Случай в маленьком городке

Рэтчет аккуратно повернул руль, сворачивая с федеральной трассы на окружную дорогу. На огромном дорожном знаке значилось «Вы въезжаете в Кринлхилз, добро пожаловать!». Ниже значилось «Главная городская больница» и еще ниже «2 мили вперед». Размышляя, ехать ли сразу на новое рабочее место или же сначала заехать домой, адрес которого был прикреплен на лобовое стекло на стикере, медик выбрал первое. Осень пробиралась в этот город сильнее, север чувствовался ярче, холоднее, но все еще недостаточно холодно для любимого бежево-оранжевого пальто. Переезд был необходим, люди в предыдущем городе начали замечать очевидное — Рэтчет не меняется, такой же, как и десять лет назад. Вполне оправданный страх перед охотниками и, что уж, старыми знакомыми, гнал с насиженного места, заставляя в очередной раз поменять очередной маленький город. На самом деле можно было, как некоторые другие вампиры, переселится в крупный город миллионик и там спокойно затеряется в толпе, к тому же такие города живут и ночью, что очень удобно. Но и это несло множество рисков, да и не нравилось Рэтчету в этом шумном муравейнике. Слишком стар он для такого, а вот молодые вампиры предпочитают именно такие будни. Впереди показалось красивое белое здание с большими окнами. На парковке было несколько легковых, простеньких автомобилей и его светло-оранжевый пикап несколько выделялся. Рэтчет взял телефон, сумку с документами и формой. Он как раз подходил к двери, когда сзади послышался визг шин и на парковку, сделав какой-то невероятный поворот, ворвалась машина с надписью «Шериф». И аккуратно припарковалась на свободное место в двух метрах от его пикапа. Из машины выскочил молодой мужчина, не глуша мотор и вытаскивая на руках девушку. Рэтчету понадобилось пять секунд на понимание что случилось. Когда у тебя трехсотлетний опыт работы, невероятное зрение и слух диагнозы ставишь раньше, чем пациент садится в кресло. — Дорогу. — еще только поднимаясь по ступенькам крикнул шериф. Рэтчет автоматически сделал шаг в сторону, пропустил человека и тут же забежал следом. — Авария, сбила машина! — громко оповестил шериф. — Сломаны ребра, скорей всего легкое пробито, вывих локтевого сустава и сотрясение. — так же громко объявляет Рэтчет уже на ходу накидывая халат. Он коротко проходится взглядом по медсестрам и одному врачу в коридоре, глаза на секунду вспыхивают зеленным, короткий приказ «слушать меня!». Потом он по-нормальному поздоровается и представится, сейчас надо помочь. — А вы?.. — удивленно спрашивает шериф. — Новый врач из Орегона, Рэтчет Норс, рад знакомству. — помогая аккуратно положить девушку на кушетку, представляется медик. — А, да, слышал о вас. А вы уже успели тут побывать? Только ведь приехали, как мне известно. — Я просто умею убеждать людей меня слушать. — Полезный навык. Я Уилджек Рэкстон, местный шериф. — Приятно. Дальше их пути расходятся. Уилджек идет разбираться с преступником, а у Рэтчета впереди тонкая работа с пациенткой. Нормально представится персоналу получается только в конце рабочего дня, улыбаясь и принимая с полсотни рукопожатий. Ему показали его кабинет, выдали бейдж и провели экскурсию по больнице. Как оказалось, она была хорошо оснащена, поэтому сюда свозили всех не только из города, но и из округа в целом. Несмотря на подобный подход тут было достаточно тихо, пусть раз в пару недель и поднимался шум, если случалось что-то и ряда вон. Через две недели Рэтчет уже знал, где в городе лучшие завтраки, куда заехать поесть пирогов и где чинить одежду. Знал два пути от больницы к его небольшому, одноэтажному дому, построенному явно не в этом и, возможно даже не в прошлом, веке, и еще один, но уже пеший, через лес. Жизнь пришла в привычное, налаженное русло, иногда Рэтчету казалось, что он ничего не менял, никуда не переезжал, просто кто-то капитально починил город и люди вокруг сменили имена. Единственное, что ярко выделялось на фоне всего этого — шериф. Увидев, что Рэтчет проявляет заинтересованность в нем, одна из