их изучить фотографию. Хотя инстинкты Гарри обычно были верны. — Ты прав, скорее всего, это не она, — сказал Ремус со вздохом. — Я позволил себе слишком зациклиться на том факте, что она была блондинкой. — Это не твоя вина, Ремус, — сказал Гарри. — Она вела себя немного странно рядом с тобой. Лучше допросить ее и выяснить, что это не она, чем что-то упустить. И вполне возможно, что я ошибаюсь насчет того, что это та же женщина, которая прислала зелье. Возможно, я зря сделал акцент на фотографии. — Не начинай сомневаться в себе, Гарри, — сказал Ремус. — Я бы предпочел, чтобы ты расследовал все возможные варианты, чем что-то упустил. Гарри кивнул, затем зевнул. — Иди домой, немного поспи, — сказал Ремус. — Ты хочешь, чтобы я прислал Джинни? — Может быть, позже этим утром, — сказал Ремус. — Прошлой ночью я поспал несколько часов, так что пока со мной все в порядке. Но позже я хотел бы провести немного времени с Тедди. — В десять часов подойдет? — спросил Гарри. — Отлично, спасибо, Гарри. Гарри наклонился и поцеловал Гермиону в щеку, затем похлопал Ремуса по плечу и вышел из комнаты. Ремус повернулся к Гермионе, снова взяв ее за руку. Хотя ему и не нравился тот факт, что потребуется еще больше времени, чтобы определить, есть ли у Северуса в библиотеке нужная книга, Ремуса больше воодушевило то, что нашли Гарри и Рон. Ремус просто надеялся, что ответ скоро появится.──────── • ✤ • ────────
— Папа! — сказал Тедди, когда Ремус вошел в гостиную Норы. Тедди вскочил с того места, где играл на полу и побежал на полной скорости к Ремусу. Ремус наклонился и поднял мальчика, крепко обняв его. Тедди ответил на объятия. — Куда идти, папочка? — спросил Тедди, его голос был приглушен шеей Ремуса. Ремус вдохнул его запах и крепче обнял. — Я был занят, помогая Гарри, — сказал Ремус, зная, что нет способа объяснить Тедди, что происходит. — Мы пойдем ко мне домой? — спросил Тедди, отстраняясь, чтобы посмотреть на своего отца. — Нет, ты останешься здесь еще ненадолго. — Мой дом, папочка, — захныкал Тедди. Андромеда встала со стула и подошла к ним двоим. — Тедди, я думаю, Молли, возможно, приготовила печенье. Ты не хочешь помочь с глазурью? — Да! — взволнованно сказал Тедди, быстро отвлекшись. Ремус поставил его на ноги, и Андромеда отвела маленького мальчика на кухню, а затем вернулась через несколько минут. — Он все утро просился домой, — сказала она со вздохом. — Ему что-то нужно? — спросил Ремус. — Я уверен, Гарри мог бы заехать и забрать это для него. — Не совсем, нет, — сказала Андромеда. — Я думаю, он просто скучает по своей обычной рутине. — Я полагаю, что ты тоже, — сказал Ремус. — Я в порядке, — ответила Андромеда. — Молли не позволяет мне помогать так сильно, как мне хотелось бы, но она была очень добра к нам. — Я сожалею обо всем этом. Андромеда отмахнулась от его извинений. — Как поживает Гермиона? Настала очередь Ремуса вздохнуть. — То же самое. — Они нашли что-нибудь в доме Северуса? — Не в основной библиотеке, — ответил Ремус. — Но Гарри и Рон нашли еще одну комнату в подвале со всевозможными Темными книгами. Андромеда выглядела обнадеживающей. — Они подозревают, что ответ может быть там? — Да, но это ставит перед нами новые задачи. Многие книги содержат чары, и к ним придется подходить осторожно. Она кивнула. — Ты видел газету этим утром? — Нет, — осторожно сказал он. — Эта женщина, Скитер, напечатала еще одну статью. — Я подумал, что она могла бы это сделать после того, как я был вчера в министерстве. О какой нелепости она сообщает сейчас? — Она задается вопросом, не разбил ли ты сердце Гермионы, и не убежала ли она в отчаянии, поскольку ее не видели в Министерстве со среды, — сухо сказала Андромеда. Ремус закатил глаза. — Замечательно, это вообще не должно увеличить количество писем, которые я получаю. — Молли была весьма возмущена всем этим. Сегодня утром она отправила жалобу редактору. Ремус не смог удержаться от смеха. Андромеда улыбнулась. — Папа! — позвал Тедди из кухни. — Посмотри, папа! — Я полагаю, нам следует взглянуть на навыки Тедди в декорировании, — сказал Ремус. Андромеда последовала за ним на кухню.──────── • ✤ • ────────
