[С]ложные отношения

***

На улице давно стемнело, когда Костя возвращался домой. После тяжёлого рабочего дня мужчина хотел отдохнуть, поэтому в магазине внизу дома он купил бутылку алкоголя и поднялся в свою квартиру. В одинокую, тихую, пустую холостяцкую квартиру. Не прошло и полутора часа как мужчина культурно выпивал наедине со своими мыслями, которые он тщетно пытался заглушить, как раздался телефонный звонок. Взглянув на высветившееся имя, Костя невольно выдохнул, будто пытался вытолкнуть все пары алкоголя, которые таились внутри его тела. — Да, Ольга Кирилловна? — взял наконец он трубку. — Кулыгин, приезжай... Мне плохо... — Что болит? — мужчина напрягся. Неужели стало хуже? — Сердце. Пожалуйста, приезжай... Мне правда очень плохо... Костя взглянул на свое запястье. Стрелки часов почти перевалили за полночь. Кулыгин мысленно уже чертил план действий и возможных исходов. Перед выходом он опрокинул последнюю рюмку водки и побежал спасать начальство. Он ещё не знал, что его ждёт.

***

Оказавшись в квартире Арефьевой, Костя сделал сухой факт: начальство нетрезво. По телефону он этого не понял. Видимо, алкоголь притупляет логику, из-за чего тяжело понять, что ещё может потребоваться женщине ночью. — Что случилось? — Костя недоумевал с того, что ещё утром Арефьева пила горстями таблетки, чтобы лучше себя чувствовать, а вечером решила запить всё алкоголем. — Вот удивительное дело... Живёшь с человеком. Тебе кажется, что ты знаешь его, как свои пять пальцев. И вроде уже смирилась с ним, что он такой, как есть... А он делает тебе все больнее и больнее. — Пустой взгляд Ольги был устремлён сквозь стену. Она была сейчас не здесь, а внутри себя, явно представляя себе какие-то сцены из своей жизни. — Арефьев? — выдержав паузу, просто спросил Костя. — Угу... Ввалился в дом два часа назад. И без него тошно, а теперь... Давай выпьем? — Ольга бросила жестом в сторону тумбочки, на которой стоял графин с коньяком и два бокала. Костя до сих пор не понимал, как ему следовало себя вести. Пока что он молча повиновался командам женщины, тело которой прикрывал шелковый халат. — За шрамы? И швы, — робко улыбаясь Ольга произнесла тост и отпила.

*

Парой часов раннее. — Что тебе надо, Арефьев? — скрестив руки на груди и стоя в проходе, Ольга наблюдала, как Рома молча метался от шкафа к шкафу. — Деньги. Мне нужны деньги... — он жадно хватал ручки дверей шкафов и открывал их, вываливая их содержимое. — Зачем? — Оля не подавала вида, но она боялась этого человека. Его поведение было неадекватно, он мог броситься на нее. — Я задолжал людям. И если я не отдам деньги... Меня убьют... — распотрошив очередной шкаф, он пошел на кухню к антресолям. — Ром, у меня нет денег, — солгала Арефьева. — Есть, надо только найти... Где ты их прячешь?! — он накинулся на нее и придавил к стене. — Ром, отпусти. Ты не в себе. — Стараясь подавлять дрожь, Ольга смотрела в глаза почти бывшему мужу. — Да? Ну так сделай, что я прошу! Иначе я разнесу эту квартиру к чертовой матери! — его слюна попала Ольге в глаз. «Уж не знаю, чем он там бухает, но едкая дрянь». — Прошу, уходи. Уходи, Ром. Иначе я вызову полицию. — Да? Ну попробуй. Знаешь, где я сейчас живу? — он упер одну руку в стену, преграждая выход женщине. — И знать не хочу. Меня это не волнует. — А должно. У гадалки. Эта девочка нашлет на тебя порчу, если ты не дашь мне денег. — Вот у своей гадалки деньги и бери! А меня не трожь, иначе я закричу! — она пыталась отпихнуть неприятное тело мужа, но он был слишком тяжёлым. — Ну кричи! Давай! Провозгласи на весь подъезд, что до тебя домогаются! — с этими словами он сжал ее руку ладонью, а второй рукой крепко прижал к себе за талию. — Ром, отпусти! Прошу! — она пыталась вырваться, но тот держал ее крепко. Когда же руки дошли до бедер, Арефьева не выдержала. Ей было слишком противно от этого человека. — Я дам тебе денег, только уйди! Довольный Арефьев расплылся в победной улыбке и отпустил бедную женщину. Та зашла в спальню, заперла за собой дверь, а через пару минут вынесла ему десятку. — И это все? — Все, что есть. А теперь уходи. Навсегда. И, прошу, не возвращайся. Иначе я в полицию позвоню. Арефьев ушел, видимо, удовлетворившись и этой суммой. А Ольге было противно от самой себя. Насколько она опустилась из-за этого человека. Ее тошнит от его прикосновений. Места, за которые он только что ее лапал, чесались, словно грязное нечто заразило ее чесоткой. Оля запихала все вываленные вещи обратно в шкафы, даже не пытаясь аккуратно сложить. Потом... А сейчас ей срочно требовался душ и алкоголь. Заперевшись в ванной комнате, она включила кран и свернулась в ванной.

*

Будучи окончательно негодной для душевных изливаний, пьяная Ольга стала приставать к Косте. Удостоверившись, что тот не сильно-то и сопротивляется, Арефьева вовлекла его в глубокий поцелуй и утащила за собой в спальню.