Артуровская легенда в саге о Ведьмаке

Часть 4. Элементы артурианы в Саге о Ведьмаке

Шестикнижье Сапковского можно условно поделить на историю Геральта и историю Цири. По сути, это два центральных героя, вокруг которых происходят все события.Так вот: элементы артурианы появляются только в истории Цири. В сюжетной линии Геральта мы видим переосмысление европейских сказок и легенд: «Русалочка», «Белоснежка», скандинавский миф об Игдрассиле и так далее. А как же Дикий Гон, который упоминается впервые в рассказе «Осколок Льда»? Но Дикий Гон не является элементом сугубо кельтской культуры – в разных вариациях легенда о призрачных всадниках с гончими встречалась в большинстве стран Европы, от Германии до Скандинавии. Кавалькаду призраков кто только не возглавлял в своё время: скандинавский бог Один, Король Артур, валлийский бог Гвин ап Нудд, библейские Ирод, Каин, Габриэль и даже Дьявол.

Проводник

По-настоящему мотивы артурианы – причем именно кельтской, подлинной артурианы –начинаются в «Башне Ласточки». И как в архетипичном кэмбелловском мифе, история Героя начинается со встречи с Проводником – неким существом на границе реального и мифического миров. Этим существом становится эльф Аваллак`х. У Знающего из «Ведьмака» есть свой прототип в кельтской мифологии. Сыном лунарного Нудда был Гвин. Вопреки имени — Гвин значит «Белый» — сын Нудда являлся мрачным богом битв и Смерти, владыкой валлийских злых духов — Тилвит Тег. Гвин (в Корнуолле именовавшийся Мелвасом, а в Сомерсете Аваллахом) был охотником. Ловцом душ умерших, проносящимся через страну ночью на своем призрачном коне.

Анджей Сапковский, «Мир Короля Артура»

В общем, как вы поняли, за Дикий Гон нужно спрашивать с Аваллак`ха, а не Красных Всадников. Хотя вообще-то тёзка валлийского Аваллаха не убивает направо-налево и даже проявляет некое благородство, когда помогает ведьмаку успеть к ганзе. Тем не менее, он выступает в роли «вестника смерти», предсказав в иносказательной форме гибель Геральта: эльф говорит, что ведьмак обретет Цири, но лишь для того, чтобы потерять навсегда. Ещё один атрибут проводника - Башня Ласточки, которая очень похожа на Каэр Сиди - Замок, чья вращающаяся дверь открывала доступ к миру сидхе. В некоторых легендах хозяйкой Каэр Сиди считалась уже знакомая нам богиня Арианрод, которая связана как с миром людей, так и с Анунном. Цири использует Башню Ласточки как Двери в местный Анунн — мир Народа Ольх. Образ Континента, выстроенный на европейских сказках, сменяет кельтская легенда.

Старый король и молодой герой

Артур и Ланселот, Артур и Мордред, соблазнение Гоэвин, попытка убийства Ллеу-Лау — всё это отражения архетипичного для кельтской мифологии сюжета о противостоянии старого короля и молодого претендента за обладание женщиной – матерью, природой, землёй. Либо действующий король доказывает, что он ещё полон жизненной силы и побеждает, либо проигрывает и умирает. Этот сюжет отражает глубинный принцип природы: чтобы вечный круг жизни продолжался, отжившее должно уступить место новому. А вот что пишет на этот счёт пан Сапковский: Молодой герой символизирует лето, возрождение, приход и расцвет витальных сил, которые противостоят зимней, замирающей силе старого короля. А повелитель не может быть слабым, не может быть ни бесплодным, ни холодным либо сексуально несостоятельным, ведь он жених Земли, Великой Матери, которую символизирует весенняя королева, коя во время мистерии Бельтайн должна быть любима — любима физически, эротически. Сексуальная немощность супруга Богини немыслима — она может привести к бесплодию Земли и опустошению края. В этом случае Богиня просто обязана подыскать себе кого-нибудь — возможно, как мы сказали выше, должен явиться конкурент, который бросит вызов королю.

