Не в своем мире

– Не трогайте меня! – без остановки кричала юная девушка. – Это всё он виноват, не я! Уберите руки... – введённый препарат со временем начал действие и резкие движения плавно переходили на медленные, но напористые. Я стоял в нескольких метрах от происходящего. Мой разум сразу дал мне понять, что она - та, кто мне нужна. Я смог почувствовать её лишь участившимся биением сердца. Крики отдавались эхом по всему этажу больницы, но со временем её тело начало ослабевать, а голос становился всё тише, переходя в шёпот. Теперь единственное, что она могла делать - идти. Шаг за шагом, всё ближе к палате, пока под руку ведут несколько врачей. Голова совсем опустилась, руки не в силах даже подняться, но ноги идут.

Ну вот мы и встретились...

Ранее.

Я уже сбился со счёта, пытаясь понять, сколько ударов нанёс мне отец. Лёжа на полу, по моему лицу бежала струйка крови, некоторые места пульсировали, а место вокруг глаза постепенно принимало другой оттенок. Яростный возглас Сатаны "Вставай!" заставил без раздумия подняться на ноги, оставляя проблему побоев на второй план. Сколько бы я не привыкал к этому, каждый раз всё больнее и больнее. Даже его голос приносил мне боль. Чуть ли не с раннего юношества мне приходится терпеть это, не имея права лишний раз моргнуть, если мне не дадут для этого персонального разрешения. Уверенность того, что в скором это всё закончится, держится на последнем вздохе. Мой любезный папочка лениво шагал взад-вперед, смотря себе под ноги, явно о чем-то размышляя. Он не издавал не звука, так, что я мог слышать собственное прерывистое дыхание. Я откашлял несколько капель крови. Одна рука отца была опущена на пояс, а другая потерала подбородок. Он краем глаза взглянул на то, как я подрываюсь с места, принимая позу, точно солдат. На его лице скользнула тень усмешки. Он над этим потешается. Хотя о чём ты ещё мог думать, Люцифер? Что он проявит сочувствие? Какая глупость. – Ты вновь это сделал... – его голос раздался эхом по всему пылающему в огне помещению. – Просто дай мне знать, какое из слов тебе не понятно, я его быстро вдолблю в твою голову! Какого хрена ты вновь позволяешь себе позорить меня?! – На каждом слове он все больше повышал свой тон. Немного приоткрыв рот, чтобы ответить, я тут же его закрыл. Мне и сказать нечего. Мы стояли в тишине несколько минут: он - ожидая ответа, я - боясь дать лишний повод снова получить в челюсть. На этот раз его лицо не выражало никаких эмоций. Абсолютно никаких. Это что-то новое. Даже стоя спиной к нему, я могу безошибочно определить его следующие действия, исходя лишь из его настроения, но именно в этот момент я ничего не чувствую. Мне не с чем сравнить, как пугает меня эта неизвестность. Сын Сатаны боится, как же это нелепо. Хуже всего то, что он это чувствует. Теперь его гнев нарастает. Так или иначе, это лучше, чем пустое безразличие. В какой-то момент от него стала исходить странная энергия. Отец всё так же неторопливо встал передо мной, одним лишь взглядом приказывая смотреть на него. На этот раз была уже не тень усмешки, а полноценная улыбка, которую он и скрывать не стал. Но ничто так не выдаёт сущность, как глаза. Его взгляд - сплошное равнодушие. Раньше я мог видеть чувства, что он питает ко мне; стандартный набор: ненависть, стыд, распирающая злость. Но сейчас это равнодушие. Как же я хочу оказаться сейчас дома. Он видит во мне никчёмного щенка, не владеющего способностью даже попытаться дать ему отпор. И ему это нравится. Ну конечно, будь я на его месте, я бы испытывал тоже самое. – На этот раз, Люцифер, ты будешь отрабатывать необычным способом, – в который раз он приостанавливается, чтобы я успел придумать худшее. Хотя куда хуже прошлого раза? – Ты будешь находиться продолжительный срок на