Два дебила - это сила!

Гоша проснулся уже как три часа назад, и пока его гость дрыхнул, он успел поесть и убрать вчерашний беспорядок, а то вдруг придет мать. Кто знает, в какой "удобный" момент она может вернуться со своей работы, которая с довольно странным расписанием. Взглянув на часы, Гоша про себя повторил время 13:45 и как-то по-грустному вздохнул. Как можно так долго спать? Уже можно и откинуться от скуки! Хотя что мешает просто разбудить Рому? По мнению Гоши, это бы выглядело неловко: ну разбудил его, а что дальше, вдруг он обратно спать захочет. В конце концов, одному тусоваться не весело. Ни капли не весело. Так ещё и холодно до жути, отопление вроде есть, но так холодно. Хотя бы горячий чай приятно согревает. Сегодня, первого января, было нереально холодно, такое ощущение, что настоящая зима началась именно сегодня. На улице -32, дождь наконец-то сменился настоящим снегом, да не просто снегом, а чуть ли не пургой. Брр. За то Роме было тепло в чужой кровати под одеялом. Как не стыдно спать чуть ли не 12 часов, так ещё и в гостях у человека, которого знает где-то меньше недели! Спустя ещё минут 10 Гоша решил проведать своего приятеля, вдруг проснулся. Он все таки решил его разбудить, надо проверить, что у него с коленкой, да и к тому же, уже день, поэтому надо поесть. Зачем вообще Гоша беспокоится? Сероглазый стал думать, почему он так поступает, неужели действительно не хочет терять теперь единственного друга? А то Ромчик помрет и все! Не на кого злиться и не с кем время провести! Гоша все таки решил отвлечься от таких мыслей, мол, просто делает одолжение, если к нему в какой-то степени относятся хорошо, то и он. Тем более, друзей можно хоть когда найти, зачем переживать? Гоша немного помялся, подойдя к кровати, где мирно спал розовый. Рядом на тумбочке лежали очки и телефон, под чехлом лежала карта и контейнер для линз, это все, что носил с собой Рома все это время. Гоша же не понял предназначение последнего предмета, да и не заострял особого внимания. Он аккуратно потрепал Рому за плечо. - Але, гараж, время вечер, просыпайся! - не очень то и вежливо начал тот будить его. На это Рома лишь что-то буркнул и зарылся в одеяло, - вообще офигел, что-ли. - Ну ещё пять минут! - Через пять минут будет два часа дня, а ты даже не завтракал. - Ну ма-ам, я хочу спать. - Не говори так, я не твоя мать, - Гоша тяжело вздохнул, - ну не хочешь по-хорошему, будет, блять, по-моему... - Всмысле... Рома хотел ещё что-то сказать, но его нагло стащили с кровати вместе с одеялом. Когда он оказался полностью на полу, сероглазый довольно сел на свою кровать, пока его друг вошкался, чтобы встать из под одеяла, но потом подозрительно затих. Умер, что-ли? Гоша внедоумении глянул на пол, а этот укутался поудобнее и спит! - Ты че, совсем долбаеб, - голубоволосый тихонько пнул лежащего по ноге, - хватит хернёй заниматься, вставай уже. - Иди нафиг, - Рома с недовольством встал с пола и плюхнулся на кровать, недовольно посмотрев на не менее недовольного Гошу. Однако, тот вместо недовольства просто смотрел тому удивлённо в глаза, - че смотришь на меня, в прошлый раз не насмотрелся? И тут до него дошло: он же линзы перед сном снял, а утром не надел. Уже ожидая тучу тупых вопросов, Рома отвёл взгляд. - Ахуеть, у тебя гетерохромия, впервые такое вижу своими глазами, - Гоша по-настоящему заинтересовался этой темой и присел поближе. Глаза собеседника оказались разных цветов: зелёным и голубым. Тот ещё немного засмотрелся на эту особенность и продолжил, - зачем тебе вообще линзы, и так не такой как все. - Не