Я с тобой

      Прошел ещё год. Теруко уже шесть лет, совсем скоро поступать в академию. Двенадцать часов. Уже двенадцать часов Теруко могла находиться на полигоне, а Рокуте, что оставалась дома читать учебники, не исчезала. За это время она много чему научилась. Научилась избегать девочек, чтобы встречаться с ними реже. Научилась ловко уворачиваться и быстро убегать, если всё-таки встречала их. Научилась не плакать. За этот год она ни разу не плакала, как и положено шиноби. Но, к сожалению, с меткостью у Теруко было всё так же плохо. Два года тренировок на полигоне не принесли ожидаемых результатов. Девочка стала лишь чуть чаще попадать в мишень, но этого было недостаточно. На реальной миссии цель не будет спокойно стоять, да и сама Теруко будет в движении, из-за чего попасть станет ещё сложнее. И это злило девочку. Что это за шиноби, который не может нормально сюрикен в мишень метнуть?       В её одежде появился новый элемент — черные перчатки без пальцев. Нет, это не для красоты. Просто так было легче скрывать следы от укусов. Теруко кусала свои ладони, когда сильно злилась, или чтобы не заплакать. И это помогало. Только причиняя боль себе, она могла сдерживать слёзы. Но Теруко подозревала, что такой способ справиться со стрессом не понравится её близким, поэтому почти всегда ходила в этих перчатках, а на вопросы отвечала, что это её стиль, что ей нравится, как это выглядит. По сути она не врала, ей и правда нравились эти перчатки.       Полигон. Вечер, но ещё довольно светло. Теруко снова тренировалась, бросала оружие в булыжники с начерченными мишенями. В них так часто вонзались кунаи и сюрикены, что внутри кругов образовались выемки, податливый песчаник осыпался. Теруко подошла к одному и, решив, что "пора", повернула его на девяносто градусов и, подхватив с земли острый камешек, начала чертить новую мишень, предварительно выровняв поверхность кунаем.       Вдруг девочка почувствовала странную боль в затылке, а затем к ней пришли воспоминания Рокуте. Она исчезла. Это настораживало Теруко. С чего бы вдруг ей исчезать, ещё как минимум два часа она должна быть дома.       Теруко в спешке собрала оружие в сумку и, перебравшись через стену, пошла домой. Торопилась. Нехорошее предчувствие томилось у неё в груди. Хоть бы не встретить этих надоедливых девочек сегодня, хотя сегодня вроде не должны, они вчера виделись.       Теруко спешила, торопливо шла по улице. За углом одного из домов она заметила Юсуки. Та настороженно оглядывалась, вытирая щеку, перепачканную чем-то чёрным. Юсуки, заметив Теруко, глянула на неё сначала с испугом, а потом скривилась, бросила злой взгляд и скрылась. В переулке послышался шёпот и быстрые удаляющиеся шаги. Теруко не поняла, что произошло, но поспешила домой.       Какой странный запах. Теруко никогда раньше его не слышала. На горизонте загорелось ярким красным. Это странно, закат должен быть позже. По мере приближения к дому, догадки девочки подтверждались. Теруко стремглав помчалась к горящему зданию. Да, она не ошиблась — горел её дом.       Теруко не раздумывая бросилась внутрь, прикрыв лицо майкой. Горели обои, горела мебель, вверху скапливался черный дым, от которого слезились глаза. Теруко побежала в свою комнату, чтобы спасти хоть часть свитков, взятых в библиотеке. Но пожар окутал почти всю комнату, от письменного стола почти ничего не осталось, книги, вероятно, уже сгорели. Теруко кинулась к прикроватной тумбочке, остерегаясь огня, достала из ящичка шкатулку, в которой хранился свиток, подаренный Пра, и, прижимая её к себе, бросилась наутёк. Девочка выбежала из дома и, быстро сняв набедренную сумку, положила её на пыльную землю, туда же и шкатулку. Часто дыша, она обернулась на дом. Может ещё получится вынести книги Пра, которые находились в другой комнате. Теруко побежала к двери, но тут кто-то резко потянул её назад, и вовремя, потому что в этот момент обрушился кусок стены над дверным проёмом.       — Теруко, ты цела, — Аими в слезах прижимала к себе дочь, — Как хорошо, что ты цела.       Сатоши тем временем начал тушить пожар, используя водные техники.       Теруко оцепенела, рассеяно смотрела на мать, на отца, на дом и не верила своим глазам. Почему это с ней происходит? Почему на улице пусто? Почему никто из соседей не вышел даже посмотреть, не то что помочь? Почему их родной, любимый дом выглядит так? Окна разбиты, над ними черные жжёные полосы сажи. Кое-где большие трещины, в некоторых местах отвалившиеся куски материала. Возможно, что-то внутри уцелело, и Сатоши успел потушить пожар вовремя, но жить в таком доме точно было нельзя.       "Куда мы теперь?"       Будто прочитав её мысли, Аими сказала, — Теруко, какое-то время ты поживёшь у бабушки. А мы с папой всё уладим. Не волнуйся, всё обязательно наладится.

