След зеленого чая

Доезжая домой все проходит как обычно. Каждый принимает душ, смывая грязь сегодняшнего дня с тела, оставляя приятный запах геля для душа на коже по которой стекали капли. Все разошлись по комнатам почти сразу, укладываясь на мягкое место для сна. День выдался действительно тяжелым, таким же как и прошлый — парням хотелось выспаться этой ночью, ведь завтра их ожидает самый сложный день, допустить ошибку в нем нельзя было, иначе это бы стало плохим концом фильма, который начинался очень даже хорошо. Словно титаник, где все было славно, люди жили с счастьем в глазах и любовью в сердце, а все так печально закончилась и шанса исправить происходящее у них не было и уже никогда не будет, как бы кому-то там не хотелось. Нервничали в эту ночь все, она была особенная, даже Попов ерзал по кровати, приподнимаясь на локти в порывах времени смотря просто в стену, после чего укладывался обратно. План все еще обдумывался и не давал ему уснуть — для него это оказалось куда сложнее чем он думал, Арсений не привык к чувству когда ты не уверен в своей победе. Если все пойдет не так? Его цель была сделать так чтобы этой фразы даже не звучала в их головах и все было ровно, нужно сложить все кубики ровно чтобы получить победу — как в игре тетрис. В случае если они облажаются и скинуть последний кубик не в то место, все разрушиться, только вот в игре можно начать все заново, а в жизни нет. Антон тревожно поворачивается на сторону Арсения который лежал с открытыми глазами, проводя рукой по гладкой щеке парня. — Арс, нужно выспаться. — Заспаным голосом сказал Шаст, двигаясь поближе, головой упираясь в грудную клетку Попова, обводя его шею руками. Арсений лишь улыбается, прикрывая глаза, Антон ведь правду говорит, без сна они далеко не уйдут, это ведь как бензин для машины. Вряд ли она бы поехала вперед без топлива, также как и люди не пошли бы без энергии, которую можно получить из хорошего сна. Сережа лежит на диване и давным давно спит, только один. Его это и не очень смущало, он такой по жизни был, ему главное чтобы было где поспать и поесть, а дальше выкоропкается по ходу дела. В квартире наступила тишина, стены обрели покой. На утро все встали одновременно, полные сил. Да, ночью всем было сложно уснуть, но и легли они довольно рано в девять часов, проснувшись в десять. Им хватило этого сна чтобы зарядиться по новой, заполняя батарею до ста процентов. Легкий мандраж гулял по квартире, нагоняя легкой паники, что касалась каждого кто спал в комнатах этой квартирки. Они как обычно сидели на кухне, за очередной порцией чая, на улице светит солнце — ярче чем обычно, погода очень хорошая, придавало хорошего настроения, а это совсем не плохо в их ситуации. Никто не был голоден, ком в горле не пропускал аппетит, так что и время на приготовление завтрака им не пришлось терять, поедят после завершения задачи. Арсений выглядел тревожнее всех, что его могло так мучить? Да, это финал, самое страшное, на его плане, раздумьях и мыслях держится абсолютно все, можно было долго перечислять, но самое главное это то что они ставят свои жизни под доверие Попова. И они действительно ему доверяли, они доверяют свою жизнь, у Сережи с Антоном есть сомнения, они есть у каждого, но выигрывает все равно уверенность. Шастун поднимается с места, собирая три пустые посудины, откладывая их к деревянному подносу около раковины. Туда удобно складывать посуду, столешница не мокнет и не нужно позже протирать поверхность. Арсений с Матвиенко поднимаются следом, разбегаясь по комнатам, ища подходящую одежду под их Дресс-код. Шаст моет последнюю кружку, оставляя вниз дном на полотенце, что постелил поверх подноса. С этим закончено, теперь самому было бы неплохо одеться. Мысль о встрече с Позовым его не покидала, ходя за ним по пятам. Он досихпор не знал почему именно к нему, ведь тот уже успел извиниться много раз и не представляет опасности, но Арсений знал очевидно больше и раз он сказал что нужно, значит нужно. Антон заходит в спальню, взглядом гуляя по торсу Попова, довольно улыбаясь. Снова черная одежда, ему не привыкать, он ходит в ней каждый день, его гардероб можно было описать по эстетике похорон, но это никак ему не мешало. Он выбирает свободные, черные спортивки, накидывая поверх такую же черную толстовку с белой надписью «stop.please " чутка подкатывая рукава для удобств. Ноги погружаются в мягкую, внутреннюю обшивку белых кед, сливаясь с белой тканью носков. На улице