Птица
26 февраля 2023 г., 14:15
«Death, spirit me away
My anguished soul doth strain
On taut and twisted reins
Yet, insatiate I still remain
Like a proud, unfalled star
That dares thee from afar
To calm my thund'rous heart
Else, rend it's knots apart
So I may never sing…»
Cradle of filth
***
Говорят, всё, что было в Фейриленде, осталось здесь душой и телом; ибо он оставил отметину во всякой твари, чья нога хоть раз ступила на эти поля. Чем только они не напоминали Нефер — красотой зелёных полей или изощрённой грацией бесчисленных их граждан, только Нефер поселял гордость в своем посетителе, Земли Фей в нём же оставляли нечто более сильное и свойственное живому… И, к примеру, если бы они стёрли себе память о тех образах, что промелькнули меж их глазами, смогли ли бы они преодолеть это неопределённое чувство, что овладевает ими вне зависимости от того, о чем они думают или пытаются думать? Когда двое мужчин вошли на благодатные земли, трава ласкала их ноги, словно живое существо, безразмерное, но при этом мягкое и тягучее, словно трясина. Со всех окраин слетелись твари, овивавшие эту парочку, впрочем, они не решались подойти ближе. Словно облачка, феи зачарованно преследовали этих двоих — на расстоянии, незаметные, но чётко ощутимые любому, кто хоть самую малость с ними знаком. Однако, гостям был неведом тягучий воздух, сгущавшийся вокруг них. — Посмотри, какая красивая! — шатен заприметил на кусте огромную разноцветную сороконожку. Лёгкий ветерок пошатнул его каштанового цвета волосы, когда юноша с изящными чертами лица взял на руки эту длинную цветастую малышку. Гусеничка улыбнулась и завиляла телом, не предпринимая ни единой попытки увильнуть от столь хищного обращения, а даже приманивая откусить от себя кусочек. Её панцирь, на первый взгляд кажущийся обычным, состоял из сахара и карамелек. — Пахнет так сладко. — любопытный юноша поднёс её поближе к лицу. — Интересно, она съедобная? — Я бы не стал есть то, в чем не сильно уверен. — попытался утихомирить его темноволосый спутник. Он подошёл сзади, положив руку на плечо друга, словно пытаясь его вразумить. Рука казалась тяжёлой. — Эй, хватит уже пугать меня! — отмахнулся шатен. — Расслабься! Они не умеют ничего, кроме как веселиться — и, я уверен, тоже разучусь что-либо делать, когда останусь здесь! Сороконожка, словно фыркнув в подтверждение его слов, неожиданно вспорхнула, хлопая длинными прозрачными крыльями и взлетела. Вскоре она оказалась на плече старшего мужчины. Тот смущённо покосился в сторону. Поравнявшись с ним, она казалось тёмной и пушистой, как шмель. — Ха-ха! Скажи же, пахнет сладко! — рассмеялся шатен. Мужчина поднёс её к своему лицу и лизнул её. Чёрный раздвоенный язычок мелькнул по гладкому панцирю, оставляя мокрый след. — На вкус и впрямь как сахар. — Сороконожка вспорхнула с его ладони. — Я не должен есть сладкое… - пожаловался брюнет. — Когда я начинаю, то не могу остановиться. Они пошли вперёд по тропинке, хотя цветы, и другие обитатели этого мира под их ногами давно уже готовы были обратиться в конфеты и пряники.***
— К нам пришли нимфы. — как бы между делом внезапно дал мне знать советник. Я была готова подавиться своими перьями и свалиться под стол. — ОПЯТЬ?! — Тише. В этот раз по-нормальному. — понизил голос советник. — Слушай… Это певец, Теодор. Он хорошо служил феям своими песнями, и он не самый худший тип. Примерно как Мармосет. — О. — и тут я вспомнила Мармосета, эту милейшую шлюшку, которого непонятно как ещё способен сдержать Нефер. — А второй, вообще чёрная нимфа. — зашипел советник ещё более пошло. — Ты ведь знаешь, какие ненасытные они твари? — Как его имя? — Мои чёрные глазки