«bang hornypher chan»

      Чан вздыхает рвано, в который раз переворачиваясь на кровати и прокручивая слова Т/И в голове. Он уверен в искренности свой госпожи, но она слишком недолго пробыла в компании и со стаффом многим не знакома вовсе, и разбрасываться обвинениями явно не стоит. Т/И клянётся, что рядом никого не было, когда она опрометчиво пошутила о наличии собственнической натуры с нотками тирании Чана в присутствии парнишки из пиар-отдела.       Сон Канхо в компании работает достаточно, чтобы пустить корни и начать устраивать на свободные вакансии своих друзей и родственников (но явно не Крису упрекать кого-то в кумовстве) — благо, все приведённые сотрудники с работой справляются исправно, поэтому вопросов к господину Сону нет по сей день. Канхо потребовалось полтора года просиживания штанов в головном офисе JYP, чтобы понять, что такой ритм жизни не для него, и потому ещё через пару месяцев на очередной летучке он предложил новый принцип работы «скоростного пиара». Вместе с артистами он летает по странам и уже на месте находит людей или ситуации, которые в будущем использует для продвижения групп.       JYP, в целом, заботится больше о репутации, чем о методах работы — Канхо вручили флаг в руки и пожелали благоприятного сотрудничества в командировках. Чан в дела компании не вмешивается и предпочитает следить за качеством работы ближайшего стаффа. И пока Сон Канхо не позволяет себе лишнего, Бан Чан не имеет к нему претензий.       Крис поворачивается лицом к сопящей Т/И, улыбается совсем немного и снова откидывается на спину. Какая-то его часть кричит о том, что Т/И — карьеристка, которая об этом открыто заявляет, и такие громкие обвинения — лишь средство в достижении каких-то целей. Как и сам Чан.       Будто прочитав его мысли, девушка прижимается к горячему боку и обнимает крепкую руку. Крис расслабляется, отгоняя размышления о Т/И в плохом ключе. Как только Бан Чан сказал, что её импульсивные обвинения беспочвенны и не имеют смысла, она затихла и, понурив голову, извинилась и согласилась. Она могла гнуть свою линию до последнего и, честно сказать, рано или поздно Кристофер бы принял её сторону — уж слишком привязался.       Бан Чан списал всё на совпадение — в конце концов, Хёнджин даже не посещает психотерапевта, депрессию ему никто не ставил, следовательно, ни о каких сливах и речи идти не может. А в Крисе и правда есть щепотка тирана, которую окружающие воспринимают как дисциплинированность и собственничество. Вложи это виденье в хейтера — СМИ мгновенно запестрят жёлтыми заголовками об абьюзе и насилии со стороны лидера Stray Kids (всё же у скз достаточно недоброжелателей). А отношения и без того всем айдолам приписывают ежедневно.       И в пору бы успокоиться, но Чан не может. Т/И посадила в его голове зерно сомнения и полила ускорителем роста, а Бан Чану мучайся. Уже месяцев семь среди стаффа ищут человека, который сливает информацию различной степени секретности сасэнам и имеет с этого приличный доход. Около десяти человек даже лишились работы, но ситуацию это не изменило. И неясно, то ли людей неправильных из компании выпихнули, то ли гнездо сплетников разрослось до огромных масштабов, что единственный выход — полностью обновить коллектив.       Чан колеблется ещё несколько десятков минут, прежде чем написать менеджеру с просьбой сдать обратный билет Т/И и сделать это аккуратно. Работа айдола вешает на шею огромный колокол и яркую лампу — чуть ли не из другого конца города фанатам видно и слышно, где находится их любимчик, с кем он и что делает. Бан Чан вряд ли когда-либо сможет устроить своей госпоже свидание в ресторане (если только не арендует весь зал) или сходить в парк на прогулку солнечным днём, но он постарается компенсировать это чем-то другим.

