Назад в 1991

«Как вплелась в мои темные косы Серебристая нежная прядь — Только ты, соловей безголосый, Эту муку сумеешь понять.»  Анна Ахматова Двое мужчин появились из воздуха с негромким хлопком. Улица, где это произошло, была безлюдной и тихой. Типичные для английской деревни, плотно пристроенные друг к другу домики были безмолвны. Шторы в окнах плотно закрыты несмотря на разгар дня.  — Северус, какая встреча. — хмуро поприветствовал своего знакомого высокий худощавый мужчина.  — Яксли. — также мрачно ответил зельевар.  Оба мага еще немного посверлили друг друга недоброжелательными взглядами.  Корбан Яксли выглядел хорошо, отметил Снейп. Он не попал в Азкабан в прошлый раз, неизвестно по каким причинам. Где он был все это время тоже было неясно. Скорее всего бежал из страны. Северус был бы рад никогда больше не видеть эту чопорную, бледную рожу. Его зализанный седой хвост был плохой пародией на прическу Люциуса.  — Аппарируем, он не доволен, что мы задерживаемся. — важно сказал Яксли. Он был ярым сторонником правил и даже убивал по своим собственным неписаным законам. Никаких импульсивных действий и пыток — только палочка в лоб и просьба сказать несколько последних слов. Корбан протянул ему порт-ключ в виде мешочка для монет. Снейп кивнул и снова мир сжался, растянулся, выгнулся и выплюнул его у большого дома из серого камня.  Вокруг был сплошной глухой лес. Всего в нескольких окнах на первом этаже горел свет. Остальной дом выглядел заброшенным.  — Бывшее поместье Мальсиберов. Тетка Джоуэла вернулась из Европы и сразу приняла метку. — пояснил Яксли, словно делая ему одолжение.  — Ждет освобождения племянника, я полагаю.  — И она дождется. — скрипнув зубами, сказал его собеседник.  Не было понятно за он или против сбора старых знакомых под одной крышей.  — Темный Лорд показал свою щедрость и милостиво призвал тебя снова. — Вдруг сказал он. — Малфой тоже тут. Хотя он высказывал сомнения на твой счет, но, кажется, уже передумал. Северус не почувствовал ровным счетом ничего, услышав это. Он много говорил с Люциусом в последнее время. Он чувствовал панику и неуверенность, исходящую от ровных строчек его писем. Драко тоже понимал это и с каждым днем переживал все больше. Они все боялись. Неудивительно, что Малфой пытался то подставить, то отбелить его имя перед хозяином. — И что ты думаешь на этот счет, Корбан? Бледное лицо старого пожирателя исказилось в подобии улыбки.  — Я думаю, у тебя нет выбора, Снейп. Ты должен Лорду.  Он был не прав — невесело усмехнувшись, подумал Северус. Выбор у него был, есть и будет. Положим, задолжал он уже не только Воландеморту, но и Дамблдору. Как бы еще им обоим удалось привязать его к себе? Он кивнул своему проводнику и мысленно выставил мощный блок на самые ценные и сокровенные мысли в своем сознании. Это было похоже на захлопывающиеся железные двери вагона маггловского поезда, в котором он был однажды.  Они начали двигаться к дому.

