Песня рассвета

До выхода они добираются без приключений. И почти сразу из облачной мути небес к ним бесшумно падает огромная тень – это торук отозвался на молчаливый призыв Джейка. Все-таки умный зверь: не стал и дальше светиться возле входа, а караулил неподалеку. – Они не знают, что ты выжил, – быстро говорит Салли. – Будут думать, что я ушел сам, и станут искать внутри горы, а там полно пещер. Потеряют время. А когда сообразят, что к чему, то полетят к выходу из ущелья, думая, что я решил поскорее сбежать. Так что мы сделаем наоборот – заберемся дальше в горы. Полковник согласно кивает. Прятаться капрал умеет хорошо, это он знает на собственном опыте. Через некоторое время полета они видят еще одно ущелье, и Джейк направляет торука туда. Порода здесь уже не черная, а рыжеватая, со светлыми вкраплениями. Встречаются и скальные террасы, на которых кое-где растет низкая горная трава. И тут Салли скручивает. Он со стоном сгибается, прижимая руки к животу. Зверь под ними ловит его эмоции и резко дергается, будто ныряя в воздушную яму. О нет, только не на торуке. Только не в воздухе. Это слишком экстремально даже для полковника. Куоритч сильно встряхивает Джейка за плечо. – Соберись, капрал! – кричит он. – Найди место для посадки. Салли с явным трудом выпрямляется и дает команду зверю. Торук заваливается вправо и пикирует на ближайший скальный выступ с небольшим водопадом. Как только его когти касаются твердой поверхности, Салли соскальзывает вниз, делает несколько шагов на подгибающихся ногах и со стоном падает на спину, запрокинув голову и широко разводя колени. Одной рукой он сжимает свой набухший член, а другой гладит себя по яйцам. Дрожь сотрясает его выгнутое тело. Потом Джейк поднимает голову и смотрит на Куоритча расширившимися во всю радужку зрачками. Да у него самый настоящий приход как у наркомана, понимает полковник, глядя в дикие глаза Салли. Вспоминаются слова пещерной ведьмы: "У тебя нет выбора". Ирония в том, что у Куоритча выбора тоже нет. Он просто не может устоять. И, что самое главное, не хочет. Вовремя он спас Джейка от тех уродов. Даже тень мысли о том, что было бы, если бы он его не вытащил, заставляет полковника яростно рычать. Он быстро стаскивает с себя штаны и почти падает на капрала. Получается, сейчас они займутся сексом во спасение. Гребаная гуманитарная помощь членом. Вот это они оба попали. Полковник подавляет смешок. С Салли не соскучишься. Вечно он влипает в приключения. Может быть, Джейк справился бы и сам, но Куоритч не собирается тупо наблюдать со стороны, как Салли надрачивает себя у него на глазах. Полковник воспользуется моментом, которого могло бы и не быть. Потому что на трезвую голову Джейк на это не пойдет. Куоритч приподнимается и закидывает ноги капрала себе на плечи, раскрывая его бедра. Тот уже течет и все сильнее двигает рукой по своему члену. Лицо у него совершенно безумное. На нем отражается только одно желание – как можно скорее получить разрядку. Полковник едва успевает вставить головку в задницу Салли, когда тот кончает в первый раз. От быстроты и неожиданности Куоритч едва не взрывается вслед за ним, сдержаться ему удается лишь чудом. Джейк со стоном расслабляется, и полковник плавно входит в него до конца. Но не двигается, дает капралу время привыкнуть. И тут Салли дергается вверх и вперед, хватает его за руки, притягивая к себе, и почти впивается губами в его рот, жадно шаря внутри языком. Сам. Первый. Куоритч чувствует, что член Джейка, теперь зажатый между их телами, снова твердеет. Вау. Все будет явно круче, чем на пляже. И полковник ныряет в опьяняющие ощущения с головой. Тело под ним такое раскрытое и податливое, что устоять невозможно. Невозможно. Поэтому они будут трахаться до тех пор, пока не закончатся силы. Нужно помнить только одно: ни в коем случае нельзя поддаться искушению полностью слиться с Джейком, проникнуть ему под кожу, в каждый нерв, в каждую клетку, войти в него и остаться навсегда. Главное – не создать с капралом цахейлу. Потому что это будет полный пиздец. Они переворачиваются, Джейк оказывается сверху и сразу же начинает двигаться. И когда Салли скачет на нем, резко опускаясь и поднимаясь, полковнику приходит в голову, что это не он трахает Джейка, а капрал имеет его так, как хочет. Внезапно Салли умопомрачительно сладко вращает бедрами, вырывая у Куоритча вскрик, падает ему на грудь, наполовину соскальзывая с его члена, и медленно ерзает вперед и назад, сжав задницей только головку полковника так, что тот рычаще стонет от такой пытки удовольствием. Куоритч сильнее хватает капрала за бедра, чтобы опустить его на себя глубже, но Джейк сопротивляется и тянется вверх, начинает выцеловывать его горло, а потом мягко касается губами уголка его рта и снова проникает языком внутрь, скользя по зубам. Полковник рычит, вздергивая бедра вверх, и теперь Салли тоже двигается им навстречу, умудряясь не разорвать поцелуй. Через несколько резких движений они кончают одновременно, взрываясь двойной сверхновой, и стонут друг другу в рот, не размыкая губ. Потом некоторое время лежат, с трудом приходя в себя, ощущая приятную остаточную дрожь. В каком-то полубредовом забытьи Куоритч гладит спину Джейка, обводит лопатки, ведет пальцами вниз к пояснице, почти смыкая руки на тонком поясе, и скользит еще ниже, сжимая его задницу. Кожа под ладонями полковника гладкая, горячая и чуть влажная. Не оторваться. Куоритчу хочется вдавить, впитать в себя это тело, приносящее ему столько наслаждения, не отпускать его и собственнически сказать: "Мое!" Но он никогда этого не скажет. Потому что к желанному телу требуется еще и душа, которая желала бы самого Куоритча. А душа Салли для полковника неуловима. Неуловима. Но хотя бы есть тело в его руках. Здесь и сейчас. – Где ты научился так целоваться, капрал? – спрашивает Куоритч, едва переведя дух. – Тренировался с женой? Джейк поднимает голову с его плеча. Глаза у него по-прежнему сумасшедшие – их пульсирующие зрачки будто затягивают в себя. Он улыбается и облизывает острым кончиком языка приподнявшуюся верхнюю губу. Черт, ну и лицо у него сейчас. Как в порножурнале. И как потом это развидеть? – Точно, – отвечает Джейк. – Надо же было чем-то заниматься, пока ты рос в пробирке, – опять тянется вперед и засасывает край уха полковника так, что тот снова не может сдержать стон. Проклятые уши. Куоритч и не думал, что они такие чувствительные. Что за черт. Что-то за ним сегодня не остается ни один раунд. Надо наверстывать упущенное. Полковник ложится на бок и разворачивает Салли к себе спиной, поднимая его левую ногу и раскрывая задницу так, как это только возможно в такой позе. И, проталкиваясь во влажный анус, с трудом подавляет желание снова вцепиться в капрала зубами. Вместо этого Куоритч протягивает руку вперед и обхватывает твердеющий член Джейка. Салли кладет пальцы сверху, задавая нужный ритм, а еще стонет так, что полковник теряет остатки самообладания. Больше они не тратят время на разговоры, растворяясь в синхронном движении сплетенных тел. Это похоже на утоление жажды. Проблема только в том, что эта жажда мучает Куоритча постоянно. И он вынужден жить с этим. ***** Робкая предрассветная дымка встречает их лениво ласкающимися, как два сытых кота. Салли обнимает Куоритча руками и ногами и чуть ли не мурлычет, отвечая на очередной длительный поцелуй. Полковнику кажется, что даже камни вокруг них пропитались запахом секса. Надо почиститься, остатками мозга думает Куоритч, иначе они проснутся склеенными. Уже в полусне он затаскивает Салли под прохладный поток, и они стоят там, обнявшись и оглаживая друг друга. Руки полковника скользят по спине Джейка, спускаются между его ягодиц, смывая смазку и сперму. Тот молчит, уткнувшись ему в шею, но излучает в пространство такую удовлетворенность, что волны ее ловит и Куоритч. Он едва помнит, как они выбираются из-под водопада и падают на место, поросшее низкой травой, но не хочет выпускать Салли и прижимает его к себе, будто баюкая его сонную податливость. Правда, полковнику еще хватает мозгов временно разорвать эти нежные объятия и натянуть штаны, потому что он не знает, как протрезвевший Джейк отреагирует, если они проснутся утром в обнимку и оба с голыми жопами. А потом он снова приникает к уютному телу рядом. Только под утро Салли проявляет себя, отпихивает полковника и сам во сне откатывается немного в сторону. ***** Просыпается Куоритч уже один. Джейк стоит на краю выступа, гладя торука по шее, и внимательно изучает клубящееся облаками небо. И хорошо, что он прикрыл голую задницу какой-то найденной в вещах тряпкой, иначе полковнику было бы сложно справиться с утренним стояком. Салли оборачивается, без слов кивает ему – в знак того, что заметил пробуждение Куоритча – и привычным жестом трет пальцами переносицу, размышляя о чем-то своем. Не мечется, мучаясь от стыда за свое очередное падение, не шипит на полковника, не пытается запрыгнуть на торука и рвануть прочь в раздраенных чувствах. Все как обычно. Как обычно после обычной ночи. Только вот прошлую ночь обычной никак не назвать. Куоритч потягивается, чувствуя во всем теле приятные отголоски ночной эйфории, и вскакивает на ноги. Нет ни следа усталости, он давно не чувствовал себя таким бодрым. И подходит к Салли. Он ищет на лице Джейка какую-то тень, намек на память, что случилось между ними. Невозможно вот так проснуться и делать вид, что ничего не было. Может, кто-то так и умеет, но только не Салли. Но Джейк спокоен и задумчив. Ни криков, ни обвинений, ни яростных взглядов. Вообще ничего. – Капрал, ты в порядке? – спрашивает полковник, ошарашенный внезапной догадкой. Джейк отрывает пальцы от переносицы и удивленно смотрит на него. – С чего вдруг такая забота? – подозрительно спрашивает он. – Голова трещит, как с похмелья, и спиной тоже вчера о камни приложили. А так да, все нормально, – и снова углубляется в раздумья. Куоритч небрежно пожимает плечами – мол, он просто спросил и отворачивается, чтобы не выдать себя. Черт возьми, Салли действительно ничего не помнит. Вообще ничего. Чистый лист. Охренеть. Как вообще такое возможно? Хотя что тут спрашивать. На планете, где все коннектятся друг с другом прямо в мозг, возможно все. И то, что случилось между ним и Салли… Так даже лучше. Днем каждому из них нужно сохранять ясную голову, а не заморачиваться на тему кто, как и с кем опять переспал. Джейк будет вести себя так, словно ничего не случилось, – и для него это так и есть; а Куоритч будет смотреть на него и вспоминать, как он кричал в его объятиях, испытывая оргазм за оргазмом. И эти воспоминания очень… будоражащие и приятные. Это будет для полковника небольшой компенсацией. А эта ночь… Куоритч ее никогда не забудет. Она станет его личной тайной.