***

      Ещё не обработанные фотографии нажатием дрожащих рук на кнопку «отправить» высылаются начальству. Т/И не боится увольнения, не боится выговоров: её внутренняя любительница зависеть от человека нашла опору в виде Криса и теперь уверена, что череду неудач на работе сможет пережить на его шее.       Чана снова нет в кровати, но шум воды из ванной комнаты указывает на его присутствие в номере. Т/И бы прокрасться к двери и соблазнительно прижаться со спины, но ей неловко. Неловко, что их знакомство друг с другом в интимном плане началось с односторонних ласк, и те были не для Чана.       На столе уже разложен лаптоп Криса, рядом небрежно на MIDI-клавиатуру брошены наушники. Чан, возможно, не спит с раннего утра и полностью погружен в работу, пока Т/И наслаждалась сном вплоть до девяти часов. Кристофер возвращается из душа по-киношному: в немного приспущенных шортах, с мокрым телом и взъерошенными белым махровым полотенцем волосами.       — Нравится? — он ловит на себе взгляд, толкается языком в щёку. Т/И сонно жмурится, смешно кивает и улыбается, вызывая у Криса смех. Чан падает на кровать, закидывая руку на соседнюю подушку и двигая девушку ближе к себе. Она смотрит удивлённо, ведь ожидала, что Бан Чан в работе ежеминутно, и если не музыка, то организационные моменты обязательно выдернут его из отдыха. — Завтра у нас много дел, можно сегодня просто поваляться.       — Сразу после самолёта? — мокрый Чан в тёплой постели доставляет дискомфорт, но Т/И лишь трётся щекой и жмётся ближе, становясь жадной до ласок.       — Мы с тобой никуда не летим.       И снова эта недосказанность и повисшая в воздухе игривость. И даже видя застывший на лице своей госпожи Бан вопрос, Чан коротко ухмыляется и пояснять ничего не собирается, будто и так всё очевидно и прозрачно. Т/И больше не докапывается, оставляя себе возможность удивиться сюрпризу (или как минимум приятному времени вместе), кладёт руку на живот Кристофера и сразу же на ней чувствует ладонь Чана.       Девушка нарушает тишину первой, начиная делиться глупыми фактами из своей жизни. Например, она ненавидит томатный сок, но в баре с удовольствием выпьет Кровавую Мэри. Ей не нравятся запахи мокрого асфальта и свежескошенной травы, хотя все вокруг сходят по ним с ума. Уже почти год энергетики особо не действуют на её организм так, как должны, но Т/И продолжает их пить, потому что они вкусные и нужно работать по ночам.       Чан честно слушает, правда моментами проваливается в свои мысли и нежный голос воспринимает приятным фоном, который он бы оставил на репите на всю оставшуюся жизнь. Ему нравятся её краткие смешки во время речи, яркие эмоциональные вздохи и сжимающаяся ладонь на его животе. Бан Чан обещал себе дописать трек до конца недели, отредактировать лирику Хёнджина и посмотреть новые идеи Хана, но он лежит в кровати и даже не ловит тревожность от невыполненных и невыполняющихся дел.       Будто тёплое спокойное море, Т/И прикосновениями убаюкивает переживания Чана. Всего шаг, и на сушу больше не хочется, а Крис и рад — он отличный пловец, и вода — его стихия. Только не захлебнуться бы.       У Т/И вибрирует телефон; лоск кожи Бан Чана приходится сменить на гладкий пластик чехла. Непосредственный начальник из сотни с хвостиком фотографий выбрал ровно две, обрисовал примерную обработку, пожелал удачи и выразил желание обсудить выходку девушки после её возвращения в Сеул. Т/И резко постель кажется колючей, как только купленный свитер, и неудобной, будто плед для пикника расстелили на камни. Она вскакивает и вчитывается в письмо снова и снова. Два фото, это шутка?       Руки так и чешутся написать пару ласковых, обвинить в показушной толерантности к трудоустройству по связям и к любовным отношениям айдолов. Сколько уже было открытых заявлений о наличии партнёра у артиста JYP и сколько из них существует до сих пор? JYPE играет грязно, намного хуже тех, кто просто строго-настрого запрещает дышать в сторону противоположного пола. Чтобы фанаты не возникали, чтобы айдолы не тыкали в лицо своими правами, компания существует по принципу «казаться, а не быть».       Т/И сунули в руки договор с печатями и подписями директора для вида, чтобы Бан Чан в своём агентстве сомневался меньше, чем мог бы. Делают вид, что его любят, ценят, что вторят любым его словам, а в итоге всё равно поступают по-своему, как типичная мать-манипуляторша, бросающая безразлично «делай, что хочешь» своему детю.       — Что тебя так злит? — Крис приподнимается на кровати, спиной опираясь об изголовье.       — JYP хочет меня «выкурить» с работы и при этом остаться в белом пальто, — не смотря на состояние, близкое к истерике, Т/И говорит спокойно, и лишь размахивание телефоном в руке выдаёт её настроение. — Это почти как они поступили с Момо, и с Джихё, и с… — она замолкает, не в состоянии вспомнить ещё хоть одно имя.       — Я знаю, что это не самое лучшее агентство, и я безмерно ценю тебя и твою работу, но не думаю, что дело в этом, — Бан Чан смягчает тон, хотя и до этого его голос звучал расслабленно и по-доброму, и даже предпринимает попытку вернуть свою госпожу Бан обратно в кровать, раскрывая руки для объятий.       Т/И же улавливает в воздухе лёгкий шлейф усмешки в словах парня. Неужели Чан думает, что она приравнивает себя к айдолам такой величины? Очевидно, что увольнять Т/И нельзя — падать в глазах Бан Чана скорее всего уже ниже некуда. Куда логичнее создать такие условия для любящей свободу в творчестве девушки, чтобы она ушла сама.       Когда до Чана доходит двусмысленность его слов, Т/И уже ответила руководству сухим согласием. Она с раздражением бросает свой ноутбук на кровать и, заверив Криса, что ни капли не обижается, потому что не на что, уходит в душ.

