Prince of the Darkness

Акито лежит на земле. Его люди все еще не нашли его? Веки тяжелые. Они едва поднимаются, но тут же снова опускаются. Акито понадобилось проморгаться несколько раз, с каждой попыткой все легче, прежде чем открыть глаза полностью. Перед ним черное небо, наполненное звездами. Он пролежал весь день на поле боя, среди своих мертвых воинов, с кровоточащим плечом? Он не умер от потери крови, его не разорвали дикие животные... Вот уж повезло. Акито лениво поворачивает каменную голову вправо — посмотреть на раненное плечо. Копья уже нет, но это неудивительно. В памяти четко отпечатался момент, когда то странное существо вытащило свое оружие. Самое странное — плечо перевязано и зафиксировано. Но не бинтами и не гипсом. Это что-то другое. Зеленое. Растение? Оперевшись дрожащими руками — рукой, если быть точнее, — о землю, Акито медленно садится. Сплошной туман. Ничего не видно дальше своих вытянутых ног. Но, если он все на том же месте, то железная стена должна быть впереди. А значит, надо идти назад. Лишь бы о трупы не споткнуться... Акито кое-как встает, опираясь на ближайшее дерево. Но они же были в поле? Неважно. Сейчас это абсолютно не волнует Акито. Ему холодно, у него болит рука и голова, ноги едва держат будто окаменевшее тело. Хочется оказаться в огромной столовой, наесться от души, а после просидеть пару часов в жаркой бане. На нагое тело что-то накинуто. Это что-то теплое, шерстяное. Выдохнув сквозь зубы, Акито укутывается в единственный элемент одежды — если не считать нижнего белья. Босые ноги делают пару аккуратных шагов, будто на пробу. Земля холодная. Акито перестает опираться об огромное дерево и идет уже сам. Честно, он не знает, почему стволы такие широкие и, скорее всего, высокие. Может, сильно ударился головой и это галлюцинации? Со всех сторон какие-то звуки. Шуршание листьев, чириканье птиц, рычание где-то вдалеке, журчание реки... Журчание реки?! Это же буквально главный ориентир! Река Виата проходит через всю Солтру и Тенелоко. Акито, будучи ребенком, очень любил играть около нее. Старушки говорили, что эта река благословена в Солтре и проклята в Тенелоко. «Милый, если ты, когда вырастешь, проведешь людей в их логово, никогда не пейте из нашей родной реки». И маленький рыжий мальчуган активно кивал с огоньком в зеленых глазах, надеясь когда-нибудь покорить те земли. Покачиваясь на слабых ногах, Акито медленно шел на журчание. Стопы щекотила трава. Пару раз вылетали жуки, на которых он чуть не наступил. Ночной лес действительно живой. Звуки раздаются со всех сторон, заставляя напрягаться. Но один вопрос оставался открытым — какого черта он в лесу, если Виата проходит только через поля? Зеленые глаза загораются, как только журчание реки становится совсем близко. Акито переступает через корни деревьев, покрытые мхом, и, запнувшись, подходит к воде. Он присаживается на корточки и опускает ладонь в ледяную жидкость. В горле сухо. Наклонившись вперед, Акито пьет из согнутой ладони. Холодная вода освежает, стало даже чуть получше. Он умывает все лицо, чтобы уж точно отрезвиться, а после вдыхает полной грудью, подняв голову ровно. Акито встает и медленно, переваливаясь с ноги на ногу, идет вдоль. В очертаниях тумана появляется едва различимый импровизированный мостик из камней. Они скользкие, поросшие мхом, но только так можно перейти на другую сторону. Там, кажется, начинаются поля. А значит, там его королевство. Губы сами растягиваются в улыбке, обнажая белоснежные зубы. Акито, все еще кутаясь в теплую накидку, подходит ближе к камням. Вытянув пальцы на ногах, он аккуратно трогает ледяную поверхность. Ничего, он обязательно отогреется у себя в замке. Нужно потерпеть... В следующее мгновение окатывает холод. Он иглами впивается в кожу и расходится по телу вверх. Нужно действовать быстрее, пока не отморозил себе какую-нибудь конечность. Акито отрывает вторую ногу от земли и переставляет на следующий камень, неуклюже покачнувшись. Река довольно широкая и глубокая. Акито даже не задумывается, как какой-то человек отыскал такую кучу огромных камней, чтобы их верхушка торчала на поверхности. Он просто идет, мечтая о вкусной курице со свежим салатом, сухой привычной одежде и теплой мягкой кровати. Зубы громко стучат от холода. Это конец мая, и Акито ни за что не подумал бы, что в такое время ему будет так адски холодно. Он жмурит глаза, наощупь идя вперед. Половину реки перешел, чудесно. Еще столько же. Кажется, его ноги приобретут сине-фиолетовый оттенок. Лишь бы не черный. Акито ступает на очередной мокрый камень и поднимает другую ногу в воздух. Внезапно, единственная его опора пошатнулась. Он поскользнулся. Акито только и успевает почувствовать сильный удар сердца и услышать свой собственный испуганный вдох. Он не выплывет. Река широкая, вода ледяная, а у него болит рука и голова. Он просто не выплывет. Где-то вдалеке раздается слишком громкий шорох. Акито жмурит глаза, понимая, что летит вниз. Это конец. Останется только гадать от чего он умрет: утонет или от холода. Но почему-то не раздается громкий всплеск. Почему-то его тело не