В прятки с реальностью

Альбедо еле сдерживался, чтобы не наброситься на Итера прямо в дороге. Ведь он сам признал, что проиграл ему желание, а значит он сам подписал договор на владение его телом и душой. Путешественник весь от головы до пят теперь принадлежал лишь ему одному. Хотелось быть с ним мягким и ласковым, ведь скорее всего Итер был девственником. А еще его хотелось. Хотелось разложить на кровати, раздвинуть худые ноги и вломиться в тощее, но, как ни странно, крепкое тело. Чтобы он кричал, бился, молил его о пощаде и кончал, кончал безостановочно в щедро подставленную алхимиком руку. От таких мыслей член напрягся и болезненно заныл, требуя немедленной разрядки. Дойдя до лагеря Альбедо, Путешественник немного удивился тому, что они свернули в другую сторону, минуя алхимический станок и лабораторию. Вместо этого они вошли в пещеру, бледно освещаемую факелом. Итер поежился от холода. Ему стало немного не по себе. — Разве ты не хотел мне что-то показать? — удивлённо спросил он, постепенно замедляя шаг. Альбедо молча подошёл к нему и двумя пальцами приподнял его подбородок, заставляя встретиться взглядом. Итер напрягся и замер. Алхимик был немного выше него, но всё же не критично. Альбедо нахмурился, отпустил его подбородок, а затем схватил за руку и потащил вглубь пещеры. Итер еле поспевал за ним, не успев оправиться от шока, он молчал. Альбедо открыл дверь в небольшое помещение, втолкнул туда Итера и быстро закрыл ее на ключ, который кинул на пол и пнул мыском сапога, заставив отлететь под кровать. Итер, ошалевший от увиденного, широко распахнул глаза и уставился на алхимика. — Альбедо, что ты творишь? Зачем ты закрыл дверь? Зачем привел меня сюда?! — После каждого сказанного слова, Итер осторожно пятился задом к кровати. — Ты, наверно, хочешь узнать, что делаешь здесь, верно? Несмотря на страх перед неизвестным, голос алхимика звучал потрясающе. Он был теплым, бархатным и каким-то обволакивающим. Путешественник кивнул, сглотнув вязкую слюну. Он пока не понимал какую игру затеял Альбедо. Но предчувствие было нехорошим. — Ты проиграл мне желание, Итер — мягко напомнил Альбедо. — И что же ты хочешь загадать? — Итер начал догадываться о намерениях алхимика и почему он находится здесь. — Позволь мне немного тебя испачкать, — алхимик впился в губы Путешественника поцелуем-укусом. Юноша распахнул глаза, резко дернулся, вырвался и изумленно уставился на алхимика, стоящего напротив. — Что ты делаешь? Я… Альбедо сделал шаг вперед, заставив парня еще немного отступить. — Не бойся, я не причиню тебе боль, лишь покажу грань между ней и блаженством. Расслабься и получай удовольствие. Эта фраза. Итера будто ударили током. Он уже слышал ее, там, во время игры. Так вот что имел ввиду алхимик. Никогда за время путешествий Итеру не было так страшно. Он сразу готовил себя к пыткам или даже смерти, но не к такому. Ужас липкими щупальцами проникал во все уголки его души, сковывая тело и разум. «Не верю», — билось в его затуманенном мозгу. Как такое вообще может происходить? Альбедо его друг и товарищ, но не насильник. Это просто шутка. Сейчас откуда-то выпрыгнет Паймон и скажет, что они его провели. Так ведь? Два парня вместе: почему, зачем? Альбедо протянул руку, и паника затопила Путешественника. Он резко дернулся в сторону и ломанулся к окну, но почти сразу был пойман и притянут к сильному телу. Итер забился и попытался ударить схватившего его алхимика. Он вырвется, обязательно вырвется. Он же путешественник и умеет драться. Но Альбедо нажал на какую-то точку в районе его шеи, и мир померк от вспышки одуряющей боли, заставившей колени подогнуться, а рот раскрыться в немом крике. Еще одно нажатие — и боль отступила так же резко, как и появилась. Лишь слабость и дрожь в руках и ногах напоминали о ней. — Ну, а теперь, когда ты успокоился, продолжим, — и Альбедо легко подхватив на руки Итера, направился в сторону кровати. Путешественник вырывался, но Альбедо был сильнее, удерживая мертвой хваткой брыкающееся тело. Итеру хотелось кричать, что он не успокоился, но сил уже не было. Казалось, что он спит и видит сон о том, как алхимик опускает его на кровать, фиксирует руки над головой и начинает покрывать тело поцелуями. Он попробовал закрыть глаза, но стало только хуже. Ему казалось, что по его телу ползают пиявки. Они извиваются своими мерзкими влажными телами и присасываются к бледной коже. На глаза парня навернулись слезы и тут его как обухом по голове ударило. Нельзя отчаиваться. Да, все, что проделывал с ним алхимик, было гадким, отвратительным и до безумия неправильным, но он не сдастся. Будет воспринимать это как пытку, но не предаст себя. Это всего лишь тело. Он распахнул глаза и уверено взглянул на Альбедо. Тот оторвался от исследования тела юноши и недобро взглянул на него. — Упрямишься? Все еще веришь в свою чистоту? — Итер, не отвечая, гордо взглянул в глаза Альбедо, полыхнул янтарём упрямого взгляда. Альбедо зло ухмыльнулся — несгибаемый возлюбленный изрядно злил своим упрямством. — Ладно, тогда я пойду до конца. — Альбедо быстрым отточенным движением освободил Итера от одежды, оставив полностью обнаженным. — Удовольствие ты теперь вряд ли получишь, — алхимик выразительно посмотрел на вялый член Итера, — так что не будем терять время на подготовку. Он рывком развел в сторону ноги юноши, чуть смазал свой стоящий колом член и ворвался в неподготовленное тело, ожидая криков и просьб о снисхождении. Несколько минут он просто двигался в выгнувшемся от боли теле под ним, наслаждаясь горячей девственной узостью, а потом начал понимать, что что-то не так. Итер молчал. До крови кусал губу, сжимал кулаки и молчал. Даже слез не было. Дикая ярость затопила сознание, заставив еще резче врываться внутрь парня, но ничего не изменилось. Закушенная губа, сухие глаза и тишина. Альбедо увидел, как из прокушенной губы потекла тонкая струйка крови. Он наклонился и слизнул ее. Ощущение соленой густой влаги на языке было столь восхитительным, что бешеный оргазм бурным вихрем прошелся по напрягшемуся телу алхимика, вырывая из его горла какой-то звериный стон. Он резко вышел из тела Итера, одной рукой нажал на точки по бокам от челюстей, заставил открыть рот и сунул в него свой еще не успевший обмякнуть член. Толкнулся в теплую влажность, вытирая остатки собственной спермы и кровь из порванного ануса о мягкий язык. — Ты только мой, Итер. Запомни об этом навсегда, так же как и о том, что только я могу доставить тебе удовольствие.