люблю лишние вопросы, внимание ещё больше не люблю, может прекратишь на меня так смотреть? - Рома отвернулся от собеседника и стал возиться с линзами. - А чё не смотреть, не каждый день такое увидишь, - Гоша неловко почесал свою щеку, - а вообще, красивые у тебя глаза. - Ага, спасибо, что-ли... - Роме стало ещё больше неловко от этой ситуации. Парень резко отвернулся от друга, закрыв обзор на свое горячее от смущения лицо. Открыв контейнер, подрагивающими пальцами тот ловко поддел линзу с него, после чего поднял взгляд, осматриваясь, – У тебя зеркало есть? – Есть. В ванной – Гоша все ещё был в растерянности, поэтому ответил не сразу: в голове все еще возникал образ друга с его натуральным цветом – цветами(?) – глаз, который полностью рушил его представление о нем в принципе. Неужели натуральный цвет вызвал такую реакцию? Было понятно, конечно, что те линзы являются не настоящим цветом радужки, и Гоше казалось, что тот просто хочет показать себя в центре внимания: мол, смотрите, я особенный, у меня глаза такие прикольные. Скрывая действительно необычный и редкий случай своей "дефектности", он становился той толпой подростков, которых называют неформалами, за счёт их необычного стиля одежды, поведения и тому подобное. И самое странное, что синеволосый думал про Рому точно также, думал, что тот желал выделиться из толпы и являлся этим самым неформалом, желая доказать не только себе, какой же он крутой, но и всем другим. Поэтому образ Гоши о разноглазом – реально разноглазом, как выяснилось – в одночасье разрушился, оставляя парня в недоумении, ведь, как думал тот, если бы тот желал выделиться, не носил бы линзы, оставаясь действительно необычным в кругу других не менее странных подростков, которые действительно не блещут оригинальностью. Не то что Рома... – Да, спасибо – щёки парня все еще переливались румянцем, а лицо по-прежнему горело. Рома повернулся к другу и уже хотел было узнать, где находится ванная, старательно не смотря в глаза Гоши, но тот его опередил, хмурясь, поднося ладонь ко лбу розоволосого. – Да ты весь красный. Заболел, что-ли – а после ойкнул, одергивая руку от чужого лба, словно утюга коснулся. Рома сам от испуга дернулся, вопросительно наблюдая за Гошей, что вскочил с места и куда-то понёсся, возвращаясь через буквально пару секунд с градусником в руках – На, мерь. Рома принял градусник с рук друга, растерянно переводя взгляд то на предмет, то на Гошу, который в ожидании и от чего-то в нервозности наблюдал за его действиями. Парень нахмурился, вертя градусник в руках, не понимая, чего от него хотят. – В подмышку вставляй, идиот. – Зачем? Я не думаю, что заболел. Я себя прекрасно чувствую – Рома сглотнул, подавляя рвущийся наружу кашель. А сейчас он действительно призадумался об этом, поскольку только сейчас он почувствовал лёгкую слабость во всем теле и неимоверный жар, который, как ему казалось, был лишь от стыда. – Вставляй и не выебывайся. Иначе, если снова не хочешь по-хорошему, снова будет по-моему. Повторим? – Ладно – быстро он сдался. Парень снова повертел в руках электронный градусник, недоверчиво глянув в сторону Гоши, который, словно и правда мамочка, пристально смотрел за ним, из-за чего Роме стало некомфортно – Ты можешь не смотреть на меня? Смущаешь. – Какой нежный – Гоша хмыкнул, выходя из комнаты – Я воды принесу. Рома что-то шикнул на уходящего друга, после чего засунул под подмышку злосчастный градусник, не забывая включить его. Парень обречённо упал спиной на подушку, думая о том, как бы скорее свалить отсюда. Не то чтобы ему здесь было