Ты будешь моим

Ручки Санзу были привязаны к кровати крепким узлом. Харучиё пытался сопротивляться, но тело будто бы ослабло, он не понимал почему, но ответ долго не заставил себя ждать — не пытайся, у тебя ничего не выйдет.— сказал с улыбкой Хайтани. — В самолёте я вколол тебе одну очень интересную вещь. Хах.. милый Харуу~ теперь ты лишь в моей власти. Тебе не уйти и не убежать.. хах.. Ой, а хочешь ещё кое что расскажу.— у Рана на лице появилась улыбка, она словно бросала в дрожь, посмотрев в испуганные глаза голубоглазого он продолжил. — у нас тут серия миссий, а ещё я могу один туда ходить. Интересно прада? мы будем 2,5 месяца здесь. Я вдоволь поиграю — Р-ран.. ты сошел с ума.. хватит.. развяжи меня..— голос голубоглазого дрожал, но было ли это от страха или от действия наркотиков, понятно небыло. — Развязать? Зачем? Милый Харучиё, ты и представить не можешь что я задумался. Хочу посмотрите на твои слезы милый Харучиё~ Старший Хайтани взял катетер и вибратор. А после подошёл опять к кровати, достав из тумбочки смазку он повернулся к связанному и уже голому Харучиё — Ты готов?) Интересно как ты будешь извиваться от этого всего) И сколько ты продержишься?) Ран подошёл к шкафу и достал от туда кляп, слышать крики и мольбы о пощаде он не хотел. Одев кляп на Санзу тот взял катетер и резко вставил его в член парня под собой, послышалось мычание и попытки порвать веревки —Цццццсс.. спокойной солнышко, я же ещё не вставил в тебя вибратор. Так ты ещё и возбужден, неужели и вправду педик Хайтани нанёс смазку на вибратор вставив его в колечко мышц. Взяв пульт он начал вслух рассуждать — эй, Санзу, давай сразу на максимум? После этой фразы пульт был включен на кнопке максимум, парень выгнулся, а в уголках глаз появились слёзы. Ран же взял тепескопку и посмотрел на руки парня, они уже были стёрты в кровь. Пару ударов пришлись на руки, были слышны мычание прохожие на крики. После Хайтани решил перейти к ногам, удар за ударом, ноги уже были всё в крови, а всё тело до ужаса болело. Спустя два часа таких избиений Ран решил пойти на что-то более жестокое. Достав катетер и выключив вибратор, обладатель фиолетовых глаз развязал веревки —Встань.— голос был грубым. Но Харучиё не решился его слушать, сил совершенно не было Хайтани выводило это и он схватил парня за волосы и скинул с кровати

*********

Взмах. По комнате раздался громкий шлепок от удара об кожу телескопкой. Санзу не знал сколько уже пришло времени, но сейчас на его шее красовался ошейник. Он стоял посередине комнаты, во рту небыло кляпа, но за каждый звук приходил новый удар. Тело Хару было всё изранено и в крови, схватив парня за волосы тот закинул его на кровать. — я скоро вернусь не скучай без меня. - прошептал на ухо Ран. Санзу постарался сразу же не отключился, всё тело болело, а сил на сопротивление небыло. Хотелось бы чтобы это побыстрее закончилось, так что он встал и попробовать быстро убежать, но был замечен Раном. Не успев среагировать Хару уже ощутил удар по голове и вырубился. Ран Хайтани довольно сильно ударил его. Очнулся Санзу уже только через 3 дня, в пустой комнате, окна были в решетках, а дверь заперта, на его ноге была тяжелая кондола. Санзу не мог встать, в глазах слишком темнело. Но он понял что находятся они уже в другом помещении. Через несколько минут в комнату зашёл Ран с баночкой насекомых. — оу, Хару ты проснулся, значит я как раз вовремя Голубоглазый не мог вымолвить и слова. Насекомых он боялся и Ран это знал, он поставил банку перед его лицом. Эти все существа бегали в этой банке, мерзость. Банка открылась и от туда достали сколопендру. Эта многоножка является первичным активно-ядовитым «вооружённым» животным. То есть она способна вырабатывать зоотоксин в специальных железах и вводить его в тело жертвы с помощью ранящего аппарата. И хотя сколопендра не входит в список особо опасных животных, наличие жалящих средств говорит, что она хищник. Многоножка способна использовать зоотоксин как для нападения, так и для защиты. На практике это означает, что мелкие животные и насекомые, имеющие маленькую массу тела, страдают от укуса сколопендры больше всего. Хотя Санзу не относится не к первому и не ко второму, он был довольно худым. На него нейротоксическое действие яда проявляется адинамией, повышением слюноотделения, сужением зрачка, фасцикуляцией мышц, нарушением дыхания и координации движений. Ран поднёс членистоногое к соску парня и его моментально укусили, Санзу сначала пытался уйти, но упёршись в стену не смог ничего поделать. У Хару была выраженная