История о двух котиках

      — Кит. Хмм, может быть, ты всё-таки что-то скажешь? — спустя минуты две или три протянул фотограф, так как парень, стоящий перед ним, всё ещё хранил молчание.       И это было странно.       Нет, не так. Это было охренеть, как странно!!!       Потому что Перават, по крайней мере, в разговоре с ним, ещё никогда так долго не молчал.       — Крист, — ещё раз позвал Сингто, а потом, наклонившись, заглянул в глаза певца.       В этот самый момент Перават подняв голову, поймал взгляд фотографа и, коснувшись кончика носа Прачаи своим, прошептал:       — Ты хорошо всё обдумал?       «Вау! Третий приступ неуверенности за сегодня. Мда, не такой реакции я ожидал. Что ж, будем приводить тебя в чувство, моя Черепашка», — решительно подытожил Сингто, после чего, не собираясь больше медлить ни секунды, обхватил пальцами подбородок айдола и притянув к себе его лицо, тихо ответил:       — Крист. Я не настолько эмоционален, как ты. И… если ты опасаешься, что моё признание сделано в каком-то порыве — можешь успокоиться. Поскольку я действительно всё обдумал, — мягко проговорил фотограф, а затем прошептав прямо в губы певца:       — Я люблю тебя, — оставил на них легкий поцелуй.       — Повтори, — прохрипел вдруг Перават, пристально глядя на того, кто уже некоторое время безраздельно царствовал в его мыслях.       Ответом ему стал едва слышный смех, а затем уже более громкое:       — Люблю тебя, Кит, — после чего фотограф вновь поцеловал свою Черепашку.       — Ещё раз, — на грани шепота отозвался айдол, а его взгляд начало заволакивать пеленой желания.       — Люблю… Люблю так, как любишь меня ты. Не восхищаюсь, а именно люблю. Как обычного парня. Слышишь? — медленно протянул Прачая и певец, слыша как от медового бархата в тоне парня в его теле начал нарастать такой знакомый жар, выдохнул:       — Да. Иди сюда. Скорее, — раскрывая руки.       По губам Сингто скользнула соблазнительная ухмылка и, быстро шагнув в объятия своего, теперь уже парня, он беспрекословно позволил Кристу начать их первый и такой желанный поцелуй, который для айдола лучше всего остального подтверждал:       — Они теперь вместе.       — Они сейчас встречаются.       — У его Льва действительно есть чувства.       И на сегодняшний день этих трёх вещей Перавату Сангпотирату для личного счастья было вполне достаточно.

Спустя неделю, остров Самуи, ночной клуб Sound, за десять часов до выступления

      — Тааак. Кхун`Понтипат, я знаю, что в вашем клубе несколько зон, которые играют роль сцены, но полагаю, вы понимаете, что во время концерта Криста с группой никаких посторонних выступлений быть не должно?       — Да, Кхун`Вэйв.       — Прекрасно. Спасибо за сотрудничество, — улыбнулся старший и, обернувшись, позвал:       — Перават. Можете подниматься и проверять звук.       — Постой, Пи! — вдруг воскликнул Прачая, заставив всех мигом повернуть голову в его сторону. Слегка смутившись от такой реакции, фотограф, тем не менее, сумел взять себя в руки и, прочистив горло, объявил:       — Я хотел бы сделать пару кадров для социальных сетей парней.       — Ох, точно. Благодарю за то, что напомнил. Ребята, вы ведь проявляете активность в поддержку тура? — вкрадчиво поинтересовался менеджер, по очереди сканируя участников тура взглядом.       — Да. Да, конечно, — тут же посыпались ответы музыкантов, а Крист, бросив мимолетный взгляд на любимого, посмотрел на друга и протянул:       — Я исправно обновляю свои социальные сети каждое утро, ведь работа талантливого человека не должна пропадать даром, не так ли?       «Твою ж… Прибил бы. Что за комплименты прямо с утра»? — фыркнул про себя Сингто и только открыл рот, чтобы хоть что-то ответить, как в помещении вдруг раздалось:       — Ох, спасибо. Большое спасибо за то, что оценил работу нашего фотографа. Мне так приятно слышать подобные слова, поскольку это как ничто другое подтверждает, что я сделал абсолютно правильный выбор, — почти нежно пропел Вэйв и метнул в друга убивающий взгляд.       — Эээм, ладно. Хватит уже разговоров и комплиментов. Парни, поднимайтесь на сцену и становитесь рядом с инструментами. А ты, Крист, возле микрофона.       — А может быть, мне взять гитару, положить пальцы на струны, как будто бы я играю…       — Не надо! Ты солист! — немного громче, чем надо вскричал Прачая, а про себя подумал:       «Эта зараза скоро сведёт меня в могилу! Хотя… интересно, а от передоза смущения умирают»?       — Вот так стоять, Нонг`Сингто? — вдруг прозвучало справа и фотограф, быстро тряхнув головой, посмотрел в ту сторону. После чего, одобрительно кивнув, произнёс:       — Да, Пи`Бен. Хороший ракурс и просто прекрасно, что ты перекинул ремешок гитары через плечо. Так что, Нонг`Кай… У тебя тоже гитара, потому равняйся на Пи`Бена. Далее, Пи`Лэй…       — Слушаю, Нонг`Сингто, — с улыбкой отозвался самый старший участник коллектива, лет тридцати, который в коллективе отвечал за необычное музыкальное сопровождение — желая удивить зрителей, Крист притащил на концерт тайский ксилофон, возле которого музыкант и встал.       — Присядь, пожалуйста, на пол и возьми в руки палочки, но не играй, а смотри в кадр, ладно?       — Окей, — ещё раз улыбнулся мужчина и занял нужное положение.       — А может быть снять… микрофон со стойки, Кхун`Сингто?       — Крист! Я понимаю, что тебе уже не терпится снять микрофон и начать распеваться, но прошу, потерпи несколько минут. Я сделаю пару фото и оставлю вас репетировать, ясно? — не выдержав, прошипел Прачая. После чего, сделав глубокий вдох, метнул в проказника, весь вид которого выражал удовлетворение, такой же убивающий взгляд, как ранее Вэйв, и скомандовал:       — Встал у стойки, взялся за микрофон и посмотрел на меня, Кхун`Перават. Быстро! Время не резиновое!       На сцене, где до этого тихонько переговаривались музыканты после такого выступления всегда спокойного Сингто, повисла абсолютная тишина и тогда фотограф, чрезвычайно довольный этим обстоятельством, с легкой улыбкой объявил:       — А теперь улыбочка. На счёт три! Раз… Два… Три… Снимаю!