***

      Смеркалось. Теруко стояла у входа в библиотеку. Здесь её должна встретить Пра. Библиотека уже не работала, но девочка знала, что Би здесь. Почему-то идти к ней не хотелось. Было стыдно за книги и свитки что-ли. Теруко думала. Совпадение ли это? А если дом сгорел не случайно, а его подожгли? Тогда это объяснило бы странное поведение Юсуки. И раннее исчезновение клона. И боль в затылке. Но неужели... Ведь это значит, что девочки и правда попытались её убить. Нет. Теруко отгоняла эти мысли. Было легче думать, что пожар произошел случайно. Всё же, хоть и не часто, но иногда они случаются в Суне.       — Теруко, почему ты здесь? Что-то случилось? — Би подошла к ней сзади.       Теруко молча обернулась, а после тихо сказала, — Да...       Девочка рассказала ей историю о сгоревшем доме, но о своих подозрениях по поводу поджога решила умолчать.       — Ох. Сочувствую тебе. В отличие от глиняных строений в центре, дома в той части деревни, где ты живёшь, построены по старому методу, то есть из самана. Последствия пожара для них могут быть тяжёлыми...       — Мне так жаль, что я не смогла уберечь свитки и книги, которые брала...       — Да забудь про это. Главное, что ты жива. Кстати, — Би сняла с себя кофту и надела на девочку, — скоро похолодает, тебе не стоит быть раздетой.       — Спасибо Би-сама. Я завтра верну её вам.       — Не стоит. Считай, это мой тебе подарок.       Девочка улыбнулась.       — Пра должна скоро прийти. О, вот она идёт.       — Тогда удачи тебе и... До встречи.

***

      Пока Кацури с правнучкой шла по улице, Теруко думала о том, что никогда прежде не была в гостях у Пра. И её это немного удивляло. В самом деле, почему Пра никогда не звала девочку к себе домой? Но вскоре это уже не сильно волновало Теруко, так как она с восхищением рассматривала улицы и торговые лавки Сунагакуре. А ведь она раньше никогда не была в центре. Дальше библиотеки девочка никогда не уходила. А Суна на самом деле довольно большая... Чем дальше они проходили, тем больше становилось людей. Разговоры велись оживлённее. Освещение становилось ярче. Песочные арки с вывесками и яркие ленты ткани над головой казались девочке особенно привлекательными.       Пра остановилась у одной из лавок, чтобы купить для Теруко предметы первой необходимости: зубную щётку, полотенце и так далее, потому что большинство личных вещей девочки сгорело. Теруко в это время осматривала улицу и прохожих. Девочка с удивлением обнаружила, что на неё не смотрят с ненавистью. На неё в принципе не обращали внимания. Это было для неё что-то новое, и почему-то это ей нравилось.       "Тфу, накаркала" — пронеслось в голове Теруко, когда она посмотрела на женщину за одним из прилавков.       Вот она, знакомая гримаса отвращения ненависти. Только выражение лица какое-то странное, оно не совсем привычное... На Теруко не так смотрели. В их глазах были ненависть и боль, а в этих ненависть и... Страх. Что?       Сейчас Теруко поняла, что смотрели не на неё, а куда-то за её спину. Она повернулась и стала искать взглядом, прикидывая, куда могла смотреть эта женщина. Но девочка не понимала кого из прохожих она так испугалась. Молодые девушки, старушки, обычные шиноби, ребенок с красными волосами и плюшевым мишкой в руках. Тут Теруко увидела огромного высокого мужчину, широкие плечи в татуировках, суровый взгляд и чёрная жёсткая борода. Сердце ёкнуло. Он выглядел действительно пугающим. Кошмар! Мужчина шёл в их сторону. Но каково же было удивление Теруко, когда женщина за прилавком влюблёнными глазами посмотрела на амбала, сказала "любимый" и поцеловала. Вот теперь девочка совсем ничего не понимала. Оставалось лишь гадать, кому был адресован тот взгляд ненависти и страха.