потеплело, но лучше захватить с собой черную джинсовку, вдруг резко похолодает — как это было вчера. Та же кепка располагается на голове, скрывая под собой русые кудряшки. Кажется все готовы и собраны. Сережа как обычно в своих очках, Арсений в парной толстовке с Антоном, с белой надписью «okay.i wait», что в переводе «пожалуйста, остановись. хорошо, я подожду.» Попов не мог отказать Шастуну который стоял посреди магазина с одеждой в руках, строя зеленые глазки словно щенок выпрашивающий вкусняшку от хозяина. При выходе на улицу, солнце слепит в глаза, одному Матвиенко очень даже хорошо — ведь он додумался надеть очки. Зато кепки спасут от солнечного удара, если он конечно может случиться при такой температуре. Голубые глаза Арсения смешиваются с лучами, Антона всегда завораживало это, ему казалось будто он в картиной галлерее смотрит на произведение исскуства — была бы возможность он никогда бы не ушел от этой картины и жил в этой галерее всю свою оставшуюся жизнь. Кстати о жизни, наладится ли она после того как они закончат свое дело? Его преследовал страх что Арсений бросит его, но с каждым часом проведенным вместе он переубеждал себя все больше. Попов бы не стал тогда идти на риски ради него, а тем более убить людей. Хотел бы зла, тогда бы заплатил миллионы, которые к слову у него имелись, тем людям избившие Антона в ту ночь. В его памяти навсегда останутся те два страшных дня — ночной кошмар. Белая футболка с следом от зеленого чая, погрязла в крови боли и отчаяния, но ему удалось ее отстирать, жалко правда что след тоже отстирался, хотя вернуть на место пятно не так уж и сложно, достаточно просто вылить кружку чая на себя — и готово! Парни залезают в машину, после чего опускают взгляд на телефон Арсения. В участке карты мигает желтая точка, показывая местоположение Позова. Удачно близко, да и в тихом районе, им везет сегодня и точно повезет в будущем. Попов примерно представляет что находится рядом с этим местом и куда можно будет уйти от людских взглядов. Арс протягивает телефон Шастуну, наклоняя голову. — Там же рядом заброшенный завод? — Арсений повторно вырисовывает себе картинку в голове, но не выходит, он знал местность в деталях намного меньше чем парень который прожил тут всю свою жизнь, не учитывая временной переезд в Москву. Антон поднимает глаза кверху, вспоминая этот район, после чего кивает. — Да, он точно подойдет. — Улавливая мысль Попова говорит юноша, поворачивая голову к Матвиенко, внимательно рассматривающего объект который не двигался с места. — Что он там забыл? Может он вовсе не один? — Шастун повторно смотрит на экран, вновь оборачиваясь к Сереже. — Он живет рядом, может в магазин вообще идет, можем подождать вообще у подъезда. — Арсений кивает, переставляя телефон на специальную подставку для него, такие часто можно увидеть в такси. Сегодня они были настроены победить, но смогут ли? Конечно смогут — думал Антон который по пути решил порассуждать о своих снах вновь. Может быть была деталь которую он упустил? Если бы он только мог говорить там, все бы сразу стало ясно. С каждым разом его квартира становилась лучше, а девушка — Анфиса, все больше хвалила его, говоря о том что он большой молодец. Она упомянула что-то про опасность сегодня ночью и это вполне логично — опасность всегда присутствует, темболее если вы едите на дело в ходе которого вы должны убить человека, оставляя умирать одного, выходит, на старом заводе в который давным давно уже никто не ходит. Из мыслей его выводит резко включившаяся музыка из радио. Сережа каждый раз как оказывался в этой машине включал дурацкие треки певцов которые ему были неизвестны, подпевая себе под нос. Арсения же это не раздражало, а только спешило, ну правда со стороны выглядит смешно. Особенно его хвостик который качался то в одну сторону, то в другую вслед за движением головы. Пока Попов следит за дорогой, Шаст следит за их сегодняшней жертвой чтобы та не успела скрыться раньше времени. Его теория подтвердилась, Поз действительно сейчас в магазине, и будет возвращаться по тому же пути. Подловить Диму у входа на завод, что находился у его двора — было проще простого, много сил не потребуется. От того, что Антон понимал, что сегодня ему откроется правда и он сново станет на шаг ближе к разгадке — хорошей или плохой, но это хотя бы будет правда, ему становилось спокойнее. Закончиться уже наконец эта вся чепуха развивавшаяся не пойми откуда. Тройка на месте, пора действовать. План