Спустя несколько часов в номере отеля, за пять часов до выступления

      Как только Крист, насвистывая под нос одну из новых песен Getsunova, переступил порог своего номера, в него тут же полетела декоративная подушка.       — Ай, Львёнок. За что?       — За что? — раздалось из центра комнаты, где Сингто как раз хватал с дивана новую подушку. — За всё хорошее! Это что такое было?       — Ай! Хватит, любимый. Больно же! — простонал певец, быстро сокращая расстояние до своего парня.       — А будет ещё больнее, — прошипел вдруг Прачая и, схватив с дивана третью декоративную подушку, ударил подошедшего Перавата по голове со словами:       — Ты какого хрена решил меня смущать? Это, по-твоему, нас не палит, да? Или ты действительно думал, что твои намеки максимально незаметные?       В последнем предложении фотограф почти каждое слово сопровождал ударом подушки, что есть силы, лупя свою неразумную Черепашку. Однако на ударе пятом айдол, изловчившись, отобрал у Сингто орудие мести и, бросив обратно на диван, сгреб своего Льва в объятия.       — Пусти! Я ещё не закончил! — воскликнул Прачая, сверкая глазами.       — А я ещё не кончил, — внезапно промурлыкал певец и, поймав растерянный взгляд любимого своим, скользнул рукой вниз.       Спустя несколько минут свободные джинсы фотографа медленно поползли вниз, а Перават, хитро ухмыльнувшись, разжал вторую руку и стал спускаться вслед за ними.       — Крист. Что ты… Не надо. Время. Нет, Кит. Обед. Ты не успеешь поесть, — задохнувшись, простонал Сингто, наблюдая за тем, как юркий язычок певца скользит по его длине.       — Не мешай мне просить прощения. Ты ведь извинений хотел, верно? Ты желал, чтобы я раскаялся за то, что паясничал утром, не так ли? Ну вот, наслаждайся, — бархатно отозвался Перават, буквально на миг, оторвавшись от своего увлекательного занятия, а потом, толкнув фотографа на диван, продолжил предаваться раскаянию.

Спустя полчаса в душе

      — Может быть, стоило всё же помыться отдельно? — с сомнением спросил Прачая, однако айдол, быстро повернув вентиль, затащил их обоих под струи прохладной воды со словами:       — Нет уж. Не хочу. Да и вообще, сейчас мы реально будем мыться. Что я, ребёнок маленький и не подожду до вечера?       — Кто знает? — немедленно пробормотал себе под нос фотограф, вспоминая недавние извинения любимого. — Похоже, ты недавно тянул в рот какую-то неправильную конфету, как самый настоящий несмышленыш.       — Это кто тебе сказал такую чушь? Я только правильные конфеты в рот тяну, ясно? — мгновенно припечатал Крист, стараясь звучать сердито, но в его взгляде плясали чертята.       — Ох, Черепашка, — вздохнул Сингто, глядя на этого невозможно вредного затейника. — Видимо, с тобой мне никогда не будет скучно, да?       — О да. Вот тут ты попал в точку, — воскликнул певец и, быстро повернувшись к любимому с намыленной мочалкой, прошептал:       — Ты абсолютно прав, Львёнок — со мной тебе никогда не придётся скучать!

