Алая клятва

«Вот и наступил этот день.» Ежемесячное собрание умбр, его перенесли на пару дней, ведь скоро ожидалось полнолуние. Любой умбра мог попросить о смещении даты, если был уверен в истинности своей пары. Обычно, днем проходит собрание по бытовым вопросам, а вечером приходят уже все, для разговоров тет-а-тет или просто повидаться с сородичами, ведь это единственное место, где умбры чувствуют себя в безопасности. Это здание никогда не стоит на месте, только приглашенный туда может его найти. Общий гул прервал звон колокольчика: — Дамы и господа, прошу разойтись по местам. Одовакар Варго хочет сделать объявление. Язвительный шепот разнесся по комнате. Единорог вышел на «арену» не обращая внимания на «диких зверей», слабость недопустима. «Шизойд вернулся, видимо такую же полоумную себе нашел!» «Спустя шестьдесят лет жениться! Решил своей рухлядью тряхнуть.» — Благодарю. Итак, как вы все знаете, я нашел себе прекрасную даму и хочу заключить брак. И хочется спросить луну, предназначены ли мы друг другу. Независимо от результата, я тверд в своем решении. — в зале царила тишина, но токсичная атмосфера угадывалась с одного взгляда. Одна темная комната без единого источника природного света чего стоила, только еле горящие кристаллы. — Прошу прощения, князь, а где же ваша спутница? — тут толпа словно начала переглядываться. «А вдруг шизик совсем чокнулся и один пришел?» — токсичная шутка вырвалась из плена шуршания. — Она не хотела смущать вас своим присутствием. Дорогая, появись пожалуйста. — ему было все равно, главное его любовь здесь и скоро они станут супругами навечно. А убогая чета пусть смеется над своей никчемной жизнью, в которой строить козни единственное удовольствие. «Вот и наступил этот момент. Я не хочу быть здесь. Почему я должна быть здесь с ними?» Среди теней дрогнул воздух обретя неровность, легкий ветерок прошелся по мрачной плитке к центру зала, из пустоты явилась антропоморфная пони словно из фарфора. Бледное тело удивительно сочетало серые шелковистые волосы собранные хрустальными веточками. Платье, словно из полупрозрачного мятного стекла с имитацией кружева. Оно было таким простым и таким сложным одновременно, прозрачная вуаль так изящно прикрывала плечи. Если бы незнакомка не двигалась, то никто бы не поверил, что эта смесь пони и какого-то неизвестного существа с эльфийскими ушами существует.* «Все нормально.» Впереди антро, что-то ослепило на секунду, это был доспех умбры напротив. «Нет.» Несмотря на эту внешнюю хрупкость, со стороны сразу была видна истинная суть. Девушка казалась массивным боевым оружием, если бы не объявленный статус, все бы думали, что он нанял себе охранника. По сравнению с женихом, Сильвия была в два раза крупнее и выше. Когда он стоял на всех своих копытах он был по бедро. Как она могла это забыть? Элементаль настолько привыкла к своему облику, что даже не замечала этого, но теперь неприятная правда остро била по и так расшатанному самочувствию. «Вдох. Ты справишься.» — кислород не дал ожидаемой бодрости, отразив острую режущую боль в горле, словно проглотивши песок: «Тут даже воздух отравлен!» — Приветствую всех. —апатично произнесла девушка положив руку на протянутое копыто жениха, ее глаза были настолько блекло-зелеными, что казались пустыми: — Я — Сильвия Имбер, подтверждаю согласие на брак и решение луны не повлияет на него. — звонкий сипловатый низкий голос разнесся по комнате, он был знакомым, но Сомбра не удосужился поднять скучающего взгляда. — Тогда, не смею вам запрещать, брак заключен. — хмыкнул священник, кинув короткий презирающий взгляд. «Вот и все.» В воздухе на миг мелькнул черный свиток с свидетельством о браке, который снова исчез, отправившись в архив: — Пусть ваша кровь соединится. — на конечностях пары образовались рубцы из которых проявились рубины*, падающие на пол. «Как же платье жалко» — увидев пятна на подоле Сильвия отвернулась. Все вокруг портилось, хотелось плакать. Атмосфера с каждым моментом душила все сильнее. Ей плохо. Зато Одовакар улыбался и не обращал внимание ни на что. — А теперь, прошу снять покров с крыши и объявляю первый танец молодоженов. — фамильярно произнес жрец указав на закрытую отделанную стеклом крышу. Умбры словно куча черных туч, расползлись вглубь тьмы, смешавшись между собой, теневые массы светящимися глазами смотрели на них. Она была чужой и они это знали, от такого внимания тошнило, как и от их эмоций, но нельзя было показывать и долю страха или слабости. Не будь это ее собственная свадьба, антро бы тут же выпрыгнула в окно. Четкий ритм музыки удивил, на вальс это было не похоже, скорее на танго, она где-то слышала эту мелодию…сталкерское танго! (Единорог был мастером в игре на органе и даже изредка сочинял мелодии поражающие своей нетипичной мрачностью и глубиной.) — Это ты попросил? — проскрипела девушка отдавшись на волю супруга поднявшегося на дыбы. Ей было не до танцев сейчас. «Представляю как это нелепо выглядит со стороны. Словно с собакой танцую.» — Я просто немного изменил мелодию, поверь, у нас песни не сильно отличаются, мы могли танцевать и под классическую органную музыку, но мне хотелось сделать что-то особенное, получился гибрид твоей любимой песни и готического вальса. Тебе нравится? — забыв о присутствии ханжеской толпы, единорог перестал скрывать радость и в открытую заигрывал с супругой. Столкнувшись взглядом с ожидающим ее вердикта мужем, она могла поклясться, если ответ будет отрицательным, синеволосый расплачется. В каком-то смысле, это было трогательно. Он так надеется на нее. Одовакар действительно жаждал этого момента. Может все действительно будет нормально и она нагнетает? — Да. Очень. Но ты помнишь слова этой песни? — Сильвия понадеявшись расслабилась в надежной хватке мага, теперь выносить брызгающую в их сторону желчь было куда проще. Только Одовакар занимал ее мысли. Умбра стал ее обезболивающим. — Я помню, но заберем оттуда лучшие части. Музыка продолжала звучать и в такт ей, молодой жених кружил невесту в танце, начиная напевать, несмотря на громкую симфонию она его слышала, но плохо видела