жгучая боль в области соска, в месте где ужалила сколопендра. Появился отёк и гиперемия области поражения и окружающих тканей. Небольшое образование пузыря, как при ожоге, или гематоме. Распространение воспаления увеличилось на пару сантиметров. Появился кожный зуд, но Хайтани не дал двигать руками. После и вовсе решил из привязать к стене. Эти симптомы возникли из-за поступления токсина в кровоток, с последующим действием на нервную систему. По Харучиё было видно что у него появилась температура и общая слабость, боли в мышцах и суставах только усилились. Что было дальше Санзу помнит как в тумане. Но через несколько часов ему стало лучше, да и Ран прекратил это. К счастью или же это затишье перед бурей..? Хайтани вновь зашёл в комнату и нацепил ошейник. Эти двое куда-то пошли. Тяжело идти, гордо подняв голову, когда шею натирает тугой кожаный ошейник, а руки так стянуты за спиной, что немеют пальцы. Лучи солнца падали сквозь стрельчатые окна на натëртый паркет. Санзу, стараясь отвлечься. Его с силой толкнули в плечо, только сейчас он понял что из комнаты его вывел далеко не Ран, он не знал этих людей. Санзу инстинктивно попытался выставить руки, но верëвки лишь больно впились в запястья. Он полетел вперëд, но чудом удержал равновесие и остался стоять на ногах. —Милый Хару, это не вежливо, — раздался елейный голос и Харучиё, чувствуя, как опаляются щëки, поднял-таки голову. С возвышения на него смотрел Ран Хайтани. Тëмно-синие одежды подчëркивали его статную фигуру и подходили под цвет его узких, пронзительных глаз. Харучиё показалось, что его этим взглядом нанизали как бабочку на булавку. Голубоглазый услышал, как к нему вновь сзади подходят и упëрся ногами, чтобы они не смогли его поставить на колени. Он набрался решимости бороться с самим старшим Хайтани. — Парни, в этом нет никакой надобности, — остренько улыбнулся Ран. — Наш дорогой гость справится сам. Правда ведь, Санзу? Харучиё никак не отреагировал. Он чувствовал на своей спине тысячу взглядов, которые кололи его крохотными иголками, и весь внутри от них сжался. Но нет. Он не мог себе позволить опуститься перед этим выродком. Он не его раб! Наверное всё же укус что-то в нем поменял. Зрители замерли, на их лицах играли улыбки. Они перешëптывались — Ран умело разыгрывал представление. Притворно вздохнув, обладатель фиолетовых глаз спустился с своего места и подошëл к Санзу вплотную. Неожиданная острая боль пронзила его колено. Он еле сдержал вскрик и упал на колени, как подкошенный. Ран ударил его носком туфель прямо по связкам! Раздался оглушительный смех и улюлюканье. Прикусив губу от боли, Санзу тут же попытался встать обратно, но Хайтани щёлкнул пальцами и парни взяли розоволосого за плечи. — Так то лучше, — улыбнулся Ран и провëл рукой по шелковистым волосам Санзу.— тебе не стоит мне перечить мой милый, просто сдайся. Колено неприятно саднило после удара. Ошейник затянули ещë чуть-чуть сильнее, — Санзу попробовал его снять, но не вышло. Он винил себя, что не ответил ничего мелкому ублюдку и тогда доверился в самолёте, никак не задел его и тот добрых полчаса измывался над ним. Хару куда-то вели по длинному светлому коридору. Он уже давно запутался и не вырывался. Все его моральные силы были в абсолютном упадке. Еле сдерживающий смех парень раскрыл дверь и Санзу провели в небольшую комнату со столом в центре, парой стульев, шкафов, дверью, ведущей куда-то и крюком будто для люстры. От крюка цепь тянулась и наматывалась на катушку с ручкой, прикрепленную к стене. Неожиданно, один из перней схватил цепь с карабином и поднëс парням — у Санзу всë внутри замерло. Он же не собака! Не дворняга, которая сидит перед будкой, трëтся пузом, когда видит хозяина и заливается лаем! Сегодня посадят на цепь, а завтра что? Заставят лаять? Он попытался вырваться, но сил не хватило. Санзу устал и обмяк в руках одного из парней, он не хотел, но и сопротивляться не мог — Слушайте, не надо… — стараясь не звучать жалобно, сказал Хару. — Я, честно, никуда не убегу. К его содержанию, это не помогло. Один парень крепко держал его, а второй присоединил и закрепил на замок цепь и ошейник. Второй же подошëл к механизму: покрутишь ручку и цепь натянется. — Вы же меня не повесите? — осторожно спросил Санзу. Неожиданно его дëрнуло вверх, перехватило дыхание, но парень, развязав ему руки, и отпустил его. Так он остался один на один с собственными мыслями. Он растëр побелевшие руки и тут же попытался снять цепь с крюка, встав на стол. Попытался отцепить еë от ошейника или дотянуться до ручки