След зеленого чая

— Арсюшенька, ну ты куда? — Девушка выдавила невинный взгляд, сделав жалобный вид, цокая каблуками по полу. Арсений повернулся на пятках, махая Антону рукой что-бы тот шел дальше без него. В личное лезть он не хотел, так что послушно выполнил просьбу, оставляя Арса с девушкой одних в опустевшем коридоре. Видимо представление началось, актеры больше не бегали, все в миг стало пустым, не считая холла где постоянно стояли толпы людей, выстраиваясь в длинную очередь. На улице ничего не поменялось за эти пару часов. Солнце светило все так же ярко, что не могло не радовать. Холод наконец-то отстал, прекращая морозить посиневшую кожу, накрывая озера и водоемы толстым ковром льда. Все будто ожило, все выглядели счастливее, без натянутых улыбок, даже по новостям сегодня та же девушка улыбалась искренне, поздравляя всех с долгожданным наступлением потепления и отхода холодных ветров. Антон ждал Арсения, усевшись на корточки около высокой колонны. Что это за девушка? Она правда не видит что Арсу не приятно или просто делает вид что не видит? Да и Арс вел себя с ней совсем не вежливо, что очень не похоже на него. Обычно он улыбался каждому прохожему, никогда не злился, проявляя уважение к каждому с кем заводил диалог либо же кто заводил диалог с ним. Вообще смущало больше то что девушка была одета точно не для театра, больше подойдет для ночного клуба с громкой музыкой и запахом алкоголя ветающим в пространстве. Антона раздражало то что он сам того не понимая начинал лезть в личную жизнь Арсения, все больше думая о том кем являются его знакомые для него, почему у него бывает пропадает настроение и так далее. Он был точно уверен что Арс из уважения не стал бы перечить Антону, всем своим видом показывая что ему ужасно неприятно от жутко любопытного Шастуна. Хотя и терпеть плохое отношение к себе он бы тоже не стал, тыча носом в проблему которая ему не приятна, как щенка который сходил мимо пеленки — только с людьми которые сходили мимо нужной дороги, совсем не думая о том что говорят. Благодаря мыслям время летело быстро и вот в дверях уже показывается злой Арсений. Шаст совсем не привык видеть его таким, первый раз за все общение он видит пылающую злость в его глазах — не считая случая в больнице когда тот разорено кричал разъясняя кому-то что-то по телефону. А кому и что Антон не знает ведь спрашивать было бы глупо и со стороны выглядело странно. Зачем ему интересоваться с кем Арс ругается по телефону? К таким вопросам он пока не умеет придумывать правдоподобные отмазки.

От лица Арсения

Смотря в спину уходящего парня, Арс повернул голову к девушке, поправляющей верхние пряди волос. — Конфликты в твоей семье меня никак не должны касаться. — Тыча пальцем в лицо, говорил Арсений, идя на девушку, заставляя ту пятиться назад, пошатываясь на высоких каблуках. — Не подходи ко мне больше, обида твоего отца на моего — его обида, к которой я не причастен, ясно? — Девушка была вжата в стену, пытаясь сделать дерзкий и уверенный вид, что у нее плохо получалось. Обычно у нее выходило зацепить парня, но в этот раз в ее глазах был только страх вместо издевки. Арсений горел желанием послать ее здесь и сейчас, вырывая все остатки уверенности из ее груди. Она точно не ожидала такой реакции, она никогда как и Антон не видела Арсения в таком состоянии, его было максимально сложно вывести на такую эмоцию как — гнев. Девушка все молчала, не подавая голоса, пытаясь вдавиться в стену еще больше что-бы не быть так близко с голубыми глазами будто морем в котором разбушевался шторм, смывая большими волнами все на своем пути. — Закончили диалог, раз и навсегда. — Арс отошел от девушки, пройдя пару шагов лицом к ней после чего развернулся выметаясь прочь из коридора, дополнив — Иди нахуй. Девушка была ошарашена, будто ошпарилась об раскаленные угли в камине которые сама же подожгла своим поведением. Какой конфликт — могли знать только они и их отцы. Вдох, выдох. Помогало успокоиться, но не сейчас. Его смогли вывести на эмоции, но ему стало намного легче после последней сказанной фразы и пусть его выпрут из театра за сказаный грубый мат в стенах его рабочего места, ему откровенно плевать. Точнее он был просто уверен что это не произойдет, владелец прекрасно понимал что после выгона Арса он останется нисчем. Он вышел к Антону все также сидящему на корточках, облокотившись головой о колонну, парящей в своих мыслях и загонах.

От лица Антона

— Арс, мы в клинику сейчас? — Он быстро поднялся с грязной земли, отряхивая свои концы джинс, завалявшиеся в песке. — Да, садись в машину. — Зазвинев ключами от машины с ярким брелком сказал Арсений, рукой указывая как дойти до машины, жалеяя о том что продолжил диалог с той занозой, испортив себе настроение. Главное не испортить его Антону, вышло бы не очень красиво с его стороны. Антон дернул ручку двери, усаживаясь в салон пахнущий мятой. Он уже привык к этому запаху, каждый раз вдыхая как первый раз.