был прост, Сережа стоит у входа на завод, сторожа окружность, Антон сидит на лавочке закутавшись в копюшон чтобы его было не так просто узнать, а Арсений стоит за углом — если Позов и решит побежать, не выйдет, его сразу же словят обратно. Весь план который был известен Сереже и Шасту, остальные пятьдесят процентов скрывал Попов, беря все в свои руки, а ему это не впервую. Все на своих местах, каждый на связи. Антон входит в роль, усаживаясь на самый край, глядя в телефон, хоть и сам боковым зрением смотрел на выход из магазина. В эту же секунду оттуда выходит улыбающийся Дима с маленьким пакетом в руках. Он бубнит себе что-то под нос проходя мимо Шастуна, разваливая пакетом вперед — назад. Далеко уйти не удалось, его хватают за руку прижимая к себе. Холодное лезвие касается шеи, скользя вниз до самых ключиц. За счет натянутой кепки под слоем одежды Антона было сложно узнать, тем более в состоянии страха. Позов поднимает руки, сжимая губы в одну полосу. — Что вам нужно? — Дрожащим голосом выдает тот, стеклянными глазами смотря на нож проходящий вверх, оставляя тонкую царапину на коже. — За мной. — Не своим голосом произносит Шаст, в спину толкая Диму рукояткой от ножа, контролируя каждый его шаг. Лишнее движение — пожалеет, в его же интересах внимательно слушать неизвестный ему голос и не дергаться лишний раз. Они подходят к углу откуда сразу же выходить Арсений с кошачьей улыбкой. Он сейчас будто замурчит от удовольствия, пронзая глаза Димы довольным взглядом. Позов останавливается, пытаясь отойти назад, но его грубо толкают вперед, сковывая руки. — Попов? — Растерянно говорит тот, явно понимая что его ждет дальше. Кто угодно, но только не Арсений Сергеевич. Он медленно поворачивает голову, приподнимая кепку Шаста за что получает лезвием по руке за нарушение правил. — Шаст? — Дима резко меняется в лице, делая жалкий вид, будто выдавливая слезы из своих глаз, демонстративно показывая свои дрожащие руки, падая на колени. — Я же извинился! Антон, я не хотел! Антон! — Арс пинает его ногой в спину, раздражено шепя от накатывающих эмоций. — Хватит актера включать, урод. — Одним движением руки он подхватывает его с пола, проталкивая сквозь пробитую дырку забора, что служил раньше крепким ограждением для заброшенного здания. Шастун совсем не понимал что тут происходит, по словам Арса эмоции Димы сплошное актерское мастерство и попытка надавить на жалость — в их случае не очень то удачая. Попов видел людей насквозь, Антону казалось что у него в голубых глазах устроен маленький рентген чувств. Их сразу же встречает Сережа, кивая головой в комнату удаленную от всех остальных. Уже успел побродить по территории и выбрать нужное место — стоит отметить, что это очень правильно, так бы им пришлось потратить еще время на поиски подходящей комнаты, а их тут очень много. Завод — как никак. Позов бьется в неестественной истерике, теперь даже Антон видел как это наиграно, не отличаясь от Матвиенко и Арсения который в своих мыслях убил Диму уже раз сто, если не еще больше. Ненависть в его глазах играла новыми красками, за что так ненавидеть этого человека? Попов презирал врущих людей и никогда не уважал, его отношение вполне оправдано. Разве кто-то может проявлять уважение к людям которые взамен нагло врут, выставляя себя за другого игрока этой игры? Четверо парней заходят в комнату, Сережа закрывает плотно дверь, становясь около нее — не давая проходу Диме у которого точно была мысль о побеге. Понимая что ничего не выйдет он прислоняется к холодной, грязной стене, глазами бегая по Арсению, Антону и Сереже. Первый подходит Попов протягивая листок который он достал из прозрачного файла — тот самый из кабинета погибшей Ольги о которой досихпор никто не узнал, все думают, что она скоро объявится — зря. Дима дрожащими руками берет документ, прочитывая текст, мелькавший в его глазах, резко разрывая его на мелкие части, убегая в другой угол. Арсений не выглядит расстроенным, он безразлично растаптывает остатки бумаги, как когда-то сигарету Антона, возвращаясь к прижатому к углу Позову. Тот мечется, не зная куда себя деть, пока Арс достает точно такой же листок из своего второго кармана, проводя им по лицу Димы, передавая в руки Шастуна. — Мразь! Откуда? — Кричит Позов выдавая все как есть. Подорвавшись с места он подбегает к Арсению, пытаясь забрать листок обратно, разрывая его как предыдущий, но вместо бумаги получает по лицу, падая на грязный пол в непонятных разводах