Пыльный свет Рутилуриа

*** — Да как же ты это делаешь, падла?! — в сиплом от усталости голосе Чанту слышны нотки восхищения. Эксперт Арука молча ставит ей под локоть стаканчик с водой. Чанту жадно пьёт, не отрывая взгляда от экранов, а второй руки от консоли. Режим чрезвычайной ситуации, и можно наплевать на переработки, на мониторинг поведения на рабочих местах. От всех служилых ждут сейчас одного: результата. Всегда бы так, широко ухмыляется Арука — и получает кулачком в бок. — Эй! Не лыбься, пока не поймаем злодея! — и тут же восхищённо, — Смотри, смотри, вот как он это? На карте округа, высвеченной на полстены, медленно, кусками прорисовывается ломаная линия. Вычислитель продолжает обсчёт, новые участки проявляются один за другим, сращивают разрывы, собираясь в непрерывный трек. На другой половине стены Арука просматривает записи с камер наблюдения и всё ещё не очень верит глазам. Да, тряпьё на верёвках в Демоновой Слободе развешано именно затем: прикрыться от глаз Города. Пока у слобожан не сгнили мозги, они цеплялись за приватность, хуже Старых Семей. Камер достаточно, чтобы уловка не очень-то работала. Но демон идёт по улице, и ветер колышет рванину именно так, чтобы объект всегда оставался закрытым. — Как ты сказала, Чанту! Солнечный Ветер прячет демона. Как ни трудно мне в это поверить… — Отвисни, Арука, я не о ветре. График скорости! Смотри! Вот здесь объект взял и прыгнул из точки в точку. Ты такое видал? — Порталы, которых мы не отслеживаем? — И-мен-но! — Чанту смахивает капли с губ, жмурит усталые глаза. — Арука, вихри не должны поймать его первыми. А наши — не удержат. Или сразу передадут им… Арука, пиши своему шестерёнщику! Слей ему информацию! Даже если антимаги шлёпнут демона при задержании, так будет лучше… Хотя, мне любопытно… Вон, смотри, смотри, ещё один прыжок! — Организовать утечку? Чанту, ты уверена? — Да, да, не зависай, Арука! — Ты умнó придумала. И начальству ты всё объяснишь, я в тебе не сомневаюсь. А я опять с выговором! Чанту смеётся: — Арука, твой ближайший начальник сейчас — я. Забыл? — Тогда командуй, что именно я должен слить Хараи. Вот эту красоту? — он машет рукой на карту с треком. — Алгоритм вычисляет с задержкой в алу — полтора. Даже если ты оптимизируешь… Демон болтается по Слободе, как поплавок на волнах. Ты видишь в его перемещениях логику? Где им делать засаду? — Хар-роший вопрос, Арука! Для затравки, сообщи Хараи про ветер. Может, они найдут логику раньше нас. Мне будет досадно, но я слишком хочу, чтобы эту тварь скорее взяли, — Чанту с хрустом сжимает в кулаке пустой стаканчик. — С-с-сквозит! — А вот это встреча! Арука, ты только глянь! — Кто там, что там? — вскидывается эксперт, задремавший с открытыми глазами. — Ивомела Намраан-са, собственной персоной! Вот, смотри-ка, она догнала нашего демона на улице… Вероятно, окликнула… Ш-ш-ш! Звуковой канал забит наглухо, и лиц не видно… Нет, ни с какой точки… Постояли, разошлись… Вот она схватилась за артефакты… Хар-рошенькими штуками Нармаан снабжают своих бастардов! Оружие… Да это же, считай, «протез» дара! О, Нармаан! — Чанту, давай, мы не будем отвлекаться? Нам только экстерриториалов не хватает, — Арука в несколько касаний вывел на монитор коротенькое досье. — Ну, живёт она здесь инкогнито. Контингент, её между прочим, уважает. Ласково зовут Маманей Ло. — Ло, просто Ло? Хар-рошая шуточка! — Чанту резко втянула голову в плечи, метнула затравленный взгляд в зеркальце над мониторами. — Была такая книга: «Солнечные крыла надежды». Я