из-за того, что проектор, который освещал их погасили. Хоть она и не боялась темноты, но множество светящихся презрением глаз, заставили нервничать снова. Бывшая Имбер просто хотела зарыться в грудь единорога и уйти от этой бурлящей мерзопакости поскорее, ведь чувство беспокойства терзало ее уже весь день и стоило на секунду забыться, оно возвращается. Сомбра. Сильвия пока не видела его в толпе, но знала, что скоро пересечется. I know, I know, I know — Знаю, знаю, знаю, I'm always in your place — Я всегда ставлю себя на твоё место. But don't you see, my dear — Но неужели ты не видишь, моя дорогая, I am your doppelgänger — Я твой доппельгенгер, (призрачный двойник)— несмотря на жуткий оригинал, эти слова были полны нежности и успокаивали, они пелись в другой манере, подобно колыбельной. Have your faith so — Так имей веру. — «веру в нас». Love me-love me-love me — Люби меня, люби меня, люби меня. — в глазах единорога было сладкое волнение, девушка погладила его щеку мягко улыбнувшись, наклоняясь в танце, но не достаточно низко, что бы упасть, ведь единорог ее не удержит. По крайней мере она так думала. — Люби меня. — снова шепнул он, сдерживаясь, чтобы не поцеловать Сильвию в шею. Это было его заветным желанием, но уже считалось слишком интимным действом и могло вызвать ожидание консумации, которая перерастет в дальнейшую оргию. Двое явно не желали, наблюдателей в первую ночь, а в особенности одного красноглазого, который явно не будет спокойно смотреть. More than you possibly can — Сильнее, чем ты, возможно, можешь. It's not that complicated — Это не так уж сложно, No matter what they say — Не важно, что они говорят,— обернувшись на секунду на зал он подчеркнул слова, гордо отвернувшись и глядя жене в глаза. И вот, момент истины, преграда свету полностью исчезла. Музыка затихла, настала тишина. Двое застыли не отпуская друг друга. Комнату посетил холодок от распахнутой крыши. — Геката — повелительница теней, владыка ночи и несокрушимых клятв, ответь же нам, связанны ли эти две души узами твоего брака?! — сокрушался жрец смотря вверх, небесное светило с необычайной скоростью скользило по небосводу, заглядывая на приглашение. Последовала череда неразборчивых слов и движений с кадилом, дым напоминающий ладан окутал комнату и устремился в небо, принося свои дары владычице ночи. Яркий лик луны озарил пару, буквально пару секунд и зал залило кровавое сияние. — Второй брак заключен! Эта пара является возлюбленными луны! «Может и лучше, если я не буду одна.» — неуверенно двинулись уголки губ элементаля. Музыка возобновилась и танец продолжился. Крепко обнявшись, вопреки движениям, Сильвия заметила, что их тела приобрели человеческую форму; — Почему я стала человеком?! — Ну вот, снова, подстава. Ее руки задрожали. — Луна имеет свойство обнажать душу, видимо внутри ты все еще человек. А я, не знаю. Мы же два сапога — пара. — Одокакар не выказывал никакого беспокойства, все шло по плану. Взглянув вниз, девушка обнаружила своего супруга босым, ну конечно, подкопытники же он не надел. «Почему он так легко справляется с ходьбой?» Кареглазый все так же легко скользил по паркету на цыпочках, явно желая сравняться с возлюбленной в росте. — Теперь он меня точно узнает. — словно молясь взглянула девушка в глаза мужа, Сильвия не желала снова пересекаться с бывшим сожителем. — Он даже не смотрит, не обращай внимания. — погладив девушку по щеке произнес Варго. — Тебе не больно? — элементаль не могла оторвать взгляд с нагих костлявых ног мужа, он тянулся к ней с такой силой, что казалось, сейчас поднимется как балерина на костяшки пальцев, которые и так побледнели от напряжения, а вены вздулись. — Ты о чем? — мулат не выказывал никакого беспокойства, но был напряжен в плечах. «Все будет хорошо. Мне просто нужно подавить его.» — Ходить босиком, все-таки это твой первый раз? — Нисколько, моя дорогая Си. Я должен привыкнуть, я хочу понимать какого тебе. — Но не обязательно ходить на цыпочках. — Обязательно, если это позволит мне быть ближе к моему любимому лику. Музыка сменилась другой, более веселой и умеренной, два события за один вечер было принято праздновать, а тем более истинный брак, он считался как двойной и был причиной зависти. Возлюбленные продолжили танцевать. Наклоняясь и кружась, девушка не сводила глаз с зала, заметив в первом ряду не обращающего внимания на все Сомбру, она выдохнула. «Может пронесет» — Но не тут-то было, какой-то черт его дернул! Рожа императора уставилась на нее, удивленный взгляд в мгновение стал страшным и пронзительным. Остальной народ молча осуждал их брак. В любом обществе, а тем более в высшем, не жаловали эмоции, а может они казались им уродливыми в новой форме. Никто не рад. Сомбра в красном пиджаке царапал копытом пол поджав губы. Внутри похолодело, что аж не было сил отпустить плечи Одовакара, что снова уголек заметил. … А вот Варго не обращал ни на кого никакого внимания. Радости темнокожего мужчины не было предела, обнажая клыки, тот по ребячески шаловливо порыкивал, его длинные волосы витали в воздухе при поворотах. Одовакар притягивал новоиспеченную супругу к себе, он поднял ее и закружил с Сильвией скользя по кафелю, но внезапно обелевшее и так светлое лицо его не на шутку напугало, обхватив пассию покрепче единорог спросил: — Что с тобой, моя любовь? Тебе плохо? — лицо Варго стало серым, закончив повороты он опустил свою луну, прижав ее спину к себе, девушка растерялась. Она впервые видела как бледнеют темнокожие: «Охренеть.» — Нет. — белые ресницы опустились, девушка неловко вздохнула: — Я уже не могу ничего скрыть от тебя. Видимо понятие о моей личной жизни пропало вовсе. — смотря на испуганного мужа невеста приободряюще улыбнулась. «Мне так неловко, глупая причина вроде.» — Да. Тебе придется смирится, что я вижу, ведь теперь я твой муж. И это мой долг, следить за твоим самочувствием. — они снова приняли классическое положение для вальса. — Ты за Советский союз? — безнадежно произнесла Сильвия. — Что? — Среди моей компании на Земле была шутка такая. Однажды, моя одноклассница брала мои вещи без разрешения, я