***

— Профессора Снейпа сегодня не будет. — объявила Аврора Синистра в ответ на удивленные взгляды второкурсников. — Мне поручили заменить его и проследить, чтобы вы успели закончить Раздувающий раствор в срок. Профессор завтра вернется и проверит, как вы справились. В классе загалдели. Гриффиндорцы выглядели счастливым. Их ненавистный учитель впервые не пришел на занятия, а заменяла его строгая, но приятная профессор Синистра. Многие тут же расслабились. Среди слизеринцев тоже были ребята, которые тут же начали беззаботно болтать и смеяться. На свои котлы они перестали обращать внимание.  Но все же некоторые студенты не были рады этой новости. Среди них были и Поттер с Малфоем. — Мой отец написал мне вчера — профессор с ним.  Гарри сразу понял о чем он. Вряд ли Драко посвящали во все тонкости, но он точно знал, что происходит что-то неладное. С каждым днем он становился все острее на язык и одновременно тише. Его словно постепенно закрывало от мира пеленой страха и отчаяния. Гарри не хотел видеть его таким. Никому из его друзей не стоило терять надежду. Ведь она и правда у них была. — Как ты думаешь, — осторожно начал он, — твой отец может быть связан с событиями на материке? Драко тут же нахмурился и стал еще более остервенело натирать в ступке семена подсолнечника.   — Ты имеешь ввиду побег Гриндевальда?  Гарри кивнул.  — Нет, с чего бы ему быть связанным с этим. Малфой так сильно помешал зелье, что содержимое котла чуть не вышло за его пределы. — Осторожнее, мистер Малфой. Вы могли обжечь кого-то! Минус пять баллов со Слизерина за неосторожность.  Синистра неодобрительно покачала головой и пошла дальше по рядам. — Вот же! — Драко, твой отец…  — Что «мой отец», Поттер? — он наконец не выдержал. — Хочешь чтобы я раскаялся перед тобой за его грехи? Да, он не святой, но он все еще мой отец. Не делай вид, что знаешь его! Ты видел его лишь в газетах, а я почти каждый день в течение всей жизни.  Гарри вспомнил зализанные серебрянные волосы и дикий мятущийся взгляд: «— Ну что, Драко? — с жадным интересом спросил Люциус Малфой. — Это он? Это Гарри Поттер?  — Н-не знаю… Не уверен, — ответил Драко. Он  явно боялся посмотреть на Гарри, точно также, как Гарри боялся посмотреть на него.  — Да ты погляди хорошенько! Подойди к нему поближе! — Гарри никогда не слышал такого волнения в голосе Люциуса. — Драко, если мы передадим Поттера в руки Темного Лорда, нам все простят.» — Ты прав, — Гарри вздохнул, разглядывая пучок полыни в своих руках, — Я не знаю его. Но я знаю каково тебе сидеть тут и не знать, что происходит с твоими родителями на самом деле.  — Ха, нужно мне твое беспокойство!  Драко продолжил готовить зелье и можно было бы поверить, что ему все равно, что он верит в честность своего отца, но Гарри заметил, как покраснели его глаза. Он вздохнул и неожиданно даже для себя положил ему руку на плечо. Это было его второе добровольное прикосновение к Малфою. Как удивительно менялась его жизнь. — Знаешь, ты можешь говорить мне эти вещи, если не можешь по-другому. Но я все равно буду рядом. Потому что ты мой друг. Драко снова посмотрел на него, но на этот раз его взгляд был шокированным настолько, будто Гарри признался, что он Воландеморт. Но это длилось лишь секунду, потом с его губ сорвалась горькая усмешка. — Ты у всех своих друзей берешь Непреложный обет? Что Грейнджер пообещала никому не говорить, что дает тебе списывать эссе?  — Малфой, ты… — Невыносим?  — Уморителен. — С чего бы это? — Возвращаясь к твоей семье. У Гермионы родители дантисты, а у Рона они состояли в Ордене Феникса. Как думаешь, почему я не переживаю на их счет? — Твоя предвзятость так раздражает. Да ты толком ничего и не рассказал мне! Боюсь, чтобы узнать твой любимый цвет мне тоже придется приносить клятву. А что? Об этом же может узнать мой отец!  — Не перебарщивай! — Не будь таким тупым! — Знаешь что, Малфой! — Молодые люди!!! Парни подскочили. Над ними нависала Синистра, которая стала удивительно напоминать Снейпа, находясь в подземельях. Она была достаточно высокой, чтобы смотреть на них сверху вниз. — Боюсь, мне придется рассказать профессору Снейпу о вашем поведении, когда он вернётся. Вы нарушаете дисциплину в классе! Пятнадцать баллов со Слизерина!  Гарри посмотрел на красного от злости Малфоя и буркнул: — Простите, профессор.