читала её в интернате. Просто зубами за неё держалась, чтобы не сигануть с крыши. — Пару лет назад вышел сериал… — Киношники всё переврали. Сделали Иву Нара слабенькой, но вихрицей. А книга — честная беллетризация досье. Это я докопалась в академии, меня интересовали все известные гетерохромы. Жаль, настоящая Ивомела погибла при штурме, освобождённые заложники того не стоили. — Там были дети! — Вихри. Кто выжил, давно выросли. Я проверяла: ни одного героя или гения. А главное, ни одна тварь полсловечка не замолвила о таких, как Ивомела! — снова взгляд в зеркало. — Живи для них, умирай за них, а толку! Так что я говорю: погибла она зря. — Да почему погибла-то? — Ну, да, не буквально… Нармаан тридцать лет продержали то, что от неё осталось, в медкапсуле или психушке. Наконец, оно выползло в трущобы, и вот, «контингент» её уважает… Арука пододвинул Чанту ещё один стаканчик с водой. — А может, она тридцать лет тихо проработала на свою Семью? А теперь у них новое дело на общих территориях, и она здесь? — А пусть даже так… Всё равно она не та, кого я боготворила в детстве! Но я д-допускаю… Ладно, жаль, нам не позволят её допросить. — Да, Нармаан ни за что не дадут разрешение. Но случайная, неформальная встреча в городе — кто нам запретит? Зови смену, и метнёмся к ней. В худшем случае, она нас пошлёт, а мы немного проветримся. — Нет, Арука, не время, только спугнём их. Напиши Хараи вот что: «Поступила информация, что тёмный пришелец ищет встречи с Ло, проживающей в квартире 25 домовладения 8 по улице Трёх Лун. Рекомендуем организовать ему ласковый приём вашей агентурой». — Ласковый? Ты всё-таки желаешь, чтобы демона взяли живьём? — Ну, да. Я хочу… Я не хочу, чтобы он умер слишком быстро! — хруст смятого пластика. Арука поёжился: всё-таки хорошо, что Чанту — не оперативница. Для всех хорошо. *** Эксперт Хараи-та-ираиму внимательно прочитал распечатку — весточку от Аруки. И перечитал заново. Высвистал благодарственный мотив, улыбнулся тихому дуновению у щеки… Будь эксперт неодарённым или вихрем, он мгновенно переслал бы сообщение «племяннику» с наручного коммуникатора. Чудо механики на руке Хараи так не работает, а жаль. Надо выкручиваться, но ладно, шестерёнщикам не привыкать. Начали учиться, едва осознали себя общиной и дар свой — даром, не проклятием. Сколько тысячелетий минуло? Не важно. Важно, кто стоял у истока их всего. Спасительница, целительница, учительница, названная мать всех отверженных и угнетённых: Мама Мелло. Некоторые антимаги верят, будто она рождается снова и снова, в каждом третьем поколении. Одарённой или бездарной, себя прежнюю то ли помнит, то ли нет, но неизменно верна призванию и судьбе: спасает, лечит, учит — и проявляет себя на крутых виражах истории. «Племянник» Скара убеждён, что в его доме поселилось истинное воплощение Милосердной. Хотя этот балбес даже Ивомелу Нармаан-са в разноглазке не сразу узнал, пришлось ему подсказывать. «Дядюшка» старше «племяника» почти на сорок лет, и кадры из новостей врезались в память. Римбанские беспорядки, захват Мулидангской школы-интерната радикальными сегрегатистами… Нехорошо тогда вышло и очень дорого встало общине! Слава Ивомеле, что до подрыва здания она всё-таки освободила, выторговала у террористов три класса из пяти. Хараи вывел на свободной части листа: «Скара, да не приблизится демон к Ло даже на расстояние взгляда. Имей в виду: пока вы его ловите, твоих друзей никто не считает. Действуй! Хараи». Сложил распечатку «срочным треугольником» и вручил мальчишке-курьеру.