возмутилась и она спросила меня: «Ты уважаешь Советский союз?». «Да». «Тогда не твое, а НАШЕ!». Дело в том, что страна в которой я родилась, на данный момент называется «Российская Федерация», а до войны она была Союзом советских социалистических республик или СССР, в этой стране царил коммунизм, то есть почти не существовало понятия частной собственности и предпринимательства, все контролировало и давало государство. Все принадлежало народу и считалось общим имуществом. Даже дома. Ну, а после войны все поразбегались и власть попала к Горбачеву. Это долгая история. — Тогда, да. Я за НАШУ личную жизнь. Мы теперь одно целое. Пора уже привыкнуть, что ты не одна. — Постараюсь. — отрешенно ответила та, смотря в даль: — Ну и тогда тебе придется привыкнуть, что я буду переживать за тебя и лезть в «твои» дела. Ведь теперь это НАШИ дела. — тыкнув пальцем в нос мужчине произнесла фея ухмыльнувшись. — Ну так, что случилось? — ласково ворковал обладатель кожи цвета красной глины, поцеловав запястье девушки. — Сомбра узнал. Он наверняка захочет отомстить. — обернулась блондинка, от одного взора темного властелина скручивало нутро. Сильвия нахмурилась в ответ, давая понять, что не желает продолжать общение: — Я волнуюсь за тебя, а не за себя. Раньше, он как-только ты ему не угодишь, вечно какие-то пакости делал. Мне нужно вызвать его на личную беседу. — взволнованно произнесла зеленоглазая чувствуя щемление в груди и какое-то беспокойство, ревность? Это не ее эмоции. — Не вздумай. Только со мной, ни в коем случае не иди одна. — по одному выражению было ясно, что Одовакар был категорически против. Это его. Но почему она их чувствует, словно собственные? — Ладно. Но он же не отстанет. Может разговор даст ему понять или хотя бы я смогу выпытать у него способ, как он перенес меня сюда. — Не иди. Я обещаю, мы сами найдем способ. В любом случае ему придется смирится. — резко и серьезно произнес терракотовый, девушке лишь оставалось вздохнуть, она и сама не сильно рвалась разговаривать с младшим Варго. Одна мысль о встрече этих двоих сводила синеволосого с ума. «Он настолько ревнует меня к нему.» — это немного льстило, но нагнетало ауру вокруг. Приходить сюда первоначально было плохой идеей. — Кстати, в человеческом виде ты горяч. В принципе, как и всегда. — шепнула Сильвия мужу на ухо, игриво улыбнувшись. Она хотела расслабить партнера, ведь знала как ее усатый товарищ комплексует на фоне племянника. Это сработало. Маг распрямил плечи и еще шире улыбнулся стрельнув взором в соперника. *** — Взгляни хоть, как твоя родня выглядит! Достал тухнуть! — ругнулся Кроу, Сомбра нехотя поднял голову. «Небось какая-то невзрачная кляча» Он охренел. Двое людей танцевали в зале! Темнокожий длинноволосый дрыщ и белая как поганка гром-баба. Поворот. Он заметил, как из-под волос невеста смотрела на него своим жутким мертвым взглядом… ЕЕ ГЛАЗА БЫЛИ ЦВЕТНЫМИ! Вскоре, вся комната приобрела тусклые цвета грязной оливы и красного дерева. Он снова видит цвета! Когда невеста полностью повернулась, эта баба… хоть и бледная словно призрак, седая, изрядно исхудавшая и похоже с глаукомой, полупрозрачными крыльями — МАРИЯ! Даже несмотря на это, она превратилась в женщину, ее бедра были все так же широки, а талия стала лишь тоньше. Черты стали слегка острей. Бывший император орал внутри все нецензурные выражения! Он хотел рвать волосы на своей голове и прокричать, что ОН ПРОТИВ ЭТОГО БРАКА! Но проворонил это время «ковыряясь в носу»!!! Ему хотелось вырвать девушку из рук старого выродка, но и нормально кушать Сомбра тоже хотел. За все время споров с отцом единорог скинул пятнадцать килограмм. … Во время танца ауктор сверлил спину своего дяди, в мыслях возникало тысячу картин… как он ее целует (говорит что любит.), касается, раздевает!!! Невыносимо! Как посмел занять его место?! У отца не получилось увести и теперь решил отомстить его сыну?! От вида его самодовольной рожи кислота разъедала мысли. Как они оказались вместе?! Почему именно с ним?! КАК ЭТОТ ВЫКИДЫШ ДИНАСТИИ СМЕЕТ КАСАТЬСЯ ЕГО ЖЕНЩИНЫ!!! Рожу себе натянул! Женоподобный тюфяк! «Тощий словно шпала, все думали что он сдох давно, а тут явился! Настолько нищий, что даже денег на ножницы нет?! Пародия на мужика! Он позорит нашу династию! Небось прибился к ней, чтоб она его откормила, а это моя должность! Даже выглядит с ней нелепо, глист ободранный.» В зале снова начал воцарятся мрак, ведь «покрывало» служило прикрытием от взгляда сверху. В порыве мыслей он не заметил как к нему, подошла Фрина предлагая один из профитролей крокембуш: — Это ведь твой дядя, верно? — Да. — «объявляются всеобщие танцы», настойчивый взгляд Кроу вынудил Сомбру пригласить девицу на танец. Теперь и его отец будет ему вечно напоминать этого выродка! «Терпи!» — Кроу взглянул исподлобья на сына. Черноволосый сжал зубы, скрепя ими. Фрина ожидала его жеста. Нехотя протянув копыто, он готовился к началу котовасии. — Она словно какая-то фея, а он темен словно восточная ночь. — красноглазый игнорировал этот треп, т.к смотрел только на «половинок», но тут: «Она что-то шепнула ему с такой улыбкой, она никогда так не улыбалась мне. Она шептала ему пошлости! На все сто процентов! Он ее испортил!» Сомбре хотелось взвыть от ревности! Что же она ему такого сказала?! В голову лезли самые дурные мысли о связи этих двоих. И тут он словно отрезвел. Враг смотрел ему прямо в глаза. Такой четкий ядовитый взгляд полный победного злорадства и тут… буквально на секунду Одовакар показал ему язык. (если бы знал жесты, то и фак бы тоже показал) Он издевается над ним! — Интересно, какие у них будут дети? — резкая боль пронзила копыто Фрины, взглянув на своего спутника она поняла, что все это время его сжигала зависть, а ее слова, привели к перелому ее копыта, черная аура разрушала все поблизости, в том числе и пол под ними, цветная плитка покрылась трещинами. Эта боль была невыносима! Но она не могла ни закричать, ни оттолкнуть ненавистного ублюдка. Он — клиент, ей платят деньги за молчание. Лишь открыть рот в болевом шоке. *** — Нам не получилось встретиться в близи, Одовакар. Ты как всегда не чтишь традиции и решил заявится к самому концу. — отчитывающе и насмешливо послышалось за спиной пары, желающей выйти на балкон. Новоиспеченный муж сжался в плечах и еле слышно зарычал: — Позволь, пройти с вами, всё-таки много лет не виделись, брат. Чагравый ничего не сказал, открыв дверь, он не отпускал руку возлюбленной и запустил ее первой, скользнув следом. Гость проследовал за ними. Выйдя на свет трое разошлись по двум углам, на улице было куда светлее чем внутри, умбры не любили изменять темным цветам во всем. В свете отблесков, Кроу смог лучше рассмотреть свою родню. Лицо Сильвии, словно вспышка вернуло Варго в прошлое, Одовакар это заметил: — Ты похожа на… Теперь ясно, почему вы оба так помешаны на ней. — Кроу ехидно с долей грусти улыбнулся, но прервался, в каком-то смысле ему тоже стало ревностно.