Анджей Сапковский, «Мир Короля Артура»

Эти строки — фактически пересказ сюжетной линии «Цири-Ауберон-Эредин» из «Владычицы Озера». Ауберон Муиркетах правит уже несколько сотен лет, он немощен и стар, но мечтает удержаться у власти через своё продолжение — ребёнка со Старшей кровью. Однако жизненная сила уже оставила его, от тела зимнего короля исходит «холод вечности» — все попытки обмануть природу заканчиваются неудачей и закономерной смертью. Эредин и Цири каждый по-своему олицетворяют возрождение и силу жизни. Цири прибывает в мир Ольх поздней весной. Она — рождённая в ночь Бельтэйна Ласточка, вестница весны. Кроме того, для Народа Ольх Цири – надежда на возрождение былого могущества. Эредин - молодой воин, в котором Цири видит смелость, решительность, мужскую силу. Образ дерзкого, прямолинейного и прагматичного эльфа настолько резко контрастирует с «замирающим» царством Народа Ольх, где жизнь будто остановилась, что он даже получает нелестное сравнение с человеком от своих же. Выражаясь языком сценаристов, это персонаж-андердог, который недоволен своим текущим положением (как можно догадаться, и ситуацией в мире Ольх в целом) и будет ломать все барьеры, добиваясь большего. Он – претендент на то, чтобы взять власть в этом мире и обеспечить новый виток жизни. Первая встреча Цири и Эредина, их дуэль взглядов, его весенний подарок – всё указывает на то, что Богиня «подыскала себе кого-то» еще до того, как убедилась в несостоятельности старого короля. И вообще до того, как с ним познакомилась. И пусть позже Цири с досады обзовёт архетипичный сюжет о столкновении старого и нового, который использовала в своих романах сообразительная Анна Тиллер «мыслями экзальтированной графоманки», но...кто знает, возможно, в дело вновь вмешалось Предназначение? Вот только сам Эредин не видит в Цири ни богиню, ни вообще существо, достойное внимания чистокровного эльфа. И вместо того, чтобы обеспечить своей земле процветание, немедля приступив к исполнению соответствующих мероприятий, он пытается использовать Весеннюю Королеву в своих мутных политических играх, да потом ещё и оскорбляет. За что и получает заслуженное наказание: будучи мужчиной-воином, он терпит унизительное поражение от человеческой девчонки. Как может полководец забыть расположение мостов в собственном городе? Древние греки сказали бы: ничего удивительного, ведь таково было наказание Богини! А Гвидион сказал бы – это ты, брат, ещё легко отделался. Справедливости ради, Эредин демонстрирует далеко не худшее отношение к Цири и даже некую эмпатию. В это же время Знающий Аваллак`х кормит девочку ложным обещаниями, а затем и вовсе избегает встреч с ней. Король Ольх обещанную Ласточку попросту унижает и мучает. Для эльфов Цири – никакая не Богиня, а лишь сосуд, из которого надлежит извлечь «украденный» ген. За свое высокомерие эльфам приходится заплатить: все планы идут прахом, а драгоценный ген ускользает прочь. Тем не менее, зима Народа Ольх заканчивается со смертью старого короля, а значит, ей на смену неизменно должна прийти новая весна и новый герой. Эредин приходит к Цири и обещает вернуть её – финал остаётся открытым.

Владычицы озера

Сбежав из потустороннего царства эльфов, Цири встречает ещё одного персонажа артурианы – Нимуэ. В классической версии легенды об Артуре именно так звали Владычицу Озера. Нимуэ помогает коллеге-Loc`hlaith вернуться в родной мир. Цири создаёт временную петлю - круг, когда прибывает в будущее Континента и «программирует» жизнь Нимуэ на то, чтоб та в итоге вернула её в прошлое, без которого это будущее не состоялось бы. Ух, привет, Джон Коннор! Также Нимуэ озвучивает любопытную идею: озера – словно стежки, соединяющие миры. И действительно: убегая от Красных Всадников по Спирали, Цири и Иурраквакс всякий раз оказываются на берегу озера. Таким образом, получается, что озера – это точки перехода между разными мирами и временами. В таком случае титул Владычицы Озера обозначает хранительницу перехода между мирами – такой хранительницей была богиня Арианрод. Но Богиня-Природа многогранна, а значит, в каждом мире и в каждом времени должна быть своё воплощение Богини. Своя Владычица Озера. Владычиц Озера, как можно понять из текста «Смерть Артура» Мэлори, было несколько. Ту, что дала меч Артуру и потом погибла от руки Балина, звали Лиле. Однако до конца легенды появляется и помогает Артуру и его рыцарям какая-то другая Владычица Озера. Порой получается, что эта Владычица — Нимуэ, та самая, которая соблазнила Мерлина. Однако в финале «Смерти Артура»…Артура на Авалон сопровождают четыре королевы…Но если так, то должна быть и пятая! Ибо кому же принадлежала рука, которую видит Бедивер, рука, схватившая брошенный в воды Экскалибур? Четыре королевы оказались с Артуром на барке, пятая — под водой с Экскалибуром. Другого объяснения (кроме волшебства, конечно) я не вижу. Отсюда следует, что, возможно, права Брэдли, сделав из Владычицы Озера (как и Мерлина) титул, либо друидскую функцию. «Вышедшие на пенсию друидки» отбывают вместе с Артуром на Авалон, оставив в Озере восприемницу.