— Есть новости? — спросил Ремус Джинни, входя в комнату Гермионы. Он остался в Норе на обед и уложил Тедди вздремнуть, прежде чем вернуться в больницу Святого Мунго. — Гарри вернулся к Снейпу около часа назад, — сказала Джинни. — Робардс заставил его лечь утром спать. Я пока ничего не слышала. Ремус кивнул. Он надеялся выяснить, что произошло, когда Шарлотту допросили, но Ремус подозревал, что если бы они что-нибудь нашли, он бы уже знал. После нескольких минут молчания Джинни посмотрела на Ремуса. — Заходил Рон. Бровь Ремуса приподнялась. — Он хотел проведать Гермиону и сказал мне, что хочет поговорить с тобой. — Правда? — Ремус удивился, так как был уверен, что молодой человек обвинил бы Ремуса в случившемся. — Он хотел знать, когда ты вернешься, но я ему не сказала. Я подумала, что должна сначала спросить тебя об этом. — Я ценю это, — сказал Ремус. — Но Рон мне ничего не должен. Это перед Гермионой он должен извиниться. — Хотя я не могу не согласиться, но он тоже должен извиниться перед тобой тоже, — сказала Джинни. — Он был такой же задницей по отношению к тебе. — Я не его лучший друг. — Нет, но он все равно перешел все границы. — Если он захочет поговорить со мной, я полагаю, все будет в порядке. — Я дам ему знать, — сказала Джинни. Она собрала свои вещи. — Хочешь, я вернусь перед обедом, чтобы ты мог поесть с Тедди? — Вообще-то, да, я бы этого хотел, — сказал Ремус. Ему нужно было проводить больше времени со своим сыном, особенно после просьбы Тедди вернуться домой этим утром. Джинни кивнула и сжала руку Гермионы, затем поцеловала Ремуса в щеку. — Увидимся позже. — Спасибо, Джинни. Она помахала рукой и вышла из комнаты. Ремус сел на кровать и взял руку Гермионы. Он поцеловал ее ладонь и сжал ее руку в своих. — Я вернулся, любимая. Он убрал локон с ее лба и наблюдал, как ровно поднимается и опускается ее грудь. Он надеялся, что Гарри сегодня что-нибудь найдет. Кто знает, если они действительно найдут лекарство, сколько времени потребуется, чтобы оно заварилось? На некоторые зелья уходили дни или даже недели. Рука Гермионы дрогнула в его руке. Ремус нахмурился. Она вообще не двигалась с тех пор, как ей дали зелья, усыпляющие ее. Он провел большим пальцем по тыльной стороне ее ладони и внимательно посмотрел на нее. Она снова лежала неподвижно, и Ремус решил, что это, должно быть, было просто непроизвольное движение. Он выглянул в окно рядом с ее кроватью и позволил своим мыслям плыть по течению. Он задавался вопросом, получил ли он еще одно письмо от того, кто это сделал. Он хотел бы, чтобы у него был шанс поговорить с Гарри. Возможно, если бы Рон действительно зашел, у него были бы новости. Ремусу стало интересно, что бы сказал рыжеволосый. Ремус даже не был уверен, почему именно Рон не одобрял их отношений. Очевидно, разница в возрасте была значительным фактором, но это должно было быть нечто большее. С кровати донеслось хныканье. Ремус посмотрел сверху вниз на Гермиону, нахмурив брови. Ей не должны были сниться кошмары. На самом деле, он сомневался, что она вообще должна производить какой-либо шум. Ее рука снова дрогнула в его руке, и он увидел, как она нахмурилась. Что-то было не так. Ремус позвал офицера патруля магического правопорядка, который охранял комнату Гермионы. Мужчина открыл дверь и заглянул внутрь. — Позови целителя, — коротко приказал Ремус. — Что-то не так. — Я не