неприятно находится, совсем нет. Новая компания в лице синеволосого действительно интересная, хоть слегка и необычная как для него самого, так и для Гоши – похоже, для обоих в новинку иметь таких друзей, какими они являются друг для друга – просто Рома понимал, что явно приболел, если не заболел, и нахождение здесь добавляет груза на тяжёлую ношу Гоши, поскольку, как выяснил парень из недавнего их приключения, он не оставит его помирать – а так хочется... Рома глянул на повязанную ногу и тепло улыбнулся: приятно, все таки, когда о тебе заботятся. Градусник пару раз пикнул, оповещая о своей выполненной работе, и розоволосый действительно надеялся на небольшую температуру, несмотря на то, что чувствует он себя сейчас не очень: словно с каждой секундой после пробуждения он слабеет и слабеет, будто кто-то забирает его силы, заставляя заболевать. Приподнявшись на локте, Рома глянул на значение градусника и, увидев злосчастные 38 и 8, упал обратно, закрывая пылающее лицо руками, бормоча что-то о том, как же несправедливо к нему жизнь обошлась. Вернувшийся Гоша с интересом наблюдал за драмой, хмыкая. – Какая температура, не болеющий наш? – парень поставил кружку с теплой водой на стул рядом с кроватью, садясь на коленки и сложив руки на постели, смотря за мучениями друга. – Нормальная. А теперь, будь добр, отпусти меня домой. – А чё за сцены ты тут устраивал только что? Покажи градусник. – Я уже обновил его, отстань – а сам затолкнул его куда подальше под подушку, забывая действительно нажать на кнопочку для выключения. – Заново мерить будешь, ишь чё: не поверю, что ты, такой горячий, и полностью здоров. – Это комплимент? – Рома улыбнулся во все тридцать два, уже неволей расслабляясь на чужой кровати. – Будет угрозой, если не скажешь температуру – Гоша уже начинал злиться. Он встал с колен и навис над другом, шарясь рукой под подушкой в поисках запрятанной вещи, рукой прижимая грудь брыкающегося Ромы к постели, и, достав желаемый градусник и посмотрев цифры на нем, поджал губы и нахмурился, отпуская парня – Да блять. – Чё, все так плохо? – Я хрен знаю, что с тобой делать. – Я знаю: сейчас я встаю с кровати и собираюсь... – Рома уже хотел было встать, как чужие руки прижали его за плечи обратно, – снова! – держа крепко-крепко, не давая возможности встать. – Нет, никуда ты не пойдешь. Заразу ещё будешь по улице распространять – как-то грубо пробормотал Гоша, а после от былой уверенности ничего не осталось – Вылечишься и пойдешь, ладно? Рома похлопал глазами, удивлённо наблюдая за парнем сверху. Тот смотрел в чужие глаза напротив и чуть задумался. Те так бы и продолжали пялиться друг на друга, пока Рома, стараясь не засмеяться во весь голос, не хихикнул, заставляя Гошу недоуменно приподнять бровь. – Температура в голову ударила? – Гоша отпустил одно плечо, кладя руку на лоб. – Не, ты просто сверху смешной такой – засмеялся он во всю, не стесняясь голоса, и, беря в руки чужую прядку синих волос и подставляя к губе, имитирует усы – Мне идёт? – Ты долбаеб? – Гоша толкнул Рому в плечо, из-за чего он тихо ойкнул, и отпустил его, скрывая мимолётное смущение – Не заболел он, а как же. – А я говорил, что заболею! А вот не нужно было шапку мою забирать – Рома наигранно обижено надул губы, отворачиваясь от друга, боковым зрением наблюдая за его реакцией. – Чья бы корова мычала: не ты ли по лужам шманал как не в себя? – он усмехнулся, слыша приглушённое "бу-бу-бу" со стороны Ромы, – Ложись спать. – Кто-то недавно меня будил словами, что уже два часа дня и нефиг дрыхнуть – услышав чужое "цыц", он усмехнулся – Ладно, хорошо – Рома замолчал, выжидающе смотря на Гошу, который не понимал, что от него ещё нужно – Даже жаропонижающее не дашь? – Э-э, секунду – парень подошёл ближе к маленькому пластмассовому ящичку, который наверняка являлся аптечкой, и начал рыться в нем в поисках жаропонижающего. Вытащив оттуда анальгин, он покрутил его в руках, ощупывая на наличие таблеток, и после открыл упаковку, доставая одну и кладя на стул рядом с водой. Рома страдальчески выдохнул, но решил промолчать, лишь пробормотав тихое "спасибо", а после берет таблетку в руки и запивает ее водой, морщась из-за горького вкуса. Розоволосый осторожно поставил стакан обратно и откинулся обратно на кровать, накрываясь одеялом по самую голову. Пару секунд спустя он припускает одеяло по глаза и хрипит: – Спасибо. И хоть Гоше были видны только глаза друга, он все же почувствовал чужую улыбку, скрывающуюся из под одеяла и легко чувствующуюся в взгляде напротив, из-за чего что-то заставило его улыбнуться в ответ. Парень вышел из комнаты, осторожно закрывая дверь, направляясь на кухню, чтобы набрать в стакан новой воды. Гоша вздохнул, чувствуя накатившуюся и на него усталость. Он вернулся обратно в комнату и, поставив воду на стул вместе с таблеткой, уселся на колени, как в прошлый раз, сложив руки на постели, а подбородок на ладони, наблюдая за умиротворенным лицом друга, что во сне успел полностью скинуть с себя одеяло – видимо из-за жары. Веки наливались свинцом, и парень зевнул, думая о разном. К примеру, правильно ли он старается оказывать помощь Роме? Или, вообще, откуда вдруг такая забота к новому знакомому, которого знаешь меньше недели, которого уже и другом назвать легко можно? Гоша мысленно усмехнулся, действительно представляя себя мамочкой. Желание заботится появилось как-то спонтанно, ровно также, как и появился сам Рома. Хотелось спросить, узнать, правильно ли он делает как хороший друг, стараясь как можно лучше для первого за последнее время друга, чтобы впоследствии от него не отвернулись за его грубость – легче доказывать свои чувства действиями, а не словами, боясь сказать что-то не то. Да и слова нужные подобрать иногда сложно. Гоша вновь глянул в чужое, расслабленное лицо, все ещё борясь с выстроенным образом его друга, коим не являлся. Должно быть, истинное оказалось куда лучше его представлений. Парень выдохнул, думая о том, что слишком мягкотельным он стал: уже и медсестричкой завербоваться успел, пытаясь казаться хорошим для единственного друга. Гоша зевнул и, прикрывая глаза, погрузился в сон вслед за Ромой. *** - Отстой, - Рома недовольно смотрел в потолок уже около минут пятнадцати. На часах было почти пять утра. Спать не может от жара, либо от того, что Гоша развалился на почти всю кровать. До этого он застал, что мать его друга ушла, снегопад закончился, больше ничего особого. Разве что пару полицейских машин громко проехали минут пять назад, а возможно, это была скорая. Впрочем, неважно. Смотреть на белый фон, хотя, скорее, темно серый, учитывая ночь, было довольно скучно, пытаться заснуть снова не выходит, а все, что можно было обдумать – уже обдуманно. Так что оставалось осматривать комнату, где, собственно, он и находился. Розовый стал рассматривать все, что только попадалось на глаза. С виду обычная комната, почти ничего примечательного. Впереди стоял шкаф, слева от него дверь в коридор. Почему вообще комната Гоши находится между всеми дверьми? Никакого личного пространства. Справа от выхода в коридор стоял телевизор, на котором они вчера смотрели какие-то новогодние диски. Зачем