и мусоре, жмурясь от боли. Попов усмехается, разглядывая это жалкое зрелище, говоря Антону не поворачиваясь к нему лицом. — Читай, вслух. — Повисло молчание, которое прерывало лишь редкие всхлипы корчищегося Димы. Шаст смотрит на документ, перечитывая его по два раза, роняя его из рук. Матвиенко подходит поднимая лист, читая текст написанный синей ручкой. Антон скользит по стене, оседая на пол на котором лежал Позов, поднимая взгляд на широкую спину Попова, но обращаясь к самому Диме. — Ты мне соврал, ты все также следишь за мной, твоя задача убить меня не исчезла. — Кожа заметно бледнеет, но он не теряет контроль над собой, поднимаясь с земли, отталкивая Арсения. Арс отходит в сторону к Матвиенко, не мешаясь на проходе. Видеть Антона злым, зрелище чудное и очень редкое, мало кто видел его таким. Он был похож на Арса, в глазах вновь разгорается огонь, силы удваиваются и как сказала Оля — сам сатана возражается в нем, управляя его тощим телом. Шаст хватает Позова на шкирку, как котенка, заставляя того встать на ноги и стоять ровно. — Актерище. — Выпленул Антон, словно яд в лицо Диме, толкая того к стене от чего Позов ударяется головой о непонятную структуру встроеную в стену, сжимая голову от боли. Все это время он просто играл на чувствах, как барабанщик на барабанах, расставляя свои правила, самое ужасное что Шаст поверил ему и даже хотел помочь, жалел и пытался поддержать. На что он только тратил свое время? Дима теряет равновесие, падая на бол в разбросаные бумажки оставленые здесь кем-то до их появления. Антон присаживается перед ним на корточки, как и в ситуации с Олей, поднимает его подбородок на себя, но не пистолетом, а рукояткой длинного ножа, крепко сдерживая челюсть пальцами, вжимая кольца в кожу, оставляя за собой красные следы, в каких-то местах даже с посинениями. — И все это ради грязных денег? — Антон непонимающе и разачаровано смотрит в глаза напротив его, в которых было много эмоций. Злость, страх, ненависть, потерянность и усмешка на губах. К чему сейчас эта усмешка? Может он еще не понял куда вляпался? Он ведь не уйдет отсюда живым, в этом Антон был точно уверен. Эти стены последнее что он видит в этом мире, дальше только темнота и неизвестность. — Смешно? — Говорит Шаст, сжимая челюсть еще сильнее, заставляя убрать усмешку с губ и не выпендриваться когда это совсем не уместно. Позов пожимает плечами и смотрит на Арсения, облизывая губы на которых поступила кровь от удара. — Разбитая губа, не так страшно, а разбитое сердце? — Как бы его не держал Шастун, усмешка все равно выходит наружу, от чего кровь льется еще сильнее и раны раскрываются. Юноша поворачивается к Арсу озадачено смотря на него, надеясь, что ему сейчас все нормально объяснят. Может Поз про тот случай когда он вскрыл себе вены? Скорее всего. Дима не умолкает, продолжая разговаривать, ведя диалог с Поповым, который заметно напрягся, сжимая руки в кулаки. — Что насчет тебя? Ты ему все рассказал? — Он заливается смехом, стуча рукой по стене, выпрямляя ноги которые тут же хватает Антон возвращая их на место, не давая пошевелиться. Паника закутывает его в головной платок, надавливая на пульсирующие вески. Попов делает шаг вперед, доставая пистолет из кармана. — Рот закрой, он еще не готов. — Дима снова громко смеяться, пальцем указывая на Арсения, а второй рукой закрывая свое лицо в том числе и губы которые уже все были измазаны в алой крови. Только он открыл рот, наровясь рассказать шокирующую новость Антону, как по комнате разносится резкий звук выстрела, от чего Шаст с Матвиенко подпрыгивают на месте, отходя назад. Арс стоит возле Поза, возвращая пистолет на место, подходя к двери. Сердце Антона бешено колотится, он не дал ему сказать правду — значит там явно что то плохое. Сережа подходит к Арсу, бодро обнимая, задача выполнена. Когда двое хотят уже выйти, зовя за собой Антона, стоявшего словно прилипшего к полу, он подходит к Попову сжимая его шиворот. — Да кто ты такой? — Тихо говорит тот, кусая губы, сдерживая поток слез от обиды. Почему он скрывает это от него? Дима знал, но его сразу же убили как только он заикнулся о этой теме, что здесь творится? Все скрывают от него правду о Арсе — как ему нужно реагировать? Он так любил этого человека, он был готов на все, он помнил каждый момент с ним, но он проводил все эти моменты с человеком которого даже не знает. Что-то щелкнуло в голове, Антон начинает трясти Арсения все держась за шиворот толстовки, не сумев