должен покидать свой пост, — сказал мужчина. — Мне все равно, ей нужна помощь! Гермиона начала слегка ерзать на кровати, на ее лице отразилась боль. — Сейчас! Мужчина ушел, и Ремус положил руку на лоб Гермионы, пытаясь успокоить ее. Несколько мгновений спустя в палату поспешила ведьма-медик. Это была медсестра дневной смены, которая заменила Крессиду. — Что случилось? — спросила она, поспешив к кровати, вытаскивая палочку и начиная проводить диагностику. — Я не знаю, — ответил Ремус. — Ее рука дрогнула, а затем она захныкала и начала двигаться. Движения становились все более частыми, и хныканье вернулось. — Она выходит из сна, — сказала ведьма. — Что? Как? — требовательно спросил Ремус. Они регулярно пичкали ее зельями, чтобы она оставалась без сознания. Он попытался вспомнить, когда была последняя доза. Знахарка вытащила зеркальце из кармана. — Целительница Спенсер, ты нужна мне в комнате мисс Грейнджер немедленно. Она сунула зеркало обратно в карман и взяла карту Гермионы. — Я проверила сегодня утром, ей не понадобится еще одна доза до трех часов. Это не раньше, чем через час. Она посмотрела на первую страницу таблицы. — Когда она принимала последнюю дозу? — спросил Ремус. Одна рука легла на плечо Гермионы, пытаясь успокоить ее и удержать на месте. — Это было двенадцать часов назад, — ответила знахарка. — Итак, три часа утра. Она начала переворачивать следующую страницу. — Я не думаю, что это правильно, — ответил Ремус. Прежде чем женщина успела спросить почему, в комнату поспешила целительница Спенсер. Гермиона почти металась на кровати. Ремус положил обе руки ей на плечи, пытаясь удержать ее. Ее ноги забились сильнее. — Принесите зелья, сейчас же! — приказала целительница, и ведьма, бросив карту, выбежала из комнаты. — Мисс Грейнджер, мисс Грейнджер, вы меня слышите? Ты должна перестать двигаться. Глаза Гермионы распахнулись, и она посмотрела прямо на Ремуса. — Горит! — воскликнула она, и слезы потекли из ее глаз. Ремус в ужасе уставился на нее. — Мне придется связать ее тело, — сказала Целительница. — Она пытается разрушить заклинание стазиса. Она достала палочку и произнесла заклинание. Гермиона немедленно замерла, в ужасе глядя на Ремуса. — Все в порядке, любимая, — сказал он. Он отпустил ее плечи и положил одну руку ей на щеку, другой крепко сжимая ее здоровую руку. — Целительница Спенсер не хочет, чтобы ты снимала стазисные чары со своей руки. Они принесут твои зелья. Просто постарайся расслабиться. Слезы продолжали литься из глаз Гермионы, и она выглядела испуганной. Ремус не мог представить, как это, должно быть, сбивало с толку — просыпаться с такой сильной болью, а потом сразу же быть связанной. Он продолжал пытаться успокоить ее, наблюдая, как целительница Спенсер исследует заклинание стазиса. Она выглядела мрачной. Знахарка наконец вернулась с зельями. Целительница даже не пыталась заставить Гермиону выпить их, просто произносила заклинание. — Я люблю тебя, — сказал Ремус, когда ее глаза затрепетали. Он поцеловал ее в лоб и позволил своим губам задержаться там, пока она не обмякла. Целительница Спенсер отменила чары на тело, и Ремус нежно вытер слезы с лица Гермионы. — Что, черт возьми, здесь произошло? — потребовала ответа целительница Спенсер, поворачиваясь к ведьме. — Я только что перепроверила ее карту, там сказано, что она не должна была получать очередную дозу своих зелий больше часа. Брови Целительницы нахмурились. — Этого не может быть. Я ввела ей начальную дозу вчера около восьми часов утра. Предполагается, что она будет получать новую каждые двенадцать часов. Она повернулась к ведьме. — Я проверила ее карту, как только вошла, — защищалась женщина. — Здесь написано «три часа». Она подняла выброшенную карту и протянула ее Целительнице. Целительница