В рахат-лукум точно, что-то подмешали, иначе почему моё сердце так сильно бьётся?

Дворцовый сад, самый пик солнца. Покрытые девушки в длинных, изящных нарядах с переливающимися золотыми украшениями, бегали по зеленой траве из одной стороны в другую, подготавливая место к празднику. Рабыни молча выносили наружу мягкие, разноцветные подушки для сидения, не осмеливаясь посмотреть в сторону султана, и смущенно опускали головы. Сам шанс увидеть их повелителя уже считался удачей. Более дерзкие же пытались привлечь внимание мужчины, двигаясь плавнее, изображая слабость или даже падая в искусственно вызванный обморок. Слабые женщины всегда привлекали мужчин, о них хотелось заботиться и защищать, так их учили. Однако, это не касалось нынешнего правителя земель. Он совершенно не обращал внимание на все их потуги. Под ярко-красным шатром, скрываясь от солнца, сидел совсем молодой парень с белоснежными волосами, заплетенными в высокий хвост с косичками по бокам. Каждые пару минут он теребил свою одежду на груди, стараясь освежиться. Горячий воздух обволакивал укутанное несколькими слоями одежды тело, от чего у парня на лбу проступал пот, который скрывался под длинной чёлкой. Стоящие рядом стражники сочувственно поглядывали на юношу, хотя сами были одеты ещё плотнее. — Похоже, его величеству не по душе этот день, — со вздохом сказала маленькая служанка в малиновом платье, обращаясь к женщине, что гуляла между посаженных цветов в саду, лишь изредка поглядывая на процесс подготовки места к встрече. — Ещё бы он был рад, — фыркнула женщина, положив сорванный цветок в корзину в руках служанки, — Я его чуть ли не насильно заставила утром одеться, как подобает правителю. Уверена, после сегодняшнего мероприятия, он тут же сорвёт с головы все украшения и распустит волосы, подобно дикарю. Говоря это, мать султана слегка погрустнела, мысленно задавая себе вопрос, в какой момент она ошиблась в воспитании сына. Всему виной явно были ранние военные походы с отцом, так она себя убеждала. — Спустя два года, он наконец приехал домой, но так и не притронулся ни к одной из наложниц, что я ему подготовила, — продолжала жаловаться женщина, — Он ведь вступил на трон уже два месяца назад, как это возможно? Он же юноша в самом рассвете сил. Думаю, что, находясь в военных походах и посещая чужеземные города, ему теперь стали не интересны девушки из своего народа. Я могу его понять, мужчинам всегда больше нравились иностранки, даже его отец… , — валиде-султан запнулась, — Поэтому я решила потакать его интересам и пригласила на сегодняшний праздник одну очень знатную девушку из соседнего государства, с которым мы планируем дружить многие годы. Служанка тихо хихикнула в руку, представляя радость султана, и пошла дальше за своей госпожой, помогая собирать цветы для украшения места проведения празднества. Тем временем молодой правитель, подперев покрасневшую от жары щёку рукой, скучающе смотрел на торопливо бегающих людей в саду. Поманив взмахом руки к себе стражника, Сайно тихо прошептал ему что-то и поднялся со своего места, покидая алый, будто огромный факел, шатёр. Самый жаркий период подходил к концу, даже легкий ветер покачивал тонкие, полупрозрачные занавеси пустующего шатра. Увидев это, мать султана забеспокоилась. — Мой сын, куда он ушёл? Неужели решил испортить встречу, не явившись? Стражники, что должны были следить за молодым господином, почувствовали, как валиде-султан закипала от гнева, но ничего не могли с этим поделать. Как бы не была велика власть матери султана, у повелителя её было ещё больше. Стражник горько вздохнул и сказал. — У повелителя появились срочные военные дела, поэтому он на время уединился в своём кабинете. — Не верю! Сжимая кулаки, женщина сдерживала шквал брани, что так и рвался наружу. Маленькая служанка рядом с ней хотела помочь успокоить госпожу, но именно в этот момент подошла одна из наложниц и сообщила, что гости прибыли. Раздосадовано фыркнув, валиде-султан приказала стражникам отыскать своего сына и привести его обратно, пока она встречает иноземцев. На огромной, сверкающей серебряными резными украшениями, карете прибыла новая избранница султана. Золотистые шторы пошатнулись и дверь медленно открылась. Из транспорта вышел невысокий, серьезный юноша, короткие черные волосы завораживающе отражали солнечные лучи, а безэмоциональный взгляд делал его похожим на учёного мужа, не соответствуя подростковой внешности. Он почтительно протянул руку выходящей из кареты девушке. Она была совсем молодой, лет 14 на вид, необычно зелёные волосы красивыми локонами ниспадали на плечи, а покрасневшие от духоты щёки ярко контрастировали с бледной кожей. Приподняв длинное одеяние, девушка сошла на землю, почтительно поклонившись валиде-султан. — Здравствуй, дорогое дитя, не ожидала, что ты прибудешь первой. Девушка застенчиво улыбнулась, не поднимая взгляд на женщину, и ответила тихим голосом. — Я просто приехала вовремя, ничего особенного. Валиде-султан мысленно похвалила скромность девушки, ведь её сын никогда не интересовался страстными наложницами, и не разочаровалась в молодой красоте гостьи, после чего перевела свой взгляд на юношу подле неё. — А ты? — Я Тигнари, сын придворного учёного, меня послали присмотреть за госпожой Коллеи. Для меня большая честь познакомиться с вами, валиде-султан, — спокойной проговорил юноша, а после учтиво поклонился и отошёл в сторону. За их каретой подъехали ещё две. Мать султана быстро обменялась любезностями с Коллеи и приказала маленькой служанке посадить будущую избранницу на соседнее место, после чего отправилась встречать других гостей. До этого, строго державшийся, Тигнари, как только вошёл на территорию дворца, слегка покачнулся. Если бы Коллеи вовремя не подхватила его за руку, то он бы упал. Маленькая служанка ничего не заметила, так как шла в нескольких метрах от гостей и подгоняла наложниц с приготовлениями по пути. — Ты как? — обеспокоенно взглянула девушка на своего спутника, подхватив его за руку. — Всё в порядке, мне просто нужно отдохнуть. Моё тело не привыкло к такой жаре. — Не перенапрягайся. Коллеи аккуратно отпустила Тигнари и приказала ему стоять на месте, пока сама подбежала к маленькой служанке и спросила, может ли её спутник отдохнуть где-нибудь в тени. Увидев состояние парня, та согласно покачала головой и позволила гостю пройти на задний двор, где располагались навесы, а также источник воды, чтобы освежиться, но не разрешила заходить в сам дворец. — Ты точно сам дойдёшь? — Коллеи не отводила взгляд от юноши, нервно потирая вспотевшие руки. — Точно, всё хорошо, — помолчав немного, он добавил шёпотом, — Не бойся, это только встреча. Говорят, султана не интересуют наложницы, только битвы, поэтому ты можешь ему не понравиться. Хотя звучало это не очень красиво, девушка облегченно выдохнула. — Надеюсь. Ведь ещё говорят, что он очень жестокий. После каждой ночи с наложницей, если та не забеременеет, он её убивает, ведь хочет только сильных наследников, которые, как и он, смогут участвовать в сражениях «один против ста». Закатив глаза, Тигнари всерьёз подумал ограничить молодой госпоже доступ в библиотеку. Хотя, на самом деле, и сам слышал подобные фразы о повелителе. — Кто тебе такое сказал? — аккуратно глянув на маленькую служанку, что уже отошла на приличное расстояние, парень шёпотом продолжил, — Лучше не говори такого здесь, иначе действительно будут проблемы. Побледнев от страха, Коллеи многократно кивнула, чем вызвала у Тигнари улыбку. — И разве я тебе не запретил на этой неделе читать, что-то помимо учебных материалов? — А, мне уже пора, — спасаясь от строгого учителя, девушка ускорила шаг и быстро догнала маленькую служанку, не оборачиваясь. Тигнари устало вздохнул и направился на задний