They love

***

Дэвид сидел на кровати, неуклюже скрестив щиколотки, пока бедра его были немного разведены. По квартире гулял сквозняк, заставляя время от времени невольно ежиться. Темная лента приятно давила на виски, веревки на запястьях отрезвляли. Ваймак нахмурился, когда из коридора послышались знакомые тихие шаги. – Все в порядке, Дэвид? - родной, спокойный голос помог расслабиться. Ваймак шумно выдохнул, кивая. Звенящая тишина неприятно давила, и тогда мужчина хрипло заговорил, не оставляя попыток разглядеть что-то сквозь повязку: – Зеленый. Сойдет. Иди сюда, - он издал смешанный, сдавленный звук, ощущая, как до щеки дотронулись аккуратные мягкие пальцы. Подушечки любовно переместились прямо по контуру нижней челюсти, покрытой колючей щетиной. Мужчина торопливо облизал губы и замер, не желая спугнуть всю интимность момента. Прошло где-то с полминуты, когда пальцы исчезли, а к покрытому тонкими морщинками лбу прижались чужие ласковые губы. Эбби что-то с нежностью прошептала, осторожно проводя кончиками пальцев по напряженно перекатывающимся плечевым мышцам. Юрко скользнул язык меж открытых уст, легко коснувшись подставленного открытого горла. Дэвид слепо поддался вперед, проглатывая всю нецензурную брань раньше, чем она сумела бы сорваться с непослушного рта. Внезапная тяжесть приятно сдавила колени. Ваймак удовлетворенно выдохнул, осознав, что возлюбленная была полностью нагой. К щекам тут же прилила кровь, мужчина зажмурился, пускай в этом и не было надобности – глаза надежно скрывал шелк. Чужая ладонь аккурат накрыла эрекцию, когда Дэвид уже начал сомневаться в выбранной позе. Пальцы плотным кольцом обхватили у основания, сухая рука на грани болезненного скользнула по члену, заставив Винсента протестующе зашипеть. Уинфилд быстро исправилась, торопливо проведя по чуть влажным от эякулята фалангам кончиком языка. Вторая попытка оказалась гораздо более удачной. Большой палец так приятно устроился на открывшейся головке, что Ваймак не успел сдержаться, тихо, хрипло простонав нечто бессвязно смущенное. Под умелыми ласками мужчина разомлел, изредка позволяя себе нетерпеливо вскидывать сильные, сейчас покрытые испариной бедра навстречу. И Винсент действительно не учел того, что знающая его тело вдоль и поперек Эбигейл может остановить чувственные движения перед самой кульминацией. А она остановила. Остановила, заставив неуклюже выругаться и попросить о большем: – Дерьмо! Ох… Продолжай, пожалуйста, - он помолчал, насколько можно было задумчиво разглядывая темноту за прикрытыми веками. - Зеленый, дорогая, ты же знаешь. Дважды повторять было не нужно. Затылок заботливо накрыла чистая ладонь. Утонченные пальцы не крепко, но надежно сжали короткие жесткие волосы, а рука мягко надавила на гудящую от перевозбуждения голову. Уже через секунду мужчина был утянут в умопомрачительный, непозволительно правильный в это мгновенье поцелуй. Он был долгим и неторопливым – они оба правда хотели этого. Эбби снова обхватила его, только в этот раз вместо того, чтобы продолжить итак затянувшуюся ласку, легко оттянула, направляя член в себя. С шумным вздохом она опустилась, поспешно прижавшись губами к смуглому изгибу чужого плеча, дабы заглушить высокий, почти жалобный стон. – Желтый, - вдруг раздалось рычащее над ухом. Эбигейл было вскинулась, но была остановлена неуверенным протестующим кивком. - Нет… Нет, не останавливайся. Просто сними это с меня. Я бы, - Ваймак шумно сглотнул, изо всех сил стараясь сохранить остатки самообладания. - Я бы хотел видеть тебя. Пожалуйста, - Дэвид не услышал, ощутил, как расслабленно выдохнула женщина и как медленно опустились ее плечи. Фаланги осторожно подцепили узел на затылке мужчины, ловко справляясь с ним и позволяя, наконец, увидеть. Винсент только проморгался, слепо щурясь. И все-таки она была бесподобна. Его Эбби. Его любимая, ласковая богиня. Она восседала на нем ровно, по-красивому прогнувшись. Не шевелилась, давая вдоволь насладиться моментом. Её большие шикарные глаза смотрели со свойственным только им прищуром. Ваймак буквально кожей ощущал её теплый взгляд. И, конечно, он не продержался долго, вскоре торопливо двинув тазом в приглашающем жесте. А Эбби и не отказалась, продолжительно, на грани стона выдохнув прямо ему на ухо, задвигалась в уверенном размеренном темпе. Теперь веревки, крепко стискивающие запястья за его спиной, не казались такой уж плохой идеей. Дэвид и сам не понял, когда все смешалось в сплошной эрегированный комок напряженных нервов. Не понял, когда слабые стоны слились в унисон, а сердца начали попадать в один ритм. Хотя, конечно, это было закономерно. У них все всегда было закономерно, но от этого постоянства почему-то совсем не было тошно. Ваймак любил ее всеми недрами своей искалеченной души. Он кончил, задушенно, сухо всхлипнув куда-то Мари в шею. Ей вполне хватило пару мощных движений, чтобы довести и себя до исступления. Винсент не успел заметить тот момент, как выпутал свои руки из веревок, но он держал женщину в теплых объятиях все то время, пока дрожь в чужих бедрах, наконец, не утихла. Эбби позволила бережно утянуть себя на кровать, а потом мягко обняла его, привалившегося рядом, в ответ. Винсент хрипло, довольно замычал, шепча: – Это и правда было не так плохо, - глаза мужчины беспорядочно бегали по любимому лицу, запоминая и впитывая каждую уже давно знакомую мимическую морщину. - Я люблю тебя, - заветные три слова. Он произносил их так часто, что уже сбился со счета. – Я люблю тебя больше, - Эбби поцеловала Ваймака раньше, чем он успел бы возразить. Они любят.