заблестели в предвкушении. — Мёбиус, боец Чёрного Сфинкса. — Боец?! — Да. Не самый любезный тип. Будь крайне осторожна. Я приуныла, поняв, кого мне только что предстоит встречать. — Короче, не нарывайся на конфликт. — пояснил советник. — Спроси, чего им надо, и проводи этих двоих как можно тише и незаметнее. Я кивнула, деловито застрекотав клювом. — Так, они должны быть у порога Вашего дома советов? — С дуба рухнула?! — завизжал советник, вскочив из-за стола. — Не смей приводить их сюда! Куда угодно, но за пределы моего плана!!! Знаешь что, лучше вообще выведи их из Фейриленда. На Землю или куда-то ещё. Пускай людишки с ними разбираются. Я поняла из этого только то, что советник определённо хочет смерти землянам. Или мне… — Всё, давай встречай наших гостей. — внезапно заявил советник. — Бедняжки совсем заблудятся без тебя. А когда нимфы гуляют по нашему плану сами по себе, это уже смахивает на вторжение…***
Всё в этом разделе было наслышано о двух нимфах, что пересекли границу Фейриленда, и эта ситуация была опаснее, чем всё что угодно в жизни фей. Нимфы были очень жестоки, неизвестно к кому больше — к людям или феям, однако, в обоих случаях, их вторжение могло сулить разрушительные последствия. Должна ли я, простейшая душа, что населяет излишне экстравагантный мир, даже людьми прозванный " грязнейшим из астральных планов» вдаваться в подробности нашей войны с Нефером? Думаю, что оно того не стоит. На инстинктивном уровне все, даже люди, понимают, что феи добрые, а нимфы — нет. Это, собственно, и есть причина войны. Все войны завязываются так, разве нет? Злые нападают на добрых, сильные на слабых, хищник пожирает травоядное и так далее. Земля всегда крутится в одну сторону, и даже стрелки часов... ой, бля, что-то меня понесло не туда. Черт, да чего тут ещё объяснять?! Мы были грандиозной картиной — они отбеливателем. Мы были цветущим полем, а они — ядом. Мы были развеселой толпой на гей-параде, а они — нацистами. Довольно! Я должна защитить Фейриленд. Даже если я не умею сражаться. Что будет, если этот прекрасный мир в конечном итоге пропадет навсегда?.. Люди навсегда потеряют своё беззаботное счастье! Все, что вселяется из Фейриленда в мир людей, призвано дарить удовольствие. Искусство, танцы, наряды и секс. Желание, что пришло отсюда. Эго подарило им жажду, силу, что способна повернуть весь мир кверх тормашками — постойте, это и есть та самая сила, без коей не вращалась бы Земля! — Земля вращается по закону инерции. — тускло заметил черноволосый собеседник, шедший позади. — Человеческие капризы тут не при чем. Я замешкалась, не придумав, что ответить. Как знала ведь, Чёрный, только появившись здесь, начнёт строить из себя самого умного! — Ну и что с того? — надувшись, гордо произнесла я. — Вон, Венера, Юпитер и Сатурн тоже крутятся. И что, хорошо там живётся, а?! Этих двоих я встретила у фермерского домика. Старик выгуливал цыпочек, и, как только желтые комочки увидели меня, выпорхнувшую из-за рощи, то тут же радостно загалдели. В кои-то веки я работала здесь, ухаживая за цыпами и молодыми курями. Кажется, они узнали меня, несмотря на моё пернатое воплощение, и подбежали перебирая своими маленькими ножками, игнорируя присутствие нимф. — Ой, как много птичек! — воскликнул шатен, которого мне описывали как Теодора. — Интересно, куда они бегут? Он сел на землю, пытаясь поймать хоть одного птенца, который ковылял под его ногами. Подняв цыплёнка, он улыбнулся и пощекотал его за брюшко. Птенец довольно запищал, ворочая лапками в его нежных руках. Они были почти как игрушки, пушистые и безобидные. — Эй! Только посмотри на небо! — хрипло прокричал черноволосый, прикрыв