двор, куда указала ранее служанка, чтобы отдохнуть. Родившись в влажном и теневом регионе, парню было тяжело переживать жаркий воздух пустыни, из-за которого лёгкие начинали иссыхать, а в горле першило. Потратив на дорогу несколько дней, всё, о чём мог мечтать Тигнари – это с головой окунуться в водоём, но, к сожалению, здесь такого не имелось. Ступив на задний двор, парень увидел заднюю часть роскошного дворца, где окна не имели заслонов, а колонны выписывали ровные линии коридоров. Через открытые окна виднелись красиво украшенные комнаты наложниц. Но никого не было поблизости, из-за празднества, поэтому можно было полностью расслабиться. Подойдя к небольшому фонтану из белого камня, Тигнари зачерпнул ладонями тёплую воду и несколько раз плеснул себе в лицо, пытаясь снять жар. — Так ничего не получится. — А? Тигнари удивлённо повернулся на голос, что доносился прямо у заднего входа во дворец. Облокотившись плечом на косяк резной арки, стоял невысокий парень. Его волосы были в красивой причёске, но растрёпаны, будто незнакомец очень много мотал головой. У него в руках был бокал из драгоценного металла, что используют все во дворце, от слуг до знати. Весь образ был ребяческий, какой бывает у детей, что часто бегают и резвятся, от чего одежда была в неряшливом виде. — Говорю, ничего не получится, я уже пытался, легче не стало, — парень протянул руку с бокалом, — Лучше выпей, она холодная. — Спасибо, — неловко ответил Тигнари, так как не ожидал тут встретить кого-то, кто решится с ним заговорить. У чужеземцев есть предубеждение, что люди из пустыни очень высокомерны и неприветливы, лишь лицемерны по отношению к ним. Подойдя к незнакомцу в тень, Тигнари учтиво взял воду и медленными глотками выпил, чувствуя, как по телу разливается приятный холод, после чего поставил бокал на выступ в стене. Они стояли так несколько минут, прячась от солнца, пока Сайно не сполз на пол, полностью прислонившись к нагретой стене, раздосадовано дёргая пряди своих волос. Тигнари заметил это действие и мягко поинтересовался, пытаясь разбавить образовавшуюся тишину. — Что-то случилось? Тигнари принял этого мальчика за сына служанки или юного евнуха, так как на парне не было верхней одежды, что показывала статус человека во дворце, а только белые штаны и кофта с длинным рукавом. Вряд-ли сын султана так пренебрежительно отнёсся бы к столь значительной детали гардероба. — Моя мать заставила меня заплести эту ужасную причёску на праздник, но она очень неудобная, — открыто жаловался юноша. Тигнари посмотрел на покосившийся высокий хвост белых волос и кивнул, подтверждая для себя догадку с сыном служанки. — Да, это должно быть давит. Переплести? — Опять в неудобную причёску? — недоверчиво покосился на нового знакомого Сайно, — Не надо. — Не противься, — не дав больше мальчику сказать и слова, Тигнари повернул его спиной к себе в сидячем положении и стал распускать белоснежные волосы. Сняв резинку, жестковатые локоны упали на лопатки Сайно, а после пары взмахов, и две маленькие косички распались. Перебирая пальцами, холодные на вид, белые пряди, Тигнари стал заплетать лёгкий колосок, что не стягивал кожу на голове. — Моя ученица часто просит, чтобы я заплёл ей, что-то. Не знаю, зачем ей это, ведь она и сама прекрасно справляется, но каждый раз говорит, что причёску должен сделать именно я, — неспеша рассказывал юноша, пытаясь оправдаться, почему, будучи парнем, обладал такими навыками. — М, — Сайно расслабленно сидел и смотрел на то, как вдалеке приехала ещё одна карета с надоедливыми гостями, от чего его лицо потускнело, ему хотелось отвлечься от всех своих обязанностей султана, — Значит, ты ей нравишься. — Может и так, — засмеялся Тигнари. — Почему ты смеешься? Говорят, что если девушка хочет проводить с тобой много времени вместе и даже позволяет заплетать свои волосы, то ты ей нравишься. Тигнари на секунду остановился, странно посмотрев на юношу. — Говорят? А ты сам так не считаешь? — Мне это неинтересно, — безразлично ответил Сайно. — Это ты сейчас так говоришь, — Тигнари улыбался от прямолинейного мышления парня, — Когда встретишь своего человека, то не будешь так говорить. — Пока не планировал. — Да-да, — заканчивая причёску, Тигнари похлопал в ладоши, — Всё, готово. Сайно поднялся и подошёл к фонтану, чтобы посмотреть на своё отражение в воде. Теперь у него на плече лежала объёмная коса с вплетённой золотистой лентой, что и правда оказалась удобной и совсем не чувствовалась. Тигнари подошёл сбоку и помог пригладить растрепавшуюся чёлку и поправить одежду. — Не знаю, какое у тебя верхнее одеяние, но думаю, такая лента подойдёт, это будет мой подарок тебе на знакомство, — закончив с приведением юноши в порядок, парень выпрямился и серьёзно продолжил, принимая образ строгого учителя, — Тебе лучше не пренебрегать значимой частью одежды, иначе серьёзно отругают. Иди оденься, а мне уже пора идти. Сайно немного грустно посмотрел на своего нового знакомого. Увидев человека, которому нездоровилось, он не задумываясь помог и нашёл кое-что очень занимательное. Впервые за два месяца во дворце, к нему не относились, как к султану, а свободно, без лести и притворства разговаривали. Даже отчитывали! Это было настолько ново повелителю, что он хотел продлить этот момент. — Ты приехал на праздник? Как тебя зовут? — Тигнари, я приехал со своей госпожой по просьбе валиде-султан. — О, — застыл Сайно, уже понимая по какому именно поводу его мать пригласила девушку из чужой страны, чему совершенно не был рад, ведь его действительно не интересовало продолжение рода и развлечение с красавицами, — А вы ещё будете приезжать? — Тут всё зависит от предпочтений повелителя, если ему понравится госпожа, то я должен буду навещать её, чтобы отец не беспокоился, — говоря это, парень поник, так как не хотел оставлять такую маленькую девочку в гареме, — Но, честно говоря, я не хочу этого. — Почему? — Сайно нахмурил брови. — Мне не стоит такое говорить, — стушевался парень, — Забудь, я просто за неё переживаю. — Если есть что сказать, то говори, — прозвучал ровный, твёрдый голос юноши, от чего Тигнари удивился. Это был первый раз, когда Сайно перед ним говорил так, будто считал своим подчинённым, вот какое ощущение создавалось. Понимая, что собеседник не в духе, но и промолчать уже нельзя, Тигнари попытался подобрать слова, чтобы не нарваться на неприятности. — Про султана ходят много слухов о его жестокости. Конечно, они могут быть недостоверными, но не появляются же ни с того, ни с сего. И с наложницами плохо обращается, и со слугами, не хочу, чтобы госпожа страдала. Парень аккуратно посмотрел на лицо собеседника, которое было чернее тучи, и сглотнул. Поняв, что наговорил себе на заключение, Тигнари принял решение быстрее уходить на праздник к Коллеи, чтобы спастись из неприятной ситуации. Задумавшись о словах юноши, Сайно опомнился только тогда, когда фигура гостя с шорохом уже скрылась за поворотом. Он знал, что из-за исключительно военного прошлого, его упоминают далеко не нежными словами, но именно сейчас почувствовал обиду за эти слухи. Человек, с которым ему было приятно просто сидеть рядом, был такого о нём мнения. Сделав рывок, султан хотел догнать парня, чтобы объясниться и опровергнуть всё сказанное, раскрыв, кем на самом деле является, но к нему неожиданно подошёл стражник, который последние 15 минут искал его. — Повелитель, валиде-султан зовёт вас. — Хорошо, я иду, — голос Сайно вновь сменился на жёсткий, такой, что бывает у командира армии, совсем не подходящий его юношеской внешности. Он не хотел себе лишних проблем от матери, а с Тигнари они могли встретиться и после, ведь он тоже будет на празднике. Кажется, это был первый раз, когда Сайно был даже не против поучаствовать в мероприятии.