***

      Хах, это удивительно, но внутри дом Пра почти не отличался от дома Теруко. Тут даже пахло также. Ещё не совсем стемнело, поэтому Кацури предложила Теруко погулять. Она не любила, когда у неё мельтешили перед глазами, предпочитала делать всё сама. А Теруко была и не против. Детское любопытство на этот раз всё же было сильнее стремления к учебе.       Всё такое незнакомое и знакомое одновременно. Форма строений и общий вид домов в центре деревни такие же, но что-то здесь отличалось. Людей было больше что-ли. А главное, никто не оборачивался в след Теруко. Даже непривычно, но не обидно.       За углом одного из домов улица разветвлялась. Теруко свернула туда. Всё-таки к людям нужно привыкнуть, а тут вроде как потише. На конце небольшой улочки девочка услышала детский смех и звуки ударов по мячу. Что-то забытое затеплилось внутри. Сердце забилось. Теруко ускорила шаг, но тут же сбавила скорость. А если эта дурацкая история снова повторится? Вдруг снова её не примут в игру? Но... Если она не попробует, вдруг упустит шанс завести друзей? Рискованно, но попробовать стоит. Лучше жалеть, что снова облажался, чем жалеть, что даже не пытался.       — Привет, можно с вами сыграть? — Теруко попыталась убрать из голоса всю неуверенность, широко улыбалась.       — Лови!       Теруко быстро среагировала, отбила мяч и передала его другому игроку. Да, они приняли её в игру. Может, увлечённые азартом, они не стали разбираться, кто перед ними, но Теруко было уже всё равно, узнают ли её потом или нет. Сейчас она влилась в коллектив и впервые за долгое время беззаботно играла с другими детьми. В этот момент Теруко была счастлива как никогда. На тренировке от бега она уставала, но сейчас усталость почти не властвовала над телом. Ступни уже занемели от постоянного бега, но Теруко, окрылённая радостью, и не думала брать передышку. Она не знала их имен, не могла отчётливо запомнить внешности, но сейчас эти дети казались ей самыми родными.       В какой-то момент, когда мяч стал реже попадать в сторону Теруко, она остановилась. Улыбаясь и часто дыша, стала наблюдать за игрой со стороны. Внезапно она заметила под окном одного из домов цветок. Теруко подошла и опустилась на корточки. Маленький, беленький с жёлтой сердцевинкой и такой красивой фиолетово-голубой каёмочкой. Цветочек пробивался сквозь трещину. Почему именно здесь? Почему такая малютка растет в пустыне?       От любования цветком девочку прервала неожиданная суета за спиной.       —И что же нам теперь делать?       —Кто умеет лазить по стенам?       — Нас этому только в академии научат.       Проследив за взглядами ребят, Теруко поняла причину их хлопот. Мяч попал на крышу.       Вдруг над игрушкой возникает песок. Сначала немного, а потом всё больше собираются вокруг него воздушные полосы песчинок, кружатся вихрем, а после из песка формируется своеобразная подушка. Плавно она опускается в руки красноволосого мальчика и рассыпается в его руках, оставив мяч. Ого. Оказывается он всё это время сидел на качелях. Теруко его даже не заметила. Только... Где-то она его уже видела.       — Держите, — мальчик скромно протягивает мяч перед собой.       