Земле. Предположим... год. Ровно один земной год. Ни днём меньше, ни днём больше. К твоему же благу, здесь пройдёт гораздо меньше времени, так что не стоит волноваться, ничего особенного ты не упустишь. Знаю, даже это не так много, благодарности не стоит, мы же семья. Конечно же ты не просто так будешь там прохлождаться, у тебя есть небольшое задание. Для моего сына это должно быть, как раз плюнуть, поэтому не сомневаюсь, что ты справишься. Так вот, к чему я веду: юная девушка, желающая наконец распрощаться с жизнью, запирается в ванной, находит аптечку, и, не смотря даже на этикетки препаратов, начинает глотать таблетки, одну за другой. Далее в её руке оказывается лезвие, но к этому времени её уже нашли. Она терпит неудачу в своей задумке и её упекают в психиатрическую больницу. Твоя задача заключается в том, чтобы весь этот год она не смогла умереть. Такие глупые в аду нам даже для мучений не нужны, верно? – он посмотрел мне в глаза, тут же поймав взгляд. Коротким движением головы, я кивнул. – Прекрасно. Ровно в полночь к тебе придёт один из стражей. К этому времени ты должен быть готов. Он проводит тебя до водоворота, а дальше... – короткий смешок. –... дальше - твоё наказание. Только он сделал шаг по направлению к выходу, как остановился, не поворачиваясь ко мне. Его игровое настроение перешло в лёгкое бешенство. Пальцы моих рук незаметно потряхивает. Из носа начинает сочиться струя крови, собирая в себя другие капли крови на своём пути. Я чувствую как губа начинает пульсировать от недавнего удара, а в левом глазу всё расплывается, что становится помехой моему зрению. До меня дошёл короткий звук хрепотцы, будто бы отец уже собирался что-то сказать, как остановился, но вновь продолжил: – Но если вдруг она умрёт, сынок... – он интонацией выделил последнее слово, так, чтобы оно звучало иронично. Вновь долгая пауза. – ... не жди, что следующее наказание окажется таким лёгким. Громкий скрип двери его кабинета и тут остаюсь один я. Весь земной год я должен буду провести с какой-то девушкой, для которой собственная жизнь - то, от чего нужно избавиться. Что за глупость? Ей и так дано не так много времени, а она ещё и своими силами пытается от этого избавиться. Если бы она знала, что ждёт её после смерти, её никчёмная жизнь показалась бы ей даром Божьим, чем, по сути и является. А тут я должен играть роль психолога, да ещё и год, чтобы по истечении этого времени она все равно наложила на себя руки. Видимо, в этом и заключается суть моего очередного наказания: в том, что все, что я буду делать, чтобы спасти эту отчаявшуюся девицу не будет иметь смысла, ибо я с полной уверенностью могу заявить, что мои попытки её не остановят. Хотя зачем мне вообще переживать по этому поводу? Просто задержу её намерения на этот год и буду свободен. Ещё не хватало, чтобы меня беспокоили последствия... Всякий раз из этого кабинета я уходил хромой. Каждый встречный знакомый уже не удивлялся моему виду, не обращая внимания, привычно здоровался или кивал, в знак приветствия. Ответа им не поступало. Они знают, что я иду от отца, и что сейчас не самый подходящий момент для того, чтобы проявлять свое дружелюбие. Пусть ещё хоть один посмеет даже слово мне сказать, я засуну ему его туда, откуда безболезненно его уже не вытащить. Весь путь до своей комнаты мне пришлось провести в размышлениях о том, что потребуется взять с собой на Землю. К счастью, так долго я там бываю не впервые и уже могу чётко представить, без чего моё пребывание среди людей не обойдётся, поэтому как только дверь за мной захлопнулась, я тут же подошёл к шкафу возле окна, открыл стеклянную дверцу и вынул бутылку Глифта. Неприятно осознавать, что именно он будет моим единственным спутником на протяжении всего времени, но другого выхода я не вижу.

