The Truth Untold

Сокджин злился, что Ли Мингю так долго и жадно цеплялся за свою жизнь. Мужчина уже с четверть часа сидит в приёмной и ждёт, когда полицейские соберутся в участок. Но минутная стрелка продолжает двигаться, оставляя всех присутствующих в прежнем напряжённом ожидании. Рядом слышно тихие всхлипы — жена пострадавшего плачет на руках сына. Сокджин кривит губы, рассматривая женщину, и вновь впивается взглядом в часы. У него осталось полчаса. Наконец автоматические двери открываются, и выходит доктор — уже знакомая Сокджина. Он сразу прячется за колонну, чтобы доктор его не заметила. Слышится громкий плач, один из офицеров отходит в сторону и докладывает о смерти потерпевшего. Ким откладывает журнал и радостно потирает руки — на сегодня работа окончена. — Оставлю машину через две улицы от третьей центральной, — говорит Сокджин сразу после того, как длинные гудки заканчиваются. — У меня отгул на два дня. До встречи, ага, — Сокджин вытаскивает сим-карту из телефона, которым пользовались ещё во времена его юности, и ломает пополам, выкидывая в ближайшую урну. Сокджин оставляет рабочую машину согласно с условленным ранее местом и идёт пешком до торгового центра, где утром припарковал собственный автомобиль. Мужчина постоянно проверяет время, понимая, что непозволительно сильно опаздывает. Найти парковочное место около старшей школы в вечернее время оказывается трудной задачей, поэтому Ким оставляет машину во дворе соседнего дома. Сокджин смотрит на себя в зеркало, поправляя волосы и галстук, берёт с заднего сидения букет цветов и почти бежит в концертный зал, надеясь, что ещё успевает. В зале уже погашен свет, и какая-то старшеклассница поёт на сцене в традиционном костюме трогательную песню о Родине. Сокджин находит себе место в третьем ряду и косится в программку концерта у женщины рядом, облегчённо выдыхая — успел. Ещё проходит несколько номеров, когда наконец на сцену выходит основная причина присутствия Сокджина на этом бредовом для одинокого тридцатипятилетнего мужчины мероприятии. Когда пальцы правой руки младшего брата берут в руки смычок, а пальцы левой касаются струн, то мужчина теряется в пространстве, ныряя в красоту мелодии, которую рисовал перед ним младший Ким. Когда мелодия заканчивается, Сокджин понимает, что на глазах стынут невыплаканные слёзы. Он моргает, и щёки вмиг блестят от влаги. Мужчина вытирает лицо и тяжело шмыгает носом, вставая, чтобы успеть уйти в перерыве между номерами. Он выходит из школы, оставаясь на крыльце и ужасно хочет закурить, но вовремя себя останавливает. — Ну как тебе? Тэхён как обычно неуклюж, его почти придавливает тяжёлая деревянная дверь. Растрёпанные чёрные кудри как шапка одуванчика появляются в проёме, за тощей спиной чехол с контрабасом. — Превосходен, — Сокджин обнимает брата и позволяет ему найти покой в своих объятьях — Тэхён не любил, когда вокруг него было много людей. Старший забирает инструмент и вешает на плечо, передаёт букет. — Держи, я тобой очень горжусь. Тэхён прислушивается к цветам, отмечая их приятный аромат и нежно улыбается. — Спасибо, — они молча идут какое-то время и когда выходят за ворота школы, Тэхён наконец говорит. — Я выглядывал из-за кулис и не видел тебя в зале. Очень нервничал. Даже выходить не хотел. — Я бы ни за что не пропустил твоё выступление, — Сокджин берёт брата за плечи и улыбается, — посмотри на меня. Ты — центр моей жизни, я кручусь вокруг тебя, Ким Тэхён. — Можно я останусь сегодня у тебя? — Тэ мягко высвобождается из хватки и направляется к машине, тёмная макушка виднеется около пассажирской двери. — Нужно, — хмыкает Сокджин и открывает машину. — Только сперва заедем перекусить. Надо отпраздновать твоё выступление. — Самгёпсаль? — Тэ резко поворачивается и смотрит на брата умоляющими глазами. — И чачжанмён! Пожалуйста! Старший смеётся и заводит машину. — Что угодно для тебя. Сокджин завидовал тому, что Тэхён не помнил их мать. Он не скучал по ней так сильно, не пробовал её блюда и не ел завтраки, которые она собирала в школу своему сыну. Иногда старшему Киму тоже хотелось всего этого не знать. Ким Миён умерла от остановки