ими вообще пользоваться в такое время? На полках под тв стояли ещё стопки дисков, рассмотреть, что на них написано, не получилось. Напротив него стоял небольшой мягкий диван, на котором было пара подушек. Несколько дисков валялись на нижней полке у прикроватного шкафчика. Рома ещё немного посмотрел на какие-то вещи на открытых полках, а затем стал смотреть в коридор. Этот коридор вел в ванную и кухню. Выше двери была какая-то черная точка с лапками, из-за тьмы ничего не видно. Розовый хотел поближе подвинуться, чтобы разглядеть, что это, но, не рассчитав длину кровати, его рука приземлилась на воздух, а не на мягкое одеяло. Мгновение, и он грохнулся на ноги Гоши. Тот спросонья даже не понял, что произошло, только в ахуе присел и посмотрел на неспящего товарища, мол: "че за хуйня?". Он недовольно присел и глянул на того, кто потревожил его сладкий сон. Рома лишь встал с кровати и невозмутимо показал в сторону, как оказалось, действительно паука. - Что? - Там паук. - Ты долбаеб? - Гоша недовольно посмотрел на Рому, - ты вообще почему не спишь? - Я не смог уснуть, когда проснулся, - Рома еще более невозмутимо сел обратно на свою часть кровати, - очень жарко. - Понятно, - Гоша с досадой вздохнул, достал аптечку и включил лампу, что стояла на шкафчике. Затем он взял аптечку с полки, повозился и положил рядом с лампой жаропонижающее и ещё какую-то таблетку, затем передал Роме градусник, - сначала померь температуру, а я схожу за водой. Спустя несколько минут он вернулся и поставил стакан рядом с таблетками. Затем зарылся под одеяло и пробубнил: - Если температура выше 38,5, то выпей таблетки и спи. - Я не хочу спать. - А я хочу. - Мне скучно, - Рома ткнул недо-медбрата в лоб. - У тебя точно не все в порядке с головой, - Гоша недовольно посмотрел на него, затем протянул стакан с таблеткой, - пей, я не хочу увидеть поджаренный труп на утро. После этого небольшого мероприятия они легли спать, но спустя минут двадцать кое-кому опять не спится. Умник не придумал ничего лучше, чем терроризировать Гошу. Ну а чё он спит дофига? Террорист стал тыкать парня в щеку. Тот, конечно, не успел уснуть за это время, но такое действие не осталось без внимания. Тот недовольно глянул на Рому. - Тебе что, совсем делать нечего? Время... - Гоша посмотрел на часы в телефоне, - ... Время шесть утра, а ты хуйней уже сейчас занимаешься. - Я не могу уснуть. - И что, мне теперь тебе колыбельную спеть? - Гоша ещё более недовольно глянул на собеседника, а затем отодвинул его руку от своей щеки, ибо эти действия раздражали. - Давай посмотрим что-нибудь, фильм какой-нибудь. - Ты издеваешься, что-ли? - сероглазый присел и протер глаза, - ладно, только хватит добываться до меня. Парень встал с кровати и включил телик, покопался в дисках и вставил один в дивиди. - Зачем тебе столько дисков? - Рома вопросительно глянул на друга, пока садился на диван. - Что-то дарили, что-то мама покупала, не знаю. Я не коллекционер, хотя это так выглядит, иронично, - Гоша тоже уселся на диван, пока шла заставка какого-то фильма, - да и это атмосферно так смотреть, на большом экране, без рекламы и всяких лагов, когда интернет шалит. Ничего не отвлекает, так сказать. Гоша хотел было ещё рассказать что-то, но его собеседник замолчал, тот в недоумении глянул него. Оказалось, Рома уснул, облокотившись на подлокотник дивана. - Да ты ваще ахуел в край... Парень ещё недовольно позарился, проверяя: мол, вдруг придуривается. Но нет, спит, будто убитый. Ну хотя бы доставать больше не будет. Гоша укрыл его одеялом и в итоге стал смотреть кино один.