Глава Варго сделал шаг в сторону пары: — Мне много рассказывали о те… — Брови женатого единорога согнулись, смотря на своего брата-близнеца: — вас. — Второй криворогий тут же отступил назад, прихрамывая. Хоть они и были близнецами, сейчас бы так никто не сказал: Кроу был плотным подтянутым широкоплечим единорогом с короткой зализанной стрижкой, его черты были более брутальными (принимал гормоны), рог был сильно поврежден сколами. Лицо не обремененное растительность, но засеянное шрамами, словно маска налегало на обожженное тело, с задней стороны шеи, затылка у Кроу не было шерсти, а розовое сетчатое месиво. Братья отличались не только внешне: Голос младшего был лишён скрипа и приобрел чистый ораторский бас лишенный души, но преисполненный фальшивым пафосом. В одежде Кроу предпочитал классическую для его народа готику, черный пиджак, красная рубашка и темно-фиолетовое жабо заколотое брошкой, хотя оно было не совсем в тему. Но все уже поняли, что это значит. Одовакар же предпочитал винтаж и ретро стиль. Черный как смоль вдовец смотрел на мятную «розу» и ее тощий «стебель» в изумрудном костюме. — Ты почти не изменился за эти годы. Омолодился, но до сих пор не соизволил заняться собой. Волосы снова отрастил. — единорог был как палка. Одовакар чувствовал себя безоружным, ведь не получится запугать того, кто знает тебя. Он пытается задеть его? Опозорить перед Сильвией? Намекает, что он не достоин ее?! Неужели… снова брат тянет копыта к его сокровищу, что же говорить о сыне! Они отнимают все, что у него есть! «Ну спасибо, бля, мужик, теперь его опять успокаивать надо!» Повисла напряженная тишина. Сильвия уже готовила в рукаве пару колких высказываний, но Кроу опередил ее: — Но зато стал счастливее. — улыбнулся тот. Антро расслабилась: «Пронесло.» — Я много слышал о вас, невестка. Хоть вы и напоминаете отдаленно мать моего сына, но так я вижу вы сильно отличаетесь. Не каждая сможет укротить черного властелина. — блондинка еле заметно улыбнулась, прикрывшись рукой. До темного властелина ей далеко! : — Только у меня остаётся вопрос: зачем вы его так откормили? Он когда вернулся, такой жирный был, совсем обленился. — Кроу смотрел на нее впритык, а элементаль же старалась избегать взгляда на его ожоги, пытаясь наладить зрительный контакт, в котором она почувствовала некоторую благодарность, облегчение. Не за Сомбру. Почему-то новый знакомый располагал к себе. Он не казался типичным представителем аристократии. — Я пыталась его остановить, он сжирал все, что видел. — уже не скрываясь смеялась Сильвия отрицательно покачивая головой. — Действительно, он любитель поесть. Но благодаря вам он стал более сдержанным. Я представляю, как трудно было с ним жить. — ласково улыбнулся глава рода. — Сдержанным? Каким же он был тогда? — недоверчиво спросила девушка сморщившись. Сомбра и сдержанность не стояли и рядом. — Давайте не об этом. — вздохнул Кроу опустив голову. Он не хотел даже вспоминать о истериках сына. — Хорошо. Вы видимо посадили его на диету. А то синяки под глазами и исхудал явно. — Сильвия слегка переживала за Сомбру. — В большинстве, это не моя заслуга, сначала он вовсе есть отказывался, когда узнал, что вы мертвы. За, что я хочу извиниться перед вами. Отчасти наша семья виновата. — Говори за себя. Это ТВОЯ СЕМЬЯ виновата. — Одовакар чувствовал себя нестабильно, он уже готов был сорваться. Одно появление Сомбры и мысль, что девушка испытывает к нему и его брату хоть какие-то положительные эмоции жутко выводила из себя. Даже все, что Сильвия пережила из-за него, не смогло заставить ненавидеть младшего. Синеволосый знает, что должен избавится от любой угрозы, даже минимальной. Варго держался как мог, но его нервы истончались с каждой минутой. Усач не мог терпеть присутствие любого умбры рядом, маг словно снова погружался в прошлое, свой персональный кошмар. — В этом виноват только он. Небось там просто отбивная была с торчащими костями наружу. — задумалась вслух фея: — Благо, я отключилась раньше и не успела умереть в муках. — Мария во время падения не выдержала нагрузки и у нее остановилось сердце, такой полет стал ее последним захватывающим дух аттракционом, словно «Диснейленд» для смертников. — Да, зрелище не из приятных. Животные полакомились вашей плотью, ещё морозно было, тело и волосы было сложно отодрать от земли. Сомбра орал на весь лес, гоняясь за зверьём. — Ну хоть кому-то мое тело дало шанс. Бедные животные. — нервно шутканула Сильвия. Ее муж преисполнился ненавистью к племяннику и стал тревожнее чем обычно. Девушка погладила чагравого по плечу. «Не волнуйся, теперь мне не больно, мой рыцарь.» — про себя произнесла девушка. «Зато теперь мне хочется сделать ему больно.» — он скрипел зубами, но поддержка сделала этот момент терпимее. «Ты меня слышишь?!» «Теперь да. Мы можем общаться телепатически.» «Значит ты теперь слышишь все мои мысли?» «Нет, только те, что ты адресуешь мне или те которые касаются меня. И ты тоже можешь слышать меня. Я ревную тебя, милая.» «Ревнивец, мне просто любопытно, от него самого информации было не дождаться. Не волнуйся, я не убегу. Любопытно же посмотреть откуда ноги растут.» — Сильвия положила голову на плечо единорога. — Сладкая парочка, я понимаю, что вы только что освоили