механизма. Но не вышло. Но сдаваться он не собирался. Что он только не делал, но в итоге пришлось смениться. Голубоглазый принялся ждать. Ждал долго. Даже вырубался от усталости, положив руки под голову, как школьник. Сколько прошло времени? Окон в комнате не было, часов тоже. Судя по тому, как хотелось есть — часов восемь. Прождав где-то ещë столько же. Живот сводило, а голова туго соображала. К тому же во рту пересохло, будто он весь день шёл по пустыне. За стакан воды из любой канавы, даже сточной, он бы многое отдал. Но никто не приходил. Спать, мучимый жаждой, он уже не мог. Ходил кругами вокруг стола, приоткрыв рот и втягивая прохладный воздух. Так, казалось, было чуть-чуть легче. С помощью стула он смог наконец-то открыть дверь в другую комнату: там была ванная. Но дойти до туда он никак бы не смог. Звенья натягивались, ошейник душил, но результата — ноль. Неожиданно, дверь открылась и на пороге появился парень с подносом. Санзу уж подумал, что сейчас он поставит еду и (ура!) графин с водой на стол, но не тут то было. Парнишка с чопорным видом подошëл к полке, прибитой к стене и поставил туда. Харучиё знал, что не сможет до туда дотянуться. Но хуже того, следом в комнату вошëл старший Хайтани. — Хару, как ты? Ох, бедняга, бледный то какой. Кушать небось хочешь? Санзу, пересев на стул, постарался не обращать на него внимания. Спустить же взгляд с еды ему никак не удавалось. — Хочешь, я знаю. И пить тоже. Ты уже целый день без воды. Ран подошёл к механизму цепи и подкрутил его, чтобы Санзу точно не достал поднос. Потом, подойдя к полке с едой, он демонстративно вытащил кусочек сочного мяса и съел. У Санзу внутри ухнуло, и он сглотнул. — Хочешь? — Хайтани протянул на руке второй такой кусок. Санзу старался спрятать голодный взгляд, но у него не вышло. — Тогда придëтся подчинится. — Не дождëшься. — фыркнул парень. — Ну, почему же. Завтра от жажды ты взвоешь, а послезавтра и выть-то будет тяжело. А я терпеливый. Санзу поглядел на Рана и тот елейно улыбнулся. Пить ужасно хотелось и он… и он… был на многое готов ради еды и воды. — Вот умница. Давай, встань на колени вот тут, — он показал перед собой. Почему? Почему опять это? Сердце быстро забилось, а щëки загорелись. Санзу хотелось гордо послать Рана нахуй, но инстинкт самосохранения подталкивал к подчинению. Сердце билось быстро, а щëки горели. Он не хотел возвращаться к тому что было раньше Парень встал со стула на деревянных ногах и, стараясь не думать, что делает, сделал шаг вперëд. Горло пересохло страшно, и он сухо откашлялся. А тут еда. И вода. Ран его не торопил. Его даже забавляла эта медлительность. Забавляло, как Санзу отвëл взгляд, как зажмурился и с обреченным видом склонился перед ним. Жалкий. Даже не попробовал сопротивляться. — Руки за спину, — приказал Ран. — Молодец. На. Он протянул на вытянутой ладони кусочек мяса. Как собаке или другому любимому питомцу. Санзу протянул было руку, но Ран тут же спрятал еду за спиной и рассмеялся: — Давай же, не глупи. Санзу и так был унижен ошейником и позой. Ещё и то что случилось буквально неделю назад.. Но ещë и это… Он чувствовал запах, на языке играл приятный вкус. Санзу подчинился: наклонился и аккуратно взял кусок в зубы и, без рук, проглотил. — Принцип понял? Тогда ешь, — Ран поставил тарелку с акуратно нарезанным мясом на пол перед своим пленником. — Чтобы было удобнее, можешь выставить руки. Санзу тупо смотрел на миску. Хорошо, что на ней хотя бы не была нарисована косточка или кошачья лапа. Хотя зная Рана он мог это сделать. Сочные листья салата, зелëный огурец и ароматное мясо… Неожиданно Санзу почувствовал давление на затылке и то, как его тыкают в миску лицом, как котëнка мордочкой. В нос чуть не попал кусок салата. В рот набилась зелень. Он зажмурился и попытался подняться, но его держали очень крепкие руки. Он открыл рот и принялся есть, чуть не поливая еду слезами. Санзу чувствовал, как унизительно задран его зад, и как его спину коленом прижимает Ран. Когда он дожевал половину, Хайтани его отпустил. И, к своему ужасу, Харучиё продолжал. Он не поднимал голову от еды, хотя было тяжело глотать. Жевал, слыша, как хрустит салат. — Пей, — в полупустую миску фиолетовогдазый долил воды до краëв и овощи частью всплыли, а частью остались на дне. Но Санзу был так измучен жаждой, что наплевал и выпил почти всë, немного расплескав вокруг. — Дочиста! К стенкам прилипла петрушка и сок от салата, вперемешку с водой, оставался на донышке. Розоволослму не осталось ничего, кроме как вылизывать тарелку языком. — Хороший мальчик.