[С]ложные отношения

«Поясница отваливается...» — с этой мыслью Арефьева Ольга присела в своё рабочее кресло и под столом сняла каблуки. Женщина прикрыла глаза и растянулась на удобной грядушке стула. Сегодня был тяжёлый для Ольги день: приезжала комиссия, которая проверяла всю подстанцию. По протоколу она как заведующая подстанцией должна была их везде сопровождать на случай возникновения вопросов. А как нам известно, Арефьева из шпилек не вылезает. Вот и вышло, что за день она во второй раз присела: первый — когда только пришла на работу, а теперь и второй. Не успела Ольга толком насладиться тишиной и одиночеством, как раздался негромкий двойной стук в дверь. — Да, войдите... — на выдохе произнесла Арефьева и села ровно в кресле, ноги пихнула в туфли, но не до конца. Дверь распахнулась, и в кабинет робко вошла Лиза. — Лиза, чего тебе? Разве мы не решили все вопросы ещё вчера? — Ольга злобно сверкнула взглядом из-под очков. Они с Васильевой еще вчера обусловились, что на время комиссии все несрочные проблемы будут отложены в долгий ящик, до момента исчезновения комиссии из стен подстанции. — Ольга Кирилловна, я помню все наши договоренности, но у нас ЧиПэ... — Васильева неуверенно переминались с ноги на ногу. Очевидно, ей было неловко из-за такого происшествия дергать Ольгу, тем более помощница видела, в каком загнанном состоянии начальница. Арефьева даже не спрашивала причину происшествия. Один единственный вопрос: — Кто? — Рыков... — Кто бы сомневался... — на вдохе устало произнесла Ольга, уперев руки в стол, пытаясь вставить ступни до конца в туфли, уже намереваясь встать. — Что на этот раз? — Драка с мужем пациентки. Там муж этот в коридоре стоит, требует вас... — Годы идут, а Рыков не меняется. Все с теми же проблемами. Арефьева встала и одернула юбку-карандаш, которая так явно подчеркивала ее бедра. Открыв дверь кабинета и выйдя навстречу к проблеме, Ольга уже слышала, как тот самый муж кричал свои недовольства на всю подстанцию, всячески оскорбляя Павла. — Так, что здесь происходит? — постаралась громко произнести Ольга, однако сил хватило только на приглушённый восклик. — Мне нужна начальница этого бардака! — всё ещё кричал распаленный мужчина. — Прекратите шуметь, вы не на улице находитесь. Предлагаю разобраться у меня в кабинете. — Ольга положила руки в карманы халата, стараясь скрыть свои сжатые кулачки. Она была сердита. Сердита на Павла, что к концу рабочего дня приподнес такой подарочек, сердита на этого мужчину, что не сидит дома с супругой... Сердита на себя, что не успела сбежать домой до всего этого. Уже бы лежала в кроватке и засыпала... «Нет. Нельзя бежать от проблем. Быстро решим вопрос и сразу же уйдем», — размышляла Оля, уже двигаясь в сторону своего кабинета.

***

— Пал Дмитрич, я крайне огорчена, что мне в который раз приходится вам объяснять, что так себя вести неправильно. Я вам не мама и даже не жена, чтобы раз за разом повторять, как поступать надо, а как нельзя ни при каких обстоятельствах. — Спустя целый час после скандального гостя Ольга вела беседу с самим Рыковым. По голосу ее было слышно, как она устала и из последних сил проводит воспитательную беседу со своим сотрудником. — Ольга Кирилловна, ну что я вам, маленький мальчик, чтоб меня так отчитывать? — Рыков, в свойственной ему манере делать вид, что он тут ни при чем, сделал обиженную моську. — А знаете, Пал Дмитрич, впечатление складывается такое, что как раз наоборот. Почему вы позволяете себе распускать руки на рабочем месте? Вы знаете, что он на вас жалобу написал в прокуратуру? Вы знаете, что у нас сейчас на подстанции комиссия работает, ищет любой повод придраться к работе нашего учреждения, чтоб поувольнять всех негодных к чертовой матери! Знаете?! — Ольга перешла на крик. На загнанную в угол женщину она не походила, а вот на измученную работой — как раз. — Вы понимаете, что теперь первыми попадаете под удар сокращений?! — А мне, знаете, не принципиально, где морды бить: на этой подстанции или на другой. — Эго Рыкова было задето, что он демонстрировал довольно язвительным образом. — Не принципиально, да?! Тогда прошу! — Арефьева вытащила из стопки белой бумаги лист, резко положила его перед Рыковым и бросила сверху ручку. — Пишите! По собственному желанию! Ольга настолько распалилась, что теперь ее лицо было красноватого оттенка. В глазах так и стоял блеск ярости. Почему она должна получать по шее из-за хама, который ни во что не ставит свое начальство? Почему, черт возьми, она сейчас всё ещё не дома?! — Да пожалуйста! — Рыков взял ручку в левую руку и склонился над листом. Через две минуты размашисто расписался и швырнул ручку обратно к рукам Ольги. — Держите, раз так нужно! — Это мне нужно?! Рыков, — Ольга не вытерпела и перешла на "ты", — вот скажи, почему ты такой есть? Почему ты постоянно куда-то лезешь! Мне каждую неделю приходится писать объяснительные в департамент, что Рыков Пал Дмитрич, работающий у меня на подстанции, вменяемый человек, и что в каждой конфликтной ситуации драка — стечение обстоятельств! Ты понимаешь, что скоро уже мне будут по мозгам ездить?! Значит так... — Стараясь выдохнуть и успокоиться, Ольга сделала паузу. — У тебя есть две недели. Если ничего не вытворяешь — я рву твое заявление. Но если хотя бы одна жалоба..! Рыков, полетишь только так. — Арефьева уже начинает наминать вески. Голова трещит... — Не хочу, чтоб начальство делало мне одолжение. — Рыков! — Ольга звонко рявкнула на мужчину, а затем понизила тон. — Считай, что это мой тебе шанс оправдать доверие. Не зря же я перед департаментом столько раз отчитывалась за тебя! Должен же быть от тебя хоть какой-то прок... Так, все. Иди отсюда. — Арефьева резко встала с кресла, но немного пошатнулась. — Работай пока. — Ольга Кирилловна, спасибо конечно за проявленное доверие, но не стоит подставляться из-за меня. Если комиссии будет неугодно, то я сопротивляться не буду... — Рыков встал со своего места и посмотрел на Ольгу. Арефьева стояла, но как-то неуверенно: одна рука пыталась опираться о стол, а вторая натирала вески. — Ольга Кирилловна, вы как... — не успел Рыков договорить, как Арефьева вновь пошатнулась. Павел рывком потянулся навстречу к ней и обхватил за плечи. Ольга была в сознании, но чувствовалось, что тело мягкое. Рыков приобнял начальницу второй рукой за талию и посадил в кресло.