телепатию. Но я всё ещё здесь. — кашлянул Кроу, все это время они стояли молча лишь переглядываясь, Варго бывший в таких же отношениях, опустился в добрую, но горькую ностальгию. «Весь кайф обломал, урод.» — буркнул про себя Одовакар. Невеста смущенно отвернулась от деверя, оторвавшись от мужа: — Брат, ты хоть ей рассказал как луна объединила вас? — Рассказал, но пока не все. — Ты позволишь обращаться мне к твоей супруге на «ты», мы все-таки родня теперь? Невестка вы не против? — бывшая Имбер лишь кивнула. — Обращайся, но не подходи к ней, и твой сын пусть держится подальше. — голос теневого стал раздраженнее и громче: «А лучше, свали отсюда поскорее.» — Ты уже и так… — Не надо. — элементаль аккуратно схватила супруга за плечи обернув к себе, зная, что он хочет ляпнуть, но увы опоздала, Кроу уже все понял. Блондинка сочувственно опустила плечи отстранившись. — Я и не собираюсь, Одовакар. Вы нашли в друг друге спутников и опору, ваш союз неразрушим. Даже по закону я не имею права влезать в ваши отношения. К тому же, ты сам знаешь, что я люблю Лилиан и буду верен ей до тех пор пока жив… Мне еще нужно многое сделать. Я не могу оставить княжество без главы. «Он хочет покончить с собой. Вот она обратная сторона запечатления.»— в груди осел камень, многолетний, крепкий, облитый болью и яростью. Боль стала ощущаться физически, ноги становились ватными, блондинка держалась из последних сил, что бы не упасть на колени и заплакать. — Видимо твой сын настолько тупой. — слегка подняв уголки рта выдохнул новоиспеченный супруг нервозно. «Что ты творишь?! Ему и так паршиво. Хватит!» — со злостью про себя обратилась девушка. В данный момент, ей было очень жалко вдовца, ей хотелось провалится сквозь землю и врезать Одовакару за его язык. Экс Имбер чувствовала как напряжение становится все сильнее и его клубы все тяжелее и гуще. «Нет уж, нет уж, я ее им не отдам.» — В скором времени, я хочу отказаться от нашей фамилии. — мрачно произнес Одовакар. Он хотел избавится от всего, что связывает его с этой семейкой. «Тошнит.» — Я бы не советовал делать этого в ближайшее время. Несмотря на то, что мой сын стал сдержаннее, боюсь вскоре он вернет всю скверность своего характера. — Единорог мог лишь с тяжестью в сердце качнуть головой. Одовакар же полностью погрузился в молчаливую думу. Зеленоглазая не знала, как усмирить нарастающее чувство слабости. «Меня сейчас вырвет. Его нужно успокоить.» «Все в порядке, если нужно мы перейдем. Это не надолго» — она очень хорошо помнила, как Одовакар может поддаться меланхолии, ей это явно не пойдет на пользу. Душевное состояние духа и так склонялось не на лучшую чашу весов. «Не переживай за меня. Я найду способ избавится от этой проблемы.» «Обо мне б кто сейчас переживал. Он вообще меня слышит?!» — К сожалению, вы правы. — прервала паузу Сильвия утомленно: — Я слегка чувствую себя виноватой за вашего сына, хоть я ничего ему и не обещала, но видимо он воспринял это так. Надеюсь вы переговорите с ним и он сможет это понять. — Кроу наблюдал за затихшим братом, чувствуя вину за его невзгоды и понимая его чувства. Но чаще всего, взгляд гота был направлен на невестку, он не отрывал от нее ласкового обеспокоенного взгляда, словно хотя что-то ей сказать. «Удачи тебе с ним.» — Я тоже на это надеюсь, но боюсь, это не последняя наша встреча. Постараюсь вам помочь, но не уверен, что смогу остановить его. — подойдя к резному деревянному столику готичный вампир налил вина в бокалы, подав присутствующим, а в первую очередь Сильвии незаметно моргнув: «Станет полегче.» — Но я пришел не за этим. Брат, наконец-то я могу поздравить тебя с обретением своего счастья. Я вижу, что вы друг за друга порвете. — поднял фужер Кроу улыбаясь, Одовакар удивленно вздымал брови: — Завидую вам, доброй завистью. Чтоб брак был долгим, нет, вечным, и не торопитесь заводить детей, века впереди. — трое чокнулись, брат-близнец оглянулся на шторы балкона на предмет шпионажа. — Спасибо, мне жаль, что с вами так случилось. — растерянно произнес Одовакар не отпуская талию жены из своих копыт. Легкое тепло вина, разлилось по телу, оставляя тошноту позади и притупляя чувства. Но правда, от слабости это не спасало. Во всяком случае, это лучше, чем ничего. «Лилиан умерла из-за него. Отлично уследил, братик.» — старая обида снова дала о себе знать. Он отошёл от мыслей, но тревога все еще присутствовала. При разговоре братьев девушка больше не вмешивалась. – Мне тоже жаль. Не уследил. И мы не справились с воспитанием сына. Лилиан очень его любила. — столько скорби и ненависти было в глазах Кроу. Сомбра — этот никшемыш, усатый не мог оставить его без внимания. Единорог не даст этому засранцу приблизится к своей жене. Его хватка сжималась, если бы мог поглотил бы деву целиком, что бы Сильвия всегда была с ним. Выпускать супругу из поля зрения было небезопасно и умбра не имел желания. — Как это случилось? «Хватит.» — Фиолетовое пламя. Я подавлял осаду и не успел. Она прикрывала его, а он сбежал! — Трухло. — Одовакар плюнул ядом, до дрожи он ненавидел его. Урод сгубил уже двоих, в третий раз он этого не допустит! «Прекращай.» — Это было давно. — вздохнул единорог склонив голову, на мгновение в его глазах блестнули мокрые искры. Тут и Одовакар проникся переживаниями брата, оба глядели сочувственно. Потерять свою половину и быть проклятым на вечное одиночество, только представление о возможности потерять друг друга разбивало сердце. «Если это произойдет, я не хочу больше жить.» «Главное, что бы ты сам этому не способствовал.» Секундная тишина прервалась, Кроу отряхнулся и словно ни в чем не бывало огласил: — Ну да ладно, еще я хотел сказать, что сожалею о том, что было между нами, брат. Кто же знал, что «он» был не просто так, я был глуп и видимо поплатился за это и еще поплачусь. — снова повисла небольшая пауза, Одовакар ехидно поднял подбородок, а Кроу стал растерянным, взгляд Сильвии бросался от одного Варго к другому: «Они так быстро сменили тему. О ком или о чем речь? В их споре за Лилиан был еще кто-то третий?» «Одовакарка — член как бородавка!» — сколько раз усатый это