Heartbeat | Сердцебиение

Солнце над пустошью било по песку пустыни во всех направлениях. Недостаток влаги в воздухе означал, что дюны нагревались и охлаждались в течение нескольких минут после восхода или захода солнца, переходя от температур, которые могут заморозить вас заживо, к тем, которые дают вам тепловой удар практически в любое время. Как и всегда, стерильный мир совершенно безжизненный, и только песок простирался так далеко, насколько видел человеческий глаз. Нет никакой надежды на то, чтобы запомнить путь через пустыню, так как сама земля меняла форму по прихоти ветра, реконструируя себя на ежедневной основе, так что она остается в жутком подвешенном состоянии между знакомым и непознаваемым. Пустыня всегда будет выглядеть одинаково. Пустыня постоянно меняется. Это парадоксы, которые правят пустошью, которые гарантируют, что человек может потерять разум здесь, даже если он не потеряет свою жизнь. Именно в этой среде Николас Д. Вульфвуд открыл глаза и обнаружил, что свернулся калачиком в изгибе дюны, покрывшей песком каждый кусок обнаженной кожи на его теле. Он слышал хруст песчинок о суставы, когда он двинулся, чтобы сесть, его черный костюм поглотил большинство солнечных лучей и оставил его неудобно горячим и обезвоженным. Слава богу, он заснул в тени дюны, иначе он рисковал перегреться. В худшем случае он чувствовал себя неприятно, что намного лучше, чем то, что чувствовали большинство людей, засыпающих в пустыне без защиты от стихии. Вульфвуд зевнул, и он сделал все возможное, чтобы вытереть песок со своего лица и волос, его разуму потребовалось время, чтобы осознать настоящее и напомнить ему, почему он вообще здесь. Он и Вэш путешествовали по пустыне, когда попали в песчаную бурю. Вэш превратился, чтобы защитить Вульфвуда от шторма, а потом они... говорили. Долгое время, о многом. Когда они закончили, Вэш сказал, что ночь наступила, но так как шторм не стих, они все еще были в ловушке. Вульфвуд заснул, завернувшись в ангельские крылья, в безопасности от удушающей силы пустыни. Потом он очнулся здесь. ... Где Вэш? Вульфвуд вскарабкался на ноги, когда его настигла эта мысль, забывая о песке, все еще цепляющемся к его телу, пока он прочесывал горизонт в поисках признаков своего друга. Небесный купол крыльев нигде не виден, как и 80-футовый ангел, которого он на удивление привык видеть за последние два дня. Священник совсем один в пустоши, и осознания этого достаточно, чтобы послать волны паники в его разум. Что, черт возьми, случилось с Вэшем? Он ранен? С ним что-то случилось, пока Вульфвуд спал? Где он? — Вэш? — закричал он, голос его тяжелый, и его горло как будто было изрезано наждачной бумагой. Он почти впал в припадок кашля, просто произнеся одно это слово, но он сосредоточен только на растущем чувстве страха. — Эй, Ник. Вульфвуд так быстро повернулся к источнику этого голоса, что у него закружилась голова. Примерно в пятнадцати футах ниже него на дюне находился Вэш, сидящий на песке и держащий Каратель на коленях. На его лице нежная, усталая улыбка, когда он встретил глаза Вульфвуда, и он немного помахал священнику в качестве приветствия. Именно в этот момент Николас понял, что он не заметил ангела, потому что он искал в горизонте кого-то в двадцать раз больше, чем он. Он пренебрег взглядом вниз на Вэша, который теперь вернулся к своему обычному размеру чуть меньше шести футов. Почти все его ангельские черты также исчезли, оставив его полностью в человеческом обличии, за исключением двух вещей: острый блеск клыков в его улыбке и два маленьких, пушистых крыла, которые все еще торчали из его головы прямо над ушами. Вульфвуд смотрел на него в бесшумном шоке в течение нескольких секунд, заставляя Вэша повернуть голову в сторону, чтобы скрыть румянец, пылающий на его щеках. — Сюрприз, — он попытался пошутить, тихо смеясь, когда Вульфвуд медленно начал идти к нему. Эта прогулка быстро превратилась в пробежку, пока священник не прижал Вэша