Теруко, обрадованная скорым разрешением проблемы, побежала на встречу к мальчику, но резко остановилась на полпути. Она увидела их глаза. Эти взгляды. Эта ненависть в глазах ребят. Неужели они узнали её? Это происходит снова? Но почему сейчас? Почему дети отходят назад? Они убегают. Девочка хотела догнать этих детей и сделала первый рывок, но упала. Она почувствовала, как что-то шершавое и теплое обволакивало её ногу. Теруко обернулась. Что? Это тот мальчик, который помог достать мяч? В толпе послышался шёпот.       — Это Гаара.       — Мне страшно...       Теруко смотрела то на мальчика, то на толпу и потихоньку начинала понимать... Постой. Они... Боятся?Только сейчас до неё дошло, что ненависть и страх были адресованы не ей, а этому мальчику, Гааре. И тут же девочка вспомнила, что видела его среди прохожих, когда искала причину страха продавщицы. Получается, та женщина у прилавка с ненавистью и ужасом смотрела на него? Но почему? Теруко ничего не понимала.       — Бежим..       — Нет подождите не убегайте, — Гаара беспомощно протянул руку вперёд, печально глядя вслед убегающим детям.       А потом нахмурился и сжал кулак.       Тут песок начал тянуть в сторону Гаары Теруко и ещё одного мальчика, которому не повезло находится ближе всех. Земля неприятно царапала кожу, но песок, сжимающий ногу, совсем не делал больно. Будто мальчик вовсе и не хочет причинить ей боль.       Ах, как же режет слух, зачем так верещать? Теруко пришлось закрыть уши из-за истошного вопля. Мальчик кричал, вырывался и плакал, хватался ногтями за землю, ломая их в кровь, молил, вопил что не хочет умирать. Теруко не понимала такой реакции. Их же одинаково держат, разве нет? Она взглянула на Гаару. Что с ним? Почему на его лице такое отчаяние? Он что-то шептал себе под нос.       — Отпусти! прекрати! — надрываясь, кричал первый.       Теруко уже хотела окрикнуть его, но вдруг почувствовала боль в ноге. Песок начал сжиматься.       Всё произошло так быстро, что Теруко не сразу поняла что произошло. Масса песка резко полетела в её сторону, но чья-то светлая фигура стала перед ней. Неизвестный закрыл девочку собой, приняв удар на себя.       — Гаара, так нельзя делать, — прозвучал мужской голос.       — Яшамару... — мальчик растерянно взглянул на дядю, перестал контролировать песок.       Всё как-то очень быстро разрешилось. Дети убежали, а Гаара ушел с этим мужчиной. Теруко осталась сидеть на земле и обдумывать произошедшее. Кто этот мальчик? И что вообще сейчас произошло? И почему такие противоречивые чувства она испытывала к человеку, который вроде бы попытался сделать ей больно? Он не был похож на других. Когда дети кидали в неё камни, они ликовали и смеялись, когда девочки в очередной раз оскорбляли её, они гордились сказанными гадостями, удачными попаданиями и оставленными синяками. А Гаара не выглядел недружелюбным. В его глазах было столько печали, одиночества и боли. Почему-то Теруко сочувствовала ему и в какой-то степени понимала его. Но уже стемнело. Сидеть на холодной земле нельзя. Теруко встала, отряхнулась и пошла домой. Хах, бывало и хуже, это ещё цветочки.

***

      Домашняя вечерняя суета поспособствовала тому, что Теруко очень скоро забыла о случившемся. Сейчас она осваивалась в новой комнате. Разбирала из пакетов новые вещи. Может всё не так уж и плохо? Перемены только к лучшему, так ведь?       Из комнаты Теруко услышала, как постучали во входную дверь. Девочка подумала, что пришли её родители, поэтому захотела встретить их лично.       — Я открою, — радостно прокричала она и побежала открывать дверь.       Но, когда девочка её открыла, обнаружила на пороге не их, а...       — Гаара?