Ночной клуб Sound, время выступления

      — Ты спешишь ко мне, и я       Вижу эту нежную улыбку,       Что предназначена лишь мне,       И ты лишь один для меня, — вполголоса пропел Прачая, вторя любимому и нежно улыбаясь куда-то в пустоту.       Потому что улыбаться Перавату сейчас было бесполезно — в данный момент его Черепашка выкладывалась на все двести процентов, стремясь подарить фанатам незабываемый вечер.       — Добрый вечер, Кхун…       — Прачая, — спустя несколько мгновений отозвался фотограф, сфокусировав взгляд на молодой женщине, которая вдруг решила к нему обратиться. — Чем могу помочь, Кхун…       — Сара. И… я из США, потому лучше мисс Сара, окей? — улыбнулась женщина.       — Окей. Что ж, должен отметить, ваш тайский довольно хорош. Так чем же я могу помочь, мисс Сара?       — Составите мне компанию? — внезапно поинтересовалась собеседница. — Как-то не хочется пить в одиночестве. А у вас, я смотрю, уже есть коктейль. Что это?       — Джин-тоник — мне сегодня ещё надо будет поработать, — вежливо улыбнувшись, откликнулся Сингто.       — Вот как? Неужели вы бармен? Или… — тут Сара окинула парня пристальным взглядом и, понизив голос, продолжила:       — Или танцор? Но вроде бы сегодня в программе клуба только концерт молодого айдола.       — Да. Всё верно. Вот на этом мероприятии я сегодня и работаю. Я — личный фотограф выступающих музыкантов, — признался Прачая и, сделав небольшой глоток напитка, бросил взгляд на сцену.       Его взгляд мгновенно выхватил момент, который идеально подошел бы для фото, что в будущем могло бы стоять в рамке в доме Перавата и, повинуясь инстинкту, парень тут же вскинул камеру.       — Что вы делаете? — донеслось сзади. — Ах, снимаете? Ладно, тогда я пока закажу себе выпить. Будьте любезны, бокал мартини с ананасовым соком и добавьте туда льда, хорошо?       — Будет сделано, Кхун, — с улыбкой отозвался молодой парень и принялся готовить напиток.       — Итак, Кхун`Прачая. Расскажите мне о вашей работе, если это не секрет, конечно, — произнесла женщина, увидев, что фотограф уже спрятал камеру обратно в чехол и взялся за свой стакан.       — Нет. Не думаю, что после рекламы тура Криста моя работа — это секрет, — усмехнулся Сингто.       — Криста?       — Да, это солист группы. Вернее, у группы нет названия, потому официально это концертный тур Криста Перавата. Но так как Крист любит этих парней и хорошее звучание — в путешествие они отправились все вместе, — засмеялся Прачая.       — Вот как? И что же, лично вам нравится, как поёт Крист Перават? — внезапно спросила Сара, а её взгляд, скользящий по лицу парня, стал каким-то изучающим.       «Что происходит? Почему атмосфера так изменилась? Мы ведь просто разговаривали. Неужели я дал ей неправильный сигнал»? — промелькнуло в голове Сингто и тут за его спиной прозвучало уверенное:       — Да, Кхун. Этот парень — большой поклонник моего творчества. Собственно поэтому он и принял предложение быть моим фотографом в этом туре. А теперь, прошу нас извинить, но мой менеджер сказал, что нам пора фотографироваться. Идём, Кхун`Прачая! — жестко подытожил Перават и, развернувшись, стал удаляться в сторону сцены.       Хотя, как выяснилось чуть позже, к сцене они не пошли.       — Это что сейчас было? — прошипел певец, когда парни, чуть попетляв, оказались возле какой-то подсобки.       — А что было? — тихо спросил Сингто, хотя уже догадывался, откуда дует ветер.       — Что было? И ты ещё имеешь наглость этим интересоваться? Какого х… — тут Крист прервал себя на полуслове, а затем, оглянувшись по сторонам, проговорил:       — Кто-то идёт. Быстро заходи, — после чего втолкнул Прачаю в подсобку.       Фотограф, ощущая, что любимого лучше сейчас не злить, беспрекословно прошел вглубь помещения, а потом, сложив руки на груди, стал ждать, пока Перават закроет дверь и продолжит выяснение отношений.       И это, видимо, был один из тех немногих случаев, когда Сингто не стоило слушать свою интуицию.       Может быть, тогда этот вечер закончился бы совершенно иначе!