Герои найдут покой

      Кейя отправился в единственное место, которое избегал все три дня безрезультатных поисков.       Дом Рагнвиндров встретил его тишиной и странным порядком. За пять лет ничего не изменилось. Всё те же вещи, но нет жизни. Кейя не спеша обошёл все комнаты, стараясь сохранять разум холодным и не погружаться ни в воспоминания, ни в многочисленные теории и догадки. Сейчас главное — собрать больше информации о пропавшем, поэтому Кейя подмечал каждую деталь и сопоставлял с имеющимися фактами.       Дилюк неделю не появляется в своём баре, ни его работники, ни знакомые охотники не могут с ним связаться. О своих планах он никого не извещал, что не удивило Кейю, но заставило лишний раз выругаться. В доме никаких следов проникновения и борьбы, никаких продуктов, вынесенный мусор, спрятанное по шкафам оружие, перекрытые трубы и даже выключенное электричество. Если бы Кейя не видел припаркованную у дома машину и оставленные вещи, решил бы, что хозяин уехал в отпуск, как это делают обычные люди. Но он слишком хорошо знал своего брата, любителем спонтанных путешествий Дилюк не был. Да и не стал бы опытный охотник отправляться куда-то без оружия. Походная сумка покоилась в углу спальни, а рюкзак лежал у стола со всем содержимым.       Из всей картины выбивалась лишь одна деталь — маленькая икона, какие скорее ставят в машинах. Она лежала в рюкзаке среди поддельных документов и удостоверений. Кейя нахмурился, заметив её, но положил на стол.       Дилюк, как и отец, никогда не был фанатом церкви и уж тем более не носил с собой иконы. С чего бы начинать? Это единственное, за что цеплялись беспорядочные мысли.       Кейя мог бы знать и о неожиданном уходе брата, и о изменившимся отношении к религии. Но не знал. Потому что они слишком долго были порознь, общались только по работе, не знали ничего о делах друг друга. Вина горечью разлилась в груди Кейи намного больнее, чем сотни раз до этого. Пришло время по настоящему расплатиться за ошибку.       Губы скривились в ухмылке. Как будто прошедших лет не хватило.       Мысль лишь укоренилась в сознании, когда Кейя не смог разблокировать стоящий на столе ноутбук Дилюка сохранившимся в памяти паролем. Глупо было надеяться, что за несколько лет он не сменил его, но Кейя хотел верить в возможность узнать еще хоть что-то. Что-то, что поможет найти опытного охотника, который мог отлично скрываться сам, и по душу которого могла прийти любая из существующих тварей. Охотник отчаянно скользил взглядом по комнате, из раза в раз невольно останавливаясь на иконе.       Архангел Селафиил.       Показавшаяся ранее бредом мысль, неожиданно крепко обосновалась в сознании. Если есть демоны, значит должны быть и ангелы. Только почему-то первые из них встречаются на каждом шагу, а о вторых Кейя не слышал ни от одного охотника.       Поток размышлений, потянувшийся за этим, на время отогнал переживания. Кейя решил начать с наиболее простого: посмотреть информацию в домашней библиотеке.       Книги летели на пол одна за другой, когда Кейя не находил в них ничего нужного, и уже занимали значительное пространство между шкафами. Страницы некоторых из них мялись и только чудом не рвались, с таким безразличием охотник отправлял в полет собираемую долгие годы коллекцию. В старой библиотеке Рагнвиндров было множество материалов о монстрах и демонах и ни капли об ангелах, архангелах и прочей небесной живности. Единственная Библия, что, казалось, была привезена в дом еще женой Крепуса, о которой Кейя знал немного, лежала на столе в одиночестве. Но архангел Селафиил там не упоминался.       Успеха поиски не принесли. Оглядывая устроенный беспорядок, Кейя впервые всей душой желал услышать недовольный голос Дилюка, увидеть его злость и разочарование, которое при каждой встрече таится в его взгляде. Что-то внутри с треском ломается под тяжестью беспокойства и всепоглощающей вины, и скрываемые годами эмоции обрушиваются на Кейю лавиной. Он оседает на пол у стены и вслушивается в тишину, сжимая до боли левое запястье. Так же как сжимал его Дилюк, держа нож у горла Кейи.       Тот день сохранился в воспоминаниях мучительно четко. Сколько бы Кейя не пытался забыться в алкоголе, он не смог выкинуть из головы злость во взгляде любимого человека и пронзающие не хуже любого клинка слова ненависти. Он снял с себя тяжесть лжи, рассказал всю правду о детстве, но ценой стала холодная стена между ними, попытки растопить которую кончались неудачей. Быть может, если бы не она, Кейя не сидел на полу библиотеки, стараясь сдержать слезы, а был бы с Дилюком.       Желаемого не произошло ни через минуту, ни через пять. Дилюк не пришел, и вряд ли придёт. И Кейе пришлось обдумать дальнейший план. Он вспомнил всех знакомых, которые могли бы обладать информацией об ангелах. Самой лучшей кандидатурой оказался Симус Пегг — священник небольшой старинной церкви, отец Джинн и Барбары и в общем не последний человек среди охотников.       Время близилось к закату, когда Кейя добрался до этой церкви, успев поискать информацию в интернете. У него был личный разговор к Симусу, и прийти, когда в церкви будет меньше посторонних показалось уместнее.       Тот, кто молится Богу, ангел молитвы. Селафиил упоминается в различных древних писаниях и показывается в мифах помощником людей. Но информации о способностях архангела или способах его найти охотник не нашёл.       В церкви и правда оказалось пустынно. По залу разносилась приятная мелодия и мягкий девичий голос. Его обладательницу искать не пришлось — Барбара сидела за фортепиано вблизи сцены и, судя по всему, не замечала позднего посетителя.       Песня подошла к концу и стихла, но девушка осталась за инструментом, мягко поглаживая пальцами клавиши, примеряясь. Собранные волосы позволяли Кейе увидеть её сосредоточенное выражение лица и чуть заметное шевеление губ.       — Прекрасно поёшь, Барбара, — одинокие аплодисменты эхом отразились от стен, когда Кейя подошёл ближе.       — Боже, — девушка вскочила с места и схватилась за сердце от испуга. Её голубые глаза бегло осмотрели охотника, и изумление быстро сменилось на недовольство, которое, однако, не помогло скрыть проступившего румянца. — Нельзя же так пугать.       — Прости-прости, — Кейя улыбнулся в знак примирения. — Мне надо обсудить одно дело с господином Симусом.       — Его здесь нет, — ответила Барбара и, поспешно развернувшись обратно к инструменту, опустила его крышку. Слабое раздражение не нашло отражение на лице Кейи, и он сделал пару размеренных шагов, чтобы оказаться подле девушки и вглядеться в ее лицо, несмотря на настойчивое желание Барбары спрятаться.       — Тогда где мне его найти? — мягко спросил Кейя, не понимая причину смущения Барбары, но не решаясь давить. Всё же, она хоть и близка к миру охотников, но охотницей не является. Обычная добрая девушка, учащаяся на медсестру и служащая в церкви. Кейе не стоило забывать об этом.       — Я не знаю, — резко, в контраст аккуратному тону охотника, ответила она, подняв взгляд на собеседника. Между ними возникла немая перепалка: Барбара явно не хотела продолжать разговор, вскинула подбородок и хмуро смотрела на охотника. Кейя лукаво улыбнулся, подняв брови, от чего девушка закатила глаза и прошипела. — Он уехал с Варкой. На охоту.       