офицеров, что периодически дежурила в больнице с пострадавшими, Арси, рассказала, что на самом деле тот не просто шериф, а бывший военный то ли переведенный, то ли уволенный из армии сюда. И что он либо кого-то убил, либо взорвал один из корпусов. — Хотя второе не исключает первое. — Арси усмехнулась. — А давно он тут? — они делали обход, Арси пила кофе в банке. — М, не знаю. Я и сама тут лишь пару лет. Он точно был до меня. — Он вроде молодой. Если его отстранили пару лет назад, то получается он в армию попал еще лет в восемнадцать. — Рэтчет аккуратно открыл свою банку и сделал вид, что пьет. — Может и раньше. Есть же кто с детства в армии. — Вряд ли. Тогда б его не выгнали, воспитание. Они дошли до кабинета Рэтчета. — А с чего он вас так интересует? — уже разворачиваясь, чтоб уйти спросила Арси. — Его поведение несколько отличается от привычного для меня. И на фоне других жителей. Просто интересно. — далеко не «просто», очень по-особенному, очень рядом с сердцем, что-то словно тянет его к этому человеку, он сам один сплошной магнит. И этот магнит словно тянет тонкие струны где-то глубоко внутри. Но, конечно, он не будет говорить об этом почти случайному человеку, он скажет это тому, кто вызывает этот трепет, когда придет время. Арси хмыкнула и ушла. Еще две недели спустя Рэтчет понял, насколько он вляпался. Это случилось ночью, чуть позже полуночи, когда он, спрятавшись в подвале, пил свою законно купленную кровь. До начала его смены оставалось целых полчаса, но чуткие уши уловили звуки суеты, а потом и знакомый голос шерифа. Вампир успел привыкнуть к его голосу. Он часто слышал его внизу, на входе. То навещал кого-то, то принимал показания от тех, кто попадал в аварию. Не каждый день, но достаточно, чтоб вампир с отличной памятью смог его запомнить. Он подозрительно часто встревал во все, гораздо чаще, чем это делали другие шерифы. — Зачем ты это делаешь? — кидая банку с кофе, как-то спросил он. Уилджек поймал. — О чем ты, док? — с насмешкой спросил он. Рэтчет внезапно понял одну вещь — его бесило обращение «док». — Зачем ты все делаешь? Опрашиваешь, приходишь сюда, даже сейчас занимаешься вот этим, обычно это делают помощники. — врач кивнул на документы в руках у Уилджека. — Ну, кроме этого. — шериф потряс документами. — остальное я делаю потому, что весело. Верней, не так скучно. Знаешь, в армии я занимался пиротехникой и ее испытаниями. А тут почти нечем заняться, но только сюда меня б и взяли. Или любой другой маленький городок, но суть одна. — Что ж, это многое объясняет. И вот теперь намечалось что-то уж точно не скучное. За столько веков он научился различать настроение толпы на расстоянии. И то, что было сейчас походила на встречу с Четверкой Всадников. Он преодолел лестницу за пять секунд. В коридоре уже виднелась толпа, а вампир уже готов был почуять запах крови, много крови. Он подбежал вплотную, легко толкнул в плечо ближайшего человека, готовясь увидеть страшное, разогнать толпу фразой «не на что тут смотреть» и… замер. На каталке лежало тело, абсолютно бледное, тонкое тело. Кожа стала словно прозрачной, сквозь нее просвечивались кости, каждая вена словно сложилась сама в себя и только на шеи безобразным, ярким, пугающим платком была кровь. Шея была разодрана. — Что случилось? И зачем ее привезли сюда? Трупы — сразу в морг. — Рэтчет подошел, хмуро рассматривая тело ближе. — Когда мы ее везли она была еще жива. — немного срывающимся голосом сообщил молодой полицейский. Медик поднял на него взгляд, опустил на девушку, снова на полицейского. Поднял в немом вопросе бровь. Тот явно стушевался. — Ну, она шевелилась немного. И кажется дышала. Медик оглянулся по сторонам, отмечая, что вокруг уже собралась достаточно большая толпа зевак и откуда только столько ночью? — Уже не важно, пошли, поможешь довезти в подвал и оформишь все документы, что понадобятся. — Оставь это мне. Смоук, можешь быть свободен. — Да, шериф. Уилджек взял за ручки каталку, улыбнулся Рэтчету. Получил небольшую улыбку в ответ. И они поехали