ладонью глаза от палящего солнца. На горизонте показалась целая стая птенцов, во главе которой летела голубая птица с острыми перьями. Остальное бежало по траве, приветствуя собрата на родной земле. Птица подлетела к двоим мужчинам, оживлённо порхая возле них. Её полет напоминал колибри, она могла порхать, останавливаясь подолгу на одном месте. Так, она любопытно зависла впереди изящного шатена, который и без того не прочь был проявить повышенное внимание к пернатым. — Ааа! — если бы он был девчонкой, то обязательно бы взвизгнул. — Какой маленький! Гляди! У него есть хвостик! — он залюбовался, глядя на очевидно красующегося пернатого. — Уфф, и пёрышки... — Да, как ты заметил, у птиц и правда есть пёрышки. — язвительно заметил мрачный страж, которому уже порядком наскучил приятель в вечном состоянии восторга. Голубая птица неожиданно снизилась, ударившись о землю прямо у их ног и выросла в маленькую девочку с длинной серебристой бородой. Похоже, это существо было бесполым, и одето оно было в длинную сорочку из белого материала, как и все человекоподобные в этом разделе. — Что ж, как вы верно распознали… — насмешливо заявила я. — Я — Птица. Что насчёт ваших имен? — Меня зовут Теодор, а этот зануда — Мёбиус. — весело представил себя и друга шатен. — Мы пришли из Нефера, чтобы… — он замялся. — Чтобы «что»? — поднял бровь черноволосый, которого назвали Мёбиусом. — Ты забыл, зачем сюда пожаловал? — Ну, мы просто путешествовали по разным мирам, — тупо закончил Теодор, чувствуя себя как-то неловко. — И, вот, оказались здесь… — Так вы не планировали попасть сюда? — немного прищурившись, спросила я. — Позвольте, я объясню. — произнёс Мёбиус. — Этот почтенный сын Нимфоса сказал мне, что проведёт меня на Землю, потому как живёт там и знает «все её законы и пути, которыми можно туда добраться». Я любопытно склонила голову, не особо-то вслушиваясь в детали истории, повествуемые этим голосом. — … По итогу, в межпространственной пустоте он отвлекается на фею и мы пролетаем через всё пространство Фейриленда без какого-то особого умысла. — закончил свою печальную повесть Мёбиус. — Да, так всё и было, — немного поник Теодор. — Но, честно сказать, мы совсем не против остаться! — решил вновь оживиться он. — Здесь так… волшебно. И ещё постоянно пахнет сладким. — он принюхался. — Ещё бы! Это самый сладкий раздел из фейских земель. — обрадовалась я, едва не зачирикав, — Здесь есть угощения на любой вкус. Ну, признайтесь, пробовали хотя бы одно? — Ну… немножко, — пробормотал, покраснев, Теодор. — Я просто люблю сладкое. — Всё любят! — отчего-то усмехнулась я, — Что ж, добро пожаловать в Фейриленд.***
— Куда мы идём? — любопытно спросил Теодор, как они начали шагать по лесной полянке. Дорога состояла из плотного песка, напоминающего крошки печенья. Теодор выглядел как тот, которому в принципе, плевать, попадут ли они куда-то в итоге или может быть, останутся здесь навсегда. Он всё также беззаботно оглядывался по сторонам, рассматривая местных обитателей, которых он начал замечать всё больше и больше. Что ж, их и впрямь становилось здесь больше — как я и говорила, нас окружало плотное скопление фей, которые слетелись на запах нимф. Вот почему они так беззащитны… Они слишком любят нимф, настолько, что буквально даются им в руки. Даже я… не чувствую страха. Что же касается второго спутника, то он был куда мрачнее. Мёбиус выглядел немного взволнованным, хоть и пытался спрятать это под маской глубокомысленности. Он не особо разбегался взглядом по сторонам, в отличие от своего младшего товарища, и больше был сконцентрирован на себе. Тем не менее, я не переставала трещать языком. — Как ваш гид, я