к земле, затягивая ангела в объятия, а Вэш закричал и начал извиваться от удивления. — Никогда, блять, не делай так со мной, идиот, — Вульфвуд зарычал сквозь зубы, прижимая ангела ближе, заставляя Вэша скрипнуть, когда воздух вытеснился из его легких. Он все еще смеялся, сильнее и искреннее на этот раз, пока он ворошил волосы Вульфвуда и разбрасывал песок повсюду. — Прости прости! Я бы разбудил тебя раньше, но я не хотел тебя беспокоить, и я все еще пытался понять это, — Вэш отстранился, жестикулируя на крылья на голове, которые дважды хлопнули в подтверждение. Вульфвуд, наконец, освободил его, садясь обратно в песок, пока Вэш клал Каратель рядом с ними. — Какого черта вообще случилось? Я просто помню, как заснул, а потом, как я понял, проснулся с бОльшим количеством песка в костюме, чем в чертовой пустыне, — пожаловался Вульфвуд, поднимая рукав и высыпая еще больше песка на землю внизу. Он не будет чувствовать себя чистым в течение недели после такого, он уверен. — Да толком и нечего рассказывать, прости. Ты заснул, а буря наконец-то затихла. Я решил попробовать снова превратиться назад, но на этот раз мне показалось... по-другому. Не было ощущения, что я сражаюсь против собственного разума или чего-то еще. Это было больше похоже на то, что я... вылепил себя из глины, чтобы мое тело выглядело так, как я хотел. Это было нелегко, и это заняло несколько часов, но в конце концов я всё понял. Ну, по большей части. Его крылья дергались, когда он говорил это, и он опустил свой взгляд на землю, как будто стыдясь. — ...Несмотря ни на что, я не могу заставить их исчезнуть. Я думаю, что они... они постоянные. Я надеюсь, что это не так, но это на самом деле не под моим контролем в данный момент, не так ли? — он тихо хихикнул. — В следующий раз, когда мы войдем в город, мы можем купить нож или что-то в этом роде. Если только у тебя с собой не будет? Я не думал, что пуля будет очень безопасна для чего-то подобного, но если дело дойдет до этого, нам, возможно, придётся... Вулфвуду потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что Вэш имел в виду, пока он смотрел на ангела пусто. Затем это внезапно дошло до него, и он схватил его за переднюю часть пальто. — Или мы можем просто найти тебе пальто с капюшоном, Вэш! Тебе не нужно их отрезать, особенно не самостоятельно, — он звучал совершенно шокированно тем, что Вэш даже подумал о подобной вещи, повышая свой голос до того, пока он не начал отзываться эхом от дюн вокруг них. — Я и не собирался! По крайней мере, не сейчас! – заныл Вэш, крылья хлопали достаточно быстро, чтобы поднять небольшой ветер, который мешал песок вокруг них. — Но я не могу оставить их навечно, Ник. Они слишком выделяются. — Тогда мы можем найти способ спрятать их! Тебе не нужно вредить себе, чтобы просто соответствовать чему-то, Вэш. Больше нет. Больше никогда. Вэш выглядел неуверенным в этом, но больше не оказывал сопротивления. Вместо этого он просто смотрел в сторону, не в силах встретить взгляд Вульфвуда. — Нам нужно найти выход отсюда сейчас же. Это займет больше времени, чтобы обойти это место теперь, когда я не преодолеваю тридцать футов с каждым шагом. Это быстрое изменение темы, но Вэш прав. Сейчас важнее всего найти выход из дюн. Они могут побеспокоиться о крыльях позже, когда у них действительно будет шанс столкнуться с кем-то. Даже тогда, люди в "Гансмоуке" постоянно видоизменяют свои тела. Вульфвуд уверен, что новые придатки не будут самой странной вещью, которую когда-либо видели жители этой планеты. Если они будут осторожны, они могут даже выдать их за что-то вроде головного убора, прежде чем они найдут более постоянное решение. Вульфвуд забежал вперед. Их главная задача - выбраться из пустыни, и это все, на чем они должны сосредоточиться прямо сейчас. — Это не займет больше суток пути от того места, где мы находимся. Если мы поторопимся, мы сможем покинуть дюны до наступления темноты, и тогда нам, по крайней мере, не придется