Пыльный свет Рутилуриа

Ромига проснулся глубокой ночью на той же крыше, где провожал закат. Резко похолодало, и ветер всё настойчивее трепал его за одежду, будто нарочно будил. Спасибо: на изнанку сна опять не вырвался, а снилась дрянь. Интересная, с познавательной точки зрения, но… Сел, передёргиваясь от озноба. Здесь и сейчас он целёхонек: его не придавили обломки летучего корабля, не обожгло зелёное пламя — у него другие проблемы. Во-первых, он зря спит на открытом месте. Давно пора искать убежище и еду. Еда — наименьшая проблема. Двери жилищ здесь не запирают, нав уже подкреплялся тайком из чужих холодильников. А вот убежище… Напрашивается, но ужасно неохота лезть в катакомбы. Дело не в унаследованной от Художника клаустрофобии, её-то легко задавить. Самому Ромиге подземелья, скорее, нравятся. Нет, просто не время ему туда. Аксиома: во враждебной и малознакомой среде одиночка долго не живёт. Следствие: если ты понял, что застрял, налаживай контакт с дружелюбными — хотя бы нейтральными — аборигенами. На Голкья это вышло само собой. Здесь Ромига рассчитывал «влезть в шкуру» Художника и воспользоваться его связями. Ошибся в расчётах: подмена невозможна. Вопрос, кто из местных не станет убивать бродячего «демона» и не сдаст его властям? Кажется, Ромига зря намотал на голову красное, зря нарушил «гейс». Мозг работает туго, и упорно вспоминается та блондинка, Маманя Ло. Она рвалась в драку, но искала противника не слишком настойчиво. И не стала звать полицию, а убрела дальше по своим делам. Геоманту мерещатся шансы на конструктивное взаимодействие и с ней, и со всей её, так называемой, Хорошей Компанией. Смутно и расплывчато, но… Почему нава так корёжит от перспективы общения с этой Ло? Один типаж с Веруней? И что теперь: всю жизнь шарахаться от маленьких, миленьких блондиночек? Размышляя об этом, он нырнул в отдушину, с крыши на чердак. Когда поднимался, на чердаке было пусто, замусорено и безопасно… Свет, шаги, гудение пылесосов. Нав замер за вентиляционным коробом, наблюдая, как фигуры в ядовито-зелёных комбинезонах старательно наводят порядок. Днём он видел такую униформу на улице, издали. Старался обходить, зная от Художника, что это такое. Дивился извращённой фантазии местных магов. Делать големов-зомби из консервированных трупов? При здешнем уровне техники и маго-техники, совершенно непонятно, зачем. А уж зачем сохранять «пустоглазым» подобие былой личности и возвращать их в среду обитания? По мнению Ромиги, дичь, отдающая беззаконием и крайним дурновкусием. Художник тоже не одобрял: его аж трясло. Но, как местный, он признавал некий социальный резон. Мол, общество Рутилуриа шаг за шагом избавляет живых горожан от опасных, вредных, тяжёлых, унизительных и скучных работ. А немёртвым всё равно: хоть в огонь, хоть в воду, хоть подгузники менять. Немёртвых можно использовать там, где живых нельзя. Кстати… Ромига прикрыл глаза, оценивая деятельность уборщиков с геомантской точки зрения — сглотнул ком тошноты. Вся грязища, что они убирали в зримом пространстве, словно бы проваливалась на изнанку, путалась в тускло мерцающей паутинке, и без того слишком похожей на пыльный войлок. А сами пустоглазые — колтуны погасших, оборванных нитей — сочились гнилой слизью. Ромига видел: они пачкают мертвечиной всё, к чему прикасаются, и даже наву, с его врождённым иммунитетом и тренированной небрезгливостью, стало не по себе. Ни на Земле, ни на Голкья, ни в Степях геомант не наблюдал, чтобы яд разложения просачивался… на этот уровень структуры. Сепсис у целого мира? Так бывает? Самое удивительное: каждый гнилой колтун болтается на конце живой, пульсирующей нити-пуповины. Откуда они тянутся? Кто это сделал и зачем? Актуальнее вопрос: что делать пришельцу, застрявшему в чужом могильнике? «Выжечь зелёным пламенем, не разбирая!» — мысль, будто не вполне своя, но здравая. Только это не к наву: не его стихия. Распад и хаос, грань живого с неживым — его. И вот ни один бы тёмный, чувственно сознавая, с чем он работает, не сотворил бы здешний трепындец! Ни нарочно, ни случайно. Даже из мести, в отчаянии, безумии — вряд ли, уж слишком противно. Тьма тоже умеет убивать… Гигиеничнее. Ромигино ли это дело, или пусть гниют, как умеют? Суток маловато, чтобы определиться. Он улучил момент и тихо скользнул на лестницу за спинами пустоглазых. Вроде бы, он их не потревожил, они его не заметили. Но знаний Художника недоставало, чтобы определить полный функционал этих зомби.