— Да я и не собирался тебя сбивать, хотел подвезти до дома, ты так быстро ушел. — Задумавшись он продолжил — Видимо ты был так погружен в свои мысли, реакция соответствует этому.

На это Антон только недовольно пробурчал себе что-то под нос, злился самого на себя, глупого и не внимательного, а ведь все может закончиться быстро — так будет идти и даже не заметит что идет по проезжей части. Дальше его мысли были оборваны — не хотел он задумываться о таком раньше времени. Дернув головой, Антон мягко улыбнулся, почесав затылок. Подняв взгляд на голубо-темные глаза Арса меркающие в ночной темноте.

— Так что? Я могу тебя подвезти до дома?

Как же хорошо было тогда, сидя в теплом авто, прогревая замерзшие руки. Такого рода воспоминания не вызывали боли или терзающих чувств как привык Шаст. С этими мыслями хотелось ходить каждый день, продумывая те моменты раз за разом. Рядом с Арсом ему становилось душевно легче, была у него такая энергетика. Не хотелось плакать, не хотелось сжаться сидя на ледяной плитке и совсем не хотелось кричать, вдобавок прокручивая плохие моменты в голове. И ему это чертовски нравилось, он был готов сидеть с Арсом в этой машине до конца жизни, вдыхая и выдыхая запах мяты, разглядывая напряженные руки Арсения крепко держащие руль. Впереди можно было уже разглядеть клинику к которой Антон тоже успел привыкнуть. После того как ребра прошли, он тут проводил каждое утро, разрезая скальпелем брюхо, доставая побитое сердце внутри с маленькими ящиками проблем и воспоминаний. Он хорошо понимал что когда-то нужно будет рассказать о казино, как минимум потому-что Арсений уже о чем-то догадывается так как четко слышал слова Сережи ляпнувшего не то что нужно было. С того дня Арс почти не затрагивал эту тему, каждый раз говоря о том что я должен сам к этому приготовиться и не жалеть об этом позже, после прийома. Хлопнув дверями, парни зашли в двери клиники. Антон мило улыбнулся пожилой женщине сидящей за стойкой, подписывая какие-то бумаги. Она его уже успела запомнить, постоянно встречая с теплым взглядом, будто была его бабушкой, встречающую своего выросшего внука. Помахав морщинистой рукой, она продолжила разглядывать выведенный на бумаге текст. Шаст подошел к кабинету, ожидая пока Арс найдет ключи в кармане. Дверь открыта, надо готовить свою душу и выворачивать на изнанку, высыпая все содержимое. Кабинет встретил их свежим воздухом, большое окно было приоткрыто на проветривания — видимо уборщица открыла пока убиралась в кабинете, не закрыв его за собой. Он сел на диван, накрыв плечи уютным пледом который был куплен пару дней назад в торговом центре недалеко от центра. Арс разливал кипяток по кружкам, топя прозрачные треугольные заварники с травами в нем. Таких еще Шаст не видел, наверное дорогой. Кружка стояла перед ним, переливаясь под лучами солнца. Арсений подвинул свою посудину ближе к себе, отложив очки в сторону. — Можем обсудить сегодня твои порезы. Если верить моей внимательности то новых у тебя не появилось. — Голубые глаза встретились с зелеными, словно неба и земля, бушующие во время того как плавно смешивались с друг другом. — Я перестал, с того момента как начал пить успокоительные. — Зрительный контакт крепко держался, никто не сводил цепкий взгляд, давая глазам дальше смешиваться. — Если судить по твоему опыту, то легче становилось после нанесеных порезов или после приема таблеток? — Взяв кружку обратно в руки, Арсений отвел взгляд что-бы не разлить до краев залитый чай на светлый диван. Не хотелось потом отмывать пятно от него. — После приема таблеток. Засыпать легче и мысли плотно трамбуются. Когда режешь руки, ощущения отличаются. — Антон хотел вдатся в подробности, описывая каждую деталь, на что Арс положил кружку обратно, закатывая рукав свободной толстовки в трое. На руке было три длинных шрама, растянутых словно большие браслеты по кругу запястья. — Не стоит описывать, я и так знаю это ощущение. После того как пропьешь курс таблеток, тебе станет легче, поверь и ты не вернешься к нанесению боли самому себе. — Он взял руку Антона, закатывая рукав толстовки как на себе, изучающим взглядом проводя по мелким шрамам которые видел много раз. Их шрамы отличались размером и количеством, если взять Арсения то у него три, больших, растянутых шрамов, будто оставленные толстым кухонным ножом. У Антона было много маленьких, как будто пробежала стая мошек, глубоко впиваясь острыми ножками в кожу до самых костей. — Чего тебе сейчас хочется больше всего? — Арс отпустил рукав, проводя пальцами по пальцам Антона, заставляя того вздрогнуть. Вопрос поставил Шастуна в тупик. А чего он хочет? Любви, спокойствия, отсутствия проблем, хочет найти себя и жить как обычный человек, выплатить долг в котором он даже был не уверен ведь он мог действительно обнулиться. Да он мог пойти в казино и проверить это узнав у главнокомандующего, но если это ловушка? В конце концов это все выплывает к одному — он хочет нормально жить, а не как рыба которую проткнул крючок от удочки, выбросив обратно в озеро на произвол судьбы.