к большому лифту. — Да уж, надо попросить их больше так не делать. Слишком много суеты, люди нервничают. — медик нажал на кнопку «подвал». — Даже если ты просто поскользнешься и упадешь у них на глазах они удивятся и поднимут суету. Такая уж жизнь маленького городка. — Уилджек пожал плечами. — Если хочешь — поговорю, но, если что, я был рядом. И мне тоже показалось что она еще жива. — Мышцы могут сокращаться еще несколько часов после смерти. Тело «живо» еще долго. — смутный червячок тревоги поднялся внутри, но Рэтчет его давил. Шанс того, что вместе с ним в небольшой город прибыл другой вампир — ничтожно мал. Где-то он слышал, что шанс один на миллион выпадает в девяти случаях из десяти. ** — Такое чувство, что ее шею разодрал зверь. Можешь сказать какой? — Уилджек смотрел на тело, положенное на металлический стол под холодный свет лампы. — Я — нет. Отправлю тому, кто знает. Но судя по ранам. — Рэтчет уже смыл большую часть крови и теперь были видны порезы. — это что-то крупное. Может волки, но им не свойственна агрессия и к тому же в горло они вгрызаются зубами, а тут. — он провел пальцем по краям одной из ран. — когти. Так что даже не знаю. — Будем ждать ответа экспертной группы. А что скажешь по поводу… всего остального? — И тут самое интересное. — Рэтчет вздохнул и закусил губу. Самое лучшее — говорить правду. Правду либо не принимают, либо принимают, но не так, либо люди сами находят объяснения. — Жертва обескровлена. То, что было на шее — все что осталось. Такое чувство, что кровь просто высосали из человека. — Похоже у нас завелись вампиры. — хмыкнул Уилджек. — Звать братьев Винчестеров или священника? — Без разницы. Суть одна будет. — он и раньше был в ситуациях, когда люди сталкивались с вампирами, но обычно тогда они все понимали зачем пришли и они видели друг друга — охотники, собраться, две стороны, тех — бей, этих — прикрой. Сейчас все было по-другому, сейчас просто нужно вести себя, как врач, что столкнулся с чем-то любопытным и немного ужасным. Возможно стоит изобразить легкий испуг. — А если серьезно, то я даже не знаю, чем это может быть сделано. Чисто в теории можно предположить, что каким-то аппаратом для сбора крови, но они обычно принимают только ту часть, что вытекает естественным путем. А тут будто насосом выкачали. Но даже так, высосать всю кровь… будет очень и очень проблематично. — Значит на данный момент у нас два подозреваемых: либо огромный зверь, волк или пума, с аппаратом для сдачи крови либо вампир. Даже не знаю, кого из них будет разумнее объявлять в розыск. — Уилджек смеется. Вполне искренне, словно перед ним не лежит труп девушки умершей непонятно из-за чего. — А раньше такого не было? — решился все-таки уточнить Рэтчет. Иногда вампиры возвращались к местам, где уже были и, если сравнить по датам кто приезжал в город тогда и сейчас, можно будет поймать убийцу. — Не в мою смену. — Уилджек похлопал себя по карманам. — То есть ни при мне точно. Поищу упоминание чего-то похожего в архиве, если тебе кажется, что это поможет. Но я тут семь лет и если это случилось даже раньше, то это очень странно. — Семь лет? А сколько тебе? — удивленно спросил Рэтчет. — Двадцать девять. Выгляжу моложе? — улыбнулся Уилджек, проведя рукой по волосам. — Да. — кивнул медик. — Сигареты есть в автомате внизу. — Уже не курю, просто привычка, когда нервничаю. А ты да? — Нет, хотя пробовал. Просто помню, что там есть. — точно, как и с кофе он видел всю историю табака и в Новом Свете и даже немного в Старом. — Эх, мне немного не хватает этого. Ладно, я пошел. Как узнаешь что-то — набери или пришли по факсу в офис. На регистрации есть номер. — Хорошо. — Рэтчет кивнул. ** Ответ на фото отправленные Рэтчетом пришел через несколько часов. Крупный хищник, скорей всего болен, слишком агрессивные следы для случайного нападения. Проверить не была ли жертва рядом с логовом, это могло бы объяснить агрессию. Точно определить животное сейчас нельзя, слишком беспорядочные следы. Позже специалист приедет и все осмотрит на