***

Который час подряд я провожу лёжа на своей кровати, бессмысленно смотря в потолок, ни о чем не думая. Мысленно я уже успел попрощаться с некоторыми знакомыми, без которых моё существование на небесах казалось бы в разы скучнее. Я, конечно же, мог встать, пойти к ним и рассказать обо всем, получив в ответ какое-то подобие жалости, по типу "Не переживай", "Год это не так много", но не вижу в этом особой необходимости. Сейчас их заботят собственные переживания, мои проблемы им не нужны. Плюсом ко всему, я покажусь для них жалким. Это пойдёт далеко не на руку моей репутации среди здешних отбросов. Казалось бы, всего лишь год. Это даже не десять, не сто. Зачем вообще переживать, думая как долго будет тянуться это время? Ведь я могу это расценивать как некий отпуск. Теперь нет нужды ходить на школьные занятия. Всего лишь раз в день сходить к некой сумасшедшей, проверить все ли с ней впорядке, и быть свободным. Проще ведь некуда. Но с другой стороны, какой прок отцу с того, что я какой-то год проведу на Земле? Это и наказанием назвать сложно, он ведь просто освобождает меня от всех небесных обязанностей. Он бы не стал такого делать. Исходя из того, какой он на самом деле, я должен сделать вывод, что здесь есть какой-то подвох. С моим отцом не было бы так просто. Такое "наказание", как он его назвал, можно считать обыкновенным школьным заданием. Точно так же на Землю, точно так же решать чьи-то проблемы. Все мысли сходились лишь к тому, что мне придётся ждать чего-то неприятного. Глаза то и дело закрывались, пока голова кипела от мыслей о предстоящем "наказании". Я позволил себе расслабиться, выпустить из тела все напряжение, а голову удобно устроил на подушке, пока моё сознание перелетало в другой мир. Я сквозь сон чувствовал, как из моей плоти выходит вся тревожность. Даже настроение стало немного лучше. Всё было прекрасно. Было, пока звук ударов не бил мне в голову. Такое чувство, что били не дверь, а меня. Мне пришлось тут же распахнуть глаза и подняться, направляясь к раздражительному звуку. За дверью, по которой усердно колотили, оказался одних из главных стражей Сатаны. Точное имя его я сказать не могу, у моего отца таких бугаев больше двухсот, и выглядят все на одно лицо: суровый взгляд, широкие плечи, высокий рост, на первый взгляд даже устрашающе. Он держал в левой руке кинжал и смотрел на меня сверху, будучи на пару дюймов выше меня. Судя по его немногословности, я должен уже полностью быть наготове, поэтому с прикроватной тумбочки я схватил бутылку и даже не успел перешагнуть порога комнаты, как стражник сказал: – Это всё? – голос достаточно низкий, на лице не дрогнул ни единый мускул. – Да. – стало концом нашего диалога. Проходя коридоры, на меня и моего сопровождающего таращились абсолютно все, кто нарушает комендантский час, в среднем это около половины школы, ведь даже администрация частенько плюёт на собственные правила. Нам пропускали дорогу, будто если не отойти, мы просто их затопчем. Такое происходит далеко не впервые. Я смотрел вперёд, не встречаясь ни с кем взглядами, лениво перебирая ногами. Краем глаза смог заметить, как некоторые Непризнанные чуть ли не в стены вжимались, при виде стража. Какая нелепость. Пару раз встретился взглядами со знакомыми лицами, в основном дьяволами. Им и минуты не потребовалось, чтобы примерно представить, что тут сейчас происходит, ведь они знают меня, соответственно и моего отца. Лишь одна очаровательная знакомая не оставит всё как есть, не выяснив всё от начала и до самого конца. Стук её каблуков разносился по всему коридору, приглушая переговоры учеников. Даже не смотря на неё, я ощущал, в какой она сейчас ярости. Я чувствую, как её голубые глаза светятся в бешенстве, и как угасает этот свет, как только она становится всё ближе ко мне. Острая по вкусу энергия будто бы завершала весь её обворожительный образ. Брюнетка догнала меня быстрым шагом и шла в ровень мне, поправляя выпавшую прядь волос. – Что на этот раз? – спокойным голосом спросила Ости. Я, распробовав на вкус каждое сказанное ей слово, чувствовал, как за ними прячется хорошо прикрытый гнев. – Как обычно... Довёл до полусмерти одного ангелочка. – Дино? – Именно. – Идиот... – голубые глаза вновь закатились, и вновь из-за моего поступка. – Куда и на какой срок? – На Землю. Буду присматривать за одной психованной ровно год. – Ости шумно вздохнула, показывая своё отношение к данной ситуации. Через