I'll wait for you

      Сначала неподалеку от спирали пустоты появилось голубое свечение, охватившее собой большую часть территории. А затем открывается портал в мир, переполненный тварями Рушу. Мощный всплеск энергии вакфу пролетает волной по некогда мертвой земле, из-за чего теперь на небольшом клочке прямо под порталом проросла зеленая трава и появились цветы, никогда ранее не виданные демонами и самой Лилит… единственной шушу, что использовала это место для своих тренировок из-за того, что обычно у спирали никто и не шатался.       Она молчит некоторое время, ошарашенно глядя на портал, что отражался в ее золотых глазах в виде яркого круга. И стоило заметить вышедшую из него фигуру, как внутри нее все замерло, и сердце вновь бешено пустилось вскачь. Существо даже не смотрит на нее, попросту не замечает, делая лишь два шага вперед. Неуверенных, обессиленных шага, после которых его тело просто рухнуло на землю.       А Лилит и не думает к нему приближаться, все еще с опаской глядя на портал. На прямой путь из этой дыры, что захлопнулся, померк прямо перед ее глазами, и остался только один элиатроп. Без сознания, без сил и каких-либо признаков жизни. Впрочем, нет, признаки жизни у него еще как раз-таки были, ведь он все равно дышал, чему она сейчас даже была рада, но… сам его внешний вид все равно оставлял желать лучшего.       — Эй, ты там… типа живой? Кто ты такой? — ответа не последовало. Со стороны девушки же слышится раздраженный вздох, когда любопытство ее подталкивает к тому, чтобы подойти к невиданному ранее существу. — Послушай… если ты не поднимешься, то быстро сдохнешь.       Лилит стоит в шаге от его тела, не зная, как стоит поступить. Затем садится рядом с ним на корточки, тыкает мужчину пару раз, легонько трясет за плечо… собирается замахнуться и дать пощечину, да вот только ладонь ее застывает прямо перед замахом. И вместо того, чтобы осуществить его, она с тихим цыканьем опускает руку.       — Я переломаю тебе кости и сожру, — игриво отвечает она, нахально улыбнувшись. — У тебя пять секунд, чтобы подняться и объяснить мне, что ты такое. И еще минута на то, чтобы объяснить свою ценность, и я тебя не съела. Время пошло? — но он по-прежнему не реагировал. И Лилит брезгливо осмотрела его с ног до головы, чуть нахмурившись, стоило только задержать внимание на худом лице, впалых щеках, круглых очках и огромной белой шапке с длиннющими ушами кволика.       «Ладно, он больше не жилец. Пойду отсюда», — она поднимается и собирается уйти со знанием того, что ему здесь просто-напросто не выжить. В особенности после такого появления, которое наверняка хоть кто-то, да заметил. А уж за то, что о инопланетянине узнал уже ее папаша, она даже и не сомневалась. Наверняка уже оторвал задницу от трона, чтобы все увидеть лично, или хотя бы послал кого-нибудь проверить, что здесь произошло. Элиатропа, так или иначе, приведут к нему. А после, если не сожрут, то сломают и заставят подчиняться. Сделают из него игрушку, отправят драться на смерть или же… заставят вновь создать портал?       Лилит остановилась. Вновь посмотрела на него, на траву под его телом, на цветы… и тихо, едва слышно бормочет:       — Я уже тебя за это ненавижу, — возвращается к нему, подхватывая элиатропа и небрежно перебрасывая его руку через свою шею. Выставив ладонь вперед, она уничтожила любые намеки на его появление. Трава вспыхивает пламенем, сворачивается и оставляет после себя лишь пепел, а она спешит создать крылья, чтобы перенести еще пока живого чудака в свои владения.

***

      «Мне конец. Мне точно конец, если о нем кто-то узнает», — повторяет мысленно Лилит, все еще напряженно смотря на элиатропа, что, на удивление, довольно быстро начал приходить в себя. Сначала он лишь что-то бормотал во сне. Потом кого-то звал, а теперь, открыв глаза… даже не попытался встать. Просто лежал, скучающе смотрел в потолок и, видимо, стараясь оценить обстановку. Долго старался. Спустя целых два дня, которые он проспал в ее кровати, элиатроп не попытался подскочить или же хотя бы узнать, что происходит и куда же он попал.       — Все нормально?.. — неуверенно спрашивает у него Лилит. — Ты можешь говорить? — на секунду она застывает перед его взглядом: оценивающим, но все еще спокойным, будто… он просто пытался определить, что за тварь перед ним стоит, и чего она от него хочет.       — Да, само собой, — смягченно отвечает в конце концов элиатроп, улыбаясь краешками губ. Надменно, чуть-чуть лживо, но все еще расслабленно, будто он и не понимал всей опасности своего появления здесь. — Премного благодарен вам за помощь, вы очень добры, — девушка оцепенела в немом шоке, все еще не веря услышанным словам. Он, то есть, серьезно? Еще и благодарит ее после того, как Лилит угрожала ему, собиралась отдать в руки Рушу и… что? — Хм, я сказал что-то не так?       — Просто хочу понять, пытаешься ли ты оскорбить меня или говоришь серьезно, — честно призналась Лилит, пожав плечами, будто бы ей было все равно, но при этом чувствовала она себя довольно… неловко. Даже с какой-то стороны слишком, и элиатроп это увидел. — Знаешь… доброта у нас явно не лучшее качество… считается чуть ли не слабостью. А ты сказал так искренне, что я немного в замешательстве.       — Вот оно что, — но он все так же легко улыбался, притворяясь перед ней белым и пушистым, когда серьезный взгляд сам за себя говорил о том, насколько же глубоко ему было просто плевать. И эта двойственность… это напускное дружелюбие ощущалось странно. В особенности в совокупности с его «хрупким» видом. Худющий, как незнамо кто, но смелый настолько, что, казалось, его бы не напугал даже вид Рушу. — Что ж… говоря оптимально, доброту можно считать слабостью, если у живого существа ее слишком много. Но это явно не ваш случай, правда же? — в его вопросе было столько яда, но при этом… вид его все еще говорил о том, что тот не собирался как-либо упрекать ее, унижать или же просто смеяться. И Лилит впервые сталкивается с такой формой насмешки за все время своего существования, из-за чего даже не знает, как правильнее на нее реагировать.       — Наверное?.. — неуверенно спрашивает она, на что элиатроп только усмехнулся.       — Это был риторический вопрос, — а значит, не требовал ответа. Теперь Лилит мало того, что почувствовала себя не в своей тарелке, но еще и полной дурой. — Сколько же я проспал? — и все же, он меняет тему с видом того, будто вовсе не пытался ее как-то оскорбить или унизить.       — Два дня, — сразу отвечает Лилит без каких-либо раздумий. — Это все, что тебя волнует? — потому что важнее, все же, было не то, сколько он проспал, а скорее, где очнулся.       — А вот это плохо… — он устало вздохнул, уже представляя, какой кавардак в этот самый момент могла развести его сестра. — Да, в первую очередь. А во вторую… хотелось бы узнать побольше об этом измерении, — и отвечает с напускным интересом.       — А мне бы хотелось узнать о тебе, — меняет она стрелки, садясь рядом с ним. Непозволительно близко, отчего мужчина даже отодвинулся от нее сам, когда длинные уши его шапки опустились, а лицо недовольно сморщились.       — Хм-м, это лишнее. Но раз так сильно хочется, то мне ничего не остается, так ведь? — и все же, видя ее искренний интерес в глазах, он слегка улыбнулся, и в этот раз вышло даже как-то более расслабленно. — Что ж… начнем тогда с представления? Мое имя — Килби. И я элиатроп… — говорит он все тем же спокойным, и даже мягким тоном. С виду серьезный мужчина, имя которого больше походит на название какого-то цветочка, что невольно заставило шушу чуть улыбнуться. — Мой народ долгое время бороздил по просторам кросмоза, исследуя новые миры, иные формы жизни… — мужчина целенаправленно промолчал о том, что миры они уничтожали для подпитки корабля, а представителей иных рас, даже если те оказывались мирными и разумными существами, выставляли монстрами, с которыми беспощадно разбирались в процессе уничтожения безжизненного места, что те звали своим домом. — В поисках места, где мы смогли бы жить. И буквально столетие назад мы наткнулись на планету, наиболее подходящую по всем условиям и похожую на прежний дом.       — Вы путешествовали при помощи порталов?.. — поразилась она, даже и не представляя, насколько же могущественной должна быть их раса, чтобы… не зависеть от одного конкретного мира и переходить между ними на протяжении долгих лет.       — Нет. Для таких перемещений у нас есть корабль, — отвечает Килби, качая головой. — То, что ты видела… был лишь мой небольшой эксперимент. Я хотел посмотреть, насколько далеко смогу создать портал, если воспользуюсь своими силами и иными проводниками вакфу.       — И таким образом оказался здесь… далеко же тебя забросило, — бормочет Лилит, хотя на самом деле она и не могла знать точно, насколько далеко.       — Этого мы еще не знаем. Так что, ты расскажешь мне об этом месте? — спрашивает Килби, уже без доли сарказма и неприязни в голосе, будто разговоры о его народе немного смягчили саму его суть, из-за чего прямо сейчас он перестал вредничать и как-либо издеваться над подобравшей его девушкой.       — Да, конечно, — она кивает, но все же весь ее вид сам за себя говорит о том, что появился он явно не в самом благоприятном месте. — Наш мир зовется Шукрутом, — в его глазах осознание смешивается с искренним удивлением, будто из всех мест… он и сам не ожидал, что вновь попадет именно сюда. — И тебе очень сильно повезет, если ты успеешь создать портал и скрыться за ним до того, как наш правитель… наш единственный Бог… найдет тебя. Рушу, знаешь ли, никогда не славился терпением, и уж точно не упустит шанса отправиться в иной мир, чтобы завладеть им и разрушить досконально, — прямо сейчас Лилит пыталась его просто предупредить, даже не подозревая того, какую же надежду ему подарила вместе с новой… можно сказать, совершенно безумной, но не озвученной идеей вслух. — Шукрут переполнен тварями, не знающими ничего, кроме ненависти, драк за выживание и бесчисленных подколов.       — Как мило, — хмыкает он, смотря на Лилит чуть более снисходительно. Будто на Боу Мяу, что зачем-то пытается притвориться грозным и опасным хищником, и… на самом деле, его самоуверенность в этот момент даже немного поражала. — И сколько, думаешь, у меня времени?       — Ты должен был свалить еще вчера, — закатив глаза, ворчливо отвечает девушка, что даже вызвало у него тихий смешок. — Серьезно. А лучше и не появляться здесь вовсе. Ты ведь не хочешь умереть?       — Это было бы немного проблематично, но вовсе не так критично, как ты думаешь, — с учетом того, что перворожденные элеотропы не могли умереть по-настоящему, и всегда через некоторый промежуток времени рождались заново из своих дофусов вместе с близнецами-драконами…