сердца, рожая своего второго ребёнка, Сокджину тогда было всего семнадцать лет. Старший оглядывается на брата и понимает, что был как раз в его возрасте, когда потерял мать. Он был счастлив, что это ноша пала на его плечи, а не на плечи Тэхёна. Сокджин никогда не делился этой болью, запечатав её на десятки замков. Тэ хватало своего собственного груза, потому что… …потому что отца они помнили оба. Два брата остались сиротами, когда Тэхён только пошёл в начальную школу. Так что Сокджин был тем, кто собирал младшему завтраки в школу и проверял домашнее задание. Вспоминая весь тот трудный путь, Сокджин чувствовал, как что-то невидимое тащит сердце прямо из груди, это что-то сжимало орган до предела, желая раздавить его. Но стоило только мужчине взглянуть на родные кудри младшего, как вся боль мигом исчезала. Жить прошлым было самой глупой идеей из всех, что была в голове у Сокджина. Как и идея стать киллером. Сокджин отличался меткостью ещё в армии, его приглашали работать по контракту, на что он всегда отвечал отказом. Когда он столкнулся со взрослой жизнью после смерти последнего родителя, его очень кстати нашёл один из офицеров части, где служил Сокджин и предложил до безобразия высокооплачиваемую работу. Но это была не служба в регулярной армии войск Южной Кореи. Мир отобрал у него две главные жизни, поэтому, чтобы сохранить для себя всего одну — самую драгоценную — Сокджин посчитал, что этот самый мир ему задолжал. Поэтому теперь он сам будет забирать жизни. *** — И так, — заведующий Хван заходит в ординаторскую с планшетом в руках. — Наши любимые подработки. — Не-е-ет! — Югем драматично прикладывает руку ко лбу и сползает по спинке дивана вниз. — Ну-ка перестань! — Соль шутливо бьёт друга по плечу. — Взять надо будет в любом случае, — извиняющимся тоном говорит заведующий и кротко улыбается. — Соль? — Три дежурства, — спокойно говорит девушка. Она знала, что её работу за неё никто не сделает. — Вот это я понимаю — желание работать! Учись Югем. — Мне тоже три, тогда… — парень садится ровно и кладёт голову на плечо Соль. — Только поставьте нас вместе! Иначе ради чего я беру так много… В комнату входит Кан Уён — звезда отдела хирургии. — Я еду на конференцию, мне надо готовиться. Так что эти подработки явно не для меня, — мужчина наливает кипяток в кружку с кофе. — Я думаю, Соль возьмёт за меня? Югем сжимает кулаки и только хочет открыть рот как тут… — Возьму! Да, доктор Хван. Запишите все подработки доктора Кана на меня. — Ты… — начинает младший и сразу получает шлепок по бедру. — Хорошо, с этим разобрались, — заведующий закрывает планшет. — Всем вступившим на смену — хорошо отработать, кто уже закончил — хорошего вечера! Вы молодцы! — Ты что творишь?! — набрасывает Сон на подругу. — Шесть подработок?! Ты и так работаешь сверх своего времени! Соль, так нельзя… Ты и так света белого не видишь! Одна работа… То ты пробирки за него подписываешь, то выходишь на осмотр вместо него. Это его работа, не твоя. Почему ты так поступаешь? — Не переживай за меня, — девушка поправляет взъерошенную чёлку друга. — Всё в порядке. Я просто хочу помочь. — Он пользуется твоей добротой! Нуна, ты, кажется, не понимаешь… — Не скучай, — Ким закидывает на плечо сумку и переобувается в уличную обувь. — Хороший смены, доктор Кан, — кланяется мужчине и выходит из ординаторской. Девушка широким шагом направляется через зал ожидания для посетителей и бросает взгляд на место, где обычно сидел тот самый мужчина с журналом в руках. Каждый раз он выглядел по-разному, но не узнать его было трудно: широкие плечи, густой чёрный волос и пронзительные тёмные глаза невозможно было спутать с кем-то другим. Он приносил с собой смерть. Каждый раз, когда Соль видела его, то в отделении кто-то умирал. Девушка начала думать, что видит призрака. Или, может, он был самой смертью? Ждал очередную душу, чтобы сопроводить в свой мир? В очередной раз, когда экстренного пациента не удавалось спасти, Соль вышла в коридор, чтобы сообщить родственникам тяжёлые известия, и вновь увидела его. Передав всю информацию и принеся слова соболезнования, она сорвалась с места, чтобы найти Югема и притащила его почти за шкирку, чтобы посмотреть. — Пожалуйста, помоги мне, — Сон шёл нехотя и упирался, что-то бубня под нос. — Ты видишь его? Они оказываются в зале, Соль крутит головой в поисках незнакомца, но его здесь больше не было. — Кого? — Югем высвобождается из хватки подруги и вскакивает на маленькую табуретку, с которой медсёстры лазили за лекарствами на верхние полки, сложил из пальцев бинокль. — Кого же я должен здесь увидеть, госпожа Ким Соль? Может быть, всех этих людей, ждущих своих близких? — Прекрати! — Соль стаскивает друга со стула и тащит в отделение. — Очень смешно! — Нуна, ты слишком много работаешь. Тебе виднеются какие-то мужчины. Давай посмотрим по камерам, если тебя это так волнует? — Да смотрела я, он всегда находится в слепой зоне. — Смотрела?! — парень в притворном испуге смотрит на подругу. — Совсем ты с ума сошла. Буду держаться от тебя подальше, вдруг это заразно? — И это говорит мне человек с высшим образованием! — кричит Соль вслед убегающему другу, а затем кланяется в извинении перед всеми, кого встревожила своим криком. — Прошу прощения. Простите меня. И вот сейчас, выходя на тёплый воздух, она вновь вспоминала этого мужчину. Впереди её ждал приятный вечер с лучшим другом, много выпивки и вкусная еда. Но образ незнакомца тревожил её сознание, она хотела понять, кем он был. Намджун уже на месте, машет рукой, когда девушка заходит в кафе и сразу встаёт, забирая сумку и помогает сесть, заставляя стул за Ким. — Привет! Ну и денёк сегодня, на работе столько всего! Вновь распределяли подработки и… — Ты вновь взяли дни Кана? Девушка замолкает и прячет глаза. Друг постоянно ругал её за её бесхребетность в отношении других людей. Намджун говорил, что надо отстаивать своё и никогда не отступаться. Девушка только хочет начать говорить, как видит его, того самого мужчину из больницы. На нём голубая рубашка, расстёгнутая на несколько пуговиц, тёмные джинсы и белые кроссовки, в широких ладонях бумажник и ключи от машины. Соль резко ложится на стол и чуть не пачкает волосы в тарелке. — Ты чего? — Намджун оглядывает по сторонам. — Это он! — Кто он? — Ну, он! Тот мужчина из больницы! Я рассказывала тебе! Не смотри! — шипит девушка и дёргает Кима за рукав. — Не привлекай внимание! — То есть ты считаешь, что ты сейчас внимание не привлекаешь? — Намджун пытается скрыть улыбку, аккуратно оглядываясь на мужчину, что сидел в нескольких столах от друзей. — Обычный парень, немного старше меня. Чего он тебе сдался? — Он призрак. — Чего? — Намджун почти вскрикивает, за что получает от Соль по руке. — Я думаю, что он призрак или кто-то, кто приходит вместе со смертью… Хотя, ты же тоже его видишь… Я запуталась… — Может, ты сядешь нормально, и мы начнём есть? — Хорошо, прости. Ты прав. Обычный человек, — Соль поднимает голову от стола и выпрямляет спину. — Давай есть. Девушка соврёт, если скажет, что не косилась на незнакомца весь вечер. Но он не достал свою косу смерти и рядом не висела чёрная мантия. Соль думала, что сходит с ума. Этот мужчина был… Обычным? Он пил кофе и читал что-то в телефоне. Но любопытство никогда не было сильнее, чем сейчас. Соль встаёт под предлогом выйти в уборную. По её мнению это был лёгкий взгляд на незнакомца, но на деле она уставилась на мужчину так, что даже самого уверенного человека заставила бы сомневаться в том, что он не забыл надеть на себя какую-то важную деталь одежды. Девушка заходит за угол и пытается разглядеть этого человека с другого ракурса, чтобы убедиться наверняка. Но когда она смотрит на его столик из своего укрытия, то там уже никого нет. Ким делает шаг назад и понимает, что упёрлась во что-то, думая, что это вешалка или что-то ещё из местного интерьера. Она хочет поправить то, что задела, но, испытывая глубочайший испуг и ужас, она видит перед собой два прекрасных глубоких карих глаза. Мужчина толкает Соль в помещение для персонала, загораживая проход шваброй. Он наступает на девушку и когда та упирается спиной в шкаф, кладёт правую руку на полку и нависает над хрупким телом, его дыхание пробегает по раскрасневшейся женской щеке. — Ну и почему ты следишь за мной?