беспокоиться о холоде — А если будет еще одна песчаная буря? — спросил Вэш. Очередной шторм, формирующийся так быстро, имел астрономически низкую вероятность на самом деле, но они проигнорировали эту возможность раньше и поплатились за это. На этот раз им лучше быть более подготовленными. — Я больше не волнуюсь за них, — признался Вульфвуд, поднимая Каратель и натягивая его на спину. — Даже если песчаная буря прорвется здесь снова, я знаю, что мы справимся. — Как ты можешь быть уверен? Последняя чуть не убила нас, Ник! — Вэш встал на ноги и начал счищать песок с пальто. — Если что-то подобное случится, ты просто защитишь меня, как в прошлый раз, — Вульфвуд сказал это, как будто это самая очевидная вещь в мире. — Черт, какой-то я хреновый телохранитель. Я должен быть тем, кто оберегает тебя, но я действительно не могу тягаться с тобой, когда ты в полной силе. Вэш посмотрел на него пусто, какие-то нечитаемые эмоции мелькали у него в глазах. Вульфвуд смущенно наклонил голову в его сторону. — Что это за взгляд? — спросил он. Вэш тут же вернулся в реальность, нервно скручивая руки. — Ник, ты... ты действительно оберегал меня. Никто из нас не выбрался бы оттуда, если бы ты не сказал то, что сказал. Вульфвуд, похоже, не знал, как это обрабатывать, открывая рот, чтобы ответить, затем снова закрывая его, прежде чем ему, наконец, удалось собрать предложение вместе. — Любой мог это сделать, Вэш. Это ты спас мне жизнь. Это еще один первый случай для Вэша: его на самом деле благодарили за спасение жизней вместо того, чтобы обвинять в принудительном завершении их. Он привык спасать людей, но еще больше привык к неудачам. Вэш подарил Вульфвуду улыбку, которая задерживалась где-то между грустью и благодарностью. — ...Нет, Ник. Я уверен, что только ты мог это сделать. Любой другой мог быть там с ним, сказать точно такие же слова дословно, но правда в том, что это был именно голос Вульфвуда, который вернул Вэша в реальность. Он не уверен, что кто-то другой смог бы справиться с этим. Все это вызывало недоумение у Вульфвуда, так как человек искренне не понимал, насколько его роль была важна в любом случае. Может, когда-нибудь и узнает, но сейчас у него впереди долгий путь к ментальному выздоровлению. По крайней мере, теперь ему не придётся идти одному. — Какая бы ни была причина, я больше не беспокоюсь о песчаных бурях. У нас все будет хорошо, я в этом уверен. Это еще одно изменение Вульфвуда, постоянно напоминающего Вэшу, как опасно их путешествие. Вэш заметил это, но не комментировал. Изменение поведения Вульфвуда для него похоже на молчание в том, что он беспокоился о том, что когда он упоминал об этом вслух, это рушилось в тот же момент. — Хорошо, — Вэш сделал шаг вперед, как будто он вот-вот начнет идти рядом с Вульфвудом, но затем сразу же споткнулся о свои сапоги и упал лицом в песок с почти комичным криком удивления. Вульфвуд посмотрел на него, заметно сдерживая смех за ухмылкой, когда Вэш выплевывал песок, который он случайно вдохнул с кашлем. — Как, черт возьми, ты умудрился? Я видел, как ты уворачиваешься от пуль! — Вульфвуд поднял рукав к лицу, чтобы скрыть свою улыбку. — Я привык ходить с другим центром тяжести! Я провел больше дня размером с гору, Ник! — Вэш запротестовал, глядя на священника огромными жалкими глазами. — Плюс, я привык не иметь человеческих конечностей какое-то время... Признание Вэша являлось последней каплей для Вульфвуда, который захохотал, глядя, как Вэш сидел на земле и дулся, скрестив руки, как ребёнок. Вульфвуд не помнил, когда в последний раз так смеялся. Ему нравилось то, как он чувствовал себя, как будто он легче, чем раньше, и в его груди чувствовалось что-то, что не являлось виной или гневом хоть раз. Ему удалось успокоиться после нескольких минут слабости, он, улыбаясь, протянул руку Вэшу, чтобы помочь ему снова встать. — Позволь мне... В тот момент, когда Вульфвуд протянул руку к Вэшу, он попробовал встать самостоятельно, что привело к тому, что он почти потерял равновесие снова и рука Вульфвуда прижалась к его крыльям. Оба они замерли на месте, каждая мышца их тела напряглась, как если бы они были парализованы, пока мир продолжал двигаться вокруг них. Пальцы Вульфвуда все еще соприкасались с перьями Вэша, мягкий пух трепетал о его кожу так же, как циклон, когда он вчера окутал всё его тело. Священник осторожно начал снова дышать, опускаясь на колени на землю перед Вэшом, в то время как ангел смотрел на песок. — Ты в порядке? — спросил он, положив руку на плечо Вэша. Его спутник напрягся, но не оттолкнул его. — Д-да, я просто... забыл, что они у меня там на секунду, —сказал Вэш, поднимая металлическую руку ко лбу, как будто он стесняется собственной забывчивости. — Это глупо, я знаю, но я не привык иметь новые конечности в такой форме. По крайней мере, если только я не... Он отстранился, не желая или будучи не в состоянии закончить предложение, но Вульфвуд понял, что он имеет в виду. Единственный раз, когда Вэш обретал перья в своем человеческом облике, это невольно или в результате большого стресса. Черт, сам Вульфвуд стал свидетелем того, как тело Вэша превратилось в что-то заметно нечеловеческое. Все помнят день, когда кратер появился в Пятой Луне. Это единственная связь Вэша с его "растительной" природой. Боль и разрушение - это все перья в его человеческом облике. Вульфвуд колебался, поднимая другую руку, чтобы поместить ее на плечо своего друга. Он смотрел прямо на Вэша, и ни один из них не носил очки, которые могли бы защитить их друг от друга. Глаза Вульфвуда темные и уставшие, но содержали искру надежды, которой не было неделю назад. У Вэша - ярко-зеленые, почти бирюзовые, и за ними лежали воспоминания о жизни, которую Вульфвуд никогда не сможет постичь. Священник медленно двинулся, поднимая руки, чтобы взять лицо Вэша всего на секунду, прежде чем положить их на основание крыльев. Ангел напрягся, но не остановил его. Никто из них не сказал ни слова, но весь разговор проходил между ними в тишине. Вульфвуд задал Вэшу вопрос, и тот кивнул в ответ. Нежные пальцы бежали по перьям Вэша, словно это были волосы, чувствуя мягкий пух и поглаживая его так же нежно, как кошачий мех. Вэш дрожал от ощущения, затем расслабился и позволил Вульфвуду продолжать. Он даже закрыл глаза, мысленно отделяя себя от своего тела и окружающего мира в настоящем. Он сейчас не в пустыне, он вернулся на корабль SEED, и кто-то расчесывал ему волосы и напевал песню. Вокруг него трава. Красиво. А потом, как по щелчку, он снова вернулся в настоящее. Кто-то все еще прикасался к нему, кто-то рядом с ним, кто держал его близко и был решительно настроен защитить его. Он не тот человек, но он здесь. С ним снова кто-то, кто останется рядом с ним, кто заставит его чувствовать себя в безопасности, кто вступит с ним в контакт по другой причине, кроме как причинить ему боль. Есть кто-то, кто заботится о нем снова. Слёзы начали сформировываться в уголках его глаз, когда он почувствовал, что его горло сжалось. Его первый инстинкт - это отойти, как он всегда делал, когда он страдал, но на этот раз он проигнорировал это. Вместо этого его крылья переплелись с руками и пальцами Вульфвуда, когда Вэш открыл глаза и снова встретил взгляд своего друга. — Ник... — он начал говорить, но голос трещал. Он не в состоянии вытеснить все, что он хочет сказать, но это нормально. Вульфвуд убрал руки с крыльев Вэша и обнял ангела, притягивая его к себе, пока его голова не уперлась в грудь священника. Вульфвуд прижал его, пробегая пальцами по его крыльям и волосам. — Все в порядке, Ангел, — сказал священник мягко, как песок вокруг них. Если он внимательно прислушается, Вэш услышит сердцебиение человека. Оно сильное, устойчивое и все еще присутствовало, даже после всего, через что они прошли. Вэш мог бы провести остаток своей бессмертной жизни, слушая этот звук, просто зная, что Вульфвуд все еще жив. — Все в порядке. Вэш пролил