Назад в 1991

Ночью началась гроза. Из окна его комнаты лес был похож на черное море. Драко завороженно наблюдал за молниями и считал сколько времени пройдет до раската грома. Так он определял далеко ли от них сейчас гроза.  Обычно он делал так, когда летал над лесом на метле, и начинался сильный ливень. Этому его научил отец. От него он знал еще много вещей, которые могли бы спасти его жизнь, сделать богаче, счастливее. Но никто не учил его делать это все для других.  Он рос не зная бед, не понимая, что творится в большом мире. Его не касались жизни простых людей. У них даже слуг не было, всю работу по дому выполняли домовики. Драко прекрасно понимал, почему его родители такие. Они также, как и он — жили в этом крошечном мире и не захотели бы отдать его и за тысячи жизней простых магглов. Именно поэтому такие, как Темный Лорд, могли брать у них все, что хотели. Они прекрасно знали о том, что чистокровные маги берегут три вещи — семью, магию и свой дом. И чтобы всего этого не лишиться, приходилось чем-то жертвовать.  Было просто немыслимо, что Драко Малфой, выросший в этом маленьком мире, был способен творить подобное. Ради парня, с которым у него натянутые отношения. Ради будущего волшебников, которые скорее всего его ненавидят.  Откуда это в нем? Он много раз задавал себе этот вопрос. В его семье тоже были мятежники. Те, чьи имена были выжжены с семейного древа. Те, кто больше не носил фамилию Малфой и навсегда растворялся в истории. Его кошмар, приходящий к нему во снах почти каждую ночь. И, возможно, скоро он наконец станет реальностью. Ответ на вопрос «Почему он это делает?» проще, чем кажется. Потому что он должен. Магия связала его судьбу с судьбой Поттера. Что-то высшее посылало ему те видения и вело через все опасности, чтобы он сделал нечто важное.  В такие моменты он больше не был Малфоем. Он отдавал себя этой силе, а взамен получал гораздо большее. Он обретал смелость, которой у него никогда не было. Драко отошел от окна и заглянул в темный проход, который открывался лишь ему. Он находился за большим книжным шкафом. Туннель, в который можно было из него попасть, был связан древними ходами со всеми важными комнатами в замке. И с подземельем тоже. Он глубоко вздохнул и прошептал: — Пусть мне помогут все силы, которые существуют, иначе ничего не выйдет. 

***

— Сбежали! — Министр с такой силой шлепнул по столу газетой, что чернильница опрокинулась и залила все вокруг. — Они сбежали! Все, что от вас требовалось — это охранять Азкабан! Никто не смел и звука издать. В кабинете находились все главы больших и мелких отделов министерства. Молоденькая ведьма-секретарша жалась рядом со столом начальника, не зная, броситься ли ей убирать беспорядок или сбежать, пока не поздно. — Как этим жукам удается все выведать и сразу же выпустить статью? Немыслимо!  Скромный волшебник со смешным чубом на голове, промямлил: — М-мы подозреваем, что у них есть шпионы… — Да, всем и так понятно, что они есть! — Фардж даже покраснел от гнева. — Почему еще никого не поймали?! Руфус Скримджер — глава Аврората, сузил свои желтоватые глаза и сдвинул брови. От этого он стал похож на сморщенную репу.  — Мы полагаем, что у них есть незарегистрированный анимаг.  Министр тяжело вздохнул и неожиданно успокоился. Он упал в свое большое кожаное кресло.  — Этот бардак просто невозможно разгрести.  Он уставился на колдографии бывших Пожирателей Смерти. Особенно его раздражала сейчас наглая ухмылка Беллатрисы Лестрейндж. Словно она смеялась именно над ним.  — Мы сами и создаем этот хаос, — глубокомысленно изрек Фардж. — Давно пора ввести закон о… — Господин Министр, — вдруг робко позвала секретарша.  Все повернулись к ней, и она смущенно зарделась. — Это очень важно. Письмо из Хогвартса, лично для вас… — Мерлин подери их всех, — раздраженно отмахнулся министр. — Но… — Давай уже сюда! — он открыл конверт, скрепленный специальной печатью и умолк на несколько минут. Скримджер покосился на письмо, но ничего не сказал. — Что же там? — не выдержал глава отдела по связям с общественностью. Фардж еще некоторое время вчитывался в ровный строчки, а потом бросил письмо на стол.  — А прочтите сами Бейгли. Дождь никогда не идет — он льет как из ведра. 