Спенсер пролистала несколько страниц. Она нахмурилась, а затем ее рот сжался в тонкую линию. — Кто-то изменил мои приказы. — Но это ваш почерк, целительница Спенсер. Знахарка указала на запись в карте Гермионы. — Может, это и мой почерк, но я не писала это, — настаивал Целитель. — Смотри. Она перелистнула пару страниц назад и указала на первую запись, когда она сама давала зелья Гермионе. — Когда Гермиона в последний раз принимала зелье? — спросил Ремус. — Вчера вечером, в восемь, — мрачно сказала целительница Спенсер. — Мне жаль, целительница Спенсер, — сказала ведьма-медик. Она выглядела пристыженной из-за того, что не уловила ошибку. — Пожалуйста, подождите меня снаружи, — решительно сказал Целитель. — Мы обсудим это в ближайшее время. Молодая женщина кивнула и вышла из комнаты. Целительница Спенсер вздохнула и потерла лоб кончиками пальцев. — Как это произошло? — спросил Ремус. Он пытался не выходить из себя, но это было трудно, тем более что до полнолуния оставалось всего три дня. Либо целительница записала неправильные инструкции, либо кто-то намеренно изменил их. — Я не знаю, — сказала целительница Спенсер. — Ей дали зелье прошлой ночью, и она должна была получить его снова сегодня утром в восемь. Ты ведь тогда был здесь, верно? — Да, но никто ей ничего не давал. Уилкс пришла около шести и провела диагностическое сканирование, но это было все. Целительница Спенсер кивнула. — Она ушла в семь, и на смену пришла ведьма-медик Брейденбург. Она должна была прочитать всю карту, поскольку мисс Грейнджер была ее новой пациенткой. Если бы она это сделала, то, скорее всего, заметила бы несоответствие. Я докопаюсь до сути, обещаю. — А как же Гермиона? — спросил Ремус. — Прямо сейчас все в порядке, — сказала целительница Спенсер. — Но нам нужно будет внимательно следить за заклинанием стазиса в течение следующих нескольких часов. — Вы не можете просто переделать его? — Все не так просто, — сказала целительница Спенсер. — Мне пришлось бы отменить текущее заклинание и наложить другое. При всей агрессивности этого зелья, есть большая вероятность, что оно продолжит свое действие до того, как я смогу сотворить новое заклинание стазиса. Нам было чрезвычайно трудно предотвратить его распространение изначально. Я не хочу рисковать без крайней необходимости. Ремус вздохнул и провел рукой по волосам. — Я попросила охранника снаружи уведомить департамент Мракоборства, — продолжила она. — Ты думаешь, это было преднамеренно, а не просто ошибка? — спросил Ремус. — Я знаю, что я не записывала эти инструкции в карту мисс Грейнджер, — сказала целительница Спенсер. — Гермиону можно переместить? — резко спросил он. — Я бы не рекомендовала этого, — сказала целительница в замешательстве. — Почему вы хотите переместить ее? — Очевидно, что здесь ей небезопасно, — сказал Ремус. — Мистер Люпин, я понимаю вашу реакцию, но я должна посоветовать вам не делать этого. Любая из небольших больниц Британии просто направила бы вас сюда. Ближайшая волшебная больница с такими же возможностями, как больница Святого Мунго, находится в Ирландии. И, учитывая состояние мисс Грейнджер, было бы не очень хорошей идеей пытаться перевезти ее так далеко. — А как насчет частной помощи? — спросил он. Ремус мог бы отвести ее в Гриммо. Она была так хорошо охраняема, что никто не мог попасть туда без их ведома. Он знал, что это дорого, но Гарри, скорее всего, все равно настоял бы на том, чтобы заплатить за это. — Это, безусловно, вариант, но я бы предпологаю, что вы захотите полностью изучить любого целителя, которого наймете, а это требует времени. Если вы хотите попробовать этот путь, то я могу назвать вам несколько имен, но я рекомендую вам пока оставить ее здесь. — Я поговорю с Гарри и дам знать, — наконец сказал Ремус. — Хорошо, — ответила она. — А теперь мне нужно поговорить с несколькими сотрудниками. Я вернусь, как только поговорю со всеми. Ремус кивнул, и целительница вышла из комнаты. Он выдохнул и тяжело опустился на стул рядом с кроватью Гермионы. Он должен был обеспечить ее безопасность, чего бы это ни стоило.──────── • ✤ • ────────
— Гермиона, — сказал Гарри с обезумевшим лицом, когда влетел в комнату. — Пока с ней все в порядке, — сказал Ремус. Гарри поспешил к кровати, взял ее за руку и оглядел ее. Через несколько минут он закрыл глаза и сделал глубокий вдох, затем выдохнул. — Что, черт возьми, произошло? — Путаница с ее зельями, — сказал Ремус. — Она не получала их с восьми часов прошлой ночи, поэтому проснулась. — Как? — Гарри почти зарычал. Ремус покачал головой. — Похоже, никто не знает. Целительница Спенсер настаивает, что она не давала такой инструкции. Брейденбург не прочитала таблицу полностью, поэтому она не уловила несоответствия, а Уилкс ушла со смены до того, как Гермионе должны были дать зелье этим утром. — Уилкс? — повторил Гарри. — Как Пожиратель смерти Уилкс? — Кузина, — сказал Ремус. — Она была на седьмом курсе, когда я преподавал в Хогвартсе, в Равенкло. Ремус поднял глаза на Гарри. — Я спросил о переезде Гермионы из больницы Святого Мунго. — Каков был ответ на это? — В Ирландии есть ближайшая больница, которая могла бы справиться с ее случаем, но это слишком далеко для нее, чтобы ехать в ее нынешнем состоянии. Я спросил о том, чтобы отвезти ее домой и предоставить ей частную помощь. — Мы могли бы отвести ее к Гриммо, — сказал Гарри. Ремус кивнул. — Целительница Спенсер предложила назвать нам имена, но она указала, что сначала мы должны проверить их всех, и она права, на это потребуется время. — У тебя сложилось впечатление, что она слишком настаивала на том, чтобы Гермиону не перевозили? — Нет, — сказал Ремус. — Я думаю, она была честной и просто беспокоилась о благополучии Гермионы. Плюс, именно она уведомила Авроров о случившемся. Гарри кивнул. — А как насчет двух других? — Я не сказал Брейденбург и пяти слов. Она кажется эффективной, приходит и выполняет свою работу, затем уходит. Хотя она, очевидно, не прочитала полную карту Гермионы, которая, по словам целительницы Спенсер, у нее должна была быть. Уилкс, Крессида и я немного поговорили прошлой ночью. Именно она случайно сняла заклинание левитации с руки Гермионы в первый день. Гарри пристально посмотрел на него. — Я извинился за то, что накричал на нее, когда это случилось, она снова извинилась за свою ошибку. У нее также есть младшая сестра Делия, она училась на одном курсе с Джинни. Очевидно, я непреднамеренно спас ей жизнь во время Финальной битвы. Крессида была благодарна. — Слишком благодарна? — подозрительно спросил Гарри. — Мне так не показалось, — сказал Ремус, пожимая плечами. — Кроме того, она не блондинка. Гарри снова вздохнул. — Я не знаю, должны ли мы исключать кого-либо только потому, что они не блондинки. — Хотя я и согласен, но что заставило тебя передумать? — Возможно, первое письмо не связано с остальными. Гарри выглядел задумчивым. — Но ты все еще чувствуешь, что это так, — сказал Ремус. — У меня нет никаких доказательств, подтверждающих это. — Это не то, о чем я спрашивал. Гарри снова вздохнул. — Да, я все еще чувствую, что это так. Несколько мгновений они молчали, оба уставившись на Гермиону. — Ни одна из трех женщин, о которых мы говорили, не блондинка, — сказал Ремус. — Нет, — согласился Гарри. — Но это мог быть кто-то совершенно другой. Оборотное зелье, Империус, очарование, даже простое заклинание для изменения цвета волос. Безнадежность ситуации угрожала захлестнуть Ремуса. Писем больше не было. Очевидно, тот, кто их отправил, знал, что за ними наблюдают, и прекратил. Он понятия не имел, как они собираются найти того, кто это сделал. И если они в ближайшее время не найдут противоядие, что ж, Ремусу не хотелось думать об этом. — Я думаю, нам следует узнать несколько имен кто может обеспечить должный уход, но я не уверен, стоит ли их брать от целительницы Спенсер, пока мы не будем уверены, что она не имеет к этому никакого отношения, — сказал Гарри, нарушая тишину. — Я мог бы поговорить с Поппи, — сказал Ремус. Гарри кивнул в знак согласия. — Я знаю, нам придется исследовать их прошлое, но я бы чувствовал себя лучше, если бы Гермиона была в Гриммо, где, я знаю, мы сможем ее защитить. — Я чувствую то же самое, — сказал Ремус. Он посмотрел на Гарри. — Значит, ты ничего не нашел? — Дело продвигается медленно. Разрушители проклятий проделывают хорошую работу, но им приходится изучать каждую книгу по отдельности, прежде чем мы сможем взглянуть на них. — Я думал о предложении Нарциссы, — сказал Ремус. — Может быть, будет лучше, если мы начнем обыскивать библиотеку Малфоя, пока заканчиваем у Северуса. Гарри уставился в землю. — Я знаю, тебе было бы трудно вернуться туда, Рону тоже, но, может быть, вы двое могли бы остаться у Северуса, а кто-нибудь еще мог бы пойти к Малфоям. Гарри кивнул. — Вообще-то, я подумал о том же. Я поговорю с Робардсом. Ремус встал и вернулся к кровати, снова взяв руку Гермионы в свою. — Я не могу потерять ее, Гарри, — тихо сказал Ремус. — Я не могу, я не могу пережить это снова. Гарри положил руку ему на плечо и сжал его. — Ты не потеряешь ее, — решительно сказал он. — Никто из нас.──────── • ✤ • ────────
Ремус все еще сидел на кровати Гермионы, держа ее за руку. Гарри ушел час назад, чтобы вернуться в Министерство. Целительница Спенсер заходила дважды, чтобы проверить чары стазиса, которые все еще действовали. К Гермионе была приставлена другая ведьма-медичка, которая заверила Ремуса, что прочитала всю карту Гермионы. Эта женщина была старше и на самом деле немного напоминала ему Поппи. Раздался тихий стук в дверь. Ремус встал и вытащил палочку. Пересекая комнату, держа палочку перед собой, Ремус остановился у закрытой двери. — Кто там? — Э-э, это Рон. Ремус закрыл глаза и глубоко вздохнул. Он совсем забыл о том, что Рон заходил. Ремус открыл дверь, все еще держа палочку поднятой. — Что ты подарил Тедди на день рождения? Рон на мгновение удивился, затем ответил на вопрос. Ремус кивнул, опустил палочку и впустил Рона в комнату. Молодой человек выглядел смущенным, и Ремус не почувствовал себя особенно расстроенным из-за этого. — Гарри рассказал мне, что произошло ранее, — сказал Рон. — Отсюда причина контрольного вопроса, — ответил Ремус. Рон кивнул. — С ней все в порядке? — Ты беспокоишься о ней сейчас? — спросил Ремус, прежде чем смог остановить себя. — Конечно, — парировал Рон. — Она моя лучшая подруга. Бровь Ремуса приподнялась. Рон вздохнул, проводя рукой по волосам. — Я знаю, я был полным придурком из-за всего этого. Он неопределенным жестом указал на Ремуса и Гермиону. — Этого? — Ты и Гермиона, — пробормотал Рон. — Ваши отношения. Ремус ждал. Несмотря на то, что Гермиона была расстроена всем этим, он не собирался облегчать задачу Рону. — Я сказал кое-что, — продолжил Рон. — То, чего я не должен был говорить. — Ты это сделал, — согласился Ремус, все еще чувствуя вспышку гнева из-за того, на что намекнул Рон. — Хотя, Гермиона — это та, кто должна услышать твои извинения. — Я планирую поговорить с ней, как только смогу. Ремус кивнул и замолчал. Рон несколько мгновений ерзал, а затем вздохнул. — Послушай, я знаю, что вы с Гермионой тогда не были вовлечены в отношения. С моей стороны было глупо думать так тогда, и еще глупее с моей стороны обвинять тебя сейчас. — Я не буду с тобой