A Beautiful Façade

Твои глаза смутно открываются, как и каждое утро, встречая яркий, освежающий солнечный свет, пробивающийся через твое окно. Это приятная, идеальная температура для пробуждения, не слишком жарко и не слишком холодно. Ты не совсем уверена, когда заснула прошлой ночью или даже как, черт возьми, ты попала в постель. Это все произошло на диване, не так ли? Да, это определенно было там. Ты улыбаешься про себя при мысли о прошлой ночи. Воспоминания приходят прерывистыми отрывками: Райнер на коленях, его мужественные руки сжимают твой вибратор, то, каким глубоким и первобытным был его голос и все, что было между вами. Это было волшебство, определенно. Ты застигнута врасплох звуком нежного храпа. На самом деле это не совсем храп, а спокойный вдох и выдох глубоко спящего человека. Оглянувшись через плечо, ты видишь самого Райнера, человека дня. Он перевернулся на бок, спиной к тебе, и одеяло накрывало его примерно до шеи. Райнер Браун сейчас в твоей постели... спит... голый... после того, как всю ночь трахал тебя... какое странное утро. Ты слегка поворачиваешься и чувствуешь это, чувствуешь, как каждый мускул в тебе одновременно болит, и тебя внезапно поглощают мысли о сексе. Он был таким чертовски властным и злым, что ты таяла каждый раз, когда он хоть немного прикасался к тебе. Я заставлю тебя заплатить за это, не волнуйся Теперь возьми мой гребаный член Ты шлюха и тебе это нравится Воспоминания заставляют тебя дрожать так, как ты никогда не могла ожидать от действий Райнера. Даже одна мысль о нем сводит тебя с ума. Каким бы наркотиком он тебя ни накачал, ты была полностью поглощена им... и теперь первое, что ты делаешь за день — возбуждаешься. Ты смотришь на Райнера рядом с собой, на секунду спрашивая, заметит ли он, прежде чем решить, что нет, он все равно спит мертвым сном. Ты скользишь двумя пальцами по своему клитору, нежно потирая его, представляя, как он делает это для тебя. Сразу же чувствуешь, как все болит и опухает. Когда ты закрываешь глаза, фантазия о нем становится настолько реальной, насколько ты можешь представить. Ты думаешь обо всем, что он делает, о его нежном голосе, наполненном хныканьем и оскорблениями, а его руки двигаются в нежной ласке. Ты дразнишь себя, прежде чем начать двигаться быстрее и грубее, как это сделал бы он. Ты часто дышишь от удовольствия, от этого знакомого напряжения, начинающегося в твоих мышцах. Оно кажется таким приятным. Слишком хорошо. —Бля… Райнер… пожалуйста... — Стонешь ты самым тихим голосом, на какой только способна. Есть что-то в том, чтобы делать это в нескольких сантиметрах от него. Ты даже не можешь придумать причину, по которой нужда делать все тише доставляет тебе еще больше удовольствия, но это так. Ты стонешь от собственных пальцев, совершенно не стыдясь того, что боль прошлой ночи становится еще острее. —Не останавливайся... блять. Это больно, но невозможно хорошо. Осознание того, что эта боль из-за него, делает что-то бессмысленное с твоей головой. Воображаемый Райнер здесь, хмурится, сплетая паутину желания все туже и туже, трется о тебя, так хорошо растягивает. —Райнер... о боже. Ты останавливаешься, когда настоящий Райнер переворачивается в постели, глядя на тебя грязным, ужасным взглядом. — Эм… — Ты сглатываешь от этого взгляда, который он бросает на тебя. — Развлекаешься без меня, а? — Спрашивает он с греховным выражением лица. Ты быстро говоришь: —Нет, что? Нет, я не- —Конечно, ты из тех, кто просыпается возбужденным, — говорит он, — мне повезло. Прежде, чем ты успеваешь хоть что-то понять о его намерениях, Райнер перекатывается на тебя, сбрасывает одеяло с кровати и сильно прижимает твои плечи к матрацу. Твои глаза широко раскрыты, пульс замирает от внезапного прилива желания. Фактический Райнер превосходит воображаемого Райнера во всех возможных категориях. Он отпускает твои плечи, чтобы двигаться вниз по твоему телу. Злобное выражение появляется на его лице, когда он оказывается на уровне твоей киски. Ты напрягаешь мышцы, ожидая, что он сделает тебе куни, но он этого не делает. — Продолжай, — говорит он, бросая на тебя взгляд, — ты можешь продолжать. Ты качаешь головой, смущенная. —Что? Ты что, не можешь нормально мастурбировать? Я думал, что ты достаточно плохо обращаешься с вибратором, но это просто грустно. —Ты ужасен. — Шепчешь ты, крепко сжимая челюсти. С неохотой ты возвращаешься к тому, что делала, пальцы находят свое место и трутся о твой клитор в медленном ритме. Однако, когда Райнер действительно наблюдает, ты не можешь сосредоточиться на своих ощущениях, слишком отвлекаясь на него. Он смотрит самым осуждающим, покровительственным взглядом, который глубоко ранит тебя. Твои глаза закрываются. Хотя ты пытаешься сделать вид, что получаешь удовольствие, внутри ты просто молишься, чтобы он взял верх. —Нет, ты делаешь это неправильно, — говорит он, — если ты думаешь, что я прикасаюсь к тебе именно так, то ты очень далека от правды. — Заткнись. — Бормочешь ты. Ты продолжаешь со значительно меньшей уверенностью, пока через минуту он говорит снова. —Хорошо, это жалко, я сделаю это. Ты резко открываешь глаза, когда чувствуешь что-то невероятно чуждое. Райнер берет тебя за руку, кладя свою ладонь поверх твоей. Он двигает твоими пальцами, прижимая их к твоему болезненно набухшему клитору. Твои глаза закатываются, чувствуя, как напряжение быстро нарастает. —Всё, вот так, у тебя так хорошо получается. — Сначала его голос звучит как искренняя похвала, но с учетом контекста он определённо издевается над тобой. Твое дыхание становится совершенно неровным, когда он берет на себя управление движениями. Кончики пальцев впиваются в тебя, и на секунду ты хватаешь ртом воздух. Это может быть самая эротическая вещь, которую ты делала с кем-либо раньше, это кажется таким неправильным во всех отношениях. —О боже, Райнер… Это так чертовски хорошо. — Выдыхаешь ты, забывая на секунду, что не делаешь комплименты людям, которых ненавидишь. Грань так близка, еще секунда и ты достигнешь своего максимума. — Ты близко, не так ли? — Спрашивает он, и ты не уверена, следует ли это воспринимать риторически или нет. —Да, черт, так чертовски близко. —Ты уверена? — Продолжает он, двигаясь грубее. —Да. —Точно? — Да, черт возьми, да! — Ты в полном отчаянии кричишь в ответ. Твое нутро сжимается практически до боли. Ты так близка к краю, это сводит с ума. Райнер чуть-чуть подталкивает тебя к оргазму и в последнюю секунду отводит обе твои руки назад. —Очень жаль. Твои глаза расширяются, когда он смотрит в ответ. —Ты не серьезно! Почему? Почему? — Ты стонешь. — Было так чертовски необходимо останавливаться? Он тянет твои пальцы к своему рту, пропитанные твоей влагой, пока ты смотришь. Ты задыхаешься, когда он начисто вылизывает твои пальцы, так эротично лаская их языком, смотря тебе прямо в глаза, что ты можешь умереть от счастья, увидев это зрелище. Он вытаскивает их изо рта и говорит. —Извини, я просто хотел попробовать. Ты чертовски вкусная. — Он делает паузу на секунду. — Я думаю, что мой член был бы счастливее, если бы ты кончила с ним внутри себя, звучит мило? Твой рот открыт от удивления. Как на это реагируют люди? Во-первых... этот комплимент будет жить в твоей голове бесплатно до скончания века, а во-вторых, ты не сможешь сформулировать —«да, пожалуйста, трахни меня» в грубом смысле. Он ясно замечает твое молчание. — Не хватает слов? Какая прелесть, я заставляю тебя стесняться, — говорит он злым тоном, —было бы просто восхитительно, если бы я занимался с тобой сексом сейчас, но эй, если ты не хочешь, я думаю, я потерплю это. Райнер поворачивается, чтобы встать, и ты срочно его останавливаешь. —Нет! Хорошо, хорошо, я хочу этого. Трахни меня, Райнер… пожалуйста. —Так-то лучше. — Говорит он. Внезапно Райнер переворачивает тебя и толкает на живот. Воздух на мгновение вырывается из твоего горла, когда он прижимает тебя к земле, оставляя тебе несколько секунд, чтобы подставить колени под себя, прежде чем он встанет в нужное положение. Ты чувствуешь, как колотится твое сердце, когда он входит в тебя. Ты кричишь в ответ, это потрясающе, но в то же время так больно, как никогда раньше. До сих пор ты понятия не имела, насколько нежной ты стала после прошлой ночи. Даже на грани оргазма боль почти невыносима. Везде ноет. Он трется о твой клитор при каждом движении, подавляя тебя своими ощущениями так сильно, что ты не можешь не вскрикнуть в ответ. —Т/И? — Спрашивает он почти нежно. Почти. Нет, он говорит в полном разочаровании. — Что-то не так? Ты быстро качаешь головой, не желая показать ему свою слабость или действительно дать ему повод заботиться о тебе. Повезло, что он не может видеть выражение твоего лица прямо сейчас. —Тебе больно? — Спрашивает он. —Нет. — Отвечаешь ты сразу, как будто ответ был заранее спланирован. —Хорошо, тогда…— Райнер еще больше толкает твои бедра вверх, меняя угол, когда он входит в тебя сильнее, полностью наполняя тебя с каждым движением. — Я могу сделать это? Ты дергаешься, выгибая спину при смене позиции. Интенсивное удовольствие проносится как грузовик, заставляя твои мышцы напрягаться. Как может что-то такое хорошее причинять такую боль? Он пронзает твои внутренности, его голос хрипит, когда он глубоко входит. Слова, которые вылетают из твоего рта, совершенно неразборчивы, представляют собой набор тарабарщины и ругательств. —Могу я? — Говорит он, услышав твои болезненные звуки. Ты втыкаешь ногти в подушку рядом с собой, держа ее так, будто держишься изо всех сил. —Да. Он определенно может сказать, что тебе больно, и нет причин, по которым он стал бы проверять тебя таким образом, если бы не мог. Райнер кажется почти оскорбленным: —Ты думаешь, это приятно? —Да. —Глупая сука. Он двигает бедрами, двигаясь сильно, но медленно, почти дразня. Ты чувствуешь каждое движение, он так глубоко внутри тебя, и это дурманит твою голову. Удовольствие становится слишком большим, когда движения твоего клитора усиливаются, становятся резкими и быстрыми. На секунду у тебя перехватывает дыхание, ты совершенно не в состоянии что-либо сделать или сказать. —Бля, блять! Ладно! Я не могу этого вынести. — Кричишь ты. Ты прижимаешься лицом к подушке перед собой, смягчая звуки, исходящие из твоего рта. —Да, можешь. Возьми сейчас. Мне все равно, убейся, но ты возьмешь это. Ты чувствуешь, как напряжение, скручивающееся в твоем теле, быстро нарастает. Даже мысль о том, чтобы кончить в таком состоянии, немного пугает тебя. Усилится ли боль после этого? —О боже, ты ебаный мудак... — Ты пытаешься игнорировать напряжение, толкая его глубоко вниз, чтобы не допустить оргазма. —У тебя был шанс отступить, теперь, черт возьми, делай что надо! — Он стонет через слова, дыхание совершенно беспорядочно. — Хватит уже сдерживаться, кончи для меня. Сделай это. Ты больше не можешь сдерживаться и, наконец, позволяешь себе ощутить кайф. Все твои мышцы разжимаются от внезапного идеального расслабления, когда ты достигаешь оргазма, ноги дрожат, глаза скрещены в полном экстазе. Твое тело неконтролируемо судорожно дергается, а Райнер продолжает трахать тебя, вытягивая из тебя ощущения как можно дольше. Он достигает своего собственного удовольствия, вытягиваясь, чтобы выпустить свою сперму на простыню с хриплым стоном из горла. Прежде чем кто-либо из вас что-то скажет, требуется целая минута или около того тяжелого дыхания. — Ах… это было… что-то. — Хрипло бормочет он себе под нос. Твоя голова все еще кружится как сумасшедшая, застряв на седьмом облаке, когда ты поворачиваешься назад, чтобы посмотреть на него. Его лицо скользкое от пота, а волосы спутаны. — Да… — Еле слышно шепчешь ты. —Боже, ты выглядишь такой разлохмаченной. — Говорит он, передвигаясь и ложась рядом с тобой. — А чья… чья это вина? Он поднимает бровь. —Твоя собственная за мастурбацию рядом со мной. Чего ты ожидала? —Не... это... Ты полностью истощена, как он вообще может функционировать после этого? Он выдыхает, раздраженно глядя на твое измученное тело. —Знаешь, Т/И, я бы извинился за то, что сильно на тебя надавил, но, если честно, мне все равно. —Как мило. — Говоришь ты. —Спасибо. — Отвечает он совершенно скучно, без настоящей благодарности. —Ты устала? —Ага. —Достаточно устала, чтобы спать? —Нет. —Хорошо, тебе нужен душ. И почистить зубы. Серьезно. —Спасибо, ты чертовски помог. — Ты с прищуром смотришь на него. —Я определенно был «гребаным помощником», чтобы помочь тебе. — Райнер продолжает уже более мягким голосом. — Было действительно больно? Ты молчишь. —Будь со мной честной. — Говорит он. —Хорошо, да… да, сильно. Мне все еще очень больно. — И ты не призналась мне в этом, потому что? —Я думала, что если я это сделаю, ты остановишься, а я действительно хотела оргазма, что это за вопросы? — Ты собираешься перевернуться, когда испускаешь еще один вздох. — О боже, моя спина! Блять... —Ты действительно ужасна. — Вздыхает он, когда ты снова пытаешься перевернуться, он резко говорит. —Стой! Подожди, я должен тебе помочь. —Ладно ладно. Он встает с кровати и оказывается на твоей стороне в мгновение ока. Райнер прижимает одну руку к твоему плечу, а другую к нижней части туловища, снова медленно переворачивая тебя на спину. Ты издала тихий вздох. На мгновение встретившись взглядом с Райнером, он выглядит совершенно искренним. На самом деле это довольно редкое зрелище. Ты говоришь ему тихим голосом, как будто кто-то услышит твое доброе слово. —Спасибо. —Ты можешь двигаться? — Мягко спрашивает он. — Попробуй сесть. Ты подчиняешься; со стоном твоя спина снова поднимается вверх. Движение вызывает приступы боли по всему телу, но это достаточно терпимо. Ты можешь пройти через это. — Сейчас я в порядке, все хорошо. —Точно? — Скептически спрашивает он. —Да, мне больше не нужна помощь. — Ты быстро уходишь от разговора, становясь сосредоточенной и со стабильным тоном. — Слушай, мне нужно принять душ сейчас. Ты можешь приготовить себе еду, или кофе, или что-то еще, мне действительно все равно. Чувствуй себя как дома. —Хорошо. *** Ты только выходишь из ванной, плотно обернув полотенце вокруг себя, когда к тебе подходит Райнер. Он держит бутылку в одной руке и печально хмурится. — Ложись на диван. — Говорит он, глядя на тебя сверху вниз. Ты застигнута врасплох внезапным приказом. — А зачем? —Просто сделай это, ляг на живот с полотенцем под собой, поняла? — Когда ты не двигаешься, он разочарованно объясняет. — У тебя болит спина, я тебя помассирую. —Это не обязательно. — Почти уверен, что да. Я вышиб тебе спину. —Я уже говорила тебе раньше, я в порядке. Мне это не нужно. — Ты чувствуешь, как горят твои щеки. Когда он будет тебя гладить, ты потратишь все время, пытаясь перестать издавать звуки, это будет полная противоположность расслаблению. —Ты ужасна. Ты серьезно отказываешься от массажа? — Он смотрит на тебя как на сумасшедшею. —Когда ты делаешь его, может быть. — Давай, — он опускает брови, — послушай, я не принимаю ответа «нет», так что просто ложись на диван. Он тебе нужен. Ты выдыхаешь. —Хорошо. Райнер ведет тебя к дивану в нескольких шагах от вас. Он делает шаг назад, вставая, когда ты снимаешь полотенце и прижимаешь его к себе. Ты вспоминаешь о том, как сильно болит твое тело, когда ложишься, боль проходит через все мышцы, когда ты прижимаешь голову к подушкам. —Я нашел немного кокосового масла в твоей комнате, оно теплое, постарайся не вздрагивать, когда я им пользуюсь, хорошо? — Он звучит спокойно и сосредоточено, когда говорит. —Ммм. Ты чувствуешь его внезапные, теплые руки, пробегающие по твоим лопаткам медленными, грубыми движениями. Твои веки трепещут от ощущения, что-то в этом есть такое совершенно чувственное, что ты не можешь нарадоваться. Напряжение стекает с твоего тела за считанные секунды, высвобождаемое сильными поглаживаниями. —О… как мило… — Бормочешь ты, не задумываясь. —Помоги мне, скажи, где напряжение. —Хм? О… центр моей спины. Тепло распространяется вниз по твоему телу, двигаясь по позвоночнику медленными, болезненно эротическими движениями вперед и назад. Он садится примерно посередине и двигает руками по кругу, резкими и медленными движениями, которые, кажется, сводят вас с ума. —Здесь? — Он спрашивает. —Чёрт...— Ты судорожно выдыхаешь. — Чуть ниже. Тепло уходит всего на дюйм вниз. Через секунду все твое тело пронзает боль, когда он находит болезненное место. Такое ощущение, что он только что ударил тебя прямо в самое ушибленное место, и хотя ты знаешь, что это не так, ты не можешь не обидеться на него. —О, черт! — Ты стонешь в ответ. Выдыхаешь его имя изо рта, как будто умоляешь его. —Райнер... — Эй, эй, все в порядке, — говорит он новым мягким тоном, — должно быть больно, так это работает. Твой голос звучит как шепот: —Немного тише, пожалуйста. —Конечно. Его прикосновения становятся менее грубыми, когда он движется медленнее. Боль все еще есть, но уже не такая, даже притупленная. Он делает паузу на секунду, чтобы нанести еще масла, прежде чем вернуться, растирая круговыми движениями твою спину по середине. —Как я и думал, у тебя есть напряжение в грудном отделе. Это часть твоего позвоночника, которая может болеть, когда у тебя первая тяжелая тренировка. Так что это определенно на мне. — О чем ты вообще говоришь? — Бормочешь ты, плотно закрыв глаза от боли. — С каких это пор ты стал массажистом? —Я тренируюсь, Т/И, эти знания в порядке вещей. — Говорит он. — Я восстанавливаюсь по-другому, когда мышца разрывается, и это чаще всего происходит во время тренировки. Мне нужно точно знать, где находится напряжение, чтобы вылечить его. Зик проинформировал меня об этом. Райнер, кажется, точно знает, когда боль ослабевает, поскольку с течением времени он трет все сильнее и сильнее. Ты начинаешь чувствовать, как боль уходит, сменяясь нежным удовольствием. —Правильно… о дерьмо. Это определенно работает. —Ага? —Ага, — выдыхаешь ты, — это потрясающе, боже... Нет, это слишком приятно, чтобы быть обычным уходом за телом, это само по себе достаточно чувственно для прелюдии. Ты не можешь понять, почему он готов тратить свое время на то, чтобы тереть тебя. Как массаж может помочь ему? — …Райнер, скажи мне, зачем ты это делаешь? —Ну, я всегда забочусь о тебе, даже несмотря на то, что ты проклятие моего существования. Если я облажался с кем-то, я должен помочь им потом. Это часть моей морали. —Ну, не было ничего морального в том, что ты трахал меня сегодня утром, когда знал, что мне больно. Он говорит самодовольным голосом: —Тебе понравилось. — Итак, зачем ты это делаешь? —Хм? —Почему ты занимаешься со мной сексом, если ты меня так ненавидишь? — Ты вздыхаешь от напряжения. — Ты мог бы иметь практически любую женщину, какую захочешь, и все же ты выбрал меня. А я только и делаю, что бешу тебя до чертиков. Ему нужно время, чтобы ответить, и ты ждешь его слов. Это объяснение ты хотела услышать с тех пор, как он поцеловал тебя в ответ. Зачем Райнеру Брауну, буквальному Бронированному Титану, тратить свое время на суку, которая явно ненавидит его? —Когда я сплю с людьми, которые мне нравятся, у меня есть ограничения, — отвечает он, — у меня извращенная психика, я садист в душе; я хочу причинять людям боль. Но во время близости я не могу, такое тревожное дерьмо, которое я хочу сделать с ними, просто испугает их. Никто не хочет, чтобы его использовали, как бессмысленную тряпичную куклу. Люди хотят чувствовать себя любимыми и уважаемыми. С кем-либо еще я спокоен, потому что я не хочу серьезно навредить тем, кто мне небезразличен. — А со мной? — Ты сейчас лежишь здесь и страдаешь от боли, потому что я разорвал тебе спину, что ты думаешь? — Спрашивает он. — Меня бы не заботило твое благополучие, даже если бы я попытался, и я знаю, что твоей испорченной, мазохистской голове тоже наплевать. С тобой я становлюсь кем-то совершенно другим, и мне это нравится. Странным образом... Есть что-то такое успокаивающее в том, чтобы выплеснуть на тебя весь мой гнев и наблюдать, как ты просто берешь его... и хочешь большего. Блять, это сводит меня с ума. — Какое откровение. Кто бы мог подумать, что мазохист и садист станут хорошей парой? — Ты ухмыляешься. — Похоже, тебе лучше, — усмехается он, — послушай, что бы у нас ни было, это, вероятно, не полезно для нас обоих. Но, черт возьми, я не хочу, чтобы это прекращалось. —О Боже, я тоже. Как ты можешь быть одновременно и худшим человеком в мире, и постоянно меня доставать? Не могу поверить, что собираюсь сделать тебе комплимент, но, черт возьми, ты буквально сводишь меня с ума. Он говорит беззаботным тоном: —Мы оба сумасшедшие. Райнер внезапно берет тебя за плечи и переворачивает на спину. Движение резкое, но на удивление не так болезненно, как раньше. Твои глаза находят его, когда он опускается на колени на землю, обеспечивая зрительный контакт. — Итак, все решено, враги днем и любовники ночью, — говорит он, бросая на тебя холодный взгляд, — мы никому об этом не говорим и точно не мешаем друг на другу в рабочее время. До и после этого ты моя. Ты согласна? — Не знаю, ты действительно этого хочешь? — Самодовольно спрашиваешь ты, дразня своим ответом. — Или ты собираешься пообещать мне это и по-прежнему отказываться трахать меня, как на прошлой неделе? —Я больше не буду лгать, — он сужает глаза, — и что я сказал об этом выражении? Ты радостно отвечаешь: —Использовать его. Целый день, каждый день. Он качает головой. —Боже, я тебя ненавижу. —Я ненавижу тебя больше. *** Райнер собирает вещи примерно через час. Он был джентльменом, заправил твою постель, пока ты варила кофе, хотя ему все же удалось немного сбить твое самолюбие, безостановочно жалуясь на свой напиток. Оказывается, этот психопат любит кофе без кофеина. Сейчас он у двери, и ты его провожаешь. —Ну, это были странные двенадцать часов, — говорит он, — я должен сказать спасибо, что открыла дверь прошлой ночью, если бы ты этого не сделала, я, вероятно, выбил бы ее. —Мне было приятно. — Саркастически отмечаешь ты. —Это определенно было так, — улыбается он про себя непристойной шутке, — также Т/И, пообещай мне кое-что, прежде чем я уйду. —Да, да, конечно. Если это разумно. —У тебя будет оргазм с помощью вибратора, и ты будешь думать обо мне. Твои щеки краснеют. —Ну, э-э... Я не могу этого обещать. Если мое тело не будет сотрудничать. —Это не средство сотрудничества, ты либо делаешь это правильно, либо неправильно. —Хорошо... —Я думаю, что я показал тебе довольно хорошую демонстрацию. —Ты думаешь, ты помог мне, вонзив его в меня? Пожалуйста, я могла бы избавиться от себя без твоей маленькой «демонстрации». Его глаза темнеют. —Ты эгоистка. —И ты обожаешь это. — Ухмыляешься ты. Райнер вздыхает, качая головой, и поворачивается к двери. —Послушай, мне нужно, чтобы ты сказала мне, когда почувствуешь себя достаточно хорошо, чтобы снова заняться сексом. Просто продолжай использовать свою игрушку и проверяй, стало ли лучше. — Ладно, наверное. — Ты слегка пожимаешь плечами. Он держит дверь открытой. —До свидания, Т/И. Увидимся завтра. — Говорит он. — Да, увидимся завтра.