Вот в чём дело. Отстранившись, Кейя позволил улыбке пропасть с лица. Пазл в его голове вмиг сложился, картинка получилась не самой благоприятной, но вполне утешительной. Если Симус отправился на охоту с Варкой, ждать их — гиблое дело. Значит, информацию придётся добывать обходными путями.       И один из таких путей прямо перед ним, показательно-недовольно отходит в другую часть просторного зала. План дальнейших действий нарисовался так стремительно, что даже мысли о том, что втягивать в дело Барбару, семья которой всеми силами старается оградить её от этого, будет не правильно, была откинута в дальний ящик.       — Досадно, — вздыхает Кейя достаточно громко, чтобы девушка его услышала, и идёт за ней. Она даже не оборачивается, но Кейя уже намеренно делает движения более расслабленными, а интонацию повседневной. — А я надеялся, что смогу узнать у него об ангелах.       Барбара остановилась, явно задумавшись над брошенными вскользь словами, и наконец повернулась к собеседнику. На лице её отчётливо теперь виделось недоумение, смешанное с любопытством, а Кейя ухмыльнулся, довольный ожидаемой реакцией.       — Я думала, вы — охотники — не верите в то, чего не видели, — со скепсисом буркнула Барбара.       — Я скорее поверю в ангелов, чем в то, что Дилюк стал религиозным фанатиком и ушёл в монастырь, — Кейя пожал плечами.       — Погоди, что? — Глаза девушки расширились. Барбара не оценила попытку пошутить, и её озадаченность сподвигла Кейю залезть рукой в карман и продолжить рассказ.       — От него ни слуху ни духу уже который день, — Кейя пожал плечами. — Не похоже, чтобы он собирался на охоту: все вещи оставил дома. — Он, достав что-то из кармана, протянул руку к Барбаре. — Но я нашёл эту икону среди его вещей. Вот и хотел спросить.       — Дилюк… — Барбара осмотрела изображение архангела и нахмурилась, что-то вспоминая. — Он приходил к отцу около недели назад, тоже по какому-то вопросу… — Девушка замотала головой и посмотрела на Кейю точно на умалишенного. — Подожди! Как, по твоему, архангел может быть связан с Дилюком?       — Это я и пытаюсь выяснить. Ты знаешь о чём они говорили?       — Нет, они ушли в библиотеку на весь вечер.       — Здесь есть библиотека? — удивлённо переспросил Кейя. Он много раз бывал в этой церкви по делу или нет и точно бы запомнил, как кто-то упоминает библиотеку. Получив в ответ кивок, выпалил, почти не подумав. — Мы можем зайти туда ненадолго?       — Отец запретил заходить туда! — Возмутилась Барбара, — С чего бы я должна показывать ее тебе?       Кейя сделал глубокий вдох. Он понимал, что прямо сейчас может потерять последнюю возможность докопаться до правды о Селафииле, если не сможет уговорить правильную, послушную и почти святую Барбару, для которой нарушить наказ старшего — что-то немыслимое. Мужчина случайно пересекся взглядом с ней и, ожидая наткнуться на непоколебимую уверенность, увидел крупинку детского любопытства, которую Барбара всеми силами старалась скрыть.       — Разве тебе не хочется, чтобы отец наконец-то перестал считать тебя ребенком?       Вопрос вмиг породил в душе девушки сомненье, толкающее наконец ослушаться и помочь, стремительно превращающееся в решимость от мыслей о том, что на месте Дилюка могла оказаться её сестра, и, не смотря на внешнее спокойствие, Кейя переживал за него.       — Пойдём, — выдавила Барбара единственное слово, на которое была способна, и зашагала к одной из непримечательных дверей.       Библиотека находилась в подвале и была полна старых церковных книг, но все они были написаны не раньше восемнадцатого века и были лишь религиозными писаниями. Ни намёка на правдивость ангелов. Спустя три часа затея начала казаться бессмысленной и Кейя даже не пытался скрыть усталость и отчаяние.       — Не понимаю, почему отец так дорожит своей коллекцией? Я считала, что здесь что-то важное, раз он не пускает в библиотеку почти никого, — разочарованно вздохнула Барбара, потерев красные от чтения глаза. Кейя ненадолго задумался над её словами. Симус оставался для него загадкой, но точно не был глупцом. Он же бывший охотник. Пусть и прекратил гоняться за монстрами, Симус поддерживал хорошие отношения с Варкой и бывшей женой, Фредерикой Гуннхильд, — опорами охотничьего мира на юге Германии, и всегда был готов помочь наставлением или предоставить пристанище.       — Барбара, — окликнул девушку Кейя. — Здесь есть какие-то тайные помещения?       — Что? — Барбара неподдельно удивилась и задумалась. — Я никогда не слышала о таком и не видела, но… Это бы многое объясняло.       — Что например? — осторожно поинтересовался Кейя.       — Отец несколько лет назад рассказывал о найденной им книге, написанной в пятом веке где-то в Риме, — Барбара отвела взгляд к двери, словно это было для неё очень личным. — Я хотела посмотреть, но он сказал, что я слишком мала для таких вещей, и перестал рассказывать о своих находках. Но я не могу найти ее.       Кейя поднялся на ноги и медленно обошёл небольшое помещение. Оно было обставлено скромно: одинаковые книжные стеллажи, несколько икон святых, обыкновенный стол и пара стульев, ровные стены побелены и ничем не загорожены, как может показаться с первого взгляда. У всех стеллажей, кроме одного, нет задней стенки, так что за книгами виднеется побелка. Именно этот стеллаж привлёк внимание Кейи. Он осмотрел его, подошёл ближе и аккуратно потянул на себя.       — Кейя! — воскликнула девушка, и подошла ближе, с ужасом глядя на отодвинутый стеллаж и проход позади него. — Я не думаю, что нам стоит лезть в дела отца. Может мы лучше дождёмся его возвращения или хотя бы утра, чтобы позвонить ему и спросить?       Охотник развернулся, взял руки девушки в свои и заглянул в её большие голубые глаза, видя в них опасение.       — Барбара, — тихо начал он и остановился, не зная как продолжить. Внезапно не нашлось сил лгать и натягивать маску, рассыпавшуюся на осколки ещё в тишине старого дома, с трудом склеенную вновь. Для чего? Склонить невинную, далёкую от охоты девушку к, очевидно, неправильному во всех пониманиях поступку? Кейя часто проделывал подобное, а сейчас, смотря на обеспокоенную Барбару, не мог. — Я понимаю, что мы поступаем неправильно, — все же продолжил он, решив быть искренним. В этом проникновении нет ничего ужасного. Барбара его поймёт. — Я безумно волнуюсь за Дилюка и, если это поможет его найти, надеюсь, что мистер Симус простит нас за такой скверный поступок.       — Но почему… — Барбара, казалось, уже не сомневается, а хочет озвучить давно интересующий вопрос. Она почти не видела, как Кейя с Дилюком общаются после смерти господина Крепуса, но не знала подробностей, потому что тогда была мала, и отец старался оградить ее от общения с охотниками. И сейчас поведение Кейи показалось ей слишком странным. — Я думала, вы с Дилюком не в лучших отношениях. Почему тебе это так важно?       На лице охотника появилась слабая улыбка, и он на несколько мгновений задумался.       — Потому что я люблю его больше жизни, — сорвался Кейя на откровения шёпотом и наигранно подмигнул. Барбара нахмурилась в непонимании, окончательно запутавшись в переменах настроения охотника.       — Ладно, давай посмотрим, — неуверенно произнесла она, переводя тему. Кейя прошел в соседнее помещение первым, быстро нашёл в полутьме взглядом выключатель и включил свет.       На полу перед дверью показалась нарисованная демонская ловушка, в углу стоял мешок соли, стеллажи были заполнены книгами, коробками и ящиками с различными символами — запечатанные артефакты, как предположил Кейя, — на столе, среди немалого набора оружия лежала большая книга. Охотник бегло прошёлся взглядом по первым и последним страницам, опасаясь неаккуратно касаться их пальцами, чтобы не повредить бумагу, которой точно с десяток веков на вид, пока Барбара удивлённо разглядывала помещение, быстро поняв, что прочитать эти рукописи не сможет.       — Это очередной сборник сказок, только более древний, — раздраженно констатировал Кейя, закрывая книгу, и подошел к стеллажу.       — Ты меня удивляешь. Джинн рассказывала, что знает лишь пару заклинаний на латыни, а ты целые тексты читаешь.       — Я тоже не многое понимаю в нем, — привычно слукавил Кейя, нахмурившись от осознания, что уйти от этой темы насовсем вряд ли получится. Он умалчивает об этом с подростковых лет. Остаётся лишь надеяться, что для Барбары это не будет важно.       Взгляд охотника выцепил на стеллаже книгу, отличающуюся от остальных отсутствием твердой обложки и большей потрепанностью, что не свойственно религоным писаниям. Взяв ее в руки, Кейя убедился в догадке — это был дневник охотницы, имя которой он слышал лишь в легендах.       — Стоит признать, коллекция у Симуса стоящая, — усмехнулся Кейя. — Не думал, что где-либо мог сохраниться дневник Ванессы.       — Той самой Ванессы? — Восхитилась Барбара, теперь так же рассматривая рукописи, которые листал охотник. С самого детства она вместе с другими ребятами из раза в раз слушала истории о храброй охотнице на монстров, собравшей вместе семьи охотников Гунхильдр, Рагнвиндр и Лоуренс от Варки или своей матери.       — Да, судя по датам и написанию, — заключил Кейя и остановился на одном из разворотов, с странными символами, непохожими на что-либо виденное им ранее. Голубые глаза вспыхнули довольством, стоило ему увидеть упоминание ангелов.       «Мне немногое удалось узнать о Небесах. Говорят, Бог покинул этот мир, и сейчас главные там — архангелы. Я встречала только рядовых ангелов, что в разы менее могущественнее их, в 1644, когда они забрали жизнь Линды, назвав ее угрозой мирового порядка. Ангелы нечеловечески сильны физически и неуязвимы для обычного оружия. Следующие символы, начертанные человеческой кровью могут изгнать любого ангела. Других способов противостоять небесному воинству я не нашла.»       Внимательно осмотрев эти рисунки, Кейя перенес их к себе в блокнот с пометкой о необходимости ударить по символу рукой для активации. Следующие записи содержали в себе способ призвать архангела и показались Кейе странными. К ним не было никаких заметок в отличие от остальных записей Ванессы, содержащих указания на события ее жизни. Однако желания думать об этом дольше пары секунд у охотника не было, информация о ритуале пришлась как нельзя кстати. Долгие поиски всегда выматывали его давящим чувством неопределенности, которое усиливалось таким искренним беспокойством, на какое сам Кейя в последние годы считал себя неспособным.       Прощался с Барбарой Кейя уже проводив ее до дома. По дороге он вовсю обдумывал дальнейший план и места, где найдутся необходимые для призыва ингредиенты. Благо, девушка была достаточно уставшей, чтобы не обращать внимания на поведение охотника.       Почти все нужное, как и ожидал Кейя, нашлось у Лизы, лишь за несколькими ингредиентами пришлось поколесить по городу. При выборе места в мыслях сразу всплыл заброшенный склад на окраине города — тихо и безлюдно, никто не должен пострадать при неудаче. Дорога до него заняла меньше получаса, но добравшись Кейя медлил. Осознание того, что он собирается сделать, пришло запоздало и набатом забило в голове.       Какой у него план? Поговорить с чертовым архангелом и изгнать символом, если беседа ему не понравится? Безрассудно. Но Кейя убеждает себя в том, что поступать настолько опрометчиво ему не впервой, в необходимости сделать это ради Дилюка, и упрямо идет к складу, тщетно стараясь отбросить мешающие сейчас чувства и сдерживая мелкую дрожь в руках.       Приготовления не заняли много времени. Огоньки свечей трясутся тянущим из разбитых окон ветром, изгоняющий символ нарисован на столе в секундной доступности, травы смешаны, блокнот с необходимым заклинанием лежит перед глазами. Кейя делает последний глубокий вдох, прежде чем начинает читать и подносит пучок сушеной полыни к огню.       С последним словом догорающая трава упала в чашу. В следующую секунду ее содержимое вспыхнуло ярким пламенем, свечи погасли. Кейя резко обернулся, когда свет молний озарил помещение, и вздрогнул, разглядев в очередной вспышке знакомую фигуру, в которой сразу узнал Дилюка. Только это был не он: за спиной искрился темный силуэт огромных крыльев, а обычно карие глаза наполнились голубым свечением.       — Не думал я, что остались еще люди, способные заклинание столь древнее прочесть, — слова прозвучали громче доносящегося с улицы грома, но Кейя лишь неверяще вглядывался в глаза, что сейчас казались ледяными и выражали лишь презрение.       — Селафиил, я полагаю?       — Ты прав, — подтвердил архангел и сильнее нахмурился. — И для чего, скажи, меня так нагло ты призвал? Неужто чужды уж молитвы людям?       — Что ты сделал с Дилюком? — Кейя сразу перешёл к делу. Голос его не дрогнул, хоть волнение накрывало с головой, и по привычной маске самоуверенности ползли крупные трещины.       — Беспокоишься о нем ты зря. Сосуд он мой истинный. Судьбою это предначертано, и согласие его тому подтверждение, — невозмутимо заверил Селафиил.       — О каком согласии идет речь? — Прошипел Кейя с почти нескрываемой злостью. Истинный сосуд, судьба… Слова архангела напоминали Кейе бред из очередных речей религиозных фанатиков.       — Не смог бы завладеть я телом без согласия на то владельца, — пояснил Селафиил с пренебрежением сощурившись. Кейя про себя выругался на неравность диалога. Да уж, требовать ответы от архангела, которому не можешь противостоять, это не милый разговор с демоном в ловушке и святой водой в руках. Но отступать поздно, Кейя продолжает.       — С чего бы Дилюку отдавать тебе свое тело? — С ядом в голосе полюбопытствовал Кейя. Внутри кипела злость, направление которой менялось, устремляясь то не то к архангелу, не то к тому, чье тело он занимает.       — Только в истинном своем сосуде могу я бедствию противостоять. — Тон Селафиила стал суровей от подобного невежества, но он продолжал стоять недвижно. Кейя невольно сравнил его с Дилюком: такой же сдержанный и суровый, говорил также пренебрежительно, словно беседа ему досаждала. И пусть архангел смотрел него свысока и с нескрываемым презрением, как это делал Дилюк последние пять лет, он им не являлся. — И коли не желаешь ты мне верить, изволь не отвлекать отныне.       — Дай мне поговорить с ним, — потребовал Кейя неожиданно даже для себя. Мысль о том, что Селафиил уйдёт, и Кейя, может больше не увидеть Дилюка, отдалась в сердце щемящей болью. Нет… Он не мог этого допустить. Кейя не успел сказать слишком многое. Долгие годы не мог решиться, смотрел издалека, обжигался о резкие фразы Рагнвиндра и делал вид, что это его не ранит. Трус и лжец.       — На разговоры праздные нет времени у меня, — Селафиил начал приближаться к охотнику, и тот напрягся. Рука, занесенная над символом, остановилась в нерешительности, глаза застыли на лице Рагнвиндра, и Кейя мысли никак не останавливались на дальнейших действиях. В памяти, как издеваясь, промелькнули давние слова Дилюка: «Нам не о чем разговаривать, предатель», как он также подходил к Кейе, как и сейчас архангел, с одним явным намерением: убить.       И Кейя второй раз в жизни был готов принять смерть без сопротивления.       Мысли оборвались яркой вспышкой света, исходящей от архангела. Кейя спешно зажмурился и закрыл уши руками, когда отовсюду раздался оглушающий шум. Когда лица коснулась чужая рука, он попытался отшатнуться назад, но его резко схватили.       — Тише, Кейя, — раздался над ухом голос Дилюка, чудом не тонущий в окружающем их звоне. Одной рукой он уверенно прижимал Кейю к себе, а другую продолжал держать его на глазах. — Не открывай глаза, слышишь?       — Дилюк? — неверяще спросил Кейя, на ощупь хватаясь за воротник его куртки. — Но почему ты..?       — Это неважно, — ответил Рагнвиндр без привычного ледяного спокойствия, от чего Кейя ослабил из без того неуверенную хватку. — Так будет лучше, Кейя. Я уже всё решил. И тебе не стоило искать меня, — порывисто выдохнул Дилюк.       — И ты уйдёшь? — Обреченно спросил Кейя. Получилось слишком резко, слишком нервно. Слишком неправильно.       — Да, — отрезал Дилюк, и между мужчинами повисло тяжёлое молчание. Кейя в нерешительности поджал губы. Ужасно давящий шум уже был ему неважен, мысли метались из стороны в сторону при попытке подобрать нужные слова. — Говори, что хотел.       — Люк, я… — Начал Кейя и тут же оборвал себя, прикусывая губу. Пальцы вновь цепко ухватились за ворот куртки. — Просто знай, что я всё ещё тебя люблю. И прости меня за всё, если сможешь. — Рука Кейи медленно накрыла ладонь Дилюка, что до сих пор закрывала глаза, и нежно сжала ее. — Я так долго не решался тебе это сказать… Смешно даже. Жаль только, что уже слишком поздно, — после этих слов Кейя со слабой, неуверенной улыбкой одернул руку Дилюка в сторону. Тот был к такому готов, сразу напряг мышцы в попытке помешать. Но не смог. Кейя увёл их ладони в сторону и все же открыл правый глаз.       Глаза Дилюка — удивлённые, родные, наполненные теплом и обеспокоенные до ужаса, словно Кейя опять лишь чудом ускользнул из лап монстра, исполняя очередной рискованный план, — за то короткое мгновенье, что которое Кейя видел их, показались ему невероятно красивыми. Он так давно не видел в них ничего, кроме раздражения и разочарования.       — Кейя!       В следующую секунду его глаз обдало невероятным жаром. От боли он не заметил, как оказался в объятьях Дилюка, как тот склонил его голову к своему плечу, как по щеке начали катиться слезы. Кейя чувствовал лишь обжигающее тепло на месте глаза. И больше ничего не видел им.       — Идиот, — прошептал Дилюк прямо над ухом. — Я тоже люблю тебя.       Кейя не успел осознать смысл этих слов и то, как они были произнесены, прежде, чем Дилюк отстранился и произнёс еле слышное «да». Шум вокруг прекратился. С опаской, Кейя приоткрыл здоровый глаз перед тем, и увидел лишь руку прямо перед лицом. Он не понял, что произошло, когда чужие пальцы коснулись его лба и помещение озарилось мягким белым светом. Что-то в голове перемкнуло, но Кейя лишь упал на колени, когда архангел исчез. Эмоции кружились вихрем в груди и не находили выхода, не смотря на льющиеся слезы и сбившиеся дыхание.       Сколько времени прошло, прежде чем Кейя успокоился и поднялся на ноги, он не мог сказать. Мысль о необходимости хотя бы первой помощи пришла запоздало. Идти куда-то не хотелось, самочувствие Кейи было паршивым, но здравый смысл заставлял сложить весь хлам в сумку и поскорее уйти. Взгляд зацепился за открытую страницу блокнота. Что это было? Заклинание, которое он читал? Символы казались бессмысленными закорючками и отказывались складываться в слова в осмысленные слова. Но ведь Кейя даже переводил их. И точно знал, как оно читается. Только сейчас он не мог ни прочитать, ни вспомнить, и этот факт почему-то вызвал раздражение.       К чёрту. Блокнот полетел в сумку к остальным вещам. Ломать голову над этим сейчас — бесполезно, Кейя разберётся с этим потом. Ему нужно скорее вернуться в машину и проверить рану.       На улице было несвойственная такому раннему времени темнота: должно быть не больше шести вечера. Когда Кейя приехал было солнечно, но небо затянуто черными тучами. Шел ливень, и дул сильный ветер, отчего Кейя продрог, не успев дойти до автомобиля. Отражение в зеркале ужаснуло. Худшее предположение Кейи подтвердилось: его глаза… просто больше не было. Лишь пугающая пустота, обожженные веки и засохшая кровь на щеке.       Дилюк знал, что так будет. И пытался это предотвратить.       Кейя усмехнулся и мысленно поблагодарил его за сильную хватку — он мог лишиться зрения полностью. Из-за своей опрометчивости. И правда, идиот.       Только Кейя не жалел о своём поступке. Если потеря глаза была ценой за возможность, вероятно, в последний раз увидеть самого дорогого в его жизни человека, он примет это.

***

      «Абонент не отвечает. Оставьте сообщение после звукового сигнала» — раздался механический голос в динамике телефона.       — Это Кейя. Надеюсь, ты всё же проверяешь голосовую почту, потому что я очень надеюсь на помощь в виде ответов на парочку вопросов, — Кейя хмыкнул, вспоминая их прошлую встречу. Информации он тогда не получил, но попытка лишней не будет. Вдруг к разговорам на отвлеченные темы Дайнслейф более благосклонен. — У нас тут нарисовались некоторые проблемы с демонами. Я поискал информацию и узнал, что подобное сейчас не только у нас, пусть обстоятельства и разнятся. Не вижу смысла спрашивать что-то про Орден, но буду благодарен за объяснения, если тебе что-то известно о происходящем, — взгляд Кейи прошёлся по заваленному книгами и бумагами столу, но остановился на иконе. За еле слышным вздохом последовало неуверенное продолжение. — И ещё кое-что… Не уверен, можешь ли ты об этом знать, но мне нужен способ изгнать архангела из сосуда. Перезвони, если знаешь что-то об этом.       Сбросив трубку, охотник разом опрокинул стакан виски. Дорогой алкоголь обжег горло и оставил терпкое послевкусие. Кейя не должен был задавать последний вопрос, даже думать об этом. Однако мысли продолжали крутиться вокруг произошедшего неделю назад.       Дилюк сделал свой выбор.       Кейя должен принять это и разбираться с продолжающими сновать всему миру демонами. Им не виделось ни конца ни края, гибли невинные люди, работы стало в несколько раз больше… Перечислять причины, по которым Кейя должен заняться происходящим, он мог долго. За несколько дней, проведенных в больнице он убедился в этом. Бездействие выматывало. Поэтому Кейя пытался разобраться. Следил за новостями, изучал предания, поднимал связи. Все либо не отвечали, или не знали причину произошедшего.       Но стоило увидеть в зеркало черную повязку или провести ладонью по лицу и ощутить под пальцами ткань, как его вновь отбрасывало в тот день.       