месте. Такой отчет пришел в офис шерифа на следующий день из больницы на что шериф выслал сообщение об отмене приезда специалиста. Рэтчет закончил с трупом свою часть работы и, так, как тело удалось опознать, ждал родственников для подтверждения. Но приехал Уилджек, бледный, с сигаретой. — Знаешь, док, обычно у нас тихий городок, но… — он устало оперся на металлический стол бедром. — Ты едешь со мной. Тебе понравиться. — он тушит сигарету прямо о стол, разгоняет рукой тонкую струю дыму, игнорируя осуждающий взгляд медика. — Для подобного разве нет специального медэксперта? — спросил он. — Есть, но я могу привлекать кого считаю нужно. — Думаешь я тут больше пригожусь? — У нас маленький город. И небольшой округ, наш медэксперт не очень опытный, а про тебя говорят, что ты в медицине столько, сколько вообще живешь. И я видел подтверждению этому еще в первый день. — Убедил. Куртку брать? — Нет. Едем в дом. — Уилджек идет к выходу, Рэтчет за ним. — Попробуешь угадать к кому? — Я медик, а не детектив. Но могу попробовать. — Рэтчет кивает одной из медсестер, показывая на Уилджека, получает кивок в ответ. — Мы едем в дом, едешь туда ты, ты куришь значит что-то серьезное. Могу предположить, что нашли еще одно тело с такими же повреждениями. И это чисто метод тыка, но это родственник девушки? Возможно полиция не могла с ними связаться, поехала проверить все ли в порядке. И обнаружили тело или тела. — Бинго. Если выяснишь почему так, то заберу к себе, а потом женюсь. Будешь детективом-женушкой. Они сели в машину, Рэтчет фыркнул на такие слова и пристегнул ремень. — Без малейшего понятия. Кровная месть? Абсурд. — Вот и я без понятия. Будем выяснять. Заодно будет время на планировку свадьбы. Дорога до места прошла в молчании. Рэтчет смотрел на руки Уилджека на руле. Если тот позволяет себе флирт, почему он не может позволить себе посмотреть? ** С первого же взгляда было понятно, что это за дом, уютный, фолк-викторианский стиль, бледно-голубые стены и белый вьющийся узор на крыльце и по краям карнизов. Такие дома были недорогими, небольшими, отличный вариант для маленькой семьи. Рэтчету нравился этот простой стиль. Уилджек молча толкнул дверь, прошел вперед, в гостиную. На диване лежала женщина: не старая, но не молодая, явно ухаживающая за собой. Это было видно даже теперь, когда ее лицо было иссушено, кожа опала, став пергаментной. Кровь на разодранной шее очень гармонично сочеталась с атласными брюками и тонкой накидкой на плечи черного цвета. — Такой же почерк. — Да, на задней двери следы когтей. Какое животное врывается в дом, чтоб убить человека? — На столе два бокала. — Рэтчет присел на корточки, осматривая руки жертвы. Ухоженные и с потемневшим кольцом. — Отпечатки уже сняли? — Да. Можешь трогать все, что захочешь. — Она не сопротивлялась. Вообще. Ни капли борьбы. Может она уснула от алкоголя и потом это случилось? — А ты не проснулся бы от того, что тебя убивают? — Алкоголь делает удивительные вещи с людьми. — Не спорю. Что еще скажешь? — Мне надо осмотреть заднюю дверь, а дальше будет видно. Знаешь, это странно, что следов нет на диване. Даже домашние животные оставляют небольшие царапины, а тут пума или волк, но диван полностью чист. — Ничего не доказывает, животное могло стать лапами на нее и только на нее. — Ты в это веришь? — с сомнением спросил медик. Он направился к задней двери. Уилджек пошел за ним. — И да и нет. Я принимаю все теории, но пока нет доказательств, что это не зверь, а человек ничего не могу сделать. Есть некоторые вещи, которые должны были бы быть, если бы это был человек, но их нет. Пусть это очень странное совпадение, что зверь пришел к родственнице убитой ранее девушки. — Очень странное. Рэтчет прекрасно знал ответ на эту загадку. Если это был вампир, — а вероятность этого уже где-то 75 процентов, — то ему понравилась кровь девушки. И его потянуло к тому, у кого похожая. Это объяснило бы и то почему женщина не сопротивлялась. Милый молодой человек, приглашает на свидание, они приятно проводят время