Правящие миром

Академия «Галар» была нейтральным учебным заведением, хоть и располагалась на территории Парагонии. Из-за сокращения в военных частях, страны нанимали ее курсантов, чтобы прикрывать тылы во время сражений и осуществлять пограничный контроль на ряду с солдатами. За свою деятельность академия зарекомендовала себя, как одна из лучших площадок для подготовки к военному искусству и поэтому наниматели готовы были платить весьма крупные суммы. Курсанты же могли выслать запрос на служение в ряды той армии, в которую желали попасть. Невиданный шаг к свободе на одном из самых несвободных поприщ жизни. Хотя изначально ни о какой войне речи не шло. Академия была создана Йозефом Пэмберли с целью изучения неба и небесных явлений. Общество восприняло эту идею с недовольством. Небо — это дом для Великой матери и её медвежат и тревожить ее покой — значит навлечь на себя проклятье и призвать дух мстительной лисицы. Со временем участившиеся военные конфликты вынудили академию перейти на армейские рельсы и идеи о покорении неба были отложены. Родная семья предала идеалы Йозефа, но это заметили лишь тогда, когда его тело нашли подвешенным к потолку собственных покоев…

***

Северо-западная граница между Парагонией и Краксом стала точкой наиболее частых столкновений между армией республики и королевства. Ослабевшая еще при короле Фредерике Пэмберли, а затем при приходе к власти Совета Семерых, солдаты Парагонии стали грушами для битья со стороны более агрессивных солдат Фэрроу. Совет сначала заявлял, что ответит на агрессию агрессией, но, когда ресурсы содержать армию достойно кончились, он стал добиваться переговоров с королем Томасом Фэрроу. Солдаты были предоставлены сами себе, и чтобы остаться на плаву, собрали собственными усилиями сумму, необходимую, чтобы нанять курсантов академии. Директор, Роберт Краунсфилд, не заключает сделки с отдельными людьми, но оставаться вне мирового конфликта значит быть съеденным первым в результате созданного им хаоса. Девять курсантов были направлены на северо-восток в неприветливые земли между Парагонией и Краксом. Горячая горная местность королевства и сухая редкая на растительность земля республики оставляли мало возможностей для маневрирования и шпионажа. Отряд из солдат и курсантов приняли решение остановиться на привале в пещере на горе Ираиды. — Эти ублюдки с мечами совсем потеряли берега. С тех пор как их королева-сука оставила их, они как дикие псы кидаются на каждого, — рядовой Арэн был так поглощен своей яростью, что начал плеваться на своих слушателей. — Заткнись, Арэн. Если эти молокососы передадут твои свои слова своему руководству, мы станем трупами, — осадил рядового сослуживец. — Если мы молокососы, почему же все страны хотят нас? — высказался один из курсантов. Арэн покраснел, тяжело задышал и подбежал к молодому человеку, который тут же вскочил в ожидании атаки. — Да что ты знаешь о войне, щенок? — Арэн хотел было ударить наглеца по самодовольной роже, но тот перехватил его кулак в паре сантиметров от своего лица. — Довольно! — грубый голос сержанта Кермаха пресек дальнейшее кровопролитие. — К югу от нас есть река, маленькая, но нам хватит. Иди туда, Арэн, вместе с Сайласом и Кочерыжкой и пополни наши запасы. А ты, — холодный взгляд обратился к курсанту, — займись тем, ради чего ты здесь. — Пойдем, Джош, — мягкий голос однокурсницы прозвучал слева, и он почувствовал, как его, держа под руку, направляют в сторону выхода из пещеры. — Им сейчас и так непросто, а ты своим поведением лишь подливаешь масла в огонь, — сетовала девушка. — Они наняли нас, пусть хотя бы изобразят благодарность. К тому же, они, как солдаты, должны показывать нам пример стойкости и храбрости в дерьмовое время, но прошла уже неделя и все, что я слышал это нытье и недовольство. Так что, Йоне, не вижу смысла молчать. Пусть отдуваются, раз сами на это согласились. Будь королева Мия во главе армии, они бы даже пискнуть боялись! — О, да, твоя любимица определенно нагнула бы их всех, — заливистый смех эхом прокатился по стенкам ущелья. Джош попытался скрыть свое смущение за улыбкой. Военная карьера никогда не была для него вариантом — отец настоял. Он бы и продолжал считать это пустой тратой времени, периодически пакостничая в академии и подрывая авторитет отца, если бы на политической арене не появилась она — Миам Мария Фэрроу. Пятнадцатилетняя принцесса, племянница правившего в те годы короля Артура Фэрроу. Когда конфликт между ними достиг апогея, король бежал с верными ему людьми, в то время как Мия собрала под своими знамёнами армию, все генералы во главе с главнокомандующим присягнули ей, а те, кто отказался был казнён. Дядя и племянница схлестнулись в битве на Пылающем поле. Мия вышла из неё победительницей. Поговаривали даже, что на ней не было ни единой царапины. После своего восшествия на престол, она заявила, что намерена отогнать «зажравшихся свиней в свои хлева». Жёсткая дисциплина в армии, увеличение налогов для знати и принятие людей на основе их умений, а не происхождения, с одной стороны, способствовали порядку в королевстве, а, с другой стороны, привели к тому, что троюродная сестра королевы, Катрин Фэрроу, воспользовалась недовольством элит и организовала дворцовый переворот. Мия не сопротивлялась и не сражалась, как она привыкла это делать. Она поступила так, как от неё никто не ждал — добровольно отдала корону и, не успев стать заключённой, в одиночку сбежала в неизвестном направлении. Одни говорили, что её на самом деле убили, другие, что она все спланировала, чтобы убрать Катрин, ведь в скором времени девушка пала жертвой интриг матери Мии, Тобианы Фэрроу, которая продвигала свою младшую дочь Мэделайн, а затем уже сама Тобиана была убита собственным мужем. Мэди же из-за неизвестной болезни была отправлена в Арклай, где и пребывает по сей день. Как бы то ни было, Джош, как и многие представители молодежи, был очарован Мией и её идеи казались важной ступенью в развитии общества. Впервые благодаря ей, он всерьёз стал задумываться о своем месте в этой жизни. Размышления привели его к выводу о желании вступить в ряды армии Кракса, чтобы добиться славы и признания и выйти из-под давления отца.

***

Военное небо отличается. Даже в солнечные дни серая дымка обволакивает землю, а запах гари и трупов словно сопровождает на каждом шагу. Если оружие не добьет врага, то это сделает его голова. Горный ветер освежал пещеру, давал дышать полной грудью, несмотря на медленно остывающую по ночам горную породу. Вскоре тихое сопение сменилось кашлем, и когда он стал невыносим, курсанты вскочили со своих лежаков. — На улицу. Живо! — скомандовал рыжеволосый юноша. — Где солдаты? — впопыхах спросил Джош. Курсанты остановились, резко обратившись к нему. — Они могли выбежать раньше, — предположила Йоне. — Тогда почему не предупредили нас? — пауза. — Это диверсия. Мы облажались. Курсанты переглянулись. Даже лучшие способны ошибаться. Вопрос Джоша застал их врасплох, а вывод заставил слегка паниковать. Они спорили по пути к вершине соседнего холма, было решено добраться до верха и разведать обстановку. Но Джош не стал дожидаться пока другие решат, в какую сторону выдвигаться, а сам, следуя своим ощущениям, направился к юго-западу к границе с Краксом. Фэрроу не берут в плен, но, если это происходит, предпочитают проводить допросы на месте, оставляя врагов умирать в одиночестве и без оружия. Джош бежал по горным ухабистым ущельям. Из оружия лишь кинжал и меч. «Не густо, но я справлюсь», — наивное утверждение, но на сомнения нет времени. Джош знает — остальные последовали за ним и двигаются параллельно ему. Значит в случае битвы, они могут окружить врага, и их ловушка может сработать. Курсантам академии запрещено заходить на чужую территорию, даже если солдатам под их защитой угрожает опасность. Джош стоял у самой границей Кракса. Один шаг и лес Игл станет его могилой. «Пятнадцать солдат бывшей могущественной армии и не смогли защитить себя, — немного успокоившись, мысли забегали сами собой. — Оружия рядом с их спальниками не было, значит им есть, чем защищаться…или было чем. — нет, такой мысли допускать нельзя. — Они там, я знаю, сражаются за свои жизни». Беглый взгляд на лес. «Ну, Великая Матерь, твой черед», — ехидная усмешка, и забег наперегонки со смертью начался. В лесу было жарко — глубоко под землей находилось месторождение лавовых камней и лишь густой слой почвы уберегал от расплавленной обуви. Голые чёрные деревья располагались так плотно друг к другу, что потеряться здесь можно было сразу на входе. Поговаривали, что эта земля стала последним пристанищем лисы. Она не успокоилась даже после смерти и стала заманивать созданий к себе, где они сходили с ума и убивали себя. Некогда цветущий сад превратился в безжизненную тёмную непроходимую чащу. Джош не был сумасшедшим и ему точно не послышались крики боли слева от себя. «Я знал», — кинжал был наготове. Но добежав до небольшой полянки в лесу, он понял, что теперь он вряд ли ему понадобится. Джош замер так резко словно сам стал каменным деревом. Он был готов к крови и трупам, но не к тому, что увидел. Твою мать…