проведу вас через этот раздел Фейриленда. — задумчиво произнесла я. — Но путь наш не так далек, как сложен. Поэтому я вызвалась проводить вас. Не каждый знает, как преодолеть препятствия, которые могут встретиться на пути. Только лишь маленькая голубая птица. — Ахх! Так ты маленькая девочка или птичка? — умиленно задал вопрос Теодор. — Вопрос некорректен. — деловито заявила я. — Я фея. Видишь ли, у нас, в отличие от нимф, нет пола. Впрочем, я и сама до сих пор не разобралась, что это такое… — Звучит забавно. — сказал Теодор и хихикнул, — Что мне нравятся птички, а ему — маленькие девочки. — он показал на Мёбиуса. — Что? Кем ты пытаешься меня выставить? — возмутился Мёбиус. — Эй, всего лишь чуваком, которому нравятся милые вещи, как и мне! — вкрадчиво заметил Теодор. — Ах да, он ещё и без ума от сладостей. Даром, что не прикоснулся ни к одной за время нашего пути… Божественно прекрасные нимфы, сумасшедшие и полные энергии феи; два плана, неба и земли. Мы жаждали объединения с Нефером во имя будущего человечества. Но брак Нимфоса и богини-феи Лили стал катастрофой для наших земель. Мы подумать не могли, что рождённая от этого союза принцесса, сбежав от Нимфоса к феям, разрушит барьер между мирами… а наш Фейриленд станет пристанищем для голодных, хищных и совсем не милых, как казалось раньше, нимф. Разумеется, Нимфос тоже не мог потерпеть побег дочери и утечку своих воинов к чужим планам, но было уже поздно. Граница была разрушена, а мы обречены на погибель. Не думайте, конечно же… что Нимфос лучше, чем его дети. Он создал их по своему подобию. И все же... Некоторые нимфы становились феями, когда попадали сюда. Они не могли больше уйти, сросшись воедино с одним из планов. Так вот, теперь это больше не работает на них. В последнее время нимф попадает сюда столько, что энергии нашего мира недостает, чтобы смутить их гневный разум. И вот, теперь они и в нашем плане тоже. Кто бы думал, что мы избежим этой участи? Мы, жители безмятежных лугов — самые беззащитные существа Фейриленда. Я понимаю, инстинкт нимф — убивать всё, что хоть чуть-чуть напоминает разумную двуногую тварь, населяющую Землю. Но некоторые из нас даже никогда и не были людьми! — Абсолютно ничего дурного не происходит на данном плане. — вещала я, то и дело кружась вокруг своей оси, все то время, что мы проходили по густым полям. — Здесь живут в основном растения, насекомые и птицы. Человекоподобные, если вы увидите их здесь, ими не являются. Это место кажется диким, но оно самое спокойное из фейских земель. — Так жаль, я хотел встретить человека. — ухмыльнулся Теодор, облизнув губы. — Правда? — Конечно же нет! — воскликнул Тед и рассмеялся, увидев как я нервничаю, уже готовясь распушить перья и улетать. — Я был на Земле миллион раз. Ты думаешь, они мне там не надоели? — Звучит справедливо, — пробурчала я, нахохлившись. — Так или иначе, это место для чистых. Люди редко попадают сюда. Обычно здесь находятся дикие животные, или те из людей, кто был близок к природе. Не «так» близок как те, кого вы можете встретить дальше. — я встретилась со стальным взглядом Мебиуса. — Но я все ещё могу провести вас туда. — Что за чушь? — возмутился Мебиус. — Зачем бы нам там быть?! — Вы ещё не поняли? Я могу провести вас буквально куда угодно. — понизила голос я. — Закоулки больного сознания каждой твари, что когда либо существовала, мы — душа живому. Фейриленд в неисчислимое количество раз больше Земли, и больше всей материи, что есть во Вселенной. Кто знает, может быть, вы попали сюда совсем не случайно. Я вспорхнула, обратившись в синюю птицу, и обогнула дугу, будто рисуя в воздухе невидимые врата: — Совсем не случайно!