слышал, но теперь-то этот глупец и многие другие поплатились. «Речь о моем члене. В отличии от моего братца мой любовный хрящ, гораздо деликатнее.» — ему уже было не стыдно, а наоборот даже за гордость это признать. Ведь теперь это ОГРОМНОЕ ПРЕИМУЩЕСТВО, только с ним Сильвия может заняться любовью, а он познает настоящее наслаждение, ни одному мужчине не заменить его. «Какого черта?! Я теперь не могу и пукнуть без твоего ведома?! Отключи свой внутренний скайп. Ты мне по этому ничего не рассказывал (про связь)? Вы ведь близнецы и должны быть полностью идентичны.» — слава Ктулху, она не могла краснеть. «Да, извини. Не хотел, чтобы ты убежала. Ты привыкнешь, сначала это тяжело. Не всегда близнецы идентичны, иногда случаются сбои. От него девки табунами сбегали стоило только его уд завидеть, как и от меня, но по иной причине. Знал, бы что это не просто мутация, не ходил бы за всякими. Прости меня за это.» «Бывает, главное, чтоб не болел. Столько лет ждать тоже мука.» — И извини, что смеялся над тобой тогда. — Кроу отлично помнил, как Одовакар кричал, что нравится его Лилиан, он был еще тем прилипалой. «Позаботься о ней, иначе, я вернусь и заберу ее у тебя!»: — Прости меня. — Простил давно, но вот сына твоего никогда не прощу. Если он не отстанет, я лишу тебя последнего, что у тебя осталось. Так что проследи. Он должен знать наши порядки. Даже если он император, точнее БЫЛ им. — зловеще прорычал Одовакар, глаза бывшие нормальными засветились зеленым и источали фиолетовый дым. Сильвия ощутила огромный прилив всепоглощающей тьмы, она никогда не видела своего мужчину таким злым. Случай с Поршем и рядом не стоял. В ее грудь заселилось беспокойство и напряжение. Одовакар не планировал развязывать войну, синеволосый лишь хотел выставить Сомбру в максимально невыгодном свете для своей жены, но теперь понял, что парой гадостей не ограничится. Ну как говорится, поживем увидим, в любом случае, ему это будет на копыто. Но затягивать тоже не стоит. — Я тоже надеюсь, что он отступит, но если ты это сделаешь я не буду винить тебя. Сомбра уже должен отвечать за свои поступки сам. — не дрогнув ровно ответил гот поворачиваясь к выходу: — Пожалуй, вернусь к своим, будьте аккуратнее. Я не всегда могу уследить за этим идиотом. А, невестка, не советую оставаться в одиночку, никто не захочет катастроф. — произнес близнец в черном костюме удаляясь в зал. Стоило брату мужа уйти, как Сильвия почувствовала как последняя выдержка покинула ее, ноги подкосились и фея в попытке удержаться оперлась на перила балкона глубоко вдыхая ночной воздух. Одовакар держал блондинку, боясь, что вдруг девушка соскользнет. Это превращалось в паранойю. Ей тяжело находится в месте насквозь пропитанном негативной энергией, особенно с даром эмпата. «Столько боли, зависти и ненависти.» «Это я виноват.» — Я в порядке, просто устала. — вздрогнула бывшая Имбер опустившись коленями на ковер, руки покоились на перилах балкона: — О какой катастрофе он говорил? — устало шепнула белоснежная, уперевшись лбом в руку. — Нет, не в порядке! Может тебе присесть? Мы можем обсудить это по дороге домой. Пойдем домой. — Одовакар проклинал себя за нанесенный Сильвии вред, жеребец отлично чувствовал весь вечер, какого находится среди негативных эмоций. Но надеялся, что пронесет. Раньше он не верил в россказни про ауру, атмосферу, но теперь уверовал. — Сейчас полегчает, не переживай. Иди…пообщайся со своими, развейся. Кто знает, когда ты сможешь их увидеть. — Сильвия смогла выровнять дыхание и подняться, но накопившаяся усталость не проходила, ее трясло из самых глубин ее существа, а ноги не держали. Волнения мужа не делали лучше, антро хотела остаться одна: — Не беспокойся, С…он не будет охотится за мной здесь, тут много народа. Скорее всего его будешь заботить ты. Будь аккуратнее. — словно прощаясь слабо махнула рукой девушка. — Нет уж! Я не оставлю свою жену в таком состоянии! Кроме тебя, нет больше никого в этом месте кто занимал бы мои мысли! — Одовакар был в ужасе, он уже успел пожалеть не раз, что решил прийти сюда. Кто сказал, что вернуться в этот омут будет хорошей идеей? Почему он надеялся, что это место и эти пони поменялись? Зачем он вообще все это начал?! Из-за комплексов?! Почему он решил, что начинать все это хорошая идея?! Он из-за своего эго подверг самое дорогое опасности.: — Обними меня. — Единорог расстегнул пиджак сняв его, отстегнул брошь, которая давила ему на шею, оставив на столике. Супруга без слов подчинилась, прижавшись к груди мужа легшего на пол. — Одовакар. — шепнула девушка прикрыв глаза, чагравый накрыл ее своей одеждой и обвил копытами. Она оказалась в теплом коконе из которого не хотелось выбираться. Его имя в ее произношении сделало его ещё желаннее. — Позови меня еще раз. — синеволосый сходил с ума в этом месте. Он. Они всегда будут чужаками. Только родной голос той, кто была с ним все это время и в печали, и в радости, успокаивал, давал понять, что он нужен и может защитить. — Одовакар. — жеребец вызывал в ней бурю нежности, мрак развеялся, теперь она слышала только его волнение, хотелось просто зарыться в его кудри и не отпускать. «Ещё.» — Одовакар. — девушка обвила криворогого руками, прижавшись к единорогу еще плотнее, словно к единственному оазису среди безжалостной пустыни. — Сильвия. Моя милая, Сильвия. Жена и сердце мое. Я не отдам тебя никому. Даже своим детям, пусть я эгоист. — он окончательно осознал, что не хочет повторения чужих сценариев и предпочтет быть без наследников, чем подвергать свою судьбу риску. — Одовакар, я не уйду. Я хочу быть с тобой и разделю твою участь. Детей я тоже не хочу иметь, по крайней мере еще несколько десятилетий. Я не хочу отдавать свое время с тобой ещё кому-то. — самозабвенно прошептала юная луна. Она говорила правду. Сильвия любит, непременно, просто она боится… но раз так дано судьбой, зеленоглазая ей доверится.: — Если мы встретимся с моими родителями, то предлагаю соврать, что я бесплодна, иначе они не отстанут. Хотя в принципе, это не будет ложью, учитывая, что духи размножаются немного иначе. — шикнула девушка. — Я найду способ, обещаю тебе. — Я не хотела про это говорить, просто вырвалось…не нужно жертвовать собой, прошу тебя. Если не выйдет, значит тому так и бывать, мне все равно нет возврата в мир живых. Они могут не принять тебя. Точнее моя ма. Она вообще в полном «восторге» будет. — Все получится. Если этому сопляку вышло перенести тебя, то и нам под силу. У меня есть пару вариантов. Я хочу узнать свою супругу еще лучше и поблагодарить тех, кто создал тебя. — Меня создали не намеренно, я просто результат ненависти к контрацептивам. Но не смотря на это, моя семья любит меня, ревностно даже в каком то смысле. Я единственный ребенок. Но ты должен знать, что мои родители лишены изысков и роскоши, они не являются образцом культуры. Ругаются постоянно и выпивают. — Как будто им являюсь я. Мои родители, хоть и были князьями, счастья им это не принесло, я был нелюбимым ребенком в семье. — горько усмехнулся маг: — Брат всегда обгонял меня во всем с самого рождения, точнее, я родился гораздо раньше срока и был болезненным, да и эта моя особенность… Мне не дали и шанса, я был оставлен на произвол, все ресурсы были пущены на Кроу. Я тоже был неплох, но из брата вырос идеальный представитель знати, он был помешан на правилах, а я их ненавижу. Меня лишили большей части наследства, отклонили от света. Я сбежал. Так, что я лишь формально имею статус князя. В подростковом возрасте, я взбунтовался и отрастил себе длинные волосы, начал делать панковские прически и носить, кожаные куртки. — Да-а? — удивленно протянула фея подняв лицо с груди мужа: — Похоже я знаю, куда тебя отвести, если мы попадем на Землю. Фотографий не осталось? — девушка была в восторге представляя своего возлюбленного в байкерской или гранж одежде, у нее начинали «течь слюни». Он будет таким горячим!!! «Сук, почему я пропустила 2007!???» — закусила губу Сильвия горюя по упущенным возможностям. «Теперь ясно чего тебе так мои худи приглянулись.» — К сожалению, фотографий нет. Мой папаша отрезал мне волосы и сжег все, что к этому относилось. «Как можно было так поступить с этими божественными кудрями?! Это бесчеловечно!» — единорог лишь улыбался обнимая свою судьбу. Настроение начало возвращаться. Как же хорошо, когда они вдвоём. Без них. Пусть горят в пламени. — За это он наверняка давно сдох. — сострил Одовакар: — Когда мы стали подростками, отец сбежал к любовнице, а мать направилась на его поиски и не вернулась. Она была помешана на обладании им, заставила женится на себе, хотя знала, что он ее не любил. Ходила за ним повсюду, на нас времени не было. — Ужас. Тяжело было жить вдвоем, оставленными на произвол. Как же Кроу справляется с одиночеством, учитывая, какая для вас трагедия потерять пару? — она скорбила за обоих Варго, теперь она осознавала какое значение семья имеет для них, хоть его тон и звучал саркастично, но такие события не могли не отпечататься на его душе, Сильвия крепче обняла супруга. — Скорее всего он сейчас употребляет шировье, нам он не вредит. Но каждый такой миг невыносим. — Одовакар прижал ее крепче, зарываясь в серые волосы: «Зря я это спросила. Будь проклят мой язык и мое любопытство. Что сегодня со мной?! Может меня с вина так проперло?» — Не переживай. По поводу родителей, мне плевать. Не знаю как Кроу, но мне это дало полную свободу, я очень быстро ретировался. Брат меня доставал, пытаясь подогнать под нормы. Кро та еще истеричка, так что нашей «проблемке» есть в кого таким быть, что отец, что бабка. Хах. Мне плевать, что там у них, главное, что ты со мной. — мужчина чмокнул супругу в лоб, события прошлого его уже давно не волновали, теперь его беспокоило только будущее: — Думаю, тебе бы тоже пошла косуха и готический макияж, будешь словно рокерша. Моя темная сторона луны. — Возможно, но обычно, если я темно крашусь я похожа на эмо. Когда я была на третьем курсе, я вечно ходила с каким-нибудь отбитым макияжем: цветные стрелки, блёстки на все лицо. Взгляды всех бабок района были мои! А с черно-красным макияжем я вообще убивала каждого на своем пути. Мой одногруппник «прятался» ещё три дня. А чего ты сейчас не носишь панковские вещи, стиль надоел? — Я же уже не молод, куда мне. — Учитывая, что ты бессмертен, то ты ещё очень молод. Даже скажу, мы сопли зелёные. Так что не неси чушь. Дед. «Я не могла его не подъебать» — Сильвия молча угорала на груди Одовакара сжимая кулак. — Ну тогда жду, твой самый мрачный макияж, а с меня кожанка. Пойдем пони ночью пугать, бабулька. — Договорились. Хандра прошла? — Да. Но это не значит, что я прошу этого утырка. — А кто ж спорит? Поехали домой… Кстати, а все ли умбры бессмертны? — Нет, мы хоть и живем дольше обычных пони на пару десятков лет, но вечность мы обретаем за счет запретной магии, все верхи и их наследники становятся вечными. Если бы не мой род, я бы был давно мертв. «Сколько лет я молил о смерти. Но боялся сам взяться за это. Теперь я могу лишь поблагодарить Гекату, что не вняла моим мольбам. Пусть наша любовь и совместная жизнь будет вечной.» — Одовакар молился на луну. — Уйдем с балкона, не хочу пересекаться с остальными. Держись за мою шею. — Я тяжелая для тебя. Я сама как-нибудь. — вздохнула элементаль. — Не правда. — единорог закинул благоверную на спину и спрыгнул. — Не проще ли было воспользоваться телепортационным заклинанием? — Это здание блокирует почти все заклинания, некоторые существенно ограничивает. — А, точно. Это чтобы внутри не случилось драк или кто-то незванно не проник? — Да, и убийства у нас частое дело. … Зачарованная карета была исполосована грудами защитных рун, нужно было немало повозится, что бы их расшифровать, не то что снять, ведь как ты найдешь противоядие к тому чего не можешь разобрать? Мысли о Сомбре не давали ему покоя и он решил, что встретится с ним раньше: — Подожди меня в карете, я оставил брошь на балконе. Не выходи никуда. — Будь аккуратнее. — Не волнуйся. Скрывшись из вида вглубь коридоров мужчина сменил облик и обратился белоснежной сероволоской. "Накопленной маны должно хватить." Приманка не заставила долго ждать примитивную добычу. Приняв человеческий облик*, племянник