протыкают тысячи мечей холода. Почему-то сердце захватывает. Акито боязливо приоткрывает глаза. Перед ним лишь черное звездное небо и зеленые вершины деревьев. — Виата не терпит смерти грешников, - спокойный, тихий голос доносится сверху. Только теперь все сложилось в единую картину. Его подхватило на руки странное существо. Все с теми же необычными волосами, одна сторона которых нежно-голубая, а вторая темно-синяя. За его головой что-то появляется и исчезает. Что-то черное. Боже! Они летят! Акито только раскрывает рот, чтобы что-то сказать, как его ставят на землю. Ноги мгновенно подгибаются. Он едва их чувствует из-за холода. — Что... Что ты здесь делаешь? - Акито садится на землю. Он смотрит на существо, хлопая глазами. - Пришел добить меня? — Я только что спас тебя. — Ха, обиделся? Существо тяжко вздыхает и опускает голову. Чешуя на его рогах красиво переливается при лунном свете. Черные крылья медленно расслабляются и опускаются, прижимаясь к телу. — Хватило же тебе наглости расхаживать на наших землях... В Тенелоко плохо, так решил полетать, поубивать в Солтре? - Акито прищуривает глаза, явно выражая враждебность. — Солтра — наши земли, я уже говорил. Но в Тенелоко совсем не плохо. — Конечно, ага. Там сгнившие земли, там проклятая Виата, там непроходимый колючий лес... — Тебе нравится здесь? - внезапный вопрос. — А? - рыжие брови взлетают вверх. - Естественно. Здесь чудесно. Взять хотя бы это место. Оно поистине волшебно. Ты видишь, сколько здесь светлячков? А какая высокая и мягкая здесь трава? А сейчас, слышишь? - Акито делает паузу. - Это филин. Здесь все живое. Я не понимаю, почему вы хотите истребить все это? Существо глубоко вздыхает, закрыв глаза. Оно опускает голову и слабо улыбается. — Вот и мне здесь нравится. И у меня встречный вопрос: почему вы хотите истребить все это? - крылья слабо двинулись, шурша. Глаза Акито округляются. Что за глупости! — Мы и не хотим. Это ведь наши земли, для чего... — Это мой дом. И это дом всех драконов и всех каврум. Это Тенелоко, - существо медленной поступью подходит к дереву, чей ствол действительно огромен. Ладонь с острыми на вид когтями с любовью проводит по коре, не смея поцарапать. - Как ты и сказал, это место поистине чудесно и волшебно. Акито кажется, что он не может пошевелиться. В голове тысяча и больше вариантов. И один страшнее другого. Отец поругал бы за панику. Надо глубоко вдохнуть, глубоко выдохнуть и, успокоившись, начать поиск вариантов собственных и чужих действий. — Н-нет, - наконец говорит Акито, поджимая все еще ледяные ноги под себя. - Это Солтра. И ты не имеешь права... — Это Тенелоко, - спокойно повторяет существо. — Это наглая ложь. Ты хочешь заставить меня паниковать и сдаться, на самом деле я в... — В Тенелоко. — Заткнись! Это провокация, это... Это... — Это Тенелоко. Акито хочется выть. Не потому что существо не дает ему и слова сказать, а потому что он понимает, что существо право. Это не Солтра. В Солтре больше полей и степей, леса мелкие и далеко не такие плотные и темные, как здесь. Взгляд зеленых глаз цепляется за огромное дерево, где лежит рука существа. Это не галлюцинации. Это действительно дерево не людских размеров. —...если ты не врешь, то... Господи! - Акито натурально пугается. Он ведь выпил воды из Виаты. Она же здесь проклята! - Слушай, я... Я ведь умру, да? Существо непонимающе смотрит на короля. Он хмурится, думая, что за чушь несет этот человек. — Естественно ты умрешь. Не сейчас, примерно через месяц, когда поправишься, - силуэт резко пропадает. Он взлетает вверх, а после приземляется прямо перед Акито. Острым когтем существо прикасается к чужому подбородку и давит вверх, тем самым заставляя поднять голову и посмотреть в свои серебрянные глаза. Оно буквально рычит, оголяя, вашу ж мать, клыки. - Я убью тебя, пронзив твое черствое сердце. Акито не успевает ничего сказать. Существо резко взлетает и исчезает в тумане. — Ага, мечтай, крылотварь, - усмехается Акито, сложив руки на груди и подняв голову вверх, точно в небо. Юному королю пришлось пытаться развести костер сначала с помощью палочки в руках, но закончилось только ободранными ладонями, а после с помощью камней. Спустя сотню или больше попыток все-таки получилась искра, в итоге переросшая в настоящий огонь. Акито довольно лыбится, растягиваясь на земле около костра. Тепло. Но все еще хочется есть. А это уже большая проблема. И Акито ни за что в жизни не узнать, что на ветке одного из тех могучих деревьев, где-то высоко, сидело то самое существо и молча наблюдало за тем, как он неуклюже перешагивает через корни, как визжит, когда неожиданно натыкается на колючий куст и с каким довольным причмокиванием ест ягоды, непонятно как определив, что они съедобные. После юный король уснул около своего костра, сытый, пригретый, на твердой земле, так и не поняв, что «крылотварь» слышал это нелепое детское обзывательство, так еще и остался ночным стражем, всю ночь не спуская глаз с человека. Существо уснуло поджав ноги, положив голову на колени и укутавшись в теплые большие крылья только под утро, когда на горизонте дребезжал рассвет.