***

      Подписчики явно не в восторге от всего двух фотографий с такого горячего концерта. Об этом кричат комментарии, да и личные сообщения твиттера разрываются от количества гневных и грустных слов. Т/И не привыкла обманывать аудиторию, поэтому честно подписала под фото, что контент с фестиваля на них закончится. Девушку посадили на цепь, и видит это не только она.       Т/И с сожалением блокирует телефон и засовывает его в карман. Сегодня без любимого рюкзака: стафф перед вылетом решил устроить скз небольшой праздник, а фансайты, вдохновившись этим, организовали встречу в ближайшем баре. Идти не то что бы сильно не хотелось; без Чана в номере всё равно достаточно скучно, но пить в компании малознакомых людей не самая лучшая идея. Крис перед уходом попросил быть осторожнее, звонить при необходимости и сам пообещал быть на связи. Его забота льстит и одновременно с этим заставляет чувствовать себя виноватой за то, что даже во время отдыха Чан будет держать в голове переживания.       В холле отеля девушка сталкивается с опаздывающей Санын. И Т/И не было до Ли дела, пока визажистка не вцепилась в неё извинениями за свою невоспитанность.       — Да всё в порядке, никто же не умер, — Т/И отмахивается и собирается пойти дальше — ненавидит, когда все ждут только её, но в голове вспыхивает идея. — А ты не могла бы последить немного за тем парнем, который ведёт себя как напыщенный индюк?       — Канхо-сонбэ? — Санын от просьбы немного зависает и неловко оглядывается по сторонам, будто боясь, что у стен появятся уши. — Зачем?       — Ну вы же ищите человека, у которого есть связь с сасэнами, это он.       — Он?! — Санын вскрикивает неожиданно для себя и сразу же прикрывает рот руками. Т/И кивает. — Сонбэ, конечно, совершенно не умеет общаться с людьми по-человечески, но это же не значит, что…       — То есть, ты отказываешься? — Т/И перебивает Ли и, дождавшись неуверенного отказа и ещё одной порции извинений, прощается и желает хорошего вечера.       И как они не понимают, что безупречная профессиональная репутация — отличное прикрытие? Не будет же он с сиренами ходить на встречи с сумасшедшими фанатами и трубить повсюду, за сколько он только что продал информацию о цвете трусов Феликса! И если всем настолько плевать на безопасность артистов, то Т/И без посторонней помощи выведет крысу на чистую воду.       Дорога в бар заняла меньше десяти минут, почти всё это время девушка пыталась придумать план, чтобы Канхо-сонбэ (каждый раз, произнося это в своей голове, она пародировала высокий голос и встревоженный тон Ли Санын) оступился и вылетел пробкой от шампанского из индустрии с волчьим билетом. На месте собрались почти все, буквально на минуту позже Т/И пришла девушка-фансайт Чонина. Те, кто в бар пришли раньше, явно уже выпили — от них слегка несло алкоголем, и глаза немного заблестели.       Т/И очень просили прийти, чтобы «познакомиться получше, а то нам вместе столько работать, а мы ничего друг о друге не знаем», но по факту был разговор ни о чём. Ребята шутили какие-то локальные шутки и часто общались на корейском, а если и переходили на английский, то говорили, как сильно скучают по прошлому фансайту Чана. Это была замечательная девушка, которая постоянно таскала с собой разную выпечку и угощала ей всех вокруг (кто-то пошутил, что на якква она себе мужа пыталась поймать, и как жаль, что Бан Чан оказался не большим фанатом сладкого). Т/И лишь кивала их историям, потягивая слабоалкогольный коктейль, подмечая для себя, что раз ей скучно в такой компании, она найдёт себе получше в виде более серьёзных напитков. Она чувствует себя новенькой в школе, — а из-за частых переездов Т/И менять школы приходилось постоянно, пока родители не додумались до перевода на домашнее обучение, — к которой только из вежливости лезет весь класс, забывая о ней в любой удобный момент.       Когда голова стала по ощущениям похожа на воздушный шарик, а шея — на тонкую ниточку, рядом появляется фансайт Феликса. Он что-то улыбается, бормочет себе под нос и тянется к девушке, чтобы приобнять. Т/И не в том состоянии, чтобы маневрировать на барном стуле, и позволяет касаться своего плеча (но не более). Тем не менее, алкоголь затуманивает не только разум, но и немного зрение с осязанием, потому что девушка пропустила момент, когда одна ладонь парня переместилась на бедро, вторая — на подбородок, а её губы накрыли чужие. Отрезвляет укол боли — парень увлёкся с самого начала и сильно укусил губу, аж до крови.       Т/И отстраняется, кривит лицо, залпом выпивает рюмку джина и, проверив телефон в кармане, уходит из бара.