Сборная солянка

Степь. Сколько степей уже повидали пехотинцы за это время? Сколько раз им приходилось пошатываясь, вздыхая и жмурясь то ли от боли, то ли от усталости переходить эти степи? Никто не вел счета, а если и вел, то давно уже с него, наверняка, сбился. Тем не менее, пока степь была своя, родная, русская, на ней было спокойно. Было спокойно на ней во время обстрела, было спокойно во время бомбежки, было спокойно на ней и погибнуть и бежать в тыл врага. Было спокойно, пока солдат понимал, что находится на своей земле. Несомненно, спокойно на ней было и в подобные темные ночи, когда где-то далеко посвистывали быстрые пули, гремели где-то редкие, приглушенные взрывы. Вот так, прикроешь глаза на минутку, и уже в этой буквально мимолетной тишине теряешься. Как замечтаешься, как представишь снова свое лихое, доброе детство. Представишь снова свое село, свой двор или поле, по которому бегал сломя голову и обжигая горло пропахшим травами воздухом. Представишь снова, вспомнишь ту юность, свободную, беспечную, и в холодном окопе тут же тепло станет, тут же запахнет то ли парным молоком, то ли свежим хлебом. Представишь школу, звонок, парту, льющееся в окно золотые лучи света, под которые ты тянулся, растягивался на парте словно ласковый кот. Представишь, и снова слышишь гулкий хлопок гранаты, но улыбнешься граната ведь своя. Свою гранату даже за версты узнаешь, узнаешь ее взрыв. Но на душе все еще скребутся кошки, ведь какая бы граната ни была – она людей убивает. Живых, простых людей, которые, может, даже и воевать не хотят. Которым так же страшно во время затишья, которым так же холодно, голодно и тоскливо в грязных окопах. С такими мыслями и привалишься спиной к краю окопа да подтянешь к себе старенькую мосину, чуть перебрав пальцами по дулу. Чуть опробуешь курок, но не нажмешь. На кой патроны тратить? А тратить их в принципе не хотелось от этих мыслей. Не хотелось стрелять, бросать гранаты, бежать с выправленным штыком на уставших, тщедушных пехотинцев СС, которые сами явно не хотели тут находиться. Но приходилось, родину надо защищать, простых людей, семью свою в конце концов. Так даже и не знаешь, чего хочешь, как себя на этой войне вести