***

На третьем часу сна рядом кто-то сел и спугнул чуткий сон. В крыльях было тепло и темно и раскрываться из этого кокона совершенно не хотелось. — Тойя, - мягкий женский шепот раздался прямо над ухом, - доброе утро. Ты мне нужен прямо сейчас. Крылья слабо двинулись, приоткрывая двухцветную макушку и сонные, едва приоткрытые серые глаза, которые тут же закрылись обратно. Свет ударил. Теплая ладошка сестры ложится на крыло и мягко гладит. — Тойя, пожалуйста. Это очень важно и срочно! Тойя сонно кивает и снова открывает глаза, стараясь вспомнить, какого черта уснул на дереве. И как только в голове всплывает рыжий человек, все встает на свои места. Тойя выглядывает вниз, и камень падает с души. Он все еще спит на траве, весь в мелких красных точках — укусы комаров. Это вызывает слабую улыбку. — Я как раз о нем, - Саки тоже смотрит вниз, а после оба синхронно переводят взгляд друг на друга. - Понимаешь... Цукаса сам не свой с его появления. Это произошло очень внезапно, как снег сейчас на голову. И... Мне показалось, что вы ничего не обсудили. Просто не успели. Следует пауза. Тойя выгибает темную бровь, мол, так чего надо. — Можешь поговорить с ним? Прямо сейчас. Пожалуйста, - Саки выглядит умоляющей. — Хорошо. Я сейчас буду. Можешь лететь вперед меня, я догоню. Саки с яркой улыбкой спрыгивает с толстой ветки и летит вниз, раскрывая крылья едва ли не у самой Виаты. Пара взмахов — и она уже скрылась среди леса. Тойя тяжко вздыхает, снова обращая взгляд на спящего человека. А после раскрывает крылья, разминаясь ото сна. Он делает пару взмахов ими, прикрыв глаза от наслаждения, а после тянется вверх руками, вытягивая затекшие шею и спину. И в следующие несколько мгновений уже разрезает могучими крыльями воздух. Тойя приземляется прямо перед Акито. — Вставай, - командует он, коснувшись носком ботинка чужой груди. Ноль реакции. Тогда Тойя ставит полностью всю стопу на грудь и переносит половину веса на выставленную ногу. Давит. - Ваше Величество, меня хорошо слышно? Акито что-то тихо и недовольно бормочет, разлепляя глаза. Больно. Тойя на это только фыркает, но тем не менее убирает ногу. Он становится рядом с лежащим Акито, складывает руки на груди и сверлит неодобряющим взглядом. — Вставай. Пора тебя продавать в рабство. Тут зеленые глаза в ужасе округлились. — В какое рабство?! — Полетели, сам увидишь. Сев, Акито недоверчиво мотает головой и отползает назад, придерживаясь за грудь. Тойя, смотря на весь этот цирк, думает, что люди очень впечатлительны и глупы. — Нас ждут. — Д-да нет же, погоди, любую проблему можно решить... - Акито хочет закончить: «дуэлью», но решает, что он сейчас не очень в форме, - переговорами! Тойя хватает его за запястье и тянет на себя, заставляя подняться на ноги, а после подхватывает на руки. — Держись крепче. Нам обоим будет не очень приятно, если ты умрешь так глупо, - предупредив, он взлетает ввысь под удивленный визг Акито, резко схватившегося за чужую шею. Тойе думается, что так нервничать во время полета — по меньшей мере, преступление. А еще он впервые сожалеет, что имеет такие четкие внутренние принципы. Отпустить его и все окончено. Заметив пропажу своего короля, люди, скорее всего, подумали, что его съел дракон. Несколько дней траура — и на троне снова кто-то другой! Этот юноша Тойе ничего не даст. Кроме удовлетворения, когда его меч пронзит сердце Акито в честном бою. Чертова совесть! На «их» месте, на небольшой полянке около Виаты, уже сидят брат с сестрой. Тойя плавно приземляется прямо перед ними, а после опускает короля на ноги. Те мгновенно подкашиваются, а сам Акито подбегает