След зеленого чая

Арсений внимательно слушал каждое слово парня, будто прослушивая мысли Антона заводящие новый ураган в голове. Белая бумага блокнота, заполнилась черной пастой — становясь исписаной страницей. Тема была заглушена, Арс сказал что подумает обо всем и они обязательно обсудят это на следующей встрече. — Арс. а что за девушка была в коридоре? — Антон подал голос, волнительно поднимая взгляд на Арсения который надевал очки, поправляя оправу. — Разбалованая дочь одного влиятельного мужчины, не видящая границ. — Выплюнув эти слова с нескрываемым отвращением к этой персоне, Арс взял кружки перенося на другой стол, чтоб те не мешались. Антон уже успел накрутить себе любые сюжеты, вдруг это бывшая Арсения, а может сестра. Как оказалось обычная знакомая, эта мысль вызвала легкую улыбку, возникшую на пару секунд. Что-то явно отпустило Антона, стало легче от того что она никем не является для Арса — он часто стал ловить себя на мысли что ревнует голубоглазого парня. Любой контакт Арсения с другим парнем или девушкой моментально вызывал тоскующий взгляд Антона, парень боялся что его заменят как он заменяет сигареты каждый день, выкидывая использованую которая совсем недавно придавала хороших эмоций и наслаждения. Каждую ночь он надеялся что проснется все еще нужным, не просто клиентом, а кем то играющим главную роль в жизни Арса. Его беспокоили мысли о том что он откроет глаза, прочитав новость на подобие: вы не прошли кастинг, главная роль отдана более проффесиальному актеру. К счастью такого пока не произошло и он явно стоял не на последнем месте, стремительно поднимаясь на верхнюю ступеньку, босыми ногами наступая на колючие розы прошлого оставляющие кровоточущие ссадины, проходя через сражение с бурым медведем являющийся его главной фобией — смерти попутно убивая впившиюся в руку анаконду приносящую страх быть осужденым, разбивая молотком стеклянную стену доверия, осколки которой летят ему прямо в сердце разрывая на маленькие кусочки, оставляя за собой лишь кровавые пятна смешавшиеся с такими же прозрачными слезами. Путь был сложным для парня, каждый день принося новое испытание. Кому-то везло больше и они шли по колючим розам в плотной обуви, не сражались с медведем и анакондой ведь давно выставили вокруг себя ловушки уверености и отважности через которые им не пробраться, а стеклянной стены и вовсе не было, открывая проход дальше на верхнюю ступень. Может если он пройдет последнее испытание, вытерев кровь льющуюся из приоткрытых губ, улучшая свое отражение в рассколотом зеркале он дойдет до цели и станет важным человеком в жизни Арсения? Дверь кабинета приоткрылась, впуская парня которого Антон видел в первый день пребывания в клинике. Зрачки увеличелись пылая презрением, чувством ненависти и раздражения. Поднявшись с дивана, Шастун подошел к двери, протиснулась мимо парня стоящего в дверях, глядящего то на Антона то на спокойного Арсения. — Я напишу как приеду домой. — Громко хлопнув дверью он вышел из клиники, на последок услышав протяжный стон наполненный желанием из кабинета который он только что покинул. Сердце свалилось с двадцатого этажа, разваливаясь на маленькие красные кусочки, медленно переходящие в лужицы густой массы созданой из чувств. В глаза будто вставили мутные круглые стекляшки, затуманивая всю картинку перед лицом. Где-то справа шумят машины, слева кричат дети споря о том кто будет водить сегодня, сверху поют песни, а внизу громко смеются бесы, злорадуствая над Антоном. Ему не показалось, он точно слышал, все слышал. Значит он себя накрутил, пару минут назад он сидел думая о пути который прошел, почти увереный в том что совсем скоро он зацепиться на последнюю ступеньку, из последних сил подтягиваясь на нее к стоящему сверху Арсу помогающему ему подняться хватая худую, кровавую от ранений руку. Боль от физических ранений была совсем другой, было больно от саднящих ран на теле, сейчас ему причинили моральную боль от которой саднили раны внутри, обжигая кожу и плоть. Ноги сами довели его до подъезда оставляя за Шастуном лужи из слез которые мог видеть только он. Никогда бы он не подумал что влюбиться в парня. Парня, твою дивизию. Да еще и так сильно точно как глупая девочка влюбленная в старшеклассника по уши, бегая после каждого урока что-бы исследовать его рассписание. В квартире стояла темнота, так даже лучше, свет сейчас никчему, меньше платить в конце месяца за него будет. Слезы скатились по щекам одна за одной, скрывая всю боль в квартире, пропитавшая стены, мебель и белую футболку с следом зеленого чая. Винить Арса он не мог, они о чувствах даже не говорили, конечно же у взрослого парня будет личная жизнь, на что он надеялся? То что такой успешный парень обратит на него глупого внимание пока по миру ходят такие же успешные, умные и красивые парни? Смешно. Он истерически засмеялся, вытирая слезы превратившиеся в водопад. Сжимая волосы, Антон хотел их вырвать вместе с головой избавившись от страданий. Телефон разрывался от входящих сообщений, точно Сережа какие-то приколы пишет которые сейчас ему никчему. Он прижимался к белой футболке оставляя мокрые пятна. Хотелось вернуться в тот момент.

