Попаданец ИЗ Скайрима

      - Тут я могу немного пояснить. - произнёс Николай Петрович. Под недоуменными взглядами окружающих он положил на стол кобуру с табельным пистолетом, а поверх неё своё удостоверение. - Простите меня товарищ майор, я пошёл на сделку…       - С каким-то Князем даэдра? - уточнил Владимир Александрович.       - Да…       - Насколько я вижу, условия сделки не требуют перестрелять нас всех тут. - принялся рассуждать майор. - И, как понимаю, условия сделки позволяют тебе рассказать о ней?       - Да.       - В таком случае, мы тебя внимательно слушаем.              * * *              - Куда собрались, Николай Петрович? - спросил дежурящий на проходной сержант. - Ловить этого засранца?       - Вот тебе и секретность… - проворчал он себе под нос. - Нет, там сейчас целая бригада работает, собирает улики и опрашивает соседей. Я пока на дачу съезжу.       - У вас есть дача? - удивился сержант.       - У всех есть дача, но не все туда ездят. - не вполне понятно произнёс капитан и вышел на улицу, после чего негромко закончил фразу. - Канатчикова дача…              Николай сел в машину, завёл её и тронулся с места. Ему не нужно было включать навителовкий навигатор, чтобы определиться с маршрутом. За эти годы он выучил его наизусть, что от дома, что от работы к заветному адресу: «Загородное шоссе, дом 2».       Шум города, поток машин, тело действует на автомате: крутит руль, переключает передачу, посылает «лучи добра» в адрес особо борзых водятлов. Где ж вы права-то купили? А?! Вот нагрянуть бы туда с обыском…       Тело действует на автомате, а голова… голова «плывёт по волнам памяти». И откуда вылезло это выражение? Но подходит, да. Образы прошлого плывут перед мысленным взором, одна картина сменяет другую.       Вот, тот день, когда он познакомился со Светкой. Их случайное знакомство и неслучайные дальнейшие встречи. Если бы он мог вернуться в прошлое и вычеркнуть тот день, сделал бы он это? Трудно сказать…       За тем знакомством и чередой свиданий последовали три года совместной жизни. Три самых счастливых года в его жизни. Счастье в неведении… Уже тогда, будь он внимательнее, не будь он столь опьянён счастьем… И что тогда? Разорвал бы отношения? Бросил бы её?       Беременность, окончившаяся… неудачно, окончательно пошатнула хрупкий баланс в её голове, и не замечать всё это стало уже невозможно. Странные идеи, кажущиеся ей крайне важными, вернее, КРАЙНЕ важными. Железобетонная убеждённость в совершенно бредовых вещах. Однажды она в течение трёх месяцев плакала едва ли не каждый день, будучи убеждена в том, что все войны на Земле происходят по её вине.       Всё это далеко выходило за рамки обычных женских причуд, и он понял, что пора обращаться к специалистам. Вот только начало девяностых было не самым спокойным временем, столица кипела и бурлила, и найти нормального специалиста для вчерашнего студента было не просто.       Одни непонятные таблетки сменяли другие. Каждый следующий врач называл предыдущего шарлатаном и назначал радикально иное лечение. Месяц стационара, через пол года - ещё два месяца.       Ближе к двухтысячным, казалось, самочувствие жены удалось стабилизировать. Четыре-шесть недель больницы весной и столько же осенью. Зато всё остальное время она проводила дома, глотая таблетки горстями, как уж без этого?       Но, по крайней мере она была дома, и они были вместе. Пускай очень часто это было совсем не просто, и даже тягостно. Каково это, видеть любимую женщину дезориентированной, в бреду, слезах, слезах, которые через несколько минут сменяет возбуждение и нездоровый смех?       Но даже такое счастье длилось не долго. Периоды госпитализации длились всё дольше и дольше. Врачам каждый раз с всё большим и большим трудом трудом удавалось вернуть Светку к нормальной, относительно нормальной жизни.       В результате, сейчас, десять лет спустя, она фактически жила в больнице, лишь на считанные недели в году покидая её стены. Как Николай горько шутил - брала отпуск, а потом снова на вахту.              * * *              А вот почти и приехал. Поворот с шоссе через трамвайные рельсы, метров двести через парк, и вот - бетонный забор покрашенный весёленькой серой краской, большей частью облупившейся, проходная с шлагбаумом и парковка для машин рядом с ней.       Оставив машину Николай Петрович прошёл через проходную и оказался на территории больницы. Он прошёл через парк, ступая по жёлтым листьям, подняв голову глянул на пасмурное осеннее небо. Настроение было такое, что хоть сам иди и оформляйся.       С лечащим врачом он уже созванивался, санитарки в женском отделении были оповещены, так что он сразу отправился туда, минуя главный корпус. Войдя внутрь, Николай поднялся на третий этаж и нажал на звонок.       