***

Драко с трудом понимал, где он находится и сколько времени он бродит по темным коридорам. Периодически ему попадались специальные ниши, которые явно вели к разным комнатам. Иногда он даже слышал беседы волшебников, находящихся в них.  — Нужно закрыть сад от всех наших гостей, — в одной из таких лазеек для шпионов, он услышал голос мамы. — Добби позаботься. — Да, моя госпожа.  Интересно, зачем маме понадобилось закрыть сад? Возможно, она что-то прятала там или просто не хотела, чтобы эти люди находились в ее любимом месте? Драко быстро выбросил это из головы, когда наконец-то нашел то, что искал. В конце коридора, освещаемого только его люмосом, был спуск вниз, в подземелье.  Он торжествующе улыбнулся. До этого Поттер геройствовал и всех спасал, но пришло время, когда ему тоже понадобилась чья-то помощь! Драко смело начал спуск. Температура снижалась слишком резко, поэтому, ставшее уже родным, согревающие зелье было очень кстати.  Спустя несколько минут он наконец закончил спуск и оказался в длинном коридоре, освещаемом… Да, это было целое полчище люминесцентных грибов. Вот бы профессор Снейп все это увидел! Их загадочный зеленый свет делал это место еще более жутким и привлекательным. Драко убрал люмос и стал двигаться к большим дверям, в конце коридора. Глухая тишина сопровождала его. Лишь его сбитое дыхание и гулкий звук от удара капель воды о каменные плиты, разбавляли ее. Он начал подозревать, что пришел не туда, но ближе к двери он уже смог различить приглушенные голоса.  Не решившись подходить вплотную, он остановился в нескольких шагах и замер. Речь было не разобрать, но в помещении явно было двое мужчин. Они всё говорили, и Драко стало уже скучно от того, как долго это все тянулось. Вот Гарри бы точно сейчас придумал какой-нибудь безбашенный план и разузнал, о чем они говорят. Но он не был Поттером, он был Малфоем.  Это значило, что, как только голоса стихли и послышался скрип закрывающейся двери, он подождал еще какое-то время и подошел к дверям. Попытаться открыть их вручную было бы попросту глупо. Они занимали собой всю стену и казались склеившимися от времени.  Драко опробовал несколько известных ему отпирающий заклятий, но судя по всему его предок знал больше третьекурсника, потому что ничего не произошло. Аппарировать он не умел. Оставалось только пожелать Поттеру всего хорошего и возвращаться к себе в спальню. Он убрал прилипшую челку со лба и раздраженно прошипел: — Я шел так долго и ради чего? Чтобы стоять, как идиот, в этом вонючем коридоре? Ну почему Малфои всегда такие скрытные?  Как только он произнес фамилию своей семьи, раздался какой-то негромкий хлопок, и двери, как по заказу, приоткрылись. Небольшой щели не хватило бы для взрослого мага, но к счастью, Драко был тощим, что очень не любил признавать. — Хм, хоть он и не был третьекурсником, но видимо был идиотом. Пароль «Малфой», очень оригинально. — раздраженно бормотал парень, пока пытался втиснуться в проход.  — Я бы попросил! — раздался прямо над его ухом возмущенный мужской голос. Драко взвизгнул, и забыв о возможности столкнуться с Темным Лордом нос к носу, как по маслу вылетел из прохода.  — Что… что… Он не мог отдышаться и испуганно оглядывался по сторонам. Никого не было, но голос не мог ему просто примерещиться. Хотя, возможно, те странные грибы…  — Нет, ну какой нахал, —  невидимка стал причитать с явным французским акцентом, — И так теперь воспитывают юных Лордов? Оскорбить того, кто построил это поместье!  От шока и страха Малфой покачивался и еле стоял на ногах. Он даже не смотрел, куда попал, хотя очевидно здесь было на что посмотреть. Двери, через которые он прошел, изнутри выглядели, как часть каменной стены, из-за чего образовавшийся проход смотрелся очень странно. Неудивительно, что те кто тут были до него, ничего не заподозрили. Факелы с магическим пламенем освещали овальное полупустое помещение. Посередине стояла каменная плита, на которой лежал мертвенно бледный Гарри Поттер. Как только Драко все это обнаружил ему стало еще хуже. Он схватился одной рукой за ледяную руку Поттера, а другой стал тыкать в воздух волшебной палочкой. — Покажись! Чем бы ты ни было, я не боюсь тебя! — Салазар помилуй, просто обернись, дитя! Драко медленно повернулся и опять почувствовал, как подкосились ноги, на этот раз от облегчения. На него смотрел точный портрет его предка — Арманда Малфоя. Того самого волшебника, который прибыл в Англию из Франции и стал основателем их рода на этой земле. — Ах, это вы… — Да, это я! Позвольте представиться — Арманд Малфой, десница Вильгельма завоевателя…  — Простите, но я очень спешу, — Драко было невероятно стыдно так обращаться с уважаемым предком, но ситуация требовала скорее закончить этот разговор. — Мой друг в большой опасности, и мне нужно как можно быстрее понять, что с ним!  Мужчина, что удивительно, темноволосый, явно расстроился, но быстро собрался — портреты редко испытывают сильные душевные переживания.  — Кхм, да, конечно. Вижу, ситуация у вас непростая… Драко кивнул и наклонился поближе к Гарри. Очков на нем было, и его лицо казалось совсем крошечным и белым, особенно на фоне этого ужасного черного камня. Он потрогал холодный лоб Поттера, его щеки и нахмурился. Что-то смущало его. Через долю секунды он осознал, что Гарри не дышал. — О нет… Нет! Нет! Поттер! Драко забылся и начал трясти друга, ухватившись за его плечи.  — Не может быть, чтобы ты вот так умер!  — О нет, ваш друг не мертв! — воскликнул Армандо, решив, что нужно вмешаться. Драко отпустил его и вытер с щек невесть откуда взявшиеся слезы. — С чего вы взяли? Он уже не дышит… — Дитя, чему же тебя учат в Хогвартсе? — Возмутился портрет великого предка. — Это Магический сон, от которого элементарно можно пробудить человека с помощью корня Асфоделя! Конечно, с этим мальчиком делали что-то еще, я никогда не видел такой магии… Драко уже не слушал. За единственной дверью, кроме секретного прохода послышались голоса. Он тяжело сглотнул и бросился к стене. — Благодарю вас! — сказал он перед тем, как скрыться, надеясь, что портрет Армандо его услышал, и магическим образом проход за ним закроется сам. Впрочем, так и случилось. Чаще всего Малфоям невероятно везет. 

***

Если бы Снейпу предложили выступить на конгрессе колдомедиков с докладом: «Передающиеся воздушно-капельным путем кретинизм и тупость гриффиндорцев», он бы обязательно это сделал.  Как только он увидел натянутую улыбку Драко Малфоя и его оловянные глаза, он все понял. Мальчишка вовсе не сидел в своей комнате, как ему было велено, а бродил по дому и искал своего ненаглядного Поттера.  Северус сел подальше от юного Малфоя. Тот явно имел к нему какое-то дело, и это все было чертовски опасно, если учитывать, что за ужином сегодня собрался настоящий бал Сатаны.  Темный Лорд, уже не отличимый от себя прежнего, сидел во главе стола. По правую руку от него сидел судя по всему Гриндевальд. Не таким его себе представлял Северус. Бывший величайший темный волшебник все время молчал и пялился пустым взглядом то в свой бокал, то в потолок. Один глаз у него судя по всему был незрячим. Впрочем, может быть, старик все же выжил из ума. Говорят, он не спал с того момента, как попал в собственную тюрьму в качестве пленника.  По-правую руку от Лорда сидел этот странный тип — Рубенс Тортон. Снейп не совсем понимал, что этот противный старикашка делает здесь, но, конечно, не задавал вопросов. Он вообще попал за этот обеденный зал сегодня только благодаря Люциусу, который заверил Лорда, что лично поручается за зельевара. Конечно, Воландеморт не поверил ни единому слову, и в любую минуту Северус ждал аваду, пущенную ему в спину. Он сидел рядом со своим попечителем и его женой. Их «назойливый» ребенок, к счастью, сидел дальше. Но периодически Снейп все равно ловил его взгляд в отражении серебрянных приборов. Удивительно дурной мальчишка! Если их поймают, на десерт для Нагайны подадут их головы.  Естественно, Снейп не обманывался и понимал, что теперь пополнил ряды тех, кого Воландеморт в случае любого неверного шага убьет не раздумывая. О былом покровительстве и речи не шло. После этого нелепого ужина должны последовать переговоры. Северус предложит в качестве жертвы то, что может дать директор. Если повезет, Поттер проживет до утра, и члены Ордена успеют забрать его. Тем более Аврорат и Орден в кои-то веки смогли договориться и сплотиться ради общего дела.  После ужина, который прошел практически в гробовой тишине, Темный Лорд поднялся и вместе со своими спутниками куда-то удалился. Чета Малфоев и Северус остались забыты, и это их полностью устраивало.  — Северус, Добби проводит тебя в твои покои, — ровным голосом, без намека на нервы, сказала Нарцисса. — Думаю, сегодня аудиенции с Лордом не получится. У него много дел. — Благодарю, за гостеприимство, — не скрывая сарказма, сказал Северус. Маленький лопоухий домовик появился из воздуха и почтительно поклонился. Зельевар кивнул, и существо переместило их обоих в спальню.  Когда Снейп оказался один, он заметил, что из кармана его мантии что-то торчит. Это был бумажный журавлик, а внутри естественно оказалась записка: «Корень Асфоделя. Отправь с Добби, сегодня!» — Глупый ребенок! 

***

Той ночью Драко мерил шагами свою спальню. Все его мысли были сосредоточенны только на одном — Добби. Он отправил домовика к профессору целый час назад!  Могло ли что-то пойти не так? Естественно! У него и плана то конкретного не было, не понятно, на что вообще он надеялся. Кажется, он становится гриффиндорцем. Как еще все это объяснить? Минуты сменялись часами, но ничего не происходило. Было оглушительно тихо, кроме грома, молний и звука дождя, ничего. Словно никого больше в поместье не было.  Драко рухнул на свою кровать и, зло щурясь, уставился в потолок. Он, как обычно, сиял звездным небом, но сейчас это только раздражало. И все же, под приятный шум дождя он постепенно стал забывать о том, что происходит в его доме прямо сейчас. Голова стала тяжелой, и он практически погрузился в сон. Он уже видел перед внутренним взором, двор Хогвартса в августе. Теплые солнечные лучи грели лицо, рядом что-то бормотал Поттер… Поттер! Драко подскочил, и в этот же момент произошло сразу две вещи. Раздался мощный раскат грома, и молния ударила в землю прямо рядом с его окном. Яркий свет ослепил его, а когда он снова смог видеть, то обнаружил в комнате свою маму. Нарцисса стояла перед ним в простой темной мантии, её белокурые локоны скрывал капюшон. Драко нервно облизнул губы и покрепче сжал в руке волшебную палочку. — Мама? Что происходит? Нарцисса не сдвинулась с места. Она будто бы спокойно посмотрела в окно, а потом снова на него: — Нужно уходить. Скоро здесь начнется битва. Нас это не касается. Драко опешил. Битва? О чем она? — Конечно, касается! Я здесь ради него! Поттер у них и я должен ему помочь! Лицо Нарциссы первый раз дрогнуло. — Драко, родной, о чем ты? При чем тут Гарри Поттер? Он вскочил с кровати и поправил мантию. — Мама, это сложно объяснить, но нам нужно помочь ему, — он постарался взглядом дать ей понять, почему это так важно. — Пожалуйста! Нарцисса вздохнула и дотронулась до руки сына. — Ему помогут и без нас. Поверь, теперь тут много желающих. Я лишь не хочу, чтобы ты случайно пострадал. Драко сжал её руку. Он, наверное, выглядит нелепо в её глазах, но ему плевать. Раньше он бы бросился спасаться, как только появилась такая возможность, но не сейчас.  — А отец? Как же он? — он постарался надавить на её. — Он решил помогать своему Лорду. На этот раз её лицо не дрогнуло. Раздался треск аппарации, они вот-вот должны были переместиться. Драко попытался вырвать руку, но мать держала крепко.  Но у нее не получилось. Возможно, было наложено какое-то заклинание. Но они так и остались стоять в нелепой позе посреди его спальни. — Не так быстро, сестренка, — визгливый голос заполнил собой всю комнату. — Мы же даже не успели поболтать! Беллатриса стояла перед ними и направляла свою палочку прямо на Драко.  Если не это их конец, то что?

***

Все шло неплохо. Даже хорошо. До какого-то момента.  Рубенсу почти удалось переместить крестраж. Том уже чувствовал его. Поттер постепенно угасал, но это было неважно. Абсолютно неважно, ведь его цель, впервые за долгие годы, была так близко. Бессмертие все это время было у него под носом, а он отдалял его от себя, кромсая свою душу на куски. В подземельях было ужасно жарко. Гриндевальд, его предшественник, давно отключился. То, что от него осталось, было таким жалким, что Реддлу было практически больно на него смотреть. Дамблдор и с ним хотел сотворить нечто похожее, но не вышло! Том схватился за подлокотники кресла, когда боль достигла своего пика. Ему казалось, что его медленно расщепляет на мелкие кусочки, но какая на самом деле разница?  Они так близки. Уже почти. — Мой Лорд! Чей это противный голос? Похоже на Дохолова. — Господин Тортон, остановитесь! На нас напали! Том внутренне рассмеялся. Напали? Какая нелепость. Совсем скоро ему будет плевать. Они могут хоть все поместье с землей сравнять. Он будет непобедим. Но постепенно боль стала уходить. Заветный момент ушел, и вскоре Том смог открыть полные ярости, красные глаза. — Дохолов, — прохрипел он — Что тебе нужно?  — Они прислали лучших авроров, господин! Они пришли за мальчишкой!

***

Непростительное было пущено не в него. Тетка пытала Нарциссу. Драко и не знал, что можно испытать такую боль, когда физически его никак не трогали.  Видя, как хрипит и извивается под заклятьем его мать, он словно был в свободном падении. Неизвестно, сколько это продолжалась. Но когда он осмелился посмотреть на дверь, там уже никого не было. Их заперли здесь. Он наклонился к ней. Мама прижималась щекой к полу. Она смотрела пустыми глазами перед собой и тяжело дышала. Её волосы спутались и прилипли к влажному лицу. Драко аккуратно убрал их назад. Он почувствовал, что плачет, уже второй раз за день. — Мама, прости меня. Прости, если бы я думал быстрее, этого бы не случилось. Мама, пожалуйста… Он затрясся всем телом. Как он мог допустить такое? Поттер скорее всего мертв. Мама испытала на себе круциатус. Он окончательно запутался. Кажется, от его действий становилось только хуже.  Он лег рядом с ней и обнял её. — Прости, я подвел тебя. Они лежали так какое-то время. Снаружи доносились приглушенные звуки, неразборчивые крики. Возможно, все уже закончилось. Да и какая теперь разница? Драко приподнялся и вытер щеки. Неожиданно, ему на глаза попался книжный шкаф, через который он сегодня утром пробирался в подземелье. Мгновение, и в нем снова зажглась яркая искра надежды.  Не все еще потерянно, верно?