спорить, — сказал Ремус. Рон фыркнул, и Ремус почувствовал, как на его лице появляется тень улыбки. — Я был полным идиотом в ту ночь, когда узнал, — сказал Рон. — Меня больше всего расстроило, что Гарри узнал, хотя у меня были сомнения. — Насчет разницы в возрасте? — Немного, да. Но это было нечто большее, — он замолчал, взглянув на Ремуса краем глаза. — Давай, скажи это, — сказал Ремус. — Я уверен, что это не то, о чем я сам не думал. — Ты знаешь, у меня нет предубеждений по поводу оборотней, — начал Рон. — Но это не значит, что у других их нет. И я знаю, что Кингсли и Гермиона работают над изменением законов, но, — Рон пожал плечами. — Но то, что законы меняются, не означает, что меняются умы, — закончил Ремус. — Верно, — сказал Рон. — И я не хотел, чтобы Гермионе приходилось иметь дело с этим предубеждением. — Поверь мне, Рон, я думал о том же десятки раз. Я говорил то же самое Гермионе. Ей было все равно. Но, очевидно, эти мысли не лишены смысла, учитывая, где мы сейчас находимся. Рон с любопытством посмотрел на него. — Это не твоя вина. — Не так ли? — спросил Ремус. — Какая-то сумасшедшая пытается убрать Гермиону с дороги, потому что думает, что тогда у нее появится шанс с тобой. Что, если бы она вообще знала тебя, она бы знала, что это не сработает. Она сумасшедшая. И это не имеет никакого отношения к тому, что ты оборотень. — Ты не можешь отрицать, что если бы Гермионы не было со мной, этого бы никогда не случилось, — сказал Ремус. — Это все равно не делает тебя виноватым, — сказал Рон. Его глаза сузились. — Ты что, пытаешься заставить меня обвинить тебя? Ремус вздохнул. — Нет. Я просто чувствую ответственность за ее состояние. — Я понимаю, что ты чувствуешь, — сказал Рон. — Я чувствовал то же самое после Малфой-Мэнора. — Ты ничего не мог сделать, — настаивал Ремус. — Но все равно чувствую себя виноватым. — Мне знакомо это чувство. Ремус решил, что это был один из самых странных разговоров, которые у него когда-либо были. Он перешел от гнева к чувству вины и сочувствию к Рону менее чем за пять минут. Он чувствовал себя немного сбитым с толку. — Я полагаю, это приходит с любовью к кому-то, — сказал Рон. Ремус долго смотрел на Рона, прежде чем ответить. — Я действительно люблю ее. — Я знаю, — ответил Рон. — Я тоже ее люблю. Ремус ощетинился, и волк зарычал у него в голове. Ремусу удалось сдержать рычание, но это было почти невозможно. Рон повернулся, чтобы посмотреть на него. — Я не влюблен в нее. Больше нет. Он выглядел немного застенчивым. — Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять это. Ремус заставил себя успокоиться. — Я сожалею о том, что я сказал той ночью, и о том, как я себя вел, — продолжил Рон. — Просто, она Гермиона, понимаешь? Ремус улыбнулся. — Я знаю. — В любом случае, я должен вернуться к помощи Гарри. — Есть какие-нибудь новости? — Все еще просматриваю книги, — сказал Рон. — Пока ничего. — А как же Шарлотта? Рон покачал головой. — Это не она. Ремус вздохнул. Он не был слишком удивлен после обсуждения этого с Гарри, просто разочарован тем, что ни к чему не привела ни одна зацепка. — Рон, — сказал Ремус, прежде чем молодой человек успел уйти. — Да? — Спасибо тебе, — сказал он. — За все, что ты сказал. Рон кивнул. — Мы собираемся разобраться в этом, Ремус. Мы с Гарри не остановимся, пока не разберемся. — Я знаю. — Береги ее, — сказал Рон. Ремус кивнул. Рон еще раз улыбнулся и вышел из комнаты. Ремус вернулся к кровати и сел, снова взяв Гермиону за руку. Он поговорит с Поппи о рекомендациях, как только Джинни приедет посидеть с Гермионой. Пока они не выяснят, кто изменил инструкции по дозировке для Гермионы, Ремус не мог доверять даже целительнице. Ремус не хотел рисковать. Он наклонился и поцеловал Гермиону в лоб, сжимая ее руку.