Через пару минут дверь приоткрылась. Он представился и на всякий случай продемонстрировал корочку. Многие считают, что удостоверение капитана ФСБ - это что-то из разряда Золотых рыбок и волшебных палочек, с помощью чего можно получить всё что хочешь.       Увы, но настоящие проблемы так не решить. Не всегда помогают связи. Да, он смог устроить жену в лучшую больницу, к лучшему врачу. А толку? И что тут говорить о деньгах? Если проблему можно решить деньгами - это вообще не проблема, а просто расходы.              - Здравствуй Коля… - поприветствовала его жена, выйдя из отделения на лестницу, - Минералки взял? Восемь дней лежала под капельницей. После всей этой химии такой сушняк…              Взяв у него двухлитровую бутыль с минеральной водой она жадно присосалась к горлышку.              - Что нового? - спросил Николай.       - Да, большей частью обычная движуха… - ответила она, взглянув на него своими глазами с неестественно расширенными зрачками. - Одни приходят, другие уходят. Но не часто. Наркоманок много. Одна, вон, суицидница сейчас лежит привязанная в палате круглосуточного наблюдения… А так… изо дня в день одно и то же. Телевизор что-то бормочет, странные разговоры с теми, кто может сколько-то внятно говорить, таблетки, от которых чувствуешь себя овощем на грядке, лежишь на кровати и изучаешь трещинки на потолке…       - Ну… Нормально…       - Нормально? - горько усмехнулась она. - «Нормально» - это не про нас, не про эту больницу, сам понимаешь, Коленька… Бедный ты мой… сломала я тебе жизнь… Зачем ты со мной возишься?! Ты ведь понимаешь, это навсегда! До конца жизни я буду медленно гнить в этих стенах, а ты чахнуть на своей работе. Оставь меня! Найди себе нормальную бабу… только моложе лет на десять, чтобы могла родить тебе.       - Света… не надо опять… - Николай с трудом подбирал слова. - Наука не стоит на месте, придумывают новые лекарства… Всё ещё образуется. Да и… не нужен мне никто, кроме тебя, родная.       - Может и вправду что изменится… - пожала она плечами. - У нас тут сейчас появился новый лечащий врач… Настоящие чудеса творит…       - Как его зовут? - заинтересовался Николай.       - Его зовут… Не знаю… - ответила она. - Его не зовут, он сам приходит… Одним своим присутствием он дарит успокоение и утешение… и яркие сны про далёкие острова…              Снизу на лестнице послышались чьи-то шаги. Светлана сделала ещё один большой глоток минералки и глянула вниз.              - А вот и он, кстати… - произнесла она как-то неуверенно. - Слушай, Коля, мне пора… я так чувствую… Извини, мне надо…              Она вручила ему пустую бутылку из под минеральной воды, нажала на звонок и быстро проскользнула в отделение через приоткрывшуюся дверь.       Николай повернул голову и слегка оторопел, увидав поднимающегося по лестнице врача. Штаны его медицинского халата были светло-сиреневого цвета, а верх бирюзовый. Стройный, на вид где-то ровесник, но при этом полностью седой. Длинные прямые волосы были как-то щегольски завиты на концах, аккуратная белая бородка, усы, изогнутый в насмешливой ухмылке рот, глаза…       Тут Николая прошиб пот. Глаза были абсолютно белые, как варёное яйцо! При том, что этот… это… несомненно видело его и неуклонно приближалось. Их разделял всего лишь один лестничный пролёт.       С каждым шагом «врача», с каждой ступенькой, реальность вокруг преображалась. Николаю казалось, что он смотрит сквозь потоки быстро текущей воды. При всём при этом, данные «спецэффекты» не затрагивали ни его, свои руки он видел чётко, ни приближающееся существо. Которое, как он уже понял, человеком не являлось.              - День добрый, Николай Петрович! - поприветствовал его «врач». - Смотрю, прямо с работы сюда примчались? Даже не пообедали! Может быть сыру? - он, словно фокусник взмахнул рукой и у него в ладони появился жёлтый ломоть.       - Нет, спасибо, я воздержусь. - вежливо ответил Николай. При этом он быстро в уме перебирал варианты действий от огня на поражение и попытки сбежать, до самоубийства, дабы не оказаться пленённым Лордом Безумия. - Такой сыр хорош с вином, а я не пью в середине дня.       - Нет? Ну нет так нет… - Шеогорат швырнул ломоть себе за спину, и тот растворился в воздухе. - Замечательно место! Столько новых красок и оттенков! Вы не представляете, насколько серы и скучны для меня те, кого вы считаете «нормальными»! Одинаковые, предсказуемые… Мёртвые механизмы! И только тут - высший свет, элита этого, новорождённого мира!       - А почему вы именно тут? - осторожно поинтересовался Николай. - Больниц в мире много…       - А почему бы нет?! - воскликнул его собеседник и лукаво усмехнулся. - Разумеется, я тут ради вас, Николай Петрович. Моё сердце разрывается на части! Да! На маленькие-маленькие кусочки! Я не могу смотреть, как вы страдаете, как страдает ваша супруга без вас. Я хочу помочь. Примите мой дар, и воссоединитесь с ней тут.       - Я… благодарен за внимание, - ответил капитан после небольшой паузы, - но… не такого счастья я для неё хотел, едва ли Светку порадует тот факт, что её муж находится на лечении в соседнем корпусе. Быть может, вы, наоборот, исцелите её?       - Исцелить? ИСЦЕЛИТЬ?! - воскликнул Князь Даэдра картинно вцепившись себе в волосы. - Это дар! Чудный дар! Не болезнь! Многие тут живут в разладе с ним и от того страдают, но я помогаю им принять его, и найти в этом успокоение. Лишать этого дара - противоестественно! Кощунственно! Это… словно искалечить ребёнка… Но…       - Но… - поддержал его Николай.       - Но только за соответствующую плату. - ответил тот. - Вы же не хотите остаться мне должны?       - Нет, нет… - поспешно ответил Николай. - Но какова цена? Не деньги же…       - Цена соответствующая. - произнёс Шеогорат, - Апельсин за яблоко, глаз за глаз, жизнь за жизнь… Ваша жена снова станет такой же скучной, как и прежде, раз уж у вас столь дурной вкус, и вы не способны оценить всю прелесть… Но пять других людей, пятеро счастливчиков, примут мой дар.       - Пять любых людей? - уточнил Николай.       - Да, на мой выбор. - подтвердил Бог Безумия. - Так-то я тут несколько… ограничен в манёвре, но такая сделка даст мне право… Как можно творить искусство под прицелом?!       - А есть ещё какие-то варианты? - спросил капитан, представив, сколько бед может наделать внезапное безумие пяти первых лиц государства или кого-то ещё, едва ли Князь даэдра станет размениваться на мелочи, да и вообще, обрекать на такую судьбу пускай даже незнакомых людей и их семьи…       - Если ты, серый человек, столь пренебрежителен к моим дарам… - обиженно скривился Шеогорат, - тогда трое просто умрут. Раз и всё.       - Что ж это за счастье, купленное ценой чужих жизней? - медленно произнёс Николай Петрович.       - Тогда заплати своей. - жёстко произнёс Шеогорат. - Это будет истинным Безумием, и я готов принять такую плату. Это моё последнее предложение.              Перед мысленным взором Николая пронеслась вся его жизнь. Он-то, в принципе, пожил, а Светка? Что она видела и что увидит? Хочет ли он, чтобы она так и состарилась тут, в тисках безумия, лишь изредка возвращаясь к здравому рассудку, лишь для того, чтобы осознать всю безнадёжность своего положения?       А как на работе? На работе справятся. Незаменимых людей нет. Конечно, новому человеку потребуется время, чтобы войти в курс дел, но ничего непоправимого не произойдёт.              - Я… Я согласен заплатить эту цену. - с усилием произнёс он.       - Вот и замечательно! Вот и чудно! - весело произнёс Князь даэдра пританцовывая на месте. - Уговор исполнен! Но никто не говорил, что цена должна быть уплачена сейчас! Так? Так! Назови цифру от одного до восьми!       - Пять. - произнёс растерянный капитан.       - Хорошее число! Очень хорошее! - восхитился Шеогорат. - Ну вот пять лет ты и проживёшь. Как минимум пять лет я не потребую с тебя плату. Это мой подарок! Но не тебе! Ты скучный! Подарок моему любимцу! О, как вопил старый Херма! Музыка для моих ушей! Рано или поздно, ты встретишься со своим Творцом. Передавай от меня привет!       - Хорошо… - ответил сбитый с толку Николай.       - И вот ещё. - продолжил уже деловым тоном Лорд Безумия. - Ты ведь хочешь прожить не пять лет, а, допустим, шесть? Или семь?       - Было бы не плохо…       - Ты ведь помнишь, как ты в юности играл на гитаре? Жене своей песни пел. Помнишь?       - Ну да… Но к чему это…       - А потом перестал! - возмущённо произнёс Шеогорат, - Стал скучным, серым, деталью в механизме! Ты знал, что творчество - это безумие? Ну какой-же здравомыслящий человек стал бы заниматься такой ерундой? Тратить на это своё время, силы? Ты только представь, каким был бы этот мир, не будь в нём искусства! Поэзии, музыки, да той же литературы, наконец! Поэтому, если ты хочешь угодить дядюшке Шео - вспомни, каково это держать в руках гитару! Тренируйся! Радуй этим жену, в конце концов, ребёнка!       - Ребёнка?       - Да, она сможет родить… Это мой каприз… - ответил тот чуть рассеяно и махнул рукой. - В общем, если ты станешь чуть менее скучным и дашь волю искре своего дара, то твои дни продлятся, до определённого тебе предела.       - Спасибо. - поблагодарил Николай.       - Да чего уж там… - отмахнулся Шеогорат. - От моего дара ты отказался, а это просто сделка…              Сказав это, Князь даэдра начал таять в воздухе. Но не весь и сразу, а, от чего-то, начиная с ног. Его ноги в сиреневых врачебных штанах исчезли, но это не доставило ему никакого дискомфорта. Потом исчезло туловище, и одна за другой руки. Голова немного полетала по воздуху сама по себе, подмигнула ошарашенному Николаю и тоже исчезла.