Анджей Сапковский, Мир Короля Артура

Таким образом, Нимуэ – Владычица Озера в мире «Континента будущего», исполнившая своё предназначение – помочь Ласточке вернуться в её время-пространство и замкнуть петлю. В мире Камелота, очевидно, есть своя Владычица Озера: чародейка, которая помогла взойти на трон королю Артуру и тем самым исполнила своё предназначение. Значит, есть и мир, в котором Владычицей Озера суждено стать Цири? И это точно не Континент: ведь, как мы знаем из разговоров чародеек, Цири не вернулась в свой мир после погрома в Ривии и не сыграла в его развитии существенной роли. Может ли таким миром стать мир, где живёт Народ Ольх? Именно там Цириллу называют Владычицей Озера, к этому миру Ласточку ведут пророчество Итлины, Башня Ласточки и гвихир-Зиреаэль. Кроме того, мы знаем, что в будущем портал между мирами будем приведен в действие и Сеидхе смогут покинуть Континент, что косвенно указывает на исполнение пророчества Цириллой. В то же время никакой мотивации помогать эльфам, устроившим геноцид людей в своём мире, у Цири нет. Ей придётся стать Владычицей Озера насильно? Или в новую «весеннюю» эпоху эльфы сумеют проявить к ней уважение и найти компромисс? Или же мир, в котором Цири обретет призвание Loc`hlaith, совершенно другой и мы его даже не видели в Саге?

Предназначение Цири и будущее саги

Как любят говорить перед одним мартовским праздником, все женщины – богини. Но именно в образе Цири мы видим много черт, указывающих на то, что она – воплощение Богини-Матери, серебряной богини Арианрод. Цири существует одновременно в обычном мире и потустороннем, обладает властью над временем и пространством, рождена в Беллетэйн, носит имя Ласточки из пророчества, подчиняет своей власти Каэр Сиди (Тор Зиреаэль) и так далее, и так далее. Но самое важное – неразрывное единство трёх обличий Богини: дева, мать и смерть. Помните знаки на гвихире Цириллы? Ласточка – вестница весны, символ девы. Цветочная гирлянда – символ матери. Молния, бьющая в башню – символ разрушения и смерти. В Саге о Ведьмаке Цири успевает обрести два из трех ликов. Она является Девой – как юная девушка, как Ласточка, как надежда на возрождение. Она становится Смертью (Разрушительницей) – предсказывает смерти, устраивает многочисленные казни, приносит гибельную чуму на Континент. Но не становится Матерью – а попытки сделать её матерью насильно ни к чему не приводят. Будущее Цири и её Предназначение связаны с её становлением как Матери: причем, возможно, речь идёт не только о роли матери ребёнка, но и о роли матери всеобщей, защитницы и покровительницы многих. И это становление может произойти исключительно по её собственному выбору. Что произойдет, когда Цири обретет последний лик и станет триединой Матерью-Природой? Суждено ли ей найти равновесие и встретить своего короля-воина? Появятся ли в её истории другие элементы легенды – олицетворение злого рока Морриган, цветочная женщина-обман, Последняя Битва, ради которой придётся нырять на дно озера за волшебным мечом для Героя? Легенда продолжается. Легенды воплощаются в жизнь снова и снова – они воплощаются в нас. Ну а читатели «Старшей крови» смогут найти ответы на эти вопросы на страницах моей трилогии!