полминуты она коснулась моего ремня своим плотно сжатым кулачком, плавно скользнула им к заднему карману моих брюк. Я еле ощутил, как она вложила что-то в мой карман. Я посмотрел на неё, с нескрываемым недоумением на своём лице, на что она смогла лишь подмигнуть. – И всё? Твой отец теряет хватку. – она отвернулась, рассматривая что-то на стенах. Я почувствовал, как стражник, идущий впереди нас, напрягся, услышав это. – Что ж, тогда не заскучай там. – Неожиданно мило с твоей стороны. – дьяволица коснулась своей ладонью моего плеча в знак прощания. Она тут же зашла в комнату Мими, к которой мы успели подойти. Пройдя ещё какое-то расстояние, мы наконец вышли из школы, а после дошли до водоворота. К счастью, здесь нет никого. В глаза бил яркий свет луны, лёгкий ветер подталкивает меня всё ближе к водовороту. Неужели, тоже старается от меня избавиться... Страж смотрел в упор на меня, пока я старался собрать мысли в кучу и наконец покинуть этот мир. Веду себя как ребёнок, всё переминаюсь с ноги на ногу, стараясь оттянуть неизбежное. В этом ничего трудного, Люцифер, хотя бы отдохнешь от здешних глупых законов. Это же целых год без отца, я должен быть более радостным, так почему у меня постоянно мысли, будто что-то не так? Я обернулся, бросив последний взгляд на дьявола позади, сделал шаг вперёд и начал падать. Теперь есть лишние пять минут перед тем, как я прибуду на место. Очень неудобно было отправляться в ночь. Будет проблематично найти себе жилье на это время, плюсом ко всему, оно должно быть близко к больнице. Не думаю, что кому-то было бы выгодно открывать отель возле психушки, поэтому придётся найти того, кто сдаёт квартиру поблизости. Мои руки были за головой, ноги сложились одна на одну. Я сделал глубокий вдох и позволил себе полностью расслабиться, отогнав абсолютно все мысли. Смотря вверх, я видел, как всё дальше и дальше от меня уходит обрыв одного из летающих островов. Соответственно, так же дальше от меня и уходит моя привычная жизнь. Теперь мне придётся подстраиваться под жизнь людишек, дабы не вызывать лишнего повода обращать на себя внимания. Придётся совсем одному находиться там и думать, как бы не покончила с жизнью одна очень глупая дурочка. Ведь тем самым она не только обречет себя на вечные муки, но и меня выложит главному мучителю на стол, дав волю делать со мной всё, что придёт на ум. У него в этой сфере широко развит кругозор, так что без дела я точно не останусь. Это будет либо что-то до ужаса позорное, либо очень мерзкое. Хотя, думаю, нет. Это будет и позорное и мерзкое одновременно. Уже чувствую, как он упивается моим провалом и даёт волю своей фантазии. Приземление оказалось всё таким же мягким, как и каждый раз. Меня выбросило возле каких-то странных гаражей, нескольких баков для мусора и одинокой уличной лампы. Сосредоточив мысли, я скрыл из виду свои крылья, чтобы они не мешали мне. Сразу за баками было слышно передвижение машин, именно туда я и направился. Как оказалось, я очутился сразу за психиатрической больницей, где, предположительно, и находится нужная мне девушка. Бутылка, что до сих пор находилась сжатой в моей руке, осталась ждать меня в укромном месте: одной из широких труб за больницей. Заберу её позже. Уже представляю, как непоздоровится человеку, вдруг нашедшему её. Не раздумывая, ноги сразу понесли меня ко входу. Я пытался сразу, не останавливаясь, пройти к лифту, как девушка за стойкой регистратуры тут же начала кричать на весь холл "Мужчина, куда вы?!". Обернувшись к ней лицом, я заметил, что она уже встала и хотела пойти за мной, поправляя рукой свои чёрные волосы. К сожалению, мне ничего не оставалось, как подойти к ней. Включив всё свое обояние, я, с милой улыбкой, начал разъяснять ситуацию. – Мне нужно найти одну девушку. Она попала к вам совсем недавно. Наглаталась таблеток, после чего её увезли сюда.