вместе, он тянется ее целовать и… вгрызается ей клыками в горло. Забирает ее кровь, а та, что еще есть в ней, отравляется смесью из клыков, дарящей спокойствие жертве и продлевая ей жизнь, ведь пить кровь мертвых нельзя, а человек очень быстро умирает от кровопотери. И он не знал хочет ли он все говорит Уилджеку, хочет ли найти того вампира, хочет ли… — Ты в порядке? — Уилджек легко касается его плеча. Почти невесомо, но Рэтчет вздрагивает, оглядывается и растеряно моргает. — Да. Задумался. — дверь была перед ним. Вся в царапинах, в нескольких местах выбиты щепки, видимо зверь сильнее вбил когти и так и открыл дверь. — И много надумал? — с ухмылкой уточнил шериф. — Явно больше, чем ты, шериф. — с такой же насмешкой отозвался Рэтчет. — Тело повезут ко мне? — А ты хочешь? Для тебя все что угодно. — Твой первый подарок мне будет трупом? — Думаю, это отлично подойдет нашим отношениям. Очень символично будет. Рэтчет закатил глаза. — Я распоряжусь. Доставят. — Отлично. Тогда больше тут делать нечего. ** — Аэлита, можешь набрать шерифа и пригласить его сюда? Или уточни, может удобнее факсом. — У вас еще нет его номера? — ее улыбка такая многозначительная, что впору бы возмутится, но медик игнорирует. — Нет. Уилджек приезжает через пятнадцать минут. — Хорошие новости, док? — начал он. — Смотря, что ты считаешь хорошим. Но скорее странные. Помнишь царапины на двери? От когтей. Как думаешь, что должно быть на когтях после такого? — Очевидно краска и дерево. — Верно. А горло жертвы драли когтями. И знаешь, что я нашел на ранах? — Логично было бы сказать краску и дерево, но если все логично, то зачем бы ты меня вызвал? Ничего нет, да? — Да. И это очень странно. — Значит это человек. Человек, который пытается все замаскировать под нападение животного. Уилджек достал сигареты, закурил. — И достаточно неплохо. — Рэтчет решил игнорировать неподобающее поведение. — Совсем небольшой промах, другой медэксперт не стал бы это проверять, но меня смутили еще бокалы. — Там много вариантов, как все могло быть и необязательно это имело бы отношения к убийству. Но с тем, что ты узнал только что, спорить очень трудно. — Тогда нужно принимать меры. Пока даже не представляю какие. Город маленький, все должны знать друг друга. Может кто-то приехал? Мужчина, скорей всего не очень молодой, около возраста той женщины, привлекательный, одинокий, хотя тут не точно. — Да, такой появился. Угадаешь кто? Медик завис, недоуменно смотря на шерифа. А потом до него дошло. — Оу. — Да, оу. — Я узнаю время смерти и подготовлю алиби. — Не волнуйся. Как бы мне не хотелось применить к тебе наручники и оставить где-то рядом, сомневаюсь, что это ты. — Почему? — Потому, что тебя постоянно видят либо в забегаловках, либо в больнице. Иногда создается ощущение, что дом у тебя просто место для хранения вещей. К тому же у меня хорошее чутье. — Шериф доверяющий чутью. Город обречен. — Рэтчет почти не шутил. Почти. — Эй, меня это еще не подводило. — Верю. Они обменялись взглядами. Уилджек шаркнул ногой. — Я возвращаюсь в участок. Надумаешь что-то — сообщи. Или если узнаешь что-то новое. — Конечно. ** Надумать ничего не получилось еще дня два, а потом появился новый труп. Через неделю еще. По городу пошли слухи. Через пару дней к Уилджеку пришел мэр с вопросами, люди писали письма, приходили лично. Особо рьяные, кажется, угрожали протестами. Уилджек пришел взбешенный и собранный. — Вызовите доктора Рэтчета. И найдите ему замену, он мне нужен на пару часов. — Одну минуту. Рэтчет появился через пять минут. Кажется, не очень доволен. — Это начинает раздражать. Ты можешь привлекать меня для консультаций, но зачем я тебе сейчас? — А ты не рад меня видеть? Девушка за стойкой хихикнула. — Чем могу помочь, шериф? — сложив руки на груди и хмурясь, сухо спрашивает медик. — Нужна твоя помощь. Ты неплохо соображаешь. — У тебя нет помощников? И разве ты не должен ну там, учить новичков? — Не сейчас. Просто помоги мне, ладно? — Уилджек подошел ближе, мягко улыбаясь. — Ты ведь не против? Рэтчