Мальчишка за миллион

      Феликс вставал рано, но собирался не спеша. Принимал душ, нередко сам делал укладку, про его получасовой ритуал ухода за кожей и говорить было нечего — раньше Хенджин считал, что все эти ступени ухода проворачивают только бьюти-блогеры. Ему самому было немного неловко перед мамой, что столько тратит на косметические средства — моделей с плохой кожей редко берут в рекламу, потому что ретушь стоит денег. Но рядом с Феликсом все его усилия казались сущей мелочью.       Ранний подъем давался Хенджину тяжело. Он, в целом, не любил рано вставать, а уж после такого количества секса вчера вечером и ночью организм просил пощады.       Только вот Феликс этой пощады не давал. Разбудил, растянул, трахнул и поспешил в душ, оставив обессиленного Хенджина размышлять о том, откуда в этом парне столько энергии.       С трудом поднявшись с кровати (больше всего хотелось поваляться еще пару часиков, в идеале — с Феликсом в обнимку), он сходил в душ, заняв вторую ванную. Забрал из-под двери коробки со вчерашними заказами — начиная от фруктов и воды, заканчивая чизкейком и двумя заварочными чайникам, куда уже было насыпано все необходимое. В одну из коробок он сложил немытую посуду и выставил ее за дверь, а сам вытащил инструкцию из коробки с витаминами.       Накануне Хенджин даже сбился со счета, сколько раз за вечер они занялись анальным сексом? Пять? Или все же шесть? С утра тогда был седьмой. Жопа, в любом случае, ощутимо ныла. Не болела, — Феликс был достаточно аккуратен — но садиться на жестковатый стул не хотелось. А стоять было тяжело, потому что бедра и поясница ныли не меньше.       Поэтому Феликса он встречал, пристроившись на кухонном стуле немного боком — сел на бедро, вытянув ноги в сторону. Чай уже настаивался, чизкейк ждал своего часа на столе, а Хенджин неловко пересыпал порошковые витамины в кружку-шейкер. Неловко, потому что поза была не слишком устойчивой, да и нога, кажется, начала затекать.       Феликс, выйдя из коридора в общую гостиную зону, обеспокоенно подошел к столу и остановился практически над Хенджином:       — Я был неаккуратен? Сильно болит? — спросил он.       Хенджин поднял взгляд, промолчал пару мгновений, а потом ответил максимально честно:       — Ничего критичного, но до знакомства с тобой я не думал, что можно затрахать в прямом смысле этого слова. И вообще, ты зачем вчера ананасовый сок пил?       Феликс облегченно расхохотался, садясь рядом:       — Прости. Я бываю немного… несдержан. А с тобой у меня что-то заметно отказывают тормоза.       Хенджин лишь улыбнулся в ответ. Несмотря на то, что сегодня ему явно весь день жить с этой противной мышечной болью, он точно ни о чем не жалеет. Утренний полусонный оргазм вообще был одним из самых ярких в его жизни.       Он встал со стула, налил в шейкер воду, закрыл его крышкой и тут же начал активно трясти… чтобы моментально стушеваться под ироничным взглядом Феликса.       — Ты вообще о чем-то, кроме секса, думать можешь? — возмутился Хенджин и пихнул шейкер в руки Феликса. — Дотряси и выпей.       — С чего ты решил, что я думал о сексе? — хитро уточнил Феликс.       Стакан он, впрочем, взял и послушно начал его трясти.       — Думаю, я уже начал различать твои желания по глазам, — ответил Хенджин, но все же попытался скрыть смущение за действиями. Достал из шкафчика две чайные пары, выставил их на стол, обошел стол по кругу и начал разрезать чизкейк на кусочки, стоя лицом к Феликсу.       Витаминно-коллагеновый коктейль явно был не слишком приятным — Феликс морщился, пока его пил. Хенджин разлил чай по кружкам, выложил на тарелки по кусочку чизкейка, пододвинул порцию к Феликсу.       — Завтрак через полчаса после коллагена, — сказал он.       — В инструкции сказано, что можно сразу, — возразил Хенджин.       — Посмотри на коробке с коллагеном — там врать не будут.       Хенджин недовольно цокнул. Настроение с утра было язвительным… что-то внутри практически кричало о том, что после вчерашнего секс-марафона у него есть полное право капризничать в лучших традициях любовницы богатого папика.       — Через полчаса ты скажешь, что тебе нужно идти, и останешься без завтрака. Ты пьешь коллаген круглый год — что-нибудь все равно усвоится, — парировал Хенджин.       Феликс чуть откинулся на спинку стула и дерзко ухмыльнулся:       — Ну тогда накорми меня сам.       Хенджин сощурился, рассматривая его. Тот, видимо, считал, что после всех физических упражнений Хенджин не рискнет снова нарываться на столь тесный контакт. Но не учел кое-что другое: у Хенджина сердце болезненно сжималось, когда он думал о том, что Феликс не совсем здоров. Покормить его с рук? Если это сработает — без проблем.       Поэтому он снова обошел стол, еще специально изобразил походку от бедра — все равно был уверен, что максимум, который может между ними сейчас произойти — минет. Сел к нему на колени, чуть поерзал, чтобы удобнее устроить свою настрадавшуюся попу, и подвинул поближе кусок чизкейка.       Но прежде чем он успел что-то сделать, Феликс обхватил его рукой за шею, заставляя наклониться, и поцеловал в губы — долго, жарко… Хенджин не смог сдержать стона. В паху болезненно кольнуло от нахлынувшего возбуждения. Видимо, кольнуло не только у Хенджина, потому что поцелуй Феликс все же разорвал. Хенджин невозмутимо отломил чайной ложечкой кусочек чизейка и поднес к его губам.       — Надеюсь, говорить, что эта ложечка за маму, а следующая за папу, мне не придется? — едко уточнил он.       — Можем посчитать вчерашние оргазмы, — улыбнулся Феликс и уже открыл рот, собираясь съесть десерт, но Хенджин резко одернул руку, сбросил этот кусочек на тарелку и отломил другой, побольше.       — Что? — тихо засмеялся он под возмущенным взглядом Феликса. — Думаю, этот кусок можно съесть за шесть ложек, если брать побольше.       Феликс насупился, но покорно стал есть.       — Я же могу брыкаться и плеваться едой? — уточнил он.       Хенджин снова засмеялся:       — Почему мне кажется, что в общежитии Чан тебя связывал и кормил силой?       Феликс тоже расхохотался:       — Чан — нет. Он предпочитает все решать долгими нотациями. А вот Минхо мог… возможно, поэтому Чан звал его, если нотации не срабатывали.       Хенджин отломил от чизкейка кусочек побольше, Феликс покорно съел и его.       — Чаю?       — Знаешь, я все же вечером тебя снова трахну, несмотря на твое состояние, — с угрозой пообещал Феликс, когда Хенджин поднес кружку к его губам.       — Весь к твоим услугам, — парировал он. — Технически ты меня именно для этого на полгода выкупил. Кроме того, мне нравится, как ты делаешь это. Давай, открывай рот, видимо, по утрам моя очередь быть папочкой.