***

— Что это было? — допытывался Рон по дороге в Большой зал. — Вы так кричали. Мы уже думали, разнимать вас придется.  — Все в порядке, Рон, просто повздорили. — Ровным голосом ответил Гарри. — Как же, в порядке, эти Малфои… — Рон! — возмущенный голос Гермионы отскочил от стен пустого коридора и побежал дальше. Ребята услышали, как Пивз передразнивает её где-то вдалеке — «Рон, Рон!». Это отвлекло всех и дало немного остыть. — Драко не самый приятный парень, но он мой друг. Думаю, это нормально для приятелей — иногда не сходится во мнениях.  Рон упрямо покачал головой, но промолчал. Гермиона ободряюще улыбнулась ему, но в глубине её карих глаз плескалось беспокойство.  Гарри знал, что они думали об этом. Удивительно, но это совпадало с его мыслями и вероятно тем, что думал об этом Драко. Тот Непреложный обет, который они заключили на первом курсе, провел между ними черту. Они принадлежали к разным мирам и, чем сильнее накалялась обстановка, тем сильнее чувствовалось это различие между ними. Однажды Драко может снова стоять со своими родителями и сжимать руку, на которой появилась черная метка. — Гарри, ты в порядке?  Теплая рука Гермионы дотронулась до него. Девушка так пытливо вглядывалась в его лицо, что казалась, она хочет разглядеть в нем любые признаки ненормальности и тут же отвести к Дамблдору или Помфри. Но разве он неправильно поступал? Лучше было бы даже не смотреть в сторону слизеринцев?  «Я всегда буду рядом» — нет, если бы он был здоров, он не сказал бы это сыну одного из главных пожирателей. Но сможет ли он и правда бросить его когда придет время? Гарри вспомнил его тонкий острый нос и серые взволнованные глаза, находящиеся чересчур близко. «Я пойду с тобой, Поттер». Что же они творят?

***

Когда он вечером зашел в гостиную, то сразу отметил необычайный шум. Гарри нахмурился и покрепче сжал в руке палочку.  Целый день он провел, избегая своих друзей и однокурсников. Гермиона и Рон, конечно, были рады ему, но и их напрягали тяжелые взгляды, постоянно сверлящие их спины. Тео и Блейз несколько раз подходили к ним, но Гарри попросил подождать до вечера, когда они соберутся все вместе. Судя по крикам, разговор будет не самым приятным. Но стоило ему увидеть развернувшуюся в центре гостиной сцену, сразу стало понятно — к его утренней ссоре с Драко это не имело никакого отношения.  Эдриан и Перегрин Дерек стояли направив друг на друга палочки, но ничего не делали. Вокруг них собралась толпа студентов. Перегрин был в одиночестве. За спиной Пьюси стоял бледный, как мел, Теренс и держал друга за локоть.  Сзади них маячил Уоррингтон. Он был такой же огромный, как Монтегю, но не настолько злобный. Кассиус отличался популярностью у девушек. Гарри мельком подумал, что было странно, что он не пробовался на место загонщика в этом году.  — Гарри!  Дафна подхватила его под локоть и практически потащила к камину. Там уже сидели его хмурые друзья. Драко демонстративно не смотрел на него.  — Ты все пропустил, Поттер. — протянул Блейз.  Ему явно доставляло удовольствие наблюдение за этой сценой.  — Что происходит? — спросил Гарри.  — Перегрин оскорбил девушку Пьюси, — мрачно возвестил Тео.  — Девушку? Ему не ответили. Гарри перевел взгляд на старшекурсников. Волшебницы среди них не было. Возможно она испугалась и уже убежала? — Ты уродец, жалкий слизняк! — Заорал вдруг Перегрин, его лицо обычно имеющее желтоватый оттенок, покрылось уродливыми красными пятнами. — Думаешь, никто не знает какими мерзостями ты занимаешься? Мне противно делить с тобой спальню! — Мы можем выселить тебя. — Неожиданно спокойно ответил Эдриан. — Из Хогвартса. Хочешь домой? Но боюсь, целым ты не доберешься. Перегрин тяжело втянул носом воздух и беззвучно открыл рот, словно рыба выброшенная на сушу, явно раздумывая, что бы еще сказать. Эдриан выглядел так, как будто ничего не происходило, но это было еще более жутким, чем если бы он злился.  — Плохо дело, старина Пьюси совсем вышел из себя, — сказал Блейз, — Если учитывать, что на первом курсе он наслал невербальное проклятье в таком состоянии, страшно думать, что будет с Перегрином. — Это когда у того грязнокровки постоянно росла рыжая шерсть на руках? — глумливо хихикнула Панси.  — Он был полукровкой. — зачем-то сказала Миллисента.  — Да какая разница? — Паркинсон презрительно посмотрела на девочку.  Тем временем Дерек наконец-то собрался с мыслями. Его и без того вытянутое лицо выглядело комично с яростной гримасой на нем.  — Ты урод, Пьюси, и твой Хиггс всего лишь подстилка. Был бы жив Темный Лорд, таких тварей, как ты… — Заткни свою пасть, пока не поздно! — рявкнул какой-то семикурсник из толпы, окружившей парней.  — Да, ребята, завязывайте, это не смешно! — возмутилась Фарли.  — Вы что, будете поддерживать эту мерзость? — Перегрин уже совсем не контролировал себя. —  Вы чистокровные волшебники или маггловское отребье? Из-за таких, как они, мы и вымираем. Гарри в изумлении наблюдал за происходящим. Он понял, что все это время подсознательно понимал, что Теренс и Эдриан не просто друзья, это не стало открытием. Но то, как Дерек реагировал на это, было неприятно видеть. Какое ему дело? — Кажется, сейчас вымрет род Перегринов. — усмехнувшись заметил Тео.  — Да, но не сказал бы, что опечален этой новостью. — улыбнулся Нотту Блейз. — А ты, Поттер? — вдруг обратился он к нему. — Что думаешь? Все сидящие вокруг тут же посмотрели на него. Только Драко принципиально продолжил сверлить взглядом ссорившихся парней. — Я не думал об этом. — Честно ответил Гарри. У него и правда не было времени думать о чужих отношениях. — Но я не вижу в этом проблемы, они же не вредят этим никому. Малфой неожиданно покосился на него, но тут же ответ взгляд. — Ну да, — фыркнула Пэнси, — Не вредят! Только они оба чистокровные и, если у них не будет детей, их род прервется! — У Хиггса есть сестра. — напомнила Дафна. — А у Пьюси нет! — парировала Пэнси. Гарри перестал слушать их перепалку и снова посмотрел на парней. Они продолжали переругиваться, но что-то было не так.  Атмосфера в гостиной переменилась. Стало словно холоднее и гораздо темнее. Свет от камина и свечей стал менее ярким, а некоторые и вовсе затухли. Многие поежились от неприятного холодка, пробежавшего по спине. Все замолчали и голос Дерека в тишине зазвучал отчетливее. — Вы все позорите волшебный мир. Такие, как вы, не достоины жить. Бесполезные куски дерьма. — Но его голос стал становится слабее, а сам он начал стремительно бледнеть. Очевидной причиной происходящего был все такой же спокойный Эдриан. Он не поднял палочки и не сказал ни слова, но вокруг него начала виться темная магия. Это было похоже на воздействие дементора. Словно из пространства вытягивалось все счастье и становилось нестерпимо тоскливо. — Пьюси, не дури, — прорычал Кассиус.  