– найти выход из безвыходной ситуации, оказывается, намного труднее. У меня нет не имени нужной особы, не описания внешности. Я понятия не имею кто мне нужен. Почему важность таких вещей я оцениваю лишь в самый последний момент? – Насколько недавно? С таким случаем в этом месяце у нас две девушки. Подождите минуту... – брюнетка села обратно и начала быстро стучать своими тоненькими пальчиками по клавиатуре, смотря то на неё, то на экран компьютера. – Эшли Джеференсон и Николь Честер. Кто Вам нужен? – А кто из них позже сюда попал? – сначала я прочитал в её взгляде недоверие, но оно тут же испарилось, как только моя рука на долю секунды коснулась её. Она посмотрела на меня другими глазами, будто готова рассказать мне всё. Абсолютно всё. – Мисс Честер привезли около часа назад. Сейчас закончились все срочные процедуры и её ведут в палату. – она тараторила словно робот, смотря прямо мне в глаза, даже не думая о том, что она мне говорит. – Этаж? – Четвёртый... Подмигнув девушке, я тут же направился к лифту. На данный момент я уже имею имя, фамилию и нужный этаж, где сейчас находится моё наказание. Обожаю легкомысленных людей, их легко использовать, а уж ещё легче добывать нужную информацию, не имея при этом ничего. Двери лифта разъехались, открывая передо мной картину: трое человек в костюмах держат за руки блондинку. Волосы растрепаны, одежда в некоторых местах порвана, на шее синяки, вырисовывающие форму ладони. Видимо, непростая жизнь у девушки. Везде был слышен её голос, прерывающийся местами громкими всхлипами и кашлем. Один из трёх врачей быстро среагировал, вынув откуда-то шприц, наполненный какой-то жидкостью. Лёгким движением он вставил иглу в предплечье пациентки и тут же начал вводить в неё эту жидкость. – Не трогайте меня! – без остановки кричала юная девушка. – Это всё он виноват, не я! Уберите руки... – введённый препарат со временем начал действие и резкие движения плавно переходили на медленные, но напористые. Я стоял всего в нескольких метрах от происходящего. Мой разум сразу дал мне понять, что она - та, кто мне нужна. Крики отдавались эхом по всему этажу больницы, но со временем её тело начало ослабевать, а голос становился всё тише, переходя в шёпот. Теперь единственное, что она могла делать - идти. Шаг за шагом, всё ближе к палате, пока под руку ведут несколько врачей. Голова совсем опустилась, руки не в силах даже подняться, но ноги идут. Ну вот мы и встретились... Я уже собирался пойти следом за Николь и её тремя приятелями, как меня кто-то остановил, схватив за локоть. Я обернулся, тут же встретившись взглядами с девушкой. Её образ тут же дал понять, что она тут работает. Взгляд правда убийственный. Зрачки с полной уверенностью встретили мои, но на секунду я увидел в её взгляде подобие шока, исчезнувшего в тот же миг. – Прошу прощения, могу ли узнать кто Вы? – она тут же отпустила мою руку. Не имел даже малейшего представления, что какая-то смертная может иметь такой голос, такую внешность, такое всё... она была очень красива, а голос был такой, будто специально создан для моих ушей.– Вы меня слышите? – Да, я... брат Николь, пришёл проведать её. – я повернулся всем телом к русоволосой незнакомке. Левой рукой она принимала к себе планшет с прикрепленными листами бумаги. – Брат? Не сказала бы, что вы похожи... Я не имею в виду ваши ушибы, а основные черты лица... – её взгляд плавно перешёл на планшет, причём с каким-то особым интересом. Последнее предложение меня смутило. Видимо Земля решила подарить мне облик избитого человека, чтобы напомнить мне, что я здесь далеко не на отдыхе. – Кстати говоря, могу узнать Ваше имя? – Лео Честер. Дело в том, что у нас с Никки разные... – приходится за долю секунды придумывать оправдание, включая при этом всю логику. Девушка достаточно юна, кричала, что "это все он", на свой страх и риск я говорю первое, что приходит в голову. –...матери. Я могу пройти к сестре? – я медленно взял её ладонь в свою, так, чтобы она не сразу поняла, что происходит, активируя при этом максимум своей силы убеждения, но она тут же выхватила руку, спрятав её за спину. – Не трогайте меня, пожалуйста. – красотка отошла на шаг назад с серьёзным видом, чем расширила расстояние между нами, явно давая понять, что стоит держать дистанцию. – К сожалению, сейчас Вы не можете её увидеть, приходите в часы приёма. Информация об этом на стенде в холле. Если же Вам потребуется информация по поводу лечения Вашей сестры, можете обратиться ко мне. Хотя о Вашем с мисс Честер родстве я всё же лично позже буду не против убедиться. – почему дар убеждения не сработал? Он способен меньше чем за секунду заставлять людей подчиняться мне. Наше прикосновение не длилось меньше того времени, когда он должен был начать работать. Что за чертовщина?.. – Ну что Вы, не стоит так утруждать себя, ... – Виктория Уокер, лечащий врач вашей "сестры". – последнее слово она выделила воздушными кавычками свободной рукой. Видимо, помимо Николь, мне придётся терпеть ещё и её.