Тайны рода Волдорфов

О тайне Кассии знали только два человека: её сестра Эрия и новая служанка Лу. Краснокожая Лу с чёрными волосами, туго сплетёнными в длинную косу, была прислана Эрией из Пальмовых земель вместе с запиской: «Она не разговаривает, но всё понимает. Доверяй свою тайну только ей». И Кассия беспрекословно слушалась. Ей нравилось, что Лу никогда не задавала вопросов. Она исправно штопала для неё фальшивые накладные животы для имитации беременности, набивала их соломой и мягким утиным пухом, застёгивала на крючки и прятала под платьем, рассматривая придирчивым взглядом со всех сторон. Когда Кассии было одиноко, она закрывалась с Лу в спальне и рассказывала ей о своей жизни — а та покорно слушала, не скрывая своего интереса, и покачивала головой. На заседания и советы Лу всегда ходила вместе с ней: по легенде, Кассию страшно мутило, но на самом деле служанка следила за тем, чтобы фальшивый беременный живот королевы выглядел максимально правдоподобно и ничем не выдавал их страшный секрет. Кассию объявили королевой-регентом до совершеннолетия её будущего ребёнка. Она знала, что если Марджа родит ей девочку, то их королевские дни будут сочтены. В этом случае править поставят троюродного брата давно почившего Генвика Великого, которому просто повезло носить фамилию Волдорфов. Эти мысли не давали ей нормально спать, поэтому Кассия ходила по замку с неподдельным бледным лицом с толикой страха и задумчивости. — Дорогая моя, вы хорошо себя чувствуете? — спрашивала одна из фрейлин, нежно опуская свою руку на её дрожащие пальцы. — Может, вам отдохнуть от ежедневных советов… — Нет-нет, — тут же мотала головой Кассия. — Всё в порядке. Со мной всё хорошо. Она понимала, что беззаботное время ношение платьев и глупых мечт о короле Эккере давно ушли в прошлое. Теперь она — королева, и без должного понимания дел, происходящих на её землях, она не сможет править. Поэтому Кассия старалась не пропускать ни одного заседания и внимательно вслушиваться в разговоры серьёзных лиц, которые представляли малый совет, главенствующий в королевстве после смерти короля. К тому же она до ужаса боялась, что её обман случайно раскроется, поэтому старалась не привлекать к своей персоне лишнего внимания. Время шло. Сначала медленно, а потом — предательски быстро. Когда листья пожелтели и стали опадать, служанка Лу вместо штопанья нового накладного живота взяла старый и начала сбивать его солому вниз. — Зачем ты это делаешь? — воскликнула Кассия, чуть ли не подскочив в набранной ванне. Волна воды вместе с розовыми лепестками шлёпнулась о каменный пол. — Ты же его испортишь! Лу лишь молча покачала головой и ещё увереннее продолжила сбивать солому. — Её живот опускается… — Кассия внимательно вперилась взглядом в тугую мешковину и всё поняла. — То есть, роды уже скоро. Когда она родит, Лу? Та задумчиво посмотрела в окно и кивнула на молодую луну. Кассия тут же напряглась: — Меньше месяца… Ты имеешь в виду, что осталось меньше месяца? Служанка утвердительно качнула головой. — Тогда пора планировать поездку в Пальмовые земли. Завтра же начинай собирать мои вещи. Поездка на родину была частью плана Кассии. Под видом того, что ей нужно увидеться с матерью и сестрой, она поедет в Пальмовые земли и вернётся оттуда с ребёнком Марджи, которого выдаст за своего. Пока она ехала в карете и считала постукивания копыт королевских лошадей, её руки дрожали от осознания, что назад пути не будет. Бастард её почившего любимого, плод измены, в котором нет ни капли её крови… И Кассии придётся, придётся его полюбить. Она приехала в Пальмовые земли с бледным траурным лицом и чуть не расплакалась, едва бросившись в объятья своей сестры. Но та лишь сдержанно похлопала её по локтю и тут же увела к себе в покои. — Мне кажется, я совершила ошибку, Эрия, — прошептала Кассия, как только дверь в спальню захлопнулась. — Я пошла на такой ужасный грех, Боги никогда меня не простят. Но взгляд Эрии был строгим: — Не Богам судить тебя. — А если родится девочка? — Кассия еле сдерживала дрожь в голосе. — Значит, всё это было напрасно… Это ужасное преступление… Сестра покачала головой: — Нет, дорогая. Как бы то ни было, ты останешься при дворе, а это главное. Да и шанс, что родится девочка, не велик. Лекарь Марджи почти уверен, что в животе сидит мальчик, юный воин. Крупный и могучий, поцелованный Богами. И если это так — то ты будешь полноправной королевой, пока принц будет расти. Кассия ахнула и с надеждой посмотрела в окно, в сторону большого Пальмового замка.