Кажется, на тех, кто был ближе к нему, магия действовала сильнее. Уоррингтон уже не казался таким огромным, он съежился и обхватил себя руками. Гарри никогда не видел ничего подобного.  Хиггсу, который все еще держался за Эдриана явно было хуже всех. Он покачивался, словно вот-вот упадет и опустил голову. — Эдриан, — позвал он, Пьюси посмотрел на него и его бесстрастное лицо тут же стало обеспокоенным, — Эдриан, пожалуйста… Теренс почти упал, но его вовремя подхватили сильные руки. Давящая атмосфера немного спала, и Перегрин перестал яростно тереть виски, словно пытаясь избавиться от чего-то. Эдриан что-то тихо говорил Теренсу, все еще поддерживая его за талию. Он не заметил, как окончательно пришедший в себя Перегрин выхватил палочку и с яростью направил её на них.  — Пьюси, Хиггс, берегитесь! — крикнула Джемма. Эдриан повернул к противнику голову, но было уже поздно. Дерек выглядел почти сумасшедшим в этот момент.  — Все видели! Вы все видели, что они вместе! — Он почти визжал. — Вы недостойны находиться среди нас! Серпенсотрия!  Неожиданно огромная змея, напоминавшая Нагайну, появилась в воздухе и бросилась на парней. Эдриан нахмурился и поднял палочку, закрыв собой Теренса, но его атакующее проклятье не попало в изворотливую змею, зато угодило в Дерека, тут же повалившегося на пол. Змея же продолжила стремительно подползать в ним.  Гарри, сам не понимая, что делает вскочил на ноги. Он почувствовал, что кто-то схватил его за рукав, но он и не собирался бежать к ним. Вместо этого он закричал и из его рта вырвалось яростное шипение:  — Стой! Не смей их трогать!  Змея замерла прямо у ног удивленного Эдриана и повернула голову, ища говорящего с ней. — Иди сюда! — приказал Гарри смотря только на нее.  Рука, сжимающая его рукав, задрожала, но не отпустила его. — Говорящщий, говорящщий мальчик. Как интересссно. — Прошипела змея. Она начала подползать в нему. Гарри направил на нее палочку. — Извини, я не хотел этого! Випера Эванеско!  Пламенный шар устремился к замершей змее и поглотил её. Несколько секунд Гарри рассматривал место, где она находилась, а потом перевел взгляд на сжимающего его рукав Драко. Он смотрел на него расширенными от ужаса глазами. Они смотрели друг на друга мгновенье, а потом он обнаружил, что вся гостиная в полном молчании уставилась на них. — Поттер, это что сейчас было?! — нарушил тишину возглас Теодора.  Он встал со своего места и неверяще смотрел на него. Студенты вышли из оцепенения и начали перешептываться.  — Это был парселтанг?  — Неужели Поттер и правда…?  — Я знал, что с ним что-то нечисто! — Вейзи подставили? Гарри нахмурился и убрал палочку. Он обернулся. Из всех его друзей спокойным выглядел только Блейз. Нотт почему-то разозлился. Дафна прикрыла ладошкой рот и удивленно смотрела на него. Драко все же отпустил его руку и теперь поражено разглядывал его, словно видел впервые.  — Ну что, Поттер? — сказала Пэнси. — Покажешь нам, как выглядит Тайная комната?