Кейя знает это чувство, знает, что оно не уйдет со временем полностью. Что его заглушают только алкоголь и работа.       Следующий глоток виски он выпивает прямо из бутылки, а после, вновь оглядев кучу нужных книг, и сдаётся мимолетному желанию.       Из всех баров города Кейя выбирает именно Долю ангелов. Вспомнить, когда он наведывался туда без необходимости, казалось, уже нереально, но это лишь подпитывало горькую уверенность в необходимости прийти туда, окунуться с головой в воспоминания, делая ещё больнее.       Доля ангелов встретила ненавязчивой музыкой и оживленными разговорами охотников и простых посетителей, коих было немало. Окинув зал беглым взглядом, Кейя не заметил никого из друзей и порадовался тому, что никто из знакомых не обратил на его появление внимания. Только Чарльз отвлекся от работы, услышав звон колокольчиков на двери, и сразу завел разговор, стоило Кейе занять свободное место у бара.       — Решил сменить имидж? — Спросил бармен вместо приветствия.       — Нет, сразу сменил профессию на пирата, — Кейя выдавил усмешку. — Нальёшь рома?       — Мало того, что пришёл уже выпившим, хочешь напиться окончательно? — Чарльз выгнул бровь. — Совсем не боишься, что Люк всё же объявится?       — Не объявится, — заверил Кейя, а с его лица пропал даже намек на веселье, осталась лишь холодная мрачность, какую даже Чарльз, знавший его с подросткового возраста и являющийся практически членом семьи Рагнвиндров, видел только после смерти Крепуса и ссоры мальчиков. — И да, хочу.       — Откуда такая уверенность? — Бармен ощутимо напрягся и, оценив состояние Кейи как неутешительное, отдал ему стакан рома. Кейя благодарно кивнул и сделал пару глотков, оттягивая время. Неприкрытая обеспокоенность на лице Чарльза заставила усомниться в принятом решении оставить истину в тайне от окружающих. Кейя поджал губы и глубоко выдохнул. Правда того не стоит. У Чарльза и так хватает поводов для беспокойства.       — Ты был прав. Он опять уехал в увлекательное путешествие, — подобие улыбки появилось на лице Кейи и быстро пропало в очередном глотке.       — Но почему он никого не предупредил?       — Без понятия, — Кейя пожал плечами и отвел глаза. — Он, знаешь ли, не очень разговорчивый.       Беседа, к счастью для Кейи, прервалась чередой заказов и удачно пришедшим в бар Драффом, который сходу начал длинный рассказ о прошедшей охоте и обсуждение новой подработки дочери. Кейя слушал мужчин в пол уха, изредка вставляя комментарии или заказывая очередную порцию алкоголя, прежде чем желание выйти на свежий воздух покурить превысило интерес к непрекращающимся историям Драффа.       Чуть прохладный уличный воздух мешался с запахом табака, даруя иллюзорное чувство свободы. Кейя неспешно скользил взглядом по ночному городу. Мысли разбегались в разные стороны, не задерживаясь надолго ни на проезжающих мимо машинах, ни на прошедшем разговоре с Чарльзом, ни на выходящих из бара людях. Долгожданное спокойствие, не нарушаемое тревогами, наконец окутало Кейю.       Но кто-то был намерен его нарушить.       — Угостишь сигареткой, красавчик? — Раздался задорный, громкий в ночной тишине голос со стороны входа в бар. Кейя повернул голову к нему, увидел перед собой паренька лет двадцати максимум на вид и мысленно усмехнулся, заметив длинные, собранные в две косички и покрашенные на концах волосы, и короткие шорты, еле выглядывающие из-под длинной кофты. И как набрался смелости по ночам на улице гулять? Ещё и пьяный. Будь на месте Кейи кто другой, мог бы и избить за неформальность.       Но Кейя лишь молча протягивает сигарету и возвращается к разглядыванию улицы.       — Спасибо, — хмыкает парень и, затянувшись, замолкает, всматриваясь вдаль, на некоторое время. — Думаю, теперь я обязан тебе помочь.       Вновь повернувшись к парню, Кейя вскинул бровь, выразив этим и удивление, и вопрос.       — А похоже, что мне нужна помощь? — С нотками веселья спросил охотник, мысленно вздыхая о том, как жалко выглядит со стороны, раз ему уже помочь хотят.       — Ты похож героя, что, проиграв первую битву, не знает, как продолжить путь, — протянул незнакомец с загадочной улыбкой. — А я — мудрец, что укажет тебе верную дорогу.       Кейя с трудом сдержал почти вырвавшийся смешок. Вот уж точно, — фрик.       — Слушай, — тон парня сменился на серьёзный, а из больших зелёных глаз пропало былое озорство. — Есть тот, кто сможет ответить на твои вопросы в обмен на помощь. Его имя Кастиэль, он ангел, покинувший небеса ради людей. Ему нужны союзники, чтобы остановить апокалипсис, и твой новый знакомый Селафиил отлично подходит на эту роль. А ты можешь помочь найти его.       — Откуда… — Кейя в миг напрягся, судорожно перебирая в голове варианты и пытаясь понять, может ли незнакомец представлять опасность. — Кто ты такой? Медиум?       — Успокойся! — Чересчур громко и обиженно воскликнул парень. — Меня зовут Венти. И я не медиум.       — Тогда как ты узнал о Селафииле? И что за апокалипсис?       — Связи, друг мой, — Венти пожал плечами и отчего-то засмеялся, будто вовсе не замечает тяжёлой атмосферы разговора. Охотник смерил его подозрительным взглядом, отбрасывая тлеющую сигарету в сторону.       — С чего я должен тебе верить? — От этого вопроса парень лишь тяжело вздохнул и поднял взгляд к небу.       — Все вы охотники одинаковые… И почему-то не верите в мое искреннее желание помочь! — Венти, поставив руки в боки, вскинул нос, и все лицо его выражало бескрайнее оскорбление. — А я вообще-то на вашей стороне.       — Я даже не знаю человек ли ты, — с укором отметил Кейя, в ответ получив закатывание глаз. Венти неожиданно для охотника приблизился и встал на носочки так, что их лица разделяли не больше нескольких сантиметров.       — Поступай так, как подсказывает сердце, — груди Кейи невесомо коснулся чужой палец. В глазах напротив, в тот миг казавшихся огромными темными омутами, сверкнула смесь озорства и коварства. Всего на секунду Кейя утонул в их глубине, но этой заминки хватило, чтобы парень столь же стремительно отшатнулся, уходя от приближающихся рук охотника. Улица заполнилась заливистым смехом. — Свою роль я выполнил, и за сим откланиваюсь.       Парень отвесил шуточный поклон и, вновь ловко увернувшись от пытающегося схватить его за руку Кейи, побрел вперед по улице. Кейя остановился в попытке успокоиться и обдумать поступившую информацию. Ответы получить хотелось, слишком уж много непроясненных деталей никак не давали покоя. Но риски предложенного плана представлялись смутно. Всё это могло оказаться ловушкой, и главной детали не хватало.       — Эй, — на пробу окликнул Кейя и прошёл на встречу развернувшемуся и не успевшему далеко отойти парню. — И как я, по-твоему, могу помочь найти архангела?       — А я думал, что ты будешь сообразительнее Дилюка… — Прыснул Венти, явно сдерживая полноценную усмешку. — Ты связан с его сосудом.       Кейя изумился.       — С Дилюком? Что за связь?       — Эээй! Так неинтересно! — Возмутился парень, вновь отходя от охотника, и вскинул подбородок. — Всё. Больше никаких подсказок, разбирайся сам.       Второй раз останавливать странного незнакомца Кейя не стал. Сигарета привычно скользнула в руку, а мысли устремились к анализу услышанного с новой силой.

***

      — Большая удача, что нашли вы его, — серьезный тон Кастиэля, был неожиданностью для только успевших зайти Дина и Сэма, но не удивил. Дин успел мимолётно обрадоваться, увидев ангела и пропустив фразу Сэма мимо ушей, но быстро переключился на разговор о деле.       — Да, удача. — Дин выдавил подобие усмешки, но тон его остался серьезным. Ничего хорошего в опасном, но неосознанном мальчишке из Небраски он не видел. — И что нам с ним делать?       — Убить.       Винчестеры одновременно устремили к ангелу недоверчивые взгляды. Тот никак не изменился в лице и сохранил непоколебимость.       — Кас, — Дин покачал головой. Он не понаслышке знал, что Кастиэль не из тех, кто шутит, тем более о таком, но верить в его серьезность не хотелось.       — Он полу-демон, полу-человек. Он гораздо сильнее обоих. — Направившись к столу, начал объяснения ангел таким тоном, что Дин машинально закатил глаза. — Другие народы называют эту помесь кэмбион или котако. Вы знаете его как антихриста. — Взгляд Кастиэля теперь был направлен только на Сэма. Его напряжённость в паре с полумраком комнаты создавали жуткую картину, заставляли вспомнить о настоящей сущности, но Дин продолжал надеяться, что увидит в нём простое человеческое сочувствие.       — Ничего не понимаю. Джесси — сын дьявола?       — Нет, конечно нет. — возразил Кастиэль, с раздражением. — В вашей Библии больше ошибок, чем истины. Антихрист — не ребёнок Люцифера. Он демонское отродье. Он главное орудие дьявола в войне против небес.       — Если Джесси — демоническая гаубица, то какого черта он торчит в Небраске? — съязвил Дин.       Кастиэль смерил его снисходительным взглядом и пояснил:       — Демоны его потеряли и найти не в силах. Но продолжают искать.       Дин дернул губой. Пальцы прошлись по столешнице и сжались на ее краю. Он резко отвел взгляд от ангела и отвлекся на Сэма, удачно начавшего говорить в образовавшуюся паузу.       — А потеряли они его из-за.?       — Из-за силы этого дитя. Хранит она его от ангелов и демонов. Пока что.       — Значит, вокруг него силовое поле. Отлично, проблема решена, — заключил Дин с улыбкой.       — С восстанием Люцифера силы этого ребёнка возросли. Вскоре он станет способен на большее, чем оживлять игрушки. И демоны потянутся к нему. Демоны найдут ребёнка. Люцифер обратит дитя во благо цели своей. Одним лишь словом дитя это всё воинство небесное истребит.       — Стой, стой. Подожди, — перебил речь Кастиэля Дин. — Это что, значит… Джесси поджарит ангелов? — изумился охотник.       — Не можем мы такого допустить, — сказал Кастиэль и осекся. На это фразу у Дина не нашлось ответа, в комнате повисло молчание, лишь быстрое постукивание пальцев по столу разрезало тишину.       — Подожди, — вмешался в обсуждение Сэм и встал со стула. — Мы хорошие парни. Мы не убиваем детей.       Кастиэль резко поднялся вслед за Сэмом и будто пытался придавить его к полу одним потяжелевшим взглядом.       — Год назад, — медленно начал ангел и, обойдя разделяющий их стол, приблизился к Сэму, — ради победы в этой войне ты бы сделал всё.       — Всё изменилось, — отрезал Сэм, поджав губы. Руки сжались в кулаки. Он осознавал правоту Кастиэля, но продолжил стоять на своём. Дин перестал наблюдать за перепалкой и, похлопав по плечу брата, обратился к Касу в своей обычной манере. С улыбкой на губах и приподнятыми бровями.       — Послушай, мы не будем его убивать, понятно? Но и оставить его здесь мы не можем. Поэтому… Мы отвезем его к Бобби, он выяснит, что делать, — Дин высказал единственный кажущийся приемлемым вариант.       — Похитить его? — Спросил Кастиэль. Дин кивнул и обернулся к Сэму, машинально отмечая, что тот выглядит более спокойными и согласен с озвученным планом. — То, что вы видели в городе, происходит когда эта тварь счастлива. Вы не представляете на что он способен, если разозлится. Кроме того, как вы его удержите? Стоит ему захотеть, и он окажется на другом краю земли.       — Тогда мы… — Дину было нечем крыть. Со слов Каса ситуация с мальчишкой и правда представляется опасной, а затея спрятать рискованной и почти нереальной даже по меркам их жизни. Но они видели Джесси, он лишь ребенок. Маленький, верящий в сказки о зубных феях и чесоточном порошке и точно не заслуживающий смерти.       — Скажем ему правду, — воспользовался заминкой Сэм. — Ты говоришь, что Джесси суждено встать на сторону тьмы. Ладно, но пока он не с ними. Если мы расскажем кто он, про апокалипсис — всё, он может сделать правильный выбор, — сказал Сэм. Очередная попытка брата верить в лучшее неожиданно для Дина не вызвала раздражения. Наоборот, хотелось верить, что Сэм прав.       Дин посмотрел на Кастиэля, и понимание, что к согласию им не прийти, ударило по сознанию от одного взгляда ангела на Сэма. Пристального, неодобрительного.       — Ты не сделал. — Слова Кастиэля пусть и были направлены на Сэма, заставили Дина малодушно уставиться в пол, не в силах наблюдать за перепалкой. — И я не могу так рисковать.       Только тихий шелест крыльев сподвиг смерить взглядом место, где стоял ангел.       — Проклятье, — выругался Сэм, срываясь с места и проходя вглубь комнаты. — Думаешь, он пошёл за Джесси? — спросил он, обернувшись к брату и встретившись с ним глазами.       — Скорее всего, — выдохнул Дин и, ударив по столу, пошел на улицу. К детке.       С сильным ударом ноги дверь слетела с петель и упала с глухим стуком. Охотники вбежали в дом, не считаясь с мелочами. Отсутствие даже одной лишней секунды заставило вломиться в дом таким громким и непрактичным способом.       Дин подбежал к испуганному мальчишке.       — Ты не видел мужчину? Такого, в плаще? — спросил Дин. Джесси чем-то напуган, он колебался секунды и нервно сглотнул, опуская глаза в пол. Охотник проследил за его взглядом и увидел на полу игрушку. — Это же…       Дин присел и взял в руки фигурку. Бежевый плащ, короткие волосы и занесенный над головой клинок. Дину не нужно было разворачивать её к себе лицом, чтобы узнать Каса, а стоило это сделать, сердце на миг остановилось. Фигурка была настолько реалистичной, что мужчина вмиг почувствовал на себе привычный пронзительный взгляд голубых глаз. Обернувшись к брату, Дин столкнулся с удивлением подобным своему. Почти синхронно охотники вернули внимание к мальчику, что продолжал стоять в углу, переводя взгляд с фигурки на взрослых и поджимая губы.       — Ладно, — выдохнул Сэм. — Джесси, давай ты успокоишься, и мы поговорим. Да, именно так и сделаем, — мужчина протянул мальчику руку, и тот медленно взял ее, позволяя увести себя в гостинную. Дин смотрел им в спины, пока те не скрылись за поворотом. Внимание вернулось к фигурке в руках. Охотник скривил губы от беспомощности и пообещал самому себе, что они поговорят с Джесси, и Кас вернется.       Когда он зашел в гостинную, Сэм успел включить несколько тусклых светильников, усадить мальчика на диван и устроиться в кресле напротив него. Дин медленно прошел к камину и поставил на него фигурку.       — Это был ваш друг? — неожиданно заговорил Джесси.       — Он? — Переспросил Дин, резко обернувшись от неожиданности. — Нет.       — Я это сделал, — протянул мальчик, смотря на фигурку. — Но как я это сделал? — Он устремил вопрошающий взгляд на взрослых. Дин развел руками.       — Ты супергерой, — выпалил он, не придумав лучшего объяснения для ребенка.       — Правда? — В глазах Джесси загорелся слабый огонек надежды смешанной с изумлением, но весь вид его оставался, как и прежде, печальным и усталым. Это удивляло Дина. Мальчик не был похож на обычных детей, что играют в игрушки и ходят гулять с друзьями.       — Да! Кто еще мог превратить человека в игрушку? Ты Супермэн. Без плаща и крутых сапог, — натянутая улыбка пропала с лица Винчестера, когда в глазах мальчика он увидел только недоумение. Дин аккуратно присел на корточки перед Джесси, чтобы их лица были на одном уровне, и понизил голос. — Мы с напарником работаем в специальном агентстве, ищем детей с особыми способностями. Мы должны увезти тебя на тайную базу в Южной Дакоте. Там тебя обучат сражаться со злом.       — Как в Людях Икс? — Почти прошептал Джесси.       — Точно, как в Людях Икс, — подтвердил Дин и усмехнулся. На лице ребенка появилась слабая улыбка. Мужчина поднялся и продолжил. — Человек, к которому мы тебя отвезем, в инвалидной коляске, прямо как профессор Ксавье. Ты будешь героем. Будешь спасать жизни, встретишь девушку. Здорово, да?       Дина резко отбросило к стене, и он застонал от боли.       — Они лгут тебе, — в комнату зашла женщина с черными глазами. Охотники без труда узнали в ней Джулию — родную мать Джесси. Сэм сорвался с места, но демон откинула его легким движением руки. — Стой там, красавчик. тебя нельзя трогать. Приказ, — улыбнулась она и перевела взгляд на Дина. — А с тобой наоборот — боль поощряется. — Пара движений демона заставила мужчину поочередно удариться о противоположные стены.       — Не трогай его! — Воскликнул мальчик, вскочив с дивана. Демон приблизилась к нему и наклонилась.       — Джесси. Ты прекрасен. У тебя отцовские глаза.       — Кто ты? — спросил мальчик.       — Я твоя мать.       — Нет, неправда, — покачал головой Джесси, нахмурившись сильнее прежнего. Демон хмыкнула и выпрямилась.       — Ты наполовину человек, а наполовину один из нас, — она театрально развела руки в стороны.       — То есть демон, Джесси, — подал голос Дин, на что демон скривилась и, сжав ладонь в кулак, силой сдавила его грудь. Очередной стон боли пронесся по комнате.       — Люди, которых ты считаешь своими родителями, тоже тебе врали, ты не их сын. Это не правда, — продолжила она, опять склонившись к ребенку и качая головой. Лицо ее выражало притворное сожаление.       — Мама и папа любят меня! — Возразил Джесси.       — Разве? Они бросают тебя одного на весь день, потому что любят тебя? — усмехнулась демон. — Эти люди… Эти самозванцы говорили тебе, что зубные феи существуют, что игрушки могут причинить тебе вред. Они нагородили тебе уйму вранья, они превратили твою жизнь в ложь. Загляни в свое сердце, Джесси, — она понизила голос. — Ты всегда знал, что ты не их сын, что ты другой. Тебе все лгали. Они, — демон повернула голову в сторону Винчестеров, Джесси повторил ее движение, — не агенты ФБР. А ты не супергерой.       — А кто же я? — Тихо спросил он.       — Ты всесилен. Ты можешь иметь все, что захочешь. Можешь делать все, что хочешь.       — Не слушай ее, Джесси, — выпалил Дин и зашелся болью от незамедлительной реакции демона.       — К тебе относились, как к ребенку, — демон повысила голос и ускорилась. — Никто тебе не доверял. Все тебе лгали. Разве это не злит тебя?       Джесси сжал ладонь в кулак, внешне оставаясь таким же спокойным. Люстры, картины, посуда — всё в комнате затряслось, в камине вспыхнул огонь, лампы замигали. Демон с восторгом оглядела происходящее.       — Видишь? Это тебя злит. Но я говорю тебе правду, Джесси. Разве не лучше жить без лжи?       Дин и Сэм встревожено оглядывали комнату. По помещению раздался грохот бьющейся посуды.       — Разве не лучше жить в мире без лжи? Ты можешь стереть все это, начать с начала, — жуткая улыбка украсила лицо демона. — Представь. Мир без лжи. — С гвоздя упала рамка с семейным фото, стекло разлетелось по полу. Стена позади охотников пошла крупными трещинами.       — Она права. Мы лгали тебе, но я скажу тебе правду, — вмешался Сэм. Глаза демона в миг почернели, она вскинула руку, и сила сжала горло охотника, лишая возможности продолжить. — Я лишь хочу сказать… — прохрипел Винчестер, не считаясь с болью и нехваткой воздуха.       — Прекрати, — одно слово Джесси заставило Сэма рухнуть на пол, больше не удерживаемого демонической силой. — Я хочу послушать, что он скажет.       — Ты сильнее, чем я думала, — демон подняла брови и покосилась на мальчишку, но за наигранностью этого действия виднелось реальное удивление.       — Мы лгали тебе. Прости, — начал говорить Сэм, под пристальным взглядом детских глаз. — А вот правда: я Сэм Винчестер, это мой брат Дин. Мы охотимся на монстров.       — Когда монстр не ты? — Спросила демон с ехидной ухмылкой. — Да, Сэмми?       — А эту женщину зовут Джулия, она твоя мать, — Сэм продолжал медленно, стараясь подобрать верные формулировки. — Но в ней сидит тварь, с которой ты разговариваешь. Это демон.       — Демон?       Лицо женщины скривилось в злобной гримасе.       — Он лгал тебе с той минуты, как вы встретились. Не слушай его! Накажи его.       — Сядь и замолчи, — новая попытка демона увести разговор в сторону сразу была прервана Джесси. Кресло выехало из угла гостинной, демон рухнула в него и застонала, не в силах ни шевелиться, ни говорить.       — Сейчас идет… Война между ангелами и демонами. И ты ее часть, — в тоне Сэма смешались сожаление и горечь.       — Я всего лишь ребенок.       — Ты можешь пойти с ней, если хочешь. Я не могу тебя остановить. Никто не может. Но тогда погибнут миллионы людей.       — Я наполовину демон. Это правда?       — Да. Но наполовину ты человек. Ты можешь поступить правильно. у тебя есть выбор, Джесси. Но если ты выберешь не то, это будет преследовать тебя до конца жизни, — сказал Сэм и поджал губы.       — Зачем ты говоришь мне это? — В глазах мальчика проступили первые слезы.       — Я верю, что кто-то может сделать правильный выбор. А я не смог.       Дин не мог видеть лица брата, однако кожей чувствовал раскаяние. Тяжесть совершенных ошибок будто стала ощутима не только Сэму, но и окружающим.       — Уйди из нее, — Джесси обернулся к демону. Кресло отъехало к стене, изо рта Джулии вырвался черный дым и улетел через дымоход. В ту же секунду сила перестала удерживать Дина, он опустился на ноги и наконец вдохнул полной грудью.       — Как ты это сделал? — Дин во все глаза уставился на мальчика. Вот что имел в виду Кас, говоря о невообразимой силе.       — Не знаю, — Джесси пожал плечами, — просто сделал.       — Парень, ты неподражаем.

***

      Тупое напряжение сковало плечи, но Дин продолжал стоять, поджав губы и сжав кулаки, застыв взглядом на лице Кастиэля. Даже думать о том, что эта фигурка из пластика, помещающаяся в руке и есть Кас, было больно, но Дин упрямо смотрел правде в глаза. Это не глупая шутка, как и чертов апокалипсис, и Кас не станет прежним от одного желания Дина. Он это понимал. Понимал, что им нужно увезти Джесси, что одного разговора не хватит, чтобы убедить его в том, что Кас — хороший парень, не смотря на свой свой поступок. На все это нужно время, а сейчас он может лишь ждать, когда Джесси попрощается с родителями, чтобы провести несколько часов в дороге, а после еще Бог знает сколько, прежде чем Джесси вернет Каса в нормальное состояние.       Джесси далеко не глупый малый, но он ребенок. С чего бы ему помогать незнакомцу, который пытался его убить? Разве должен ребёнок вникать в противостояние ангелов и демонов и выбирать чью-то сторону? Нет, конечно нет, только Дин не может этого предотвратить, и Джесси окажется втянут в эту войну не по своей воле.       Из потока мыслей выдергивает рука Сэма, он протянулся к фигурке и коротко огладил плечи словно в ободряющем жесте. Как будто Касу это поможет. Дин проследил это движение и остановился на игрушечных глазах. Те были злыми, и это пожалуй единственное, что делало эту фигурку не похожей на ангела. Кастиэль пусть и не добрый ангелок из детских книжек, но явно не злой, Дин точно это знал. Однако для мальчишки он выглядел именно таким.       — Он уже давно наверху, — прикинул Дин, развернувшись к брату. Сэм кивнул и молча устремил взгляд к лестнице. Никакого шума не было с ухода Джесси, но они решили подняться. Если ничего не случилось, они просто скажут, что им пора ехать.       В одной из комнат второго этажа Дин увидел спящую пару, родителей Джесси, но самого мальчика с ними не было. Сэм в это время осматривал другие помещения, но в последнюю комнату — детскую, судя по развешанным картинкам и обилию игрушек, — братья зашли вместе. Дин сделал пару шагов внутрь, почти бессмысленно оглядывая комнату. Джесси и здесь нет, но нет и никакой разрухи и следов проникновения. Обычная детская комната.       — Он ушел, — раздался из-за спины знакомый голос. Винчестеры синхронно обернулись. Дин, не обращая внимания на сказанное, во все глаза уставился на Кастиэля, на его сведенные к переносице брови, напряженные скулы, голубые глаза — серьезные, озадаченные, но никак не злые. И весь Кас живой, из плоти и крови, во все той же местами помятой одежде. Не игрушка.       — Куда? — выдавил из себя Сэм, мотая головой, будто стряхивая с себя удивление. Только после этого Дин понял, что успел забыться. Черт, какого.? Приподнятые уголки губ тут же упали, и он весь подобрался.       — Не знаю, — с досадой ответил ангел, переведя взгляд на Сэма. — Джесси вернул всех в городе в норму. Кто еще жив, — добавил Кастиэль спустя секунду ровным тоном, но даже так это ощущалось неловко, и Дин с трудом сдержал непрошенную улыбку. — И он исчез.       — Ты можешь.? — не успел закончить Дин, как место, где стоял ангел, оказалось пустым. Невысказанный вопрос повис в воздухе, Дин озадаченно смерил пустоту взглядом, но тут же поджал губы и резким движением развернулся.

***

      — Кастиэль? — спросил мужчина, как только тот явился пред ним и, быстро скрыв недоумение, смерил неодобрительным взглядом.       — Это я, — подтвердил ангел в тон мужчине на немецком, кивнув и нахмурившись, не разделяя странного веселья собеседника. — Кто ты? И для чего понадобился я тебе? — Спросил он, не пытаясь скрыть недовольства, вспышнухшего ещё до окончания принудительного перемещения, от чего мужчина, призвавший его, поспешно поднял руки перед собой.       — Меня зовут Кейя. Я просто хотел обсудить возможность… Сотрудничества? Мне нужна кое-какая информация, — начал охотник, стараясь сохранять серьезность, но выглядеть в достаточной мере учтивым и дружелюбным. Но должного впечатления на ангела это не произвело, бегло осмотрев темную гостинную и остановившись на нарисованном недалеко от охотника антиангельском символе, Кастиэль приобрел еще более суровый вид.       — Столь варварский способ призвания — не лучшее начало диалога, раз о помощи просить собрался, — процедил ангел.       — Слышал, тебе нужны союзники, — воодушевленным тоном перебил Кейя. — У меня недавно была наиприятнейшая встреча с твоим коллегой Селафиилом. Как я понял, цель у вас одна, так что мог бы помочь отыскать его.       Кастиэль опешил.       — Хочешь сказать, что небеса архангел предал? — с неподдельным удивлением спросил Кастиэль. Он не видел Селафиила после изгнания Люцифера, но знал, что он продолжал служить воле их отца наравне с Рафаилом и Михаилом.       — Не знаю, какие у него там отношения с небесами, но две недели назад он прямо высказал стремление… — Мужчина покрутил рукой в воздухе, словно мог найти в нем нужные слова, — противостоять бедствию, — почти прошипел Кейя и поморщился от неприятных воспоминаний.       Идеальная память стремительно подбрасывала сознанию Кастиэля факты, косвенно подтверждающие возможность такого поступка Селафиила. Ни Кастиэль, ни Винчестеры не встречали его с момента открытия первой печати, и вестей о нём не доходило до ангела слухами. В противовес Рафаилу, что принимал в плане активное участие, Селафиил оставался в тени. И идея о нежелании его следовать за Михаилом складно ложилась на эти факты, как и то, что во время восстания Люцифера, именно он сильнее всех старался решить конфликт мирным путём. Кастиэль сощурился.       — Смысл есть в твоих словах. Но нет повода у меня тебе доверять, — пронзительный взгляд голубых глаз ангела, как показалось Кейе в тот миг, смотрел прямиком в его душу, обнажая все тайные грехи. Буря сомнений пронеслась в голове охотника, но на лице не понятным даже для самого Кейи образом сохранились ухмылка и вызывающий прищур. Кастиэль успел подойти на расстояние вытянутой руки, прежде чем мужчина опомнился.       — Стой на месте! — Прикрикнул охотник и вскинул напряженную руку над антиангельским символом. Ангел остановился, но опускать протянутую руку не спешил.       — Не буду вред тебе я причинять. Хотел я память просмотреть твою, чтоб убедиться, что ловушка меня не ждёт, — пояснил Кастиэль в ответ на немой вопрос охотника.       — Какого хера.? — выплюнул Кейя, но тут же коротко зажмурился и продолжил спокойнее. — Давай уясним: еще одна попытка приблизиться и ты улетишь отсюда далеко не на своих двоих.       Кастиэль лишь пару секунд метался в выборе, прежде чем отошел на прежнее расстояние. Этот человек никак не мог быть посланным ангелами, сомнений в этом у Кастиэля не осталось. Те приказали бы заключить его в огне святого масла в случае неудачи плана, но никак не потерять из виду вновь.       Интерес к этому человеку зародился быстро, не давая Кастиэлю времени обдумать сложившуюся ситуацию лучше.       — Как предлагаешь ты найти Селафиила? — Тон ангела стал заметно спокойнее, хоть и остался ровным. Охотник окинул его очередным настороженным взглядом и, опустив наконец руку, заговорил:       — Я… Связан с его сосудом, — слова с трудом срывались с языка, а не отводить глаз от ангела резко стало невыносимой задачей. — Если увидеть нить, то можно будет найти его, как я понял. Осталось договориться с древним китайским богом, но с этим ты уж как-то сам, — охотник криво усмехнулся, и его ухмылка странным образом напомнила Кастиэлю Дина, отчего ангел недоуменно нахмурился и поторопился прогнать неуместные мысли. План, высказанный человеком, был разумным и самым простым, в связи с отсутствием сведений о перемещениях и прошлом сосуде Селафиила. — Но прежде… Расскажи мне о способах изгнать архангела из сосуда.       Брови Кастиэля поднялись в изумлении и вновь съехались к переносице, стоило мотивам просьбы приобрести ясность. Если мужчина связан с сосудом архангела, должно быть, им стала его суженая. С этим доводом к ангелу пришло понимание желаний призвавшего: тот надеется на ответную помощь. Только Кастиэль не сможет оказать ее, как бы ни хотел.       Опасения вспыхнули маленьким пожаром. Нет гарантии, что человек будет готов в поисках помочь, если правду Кастиэль ему скажет.       — Не может никакой ангел вселиться в тело человека без его согласия. Потому о подобных ритуалах неизвестно мне, — внимательно следя за реакцией, проговорил ангел, но охотник лишь с силой сжал кулаки и отвел взгляд. — Если к согласию с Селафиилом мы придем, по своей воле освободить сосуд он может.       Несколько долгих секунд Кейя прожигал ангела взглядом, сдерживая порыв выругаться.       — Сойдёт, — сдался охотник, всё же цепляясь за единственный шанс.