сдержать слезы. Матвиенко подходит ближе, кладя руку ему на плечо, но ту грубо скидывают отмахиваясь от успокоений. Арс молчит словно разучился разговаривать, пытаясь увильнуть из хватки. Нервы на пределе, снова, снова состояние будто тебя предали, хорошие мысли сдуло ветром отчаяния. — Кто ты такой? — Срывается на крик парень, что раздается эхом по всему заводу, отталкивая Арсения, пятясь назад по маленьким шагам. Слезы катятся соленой дорожкой, Сережа стоит в стороне боясь попасть не под горячую руку, а под полыхающую руку, молча смотря за развитием событий. Попов подходит к Антону крепко обнимая, но его также грубо отталкивают с силой отбрасывая в стенку. — Не трогай меня, ты мне ответишь кто ты? Почему ты не дал Диме сказать правду? — Арс молчит, ему нечего сказать, произошло то чего он боялся, а отмазок у него, увы, на этот раз не было. В глазах темнеет от резкого проявления эмоций которых он давно уже не испытывал и стал забывать про их существование. — Может ты как Дима? А? Влюбил меня в себя чтобы убить потом, втираясь в доверие! — Нечеловеческий крик вырывается из его уст, это не его голос, это не Антон, это другой человек. Ужасная догадка прилетела в его голову от чего та закружилась, размывая картинку перед глазами. Попов мотает головой в стороны, запуская руки в волосы, подходя ближе. — Антон, нет, нет, послушай, тебе рано знать! — Крышу сносит окончательно от этой фразы, Антон не смотря на головокружение, слезы и пекущую боль отходит к окну, что стояло с боку, садясь на дряхлый подоконник, свешивая ноги. — Хорошей поездки домой, ключи не забудь отдать. — Он безралично со слезами на глазах кивает Арсению, ожидая пока тот выйдет из комнаты и оставит его там, в одиночестве — которого он так боялся. Как же ему не хотелось прогонять Арсения, но что если он как и Дима? Что если его чувствами воспользовались? Арс подходит еще ближе, желая обнять парня, но в комнату залетают восемь мужчин в черной форме, с автоматами, направляя все восемь в спину Арсения. — Попов. — От одного голоса ему все стало ясно, он падает на колени, поднимая взгляд полный слез на Антона, беззвучно проговаривая губами — прости меня, я тебя люблю. Один из мужчин поднимают того с пола, грубо выталкивая его из комнаты, а за дверью слышаться удары и непонятные звуки. Матвиенко бросается вслед за ними, но Шастун бежит намного быстрее, перегоняя всех мужчин, становясь возле Арса, закрывая его своим телом. Он не понимал кто эти люди, зачем они пришли и что хотят от Арсения, что придавало жару ко всему пылающему костру. — Пошли вон! Не трогайте его! Кто вы вообще такие? — Голос звучит не так уверенно, слезы терзают глаза в муках, глазные яблоки покраснели, а голова уже взрывалась от напряжения. Арсений хватает запястье Антона, отталкивая того в сторону, подальше от себя. — Шаст, я тебя люблю и никогда не хотел тебе причинить вреда, все у тебя будет хорошо, мой мальчик. — Он впервые видел как Арсений плачет, хотя нет, он не плакал, он рыдал как ребенок навзрыд, пытаясь уберечь Антона от восьми автоматов. Четыре мужчины подходят к Шасту садя на колени, сгибая тому руки отнимая возможность двигаться. Сережу же держали двое так как тот не пытался сопротивляться, а остальные выводили Арса, пиная его по ногам чтобы тот двигался быстрее. Все что Попов слышал, это раздирающие горло в кровь крики Антона. Попову было больно не от ударов и страшно не от угроз, боль возникла от слез парня — ставшего его миром, которого он возможно больше не встретит. Дверь закрылась, мужчины вышли следом оставляя тело Антона на холодном полу. Он ничего не чувствовал, пугающая пустота. Что теперь с ним будет куда его увели? Слезы текут рекой, горло жжет от исходящих криков, он больше никогда не увидит Арсения? Голова болит с новой силой, а слезы текут, перед глазами размытые картинки о всех моментах с Поповым. Ему стало тошно от этих мыслей, он не мог принять того что с Арсом что-то случиться, разве может быть такое, что он никогда его не увидит? Пару минут назад он кричал на Попова, с ненавистью и злостью, а сейчас не переставал кричать вслед неизвестным мужчинам чтобы оставили его парня в покое и не смели прикасаться к нему. Как и упоминалось ранее, он никогда не видел чтобы Арсений плакал, это точно значит, что случится что-то очень плохое. — Я тебя тоже люблю. — Тихо сказал Шаст, начиная громко рыдать от нахлынувших воспоминаний. К нему подлетает Сережа, крепко обнимая, вытирая слезы с горящих щек.