***

Тогда, почти девять месяцев назад, Кассия спланировала всё идеально. Подстроила побег беременной Марджи из темницы прямо накануне её казни, посадила на рассвете на повозку с престарелым глухим купцом и отправила в Пальмовые земли с запиской на имя сестры Эрии. — Никому ни слова, если хочешь жить, — пригрозила она Мардже. — Клянусь своей жизнью, если ты раскроешь рот и хоть пискнешь про то, от кого твой ребёнок, я заживо закопаю тебя вместе с ним. — Ваше величество… — всхлипывала Марджа из-под огромного чёрного капюшона. — Обещаю вам, я исполню ваш приказ. Только скажите моим родителям, что я жива, что я в безопасности! Они так стары, что не переживут мою мнимую смерть… Кассия лишь с ужасом смотрела ей вслед, пока чёрный балахон полностью не скрылся в туманной дымке горизонта. И теперь, спустя всё это время, некогда дочка вассала Марджа Лэнгдон превратилась в помощницу кухарки, которая на протяжении девяти месяцев хлопотала в кулуарах с огромным беременным животом наперевес. По рассказам Эрии, Марджа послушно начищала столовое серебро, смазывала тесто для хлебцов, шила скатерти на столы — и делала всё, чтобы быть тише воды, ниже травы. А главное, держала свой рот на замке. Вряд ли бы в ней кто-то увидел прежнюю Марджу, которой она была когда-то: с роскошной копной рыжих волос, горящими глазами и в дорогих парчовых платьях. Она превратилась в служанку — в туго повязанном чепце, с тяжёлыми от отёков ногами и серым грустным лицом. Такой Кассия увидела её после обеда, когда заглянула на кухню. Благородные леди редко заглядывают на кухню — особенно, когда речь идёт о королеве. Но Кассия не удержалась: она переступила порог и сразу поймала своими глазами усунувшуюся фигуру леди Лэнгдон — пленённой ею когда-то. Кассия, было, снова начала закипать злостью и ужасом от этой встречи… Но беременный живот Марджи был так огромен, а её лицо так изнемождённо, что ярость быстро сошла на нет. Стоило им мимолётно пересечься взглядом, как Марджа со страхом отпрянула назад, чуть не споткнувшись о скамью, и тут же скрылась из её взора. — Ты всё делаешь правильно, Кассия, — послышался голос сестры из-за её плеча. — Ты — настоящая королева.

***

Ночью Кассия проснулась из-за суеты в её комнате. Первое, что она увидела, как служанка Лу (которая всё это время спала исключительно вместе с ней в спальне), схватила фальшивый накладной живот и бросила его в еле тлеющий камин. — Лу! Зачем... — сонным голосом воскликнула Кассия, не совсем понимая, что происходит. Но тут же почувствовала ледяную ладонь у себя на губах: — Тише, дурочка, — услышала она голос Эрии, которая внезапно оказалась рядом. — Перебудишь весь замок своими криками. Её сестра тут же достала маленький графин из кармана своего балахона и, быстро отвинтив крышку, плеснула жидкость на кровать. — Что вы задумали?.. — сбивчиво зашептала Кассия, бросив обеспокоенный взгляд на огромное алое пятно от разлитой жидкости на своей простыне. — Марджа рожает, вот что, — грубо ответила Эрия и плеснула ещё немного на ночнушку сестры. — Вставай. Быстро. Нужно сделать всё так, как будто ты стала матерью сегодня ночью. И сжечь все улики. Чего ты смотришь на меня, Кассия? Вставай, не медли! Кому говорю! Но Кассия не могла в это поверить. Неужели, вот он — этот день, этот страшный и одновременно прекрасный момент. Сами Боги благоволили родить Мардже под покровом ночи, чтобы ни одна живая душа, кроме её сестры и служанки, не узнали правды… Она растерялась от собственный чувств, но уже через пару секунд наполнилась решимостью: — Что мне делать, Эрия? — На, — сестра протянула ей графин с алой жидкостью, — лей, не жалей. А я пока соберу чистую одежду. — Ты отведёшь меня к ней? — с надеждой спросила Кассия, разбрызгивая фальшивые капли кpoви себе на ночнушку. — К Мардже? И ребёнку? — Ещё чего удумала… — Эрия, я должна видеть это! Я должна там быть! — взмолилась та, чуть не стукнув голой ногой по полу. — Ты не имеешь права лишать меня рождения младенца! Эрия закусила губу. Было видно, с какой неохотой она надламывалась — понимая, что не может перечить самой королеве, даже несмотря на то, что она её младшая сестра. — Хорошо, — нехотно сдалась она. — Лу? Немая служанка тут же оглянулась: — Ты погасишь камин и свечи и ляжешь в кровать Кассии. На случай, если кто-то зайдёт. Понятно? Лу послушно кивнула. — А ты, — взглянула она на сестру. — Надевай балахон с капюшоном. И ни звука! Не дай Бог нас кто-то увидит, кроме лекаря Обендри. Весь план пойдёт под откос... — Обендри? Он знает?.. — Он лекарь, Кассия, — строго сказала сестра, понизив тон. — Он должен знать. Но он унесёт это знание с собой в могилу. А ты пообещай мне, что не станешь делать ничего лишнего. — Я обещаю тебе, — со всей серьёзностью ответила ей та. Они пробирались по тёмным коридорам, ориентируясь лишь по слабому свету лучины. По всей видимости, Марджа жила в самом дальнем конце замка, чтобы поменьше попадаться на знатным лордам на глаза. Они шли мимо огромных пыльных гобеленов, по душному второму свету, чтобы наконец оказаться у маленькой двери, похожей на подсобную, и бесшумно зайти в неё. — Леди Сент? Это вы? — Кассия услышала потухший голосок Марджи, как только дверь в её скромные покои приоткрылась. — Вы разминулись с Обендри. Он ушёл с четверть часа назад. Сказал, что всё хорошо. Я… Как только Кассия зашла следом за Эрией, голос Марджи утих. — Кто это? Кассия сняла капюшон с головы и с вызовом посмотрела Мардже прямо в глаза. — Ваше величество… — стушевалась она, опустив взгляд. — Я… я не знала, что это вы. — Молчать! — тут же гаркнула Эрия. — Никто не должен знать, что она была здесь, ясно? Твоё дело — родить ей ребёнка. А не чесать языком. — Я стараюсь… — голос Марджи сорвался, и слеза скатилась с её щеки. — Я… Сильнейшая волна боли прошла по всему её телу — Кассия видела это невооружённым взглядом. На секунду ей даже захотелось отвернуться от Марджи, но она не могла себе это позволить — ведь рождался её ребёнок. Её. Будущий принц. Она должна была видеть, в каких муках он рождается, как приходит в этот свет, как в его крошечных глазках разгорается огонь покойного Эккера. С каждой схваткой она ловила ощущения Марджи — той самой женщины, которая украла у неё возможность родить от почившего короля. Кассия желала Мардже эту боль. Она упивалась одновременно и злобой, и удовлетворением, и благодарностью к ней. Ведь Марджа могла всего лишь украсть сердце Эккера и ничего не оставить после его смерти. Но она оставила потомство. Потомство, которое сохранит Кассии её трон. Марджа схватила подушку и со стоном приложила её к своему рту. Крик погас на полпути. — Тужься! Старайся! — прошипела ей Эрия. Марджа и правда старалась. Её изнемождённое, но молодое тело просто не могло не справиться с родами. Она вытолкнула малыша спустя пару сильных потуг и тут же горько расплакалась, упав затылком без сил. — Чёрт подери, — выругалась Эрия, и внутри Кассия всё застыло. — Не верю своим глазам. Это девочка. Как это могло произойти? Как же так?!.. Перед Кассией пронеслась вся жизнь перед глазами. Нет. Только не девочка, нет! А как же Обендри, который был уверен, что в животе у Марджи — крепкий воин? Не может быть… Она бросилась к Эрии и жадно вперилась глазами в едва родившегося младенца. Девочка. Это правда. Теперь у неё отнимут корону. Не успели страшные мысли захлеснуть её, как она подняла взгляд на лoнo Марджи и чуть не закричала от испуга: — Эрия! Там второй ребёнок! Сестра тут же спешно передала кpoвавoго младенца Кассии в руки и устремила глаза под юбку Марджи. Та закричала ещё сильнее. — Боги, дайте мне маленького воина, — взмолилась Кассия, держа в руках похрипывающего младенца. — Молю вас… Это мой единственный шанс… И её шёпот прерывал лишь стон Марджи, которая рожала второй раз за эту ночь — близнецов-бастардов. — Боги, молю вас… — повторила Кассия, не переставая тихо плакать. — Боги услышали тебя, моя родная, — перебила её Эрия, с улыбкой удерживая в руках второго новорождённого младенца. — Это он, мальчик. Маленький воин. Твой маленький воин. Кассия охнула и чуть не упала навзничь от нахлынувшего на неё облегчения и слёз.

***

Той ночью она не сомкнула глаз. Она смотрела на своего невиданной красоты ребёнка и искала черты Эккера в каждой его складочке. В каждом детском вскрике, в каждом движении. Это был Эккер во плоти. Иного и быть не могло. Там, в маленькой комнатке Марджи, Эрия настаивала, чтобы Кассия забрала обоих детей. Марджа плакала. Кассия думала. Последнее, что она хочет видеть рядом с собой — маленькую копию любовницы своего почившего мужа. Нет, новорождённую девочку она оставила её матери. Не из чувства долга, а из чувства отвращения. Велела Эрии, как только Марджа восстановится, согнать её подальше, на самый край Пальмовых земель и выдать замуж за старого фермера. Но маленького принца, маленького воина — Кассия гордо взяла на руки. И поклялась не отпускать, что бы с ней ни случилось. Служанка Лу помыла ребёнка, с любовью завернула его в мягкое одеяло и отдала матери — новой матери. — Его зовут Кристиан. Кристиан Волдорф, сын великого Эккера Волдорфа, — гордо сказала Кассия, поглаживая младенца по голове. — Я буду любить его до конца своих дней. Он станет нашим новым королём и будет править долго и с честью. — Да будет так, — шепнула Эрия в ответ. — Только обещай, что наша тайна не покинет эту комнату. — Клянусь тебе, сестра, — с благодарностью ответила королева.