Арсений аккуратно обрабатывал холодной мазью каждый синяк и царапину, стараясь не причинять боль, разтирая мазь круговыми движениями. Может Антону и нравилась эта забота, но ему было невероятно стыдно что за ним ухаживают как за восьмилетним мальчишкой не способным постоять за себя и обработать разбитую коленку.

Он привязался, держась за крепкую веревку приделанную к спине Арсения. Антону нечем было заглушать свою боль, слезы ухудшали ситуацию, придавая головную боль ко всей картине. Встав с дивана до которого еле добрался, Шаст взял маленькое лезвие оставленное в шкафчике на всякий случай. В ванне он плотно закрыл дверь, включив кран ванной на полную, пуская холодную воду наружу. Глаза зажмурены, лезвие висело в воздухе которое держала трясущееся рука. Он давно уже не делал этого отвыкнув от этой боли. Секунда и на руке образовалась широкая царапина из которой медленно стала поступать кровь, стекая по запястьем смешиваясь с холодной водой. Антон зашипел от боли, прижимая колени к грудной клетке. Белая футболке висевшая на нем, вся промокшая, еще недавно была с следом от зеленого чая, но теперь там только красные пятна. Ровно три широких пореза появились на руке парня. Он убрал кровавое лезвие на бок ванной где лежали гели для душа вместе с шампунем. Вода стала мутной, кровь все текла из открытых глубоких ран, слезы прекратились, глаза стали сухими и пустыми — словно без жизненные. Еле как вылезя из ванны Антон упирался о раковину, пытаясь остановить поток крови с помощью воды. Почти удалось, в глазах начало темнеть, но тот крепко держался доставая чистые бинты из ящика сверху. Зеркало висящее на бок в котором виднелось отражение парня. Белая футболка стала красной, след зеленого чая больше не был болотным, закрашиваясь красными красками. Запястья залитые кровью и пустое тело еле державшееся на ногах. Все мосты которые он выстраивал весь этот месяц резко сломались, упав на фундамент с громким грохотом. Ему впервые разбили сердце, ему было тошно от самого себя. Он снова проявил слабость чувствуя себя таким беспомощным, он больше ничего не мог сделать, он не мог справиться с накатывающими эмоциями. В ушах стоял стон пронзающий тишину клиники острой стрелой попавшую ровно в сердце Антона разваливая скопившееся ящички с чувствами и эмоциями по всему телу. Парень резко осел на пол от резко возникшей слабости в ногах, они стали ватными — он не мог больше стоять на ногах. Все мыльное, картинка плывет, будто повторяются события той страшной ночи которую было досихпор жутко вспоминать.

Так же опираясь по дороге на стены, Антон дошел до заветной ванной комнаты. Не решаясь посмотреть в зеркало юноша молча включил кран, смывая кровь под его носом и на разбитой губе. Тошнота подошла к горлу, затруднилось дыхание, он осел на пол руками сжимая мокрые пряди волос. — Как же хуево. — Полу шепотом сказал тот, замолкая от ярко выраженной боли в горле будто изнутри оставили глубокие царапины.

Победила темнота, передав тело Антона крепкому сну. Проснется ли он или умрет от потери крови в своей же ванной с разбитым сердцем — последняя мысль посетившая голову Антона.

От лица Арсения

Антон вышел из кабинета сообщив о том что напишет по возвращению домой. Дверь громко хлопнула, Арсений стоит в комнате наблюдая за парнем расстегивающие пуговицы рубашки. Глубокий поцелуй, стоны наполняют комнату выставляя за дверь запах зеленого чая и чувства Шастуна. Арс целует парня представляя совсем другого человека отстраняясь от горячих объятий. — Прости Денис, мне надо ехать, я забыл о выступлении. — Арсений выбежал из клиники, оглядывая улицы в поисках знакомой высокой фигуры скрывающейся за поворотом. Заведя мотор тот ринулся с места, вдавливая педали на всю направляясь к подъезду Антона, перебирая содержимое бардачка пытаясь найти ключи от его квартиры. Второй рукой он набирал сообщение Шастуну оповещая о том что сейчас приедет.

Вы:

Я скоро приеду, дождись меня.

Антона не было в сети, сообщения тоже не читал, Арсений попробовал звонить не получая никакого ответа взамен, ногой надавливая на газ еще сильнее.