все слезы, так что он не начал плакать. Он чувствовал, что каждая клетка в его теле снова начала функционировать после более чем столетия распада там, где он стоял. Он сморгнул капли, которые образовались в уголках его глаз, поднимая руки, чтобы вернуться в объятия Вульфвуда с задыхающимся вздохом, который просто не дотягивал до рыдания. Игнорируя окружающий мир, они просто держали друг друга в пустоши, как будто они бросали вызов Вселенной: прийти и забрать у них это тоже. Она не могла, в конце концов, больше не могла. Они оставались там на некоторое время, держа друг друга в молчании, пока Вэш дрожал в объятиях Вульфвуда. Никто из них не говорил ни слова, но все равно казалось, что теперь они понимали друг друга лучше, чем когда-либо раньше. Через несколько минут Вульфвуд открыл рот, как будто снова говорил, вот только слова не выходили. Вместо этого он просто сидел там, по-прежнему, как статуя, как будто его разум и его сердце вели войну внутри него за то, что делать. Наконец, одна сторона вышла победителем, и он в конечном итоге решил общаться единственным способом, который он знал. —...Вэш? — пробормотал он, надеясь лишь наполовину, что ангел его не услышал. К несчастью для него, ему не так повезло, поскольку Вэш поднял голову навстречу глазам Вульфвуда. — Да? — спросил он, выглядя немного нервным. Редко когда Вульфвуд показывал какие-либо признаки неопределенности в своих словах, и Вэш не знал, чего ожидать дальше. Хватка Вульфвуда усиливается, пальцы закапывались ему в спину, когда он пытался найти свой путь через ситуацию, в которой он оказался. Он начал жалеть, что ничего не сказал. Вэш не заставлял его говорить, просто ждал, чтобы увидеть, какое решение примет Вульфвуд. Как ни странно, это то ободрение, которое нужно человеку, он глубоко вдохнул. — Мне нужно сделать ещё одно признание. Господу? Нет, не это. Это не для Него. Если Вэш что-то чувствовал по этому поводу, он этого не показывал. Он сохранял свое выражение лица таким же, как и прежде, его крылья сложились по бокам головы, так что он выглядел еще более робким, чем обычно. — Хорошо, — сказал он. Слова вытекли из Вульфвуда без единого промедления и сомнения. — Я люблю тебя В течение мучительных трех секунд Вэш не реагировал. Он просто продолжал смотреть на Вульфвуда своими красивыми глазами, как будто он ждал, когда слова полностью до него дойдут. Затем он начал улыбаться, шире и с большей радостью, чем он чувствовал за все эти годы. — Я тоже тебя люблю. Вульфвуд сделал вдох, который завис где-то между задыхающимся вздохом и криком облегчения, когда он снова обнял Вэша, поднимая его наверх, где его голова легла прямо под подбородком Вульфвуда. Оттуда он наклонился и поцеловал лоб Вэша, пробегая руками по перьям и волосам ангела, отбиваясь от тех слёз, которые еще не упали. Вэш вернулся к объятиям, затягивая хватку и подтягивая его ближе, когда его крылья сплелись между пальцами Ника. Он все еще слышал сердце Вульфвуда, и оно бьется быстрее, чем когда-либо прежде. — Будь со мной, — сказал один из них. — Я буду, — ответил другой. — Пожалуйста, останься со мной. — Я обещаю. Со временем им придется снова разойтись. Они могут оставаться здесь в объятиях друг друга так долго, прежде чем ограниченный дневной свет и жара пустыни заставят их снова начать движение. Впереди наверняка будет больше сражений, больше битв, которые они не могут выиграть, и больше внутренних сражений, которые им придется вести против себя. Они не могут перестать сражаться сейчас, так сильно, как они оба хотят. Их мир - по-прежнему умирающая пустошь, и большинство людей вокруг них стали измученными и жестокими, и им придется сражаться чертовски сильно, чтобы изменить это. Но это все для будущего. Сейчас они все еще здесь, все еще вместе, и никакая сила во Вселенной не сможет изменить это. И, возможно, только возможно, после того, как все это закончится, у них останется жизнь, которую они смогут разделить друг с другом.