— Я люблю тебя, понимаешь? — Мгновение и он провалился в глухую тишину, отдаваясь всем чувствам на разрыв. Ему послышалось?

— Что ты сказал? — Антон неуверенно поднял глаза полные слез и досады на тревожного Арсения, разглядывая голубые глаза наполненные ливнем.

— Я, тебя, люблю.

Первое признание в любви, ссадины на руках тогда ужасно болели, а сердце пело от счастья, он не мог поверить что когда-то обретет такого заботливого человека и так быстро потеряет. Слезы впитываются в толстовку Сережи, после чего Шаст снимает свою прижимая к лицу, нюхая оставшийся запах парфюма Арсения. Боль заполнила все тело, а в мыслях все крутятся воспоминания.

Антон умилившись, взял его за руку, жмуря глаза преодолевая себя.

— Тебе нужно поспать. — Сказал Шастун, сам прикрывая веки, устраиваясь поудобнее не отпуская руку Арса. Голубые глаза сощурились от возникшей улыбки, он был действительно схож на маленького котенка, спящего на спине под теплым солнцем пробирающегося через окно.

Он никогда не думал что захочет оказаться вновь в больнице, в желтых стенах, там было плохо — но там был Арсений. <

Арсений глядел на засыпающего Антона, нагибаясь к нему, прильнув в покусанным губам, растворяясь в этом моменте. Шаст изначально не понял что происходит, но тепло и любовь заполонившие его с происходящим дали понять что он сделал очередной правильный выбор, голубые глаза это те глаза которые будут освещать его конец тунелля и не дадут потеряться в темноте.

В сердце вонзился нож от нового воспоминания. Губы задрожали, а руки перестали сжимать толстовку, падая по «швам», а голова Антона обессилено упала на плечо Сережи.

Шастун ложит голову на грудь старшего, быстро проваливаясь в сладкий сон, сопя.

Как ему теперь жить? Что теперь делать? В воздухе в заводе досихпор слышится эхо криков, наполненых такой болью, которую пережить — практически невозможно. Это конец?