к ближайшему кустику. Его вырвало. — Тойя, отойдем чуть-чуть? - следует громкий взмах крыльев, а после Цукаса растворяется в небе. — Саки, пожалуйста, присмотри за ним. Просто, чтобы не убежал, чтобы глупостей не наделал... - Тойя взлетает следом за братом только после кивка сестры. Полет длился недолго, буквально полминуты. Цукаса по инерции делает несколько шагов вперед после того, как приземлился, в то время как Тойя спокойно опускается на ноги. — Послушай, я уважаю все твои нравственные ценности и всякое такое... Наша мама была точно такой же. Но этот поступок перешел все границы. А я еще, как дурак, пошел на поводу... — Я согласен. — Что? — Было неправильно тащить его в Тенелоко, зная, что он — король Солтры. Предводитель тех, кто истреблял наш народ и драконов. Буквально вчера он чуть не утопился в Виате, а после переломал все ветки, чтобы зажечь костер. Но... - Тойя закусывает губу и делает паузу, опуская голову вниз. - Я не могу переступить через себя. Я не могу заставить себя убить его. Он все еще беззащитен в моих глазах. Цукаса тяжко вздыхает. Он подходит ближе к Тойе и бережно кладет руку на его щеку, поглаживая. — Я не заставляю тебя убивать его. Я бы ни за что не поступил с тобой так, - Тойя медленно поднимает голову, смотря глазами, полными восхищения и любви. - Мы можем отправить его обратно в Солтру. Он же не узнал ничего важного? Получив отрицательное мотание головой, Цукаса улыбается. Так нежно, как умеет только он. «Цуки, у тебя улыбка отца». — Не волнуйся, хорошо? Все мы совершаем ошибки. — Спасибо, Цуки, - Тойя крепко обнимает его, закрыв глаза. Цукаса и вправду потрясающий. — Полетели, пока Саки не чокнулась с этим рыжим. Тойя кивает и отходит от Цукасы на пару метров. Миг — и оба взмыли в небо. Они летят бок о бок, улыбаясь друг другу. Скорее всего, это правильно. Королю людей не быть среди каврум и драконов. Но, только приземлившись, перед глазами обоих предстает любопытная картина. Довольная Саки гладит Акито по рыжим волосам и едва ли не визжит. — Божечки, какой хорошик! Мальчики, мы ведь оставим Акито? - черные крылья девушки подрагивают, выдавая ее состояние с головой. — Акито? - недоумевающе повторяют Тойя и Цукаса в один голос. — Вы даже не знали его имени?! - а вот теперь Саки кажется злой. Однако все меняется, стоит ей снова запустить пальцы с изящными коготками в рыжие волосы. - Это так необычно! Люди на вид гадкие, но... У них нет обрубков рогов! И крыльев! У них просто гладкая голова и спина! Это так классно! Акито на коленях Саки кажется смущенным донельзя. Он закрывает глаза, когда чувствует на себе удивленные и враждебные взгляды двух других парней. — Саки... - начинает Цукаса, но мгновенно оказывается перебит. — Нет, ну вы просто потрогайте! Это же с ума сойти... После неловкого молчания Тойя подходит ближе и тоже впутывает пальцы с когтями в рыжие волосы, неуверенно оглаживая. Следом нерешительно на голову ложится третья рука. Акито клянется, что чувствует себя уличной собакой, которую тискают дети. — Видите? Идеально гладкая голова! А спина? Потрогайте, потрогайте! - три руки спускаются на спину, оглаживая лопатки. Акито чувствует себя еще неловче. - Ну? Мы его оставим ведь? Тойя с Цукасой переглядываются, молча решая, кто скажет о вынесенном решении. — Саки, послушай, мы... - начинает Тойя, но Цукаса быстро перебивает. — Мы решили, что в Тенелоко он быстро освоится. Цукаса неловко чешет затылок, когда на него удивленно смотрят четыре глаза и два восхищенно. — Спасибо-спасибо-спасибо! — Цукаса, но... — Пока он не сделал ничего плохого, верно? Тойя тяжело вздыхает. — Верно.