закрыл ему рот и затащил в одну из гостевых комнат прижав к стене: — Как ты могла? Как ты могла связаться с ним?! Что ты нашла в нем, чего нет во мне?! Я могу дать тебе все, а что сможет он? — Его нога впилась в платье и раздвинула ноги «девушки»: «Этот сученыш, хочет ее изнасиловать. Если бы на моем месте была она. Я ХОЧУ УБИТЬ ЕГО. Ограниченный кусок дерьма, не может отличить подделку.» — Деньги, меха, драгоценности, мясо, земли, все что ты захочешь я брошу к твоим ногам, только люби меня, а не этого невзрачного калеку! Он даже удовлетворить тебя не сможет. — крепко и болезненно держал единорог в человеческом обличии, «Сильвия» молча вырывалась, но на последней фразе резко застыла хитро улыбнувшись и глядя исподлобья на знакомого: — А ТЫ сможешь? — бледные зеленые глаза потемнели засветившись каштановым: — Сможешь довести до оргазма одним поцелуем? — из молодой девушки мужчина стал собой. Сомбра отскочил в отвращении скорчившись: — ТВАРЬ! Ты ее испортил! — но тут же на его место прилетел кулак, от которого Одовакар уклонился, отойдя в сторону: — От твари слышу, тупица. Не разевай свой роток на мой пирожок. — по гоблински пропел криворогий: — В отличии от тебя — зеленого мальца, я смогу продержаться явно больше твоих десяти секунд и после меня женщин не увозят к лекарю с разрывом промежности. — чагравый ходил за спиной младшего, причитая и сделав быстрый глоток из фляги. — Продержаться? Хах. Ну да, в позиции горизонтально лежа ты явно дольше продержишься, ведь уже готовишься на досках лежать, а мне еще рано. И свою пипетку не оправдывай. Нравится чужой облик носить? Свой-то истрепался и обвис! Только на настойках держишься. — резко обернулся красноглазый запустив вазу, которую успешно поймали и поставили на место. — Смейся, смейся, тебе еще о-очень долго смеяться, одному. А за меня не переживай. Мою пипетку ждет самое миленькое узкое лоно, а вот твоей громаде светит только подводная впадина. — хихикнул чагравый единорог: — Ближайшие лет сто, советую, поработать над своих характером, а иначе ты себе пару никогда не найдешь. Если это, конечно не окажется камень или старая, глухая и слепая проститутка с раздолбанной вакханалиями щелью. — младший взревел, его злость выходила из-за всяких рамок, от нее сбивалось дыхание. Одовакар стоял на месте равнодушно наблюдая. — Засунь себе свои советы знаешь куда?! Кроме оскорблений ничего дать не можешь, нищеброд. В 65 лет работать обычным юристом в каморке! — вспылил племянник покраснев, копыта так и чесались начистить старому морду, но свидетелей в этом здании слишком много, его крики точно станут причиной общего достояния, а вот стоны никого бы не удивили, тут много гостевых комнат. — Я хотя бы работаю, а не сижу на отцовской шее. Что я могу ей дать? — абсолютно спокойно выдал Одовакар, ему льстило, что Сомбру так легко вывести, но беседу нужно было заканчивать, есть кое-кто важнее его: — Любовь, понимание, заботу, стабильность, приключения и смех, страстные долгие ночи, эксперименты. Я явно знаю больше одной твоей позы сзади. Не беспокойся, я явно дам ей больше чем ты. — быстро перечислил синеволосый слегка наклонив голову в сторону оппонента: — А вот то, что ты обещаешь - фарс. Это может твой отец. Может быть раньше ты бы мог это дать, когда БЫЛ королем, а сейчас ты лишь лошара проигравший в сухую из-за своей тупости и погубивший свою мать. А удовлетворить ты способен только себя. Твоей балдой тебе только избивать людей. Так, что надеюсь ты понял. — тихо, спокойно, но так зловеще протянул он, Сомбра застыл в ступоре словно в трансе под его взглядом: — Я ЕЕ СУДЬБА. — эта возня его утомляла, он все сильнее хотел уйти: — Я понимаю твои чувства, мне пришлось пережить тоже самое. Смирись. А за Марию не беспокойся. Ты и так уже ее угробил. «Твоей» Марии больше нет, теперь есть, только Сильвия Варго — моя жена. Я позабочусь о ней, главное не смей приближаться к моей супруге, это последнее нормальное предупреждение. — Я не отступлю, старый хрыч. Я не дам вам покоя! Рано или поздно ты подохнешь, а она станет моей. — Как хочешь, но знай, лучше ты от этого в ее глазах не станешь. Сопляк. А сдохнешь ты, если не одумаешься. Папа не будет тебя прикрывать, в отличии от мамы. — на этом разговор был окончен. … Одовакар в отвратительном настроении вышел обратно, но взгляд ждущей его супруги смягчил положение. «Посмотрим кто кого» — сжав брошь шепнул мужчина, сев в карету. Он не знал, чего он еще мог ожидать от этого разговора, он знал, на что шел и зачем. Но его так это бесило. Он его бесил. Сомбра должен быть унижен, опущен ниже плинтуса, что бы он не составлял ему преград. Сильвия уже его жена, но Одовакар желает максимально укрепить свои позиции. Для этого он навлек на них беду. Двух зайцев. Нужно лишь потерпеть немного. Иногда он сам не знал, зачем он это делает, но сходил с ума, от мысли, что она еще думает о нем. А он о ней. Даже минимальный шанс нужно искоренить под корень! — Ты пересекся с ним? — взволнованно вздохнула она, но ответ был заторможенным. — Да. — ответил единорог не поднимая головы, девушка уселась рядом. — Небось опять всякой херни наговорил. Он всегда такой. Судя по тому, что я смогла почуять, ваш разговор был весьма продолжительным. Ты в порядке? — Сильвия пыталась положить свою руку на копыто мужа, но он отстранился, сероволосая не стала настаивать. Всю оставшуюся поездку они проехали молча в меланхолии. «Засранец. Что же он ему наплел?» «Если бы не этот сопляк, день был бы идеален. Он тянет на нее свои копыта! Ни одна тварь в зале не была рада за нас — ТЬМА БЫ С НИМИ! Лучше бы я не приводил ее сюда. Она была права, если бы не я, ей бы не стало плохо и он бы не узнал о ней. Теперь она расстроена, из-за меня. Он испортил все.» — Девушка с жалостью взглянула на Одовакара, хоть она и не могла знать всего, но определенно догадывалась о причине его страданий, но ничего не сказала. «А это только первый день… как я стал мужем.» «Старый хрыч. Скоро на досках лежать! Нравится чужой облик носить? Свой-то истрепался и обвис! Я не дам вам покоя! Рано или поздно ты подохнешь, а она станет моей.»