***

Слухи о том, что Гарри змееуст быстро покинули гостиную Слизерина. Теперь кошмар второго курса грозил повториться. Многие особо радикально настроенные студенты решили, что он и есть наследник, а Вейзи в прошлом году он просто подставил, собственноручно убив Майлза. Да и многие другие, хоть и не считали Гарри вселенским злом, отмечали, что в знании парселтанга все же нет ничего хорошего. — Если бы я был Наследником, в этом году я бы тоже попытался избавиться от кого-нибудь. — мрачно буркнул Поттер, вертя в руках вилку с нанизанным на нее кусочком пирога.  — Может твоей целью был именно Годак? — Ухмыльнулся Блейз. Теперь они вчетвером сидели в одиночестве. Рядом с ними никто не желал садится. И их было сложно винить. До этого слухи о том, что Гарри темный волшебник основывались лишь на сплетнях, но теперь все видели, как он использовал темное искусство, управляя змеей.  — В самом парселтанге нет ничего темного. — Успокаивающе улыбаясь ему, сказала на днях Гермиона. — Это просто язык, умение говорить на котором передается по наследству. Я читала об этом — к примеру, в Индии многие умеют общаться со змеями, но не становятся от этого злобными убийцами.  Гарри был с ней согласен, но не все были такими же рассудительными, как Грейнджер. Многие попросту испугались того, что увидели и решили, что от Поттера и его друзей будет лучше держаться подальше. — Теперь в наш клуб никто не захочет прийти. — Буркнул Драко.  Он отошел от первого шока и теперь хмуро смотрел на каждого, кто посмел приблизиться к ним. Он не изменил своего мнения о Гарри, но вместо страха его вдруг обуял интерес. Он попросил его показать ему Тайную комнату, и услышав отказ, стал мрачнее тучи. — Почему никто? — удивился Блейз, довольный интересной историей, разворачивающейся вокруг них. — Многие теперь уверены, что наш Поттер — новый Темный Лорд. Давай организуем клуб юных Пожирателей, а Гарри?  — Да иди ты! — возмутился парень. Ему уже надоело, что он становился центром всевозможных слухов и попадал в столь нелепые ситуации. Почему он тогда использовал парселтанг? Можно же было сразу избавиться от змеи и дело с концом.  В Большой зал влетели совы. Можно было уже представить, что писал Пророк, если слухи уже вышли за пределы школы. Перед Гарри опустилась Хедвиг с маленьким конвертом привязанным к лапке. Он уже решил, что это от Сириуса, но открыв письмо увидел аккуратный почерк зельевара.  «Кабинет директора, сегодня, в шесть. Не творите больше глупостей, Поттер! Пароль — ореховая нуга.» Гарри улыбнулся, всегда было забавно видеть, как Снейп произносит или пишет «сладкие» пароли Дамблдора. Записку он положил в карман мантии и вернулся к своему завтраку. — Кто тебе пишет? — тихо спросил Драко. Они решили сделать вид, что той смущающей сцены в кабинете зельеваренья не было и они не ссорились.  — Директор хочет меня видеть. — Ответил Гарри. 

***

— Входи, мальчик мой. — Поприветствовал его бодрый голос директора.  Дамблдор вовсе не выглядел расстроенным последними событиями, напротив, он смотрел на Гарри лукаво и с легкой улыбкой. Снейп же наоборот выглядел так, словно наглотался флоббер-червей Хагрида. — Что-то случилось? — спросил Гарри, как только уселся в кресло. — И да и нет, — расплывчато ответил Дамблдор, — Я позвал тебя сегодня, чтобы показать тебе кое-что важное. Он махнул рукой в сторону Омута памяти. От жидкости внутри него исходило яркое-серебристое свечение. Гарри сглотнул.  — Вы хотите показать мне его?  — Да, я знаю, что ты уже видел его во сне, но нас сейчас больше интересует его окружение. Северус недавно посетил одну встречу. Думаю, нам всем полезно знать, кто находится рядом с Томом сейчас. Гарри почувствовал, как напряглось все тело и заболела голова. Мерлин свидетель, он никогда больше не хотел видеть ни Волендеморта, ни его шайку. Но, очевидно, было что-то, что он должен был увидеть в воспоминаниях Северуса. Они втроем подошли к Омуту. Гарри в нерешительности замер, наблюдая, как Снейп подносит к виску палочку и вытягивает оттуда светящуюся прядь, содержащую нужное воспоминание, и стряхивает её в чашу. Дамблдор ободряюще сжал плечо Гарри. — Пора. Он подошел и с сомнением взглянул на серебряное вещество покрывающиеся то рябью, словно вода, то завихрениями, как мелкая пыль в воздухе. В глубине этой странной субстанции то и дело мелькали образы, но их было невозможно разглядеть, так быстро они появлялись и исчезали.  Наконец, он глубоко вздохнул и погрузился в жидкость. Его охватило уже знакомое чувство падения в пустоту, а затем он мягко опустился ногами на пол. Сначала не было видно ничего, только белый туман и было слышно множество голосов.  Спустя мгновение картинка прояснилась и Гарри обнаружил, что находится в приличном по размерам помещении. Мебели в нем не было кроме пары длинных диванов странной формы, расставленных у стен. Зал освещали сотни свечей, плавающих в воздухе под потолком. За высокими арочными окнами был виден бескрайний ночной лес.  Гарри обратил внимание на окруживших его волшебников. Его сердце пропустило удар и сжалось. Конечно, это были всего лишь воспоминания. Никто из пожирателей не мог заметить его, но все равно, находится среди тех, кто страстно желал его убить, было страшно.  Некоторые лица он узнавал. Высокий широкоплечий блондин, стоящий рядом с Барти Краучем-младшим кажется участвовал в осаде Хогвартса. А старика в строгой мантии, похожей на одеяние священника, Гарри видел в газетах, когда Воландеморт в прошлый раз захватил Министерство.  Их тут собралось несколько десятков человек. Разумеется, их могло бы быть и больше, но некоторые еще сидели в Азкабане, и это не могло не радовать.  В центре зала, в образовавшемся пустом пространстве, очевидно стоял их предводитель. Том Реддл, занявший чужое тело, уже начал отравлять его своим присутствием. В прошлый раз Гарри видел его совсем юным с непривычно мягкими чертами лица. Русые волосы и светлые глаза придавали бы ему вид ангела, но взгляд, полный силы и превосходства, говорил о многом. На этот раз волосы казались гораздо темнее, да и глаза стали почти черными. Прорезались скулы и точенный нос, принадлежавшие когда-то юному Тому Реддлу. Естественно, великий Воландеморт трепетно относился ко всему, что было связано с ним, и поэтому не мог допустить, чтобы его внешность была столь заурядной, как у того юноши, чье тело он занял. Тут явно не обошлось без искусной трансфигурации, подумал Гарри. Рядом с Воландемортом стояли только три волшебника. Остальные не смели приближаться к ним, почтительно держась на расстоянии. С опаской и обожанием они косились на неординарную компанию темных волшебников.   В одном из них Гарри узнал Гриндевальда. Он выглядел гораздо лучше, чем в его сне. Седые волосы были убраны в хвост, а держался он также гордо, как и Воландеморт. Он с безразличием разглядывал толпу пожирателей, явно не испытывая восторга от этого сборища. Немного позади них стоял маг, которого Гарри никогда до этого не видел. На вид это был настоящий старик. Если у Гриндевальда волосы были седые, у Малфоя, мельтешащего где-то в толпе, серебрянные, то у этого мужчины они были ослепительно белыми. Как и глаза со злобой взирающие на все вокруг.  Гарри нахмурился и приблизился к волшебникам, проходя бесплотным признаком сквозь толпу.  Наконец, он заметил сгорбленную спину зельевара, держащего руки за спиной. Он прямо, без страха, смотрел на двух величайших темных волшебников последнего столетия. Глядя на него, Гарри понял почему Темный Лорд долгое время не сомневался в его верности. Северус выглядел так, будто он моментально закроет своего хозяина собой, если кто-то решится навредить ему.  — Это будет твоим заданием, Северус. Не выполнишь его — подпишешь себе смертный договор. Его голос. Руки Гарри покрылись мурашками. Он был именно таким, как в его видениях и снах. Немного шипящий, томный и глубокий. Гарри посмотрел на Воландеморта и увидел прожигающий его взгляд. Конечно, он смотрел на Снейпа, но этот взгляд все равно принес боль в месте, где раньше был шрам.  Картинка стала расплываться. Они говорили что-то еще, кажется, в разговор вступил Гриндевальд, но их уже не было слышно. Это было все, что Северус мог показать ему. Гарри вынырнул из воды и, досадливо шипя, потрогал лоб. Голова просто раскалывалась. Это было отвратительное ощущение.  — Вы в порядке, Поттер? Северус схватил его за плечи и повернул к себе. Он выглядел таким же, как всегда. Собранным и строгим. На Воландеморта он смотрел немного по-другому. Но все же, могло ли быть что…?  — Да, просто шрам немного саднит. — У вас больше нет шрама.  — Я знаю. Они смотрели друг на друга, словно ведя мысленный диалог. Дамблдор не вмешивался, внимательно наблюдая за своими самыми доверенными людьми.  Мальчик походил сейчас на волчонка — взъерошенного и только что за шкирку вытянутого из воды. Он хмуро сверлил взглядом старшего. Северус же никак не менялся в лице, но то, как он заботливо придерживал Гарри и не отводил взгляд, говорило о многом.  — Что за задание дал вам Воландеморт?  — Поттер, вам не стоит вмешиваться.  — Я хочу знать! Северус посмотрел на директора, спрашивая, можно ли рассказать об их плане. Он кивнул. — Темный Лорд приказал добыть прядь твоих волос. Он хочет что-то сделать с ней и, если у него не получится осуществить задуманное, он убьет меня. Гарри удивленно отпрянул от Снейпа, но тот не отпустил его. Несмотря на страшные слова, лицо зельевара оставалось бесстрастным.  — Сэр? Что он хочет сделать? Зачем ему это?  Дамблдор подошел ближе и взмахнул волшебной палочкой. Одна из черных, словно вороново крыло, прядок поднялась в воздух и заклинание отсекло её. Он перевязал её красной нитью и положил в небольшой мешочек. Гарри поражено наблюдал за тем, как легко, не спрашивая его ни о чем, у него взяли его частичку. Ведь Воландеморт мог сделать с ней что угодно! Любая часть тела волшебника служила очень сильным магическим ингредиентом. Достаточно вспомнить про оборотное зелье. Теперь кто-то из пожирателей или даже сам Реддл могли притвориться им!  — Я знаю, что ты не хотел бы делать это, Гарри, но нам придется. Том не оставит Северуса рядом с собой, если заподозрит, что он доложил мне о его планах. Я уже догадываюсь, что он хочет сделать с твоими волосами и я постараюсь этого не допустить. Гарри почувствовал, что ему не хватает воздуха. Цепкие руки зельевара на его плечах вдруг показались неимоверно тяжелыми. Лицо Дамблдора отвратительно фальшивым. — Постараетесь не допустить?! — закричал он, отталкивая Снейпа от себя. — Я не безвольная кукла, от которой можно отрезать куски в угоду вашим планам! От меня так и вовсе ничего не останется. — Поттер, немедленно успокойтесь. — Гарри, не горячись. — Я… я не могу так. — Он и сам понимал, что звучит жалко, но истерика уже началась. — Мою душу изранил Воландеморт. Он пытался уничтожить мое тело множество раз и однажды ему это даже удалось. Теперь, чтобы Северус продолжил шпионить, я должен стать марионеткой в его руках. Он же может подчинить меня! Он даже может стать мной! Гарри просто не понимал, почему волшебники перед ним так спокойны. Разве он недостаточно сделал для общего блага? Недостаточно потерял? — Сейчас тебя одолевают страхи и сомнения, я понимаю. Но прошу тебя, Гарри, доверься мне. — Дамблдор аккуратно положил руку ему на плечо. — Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Том не доберется до тебя. Гарри тяжело дышал словно загнанный зверь. Его глаза метались между спокойным лицом директора и напряженным зельевара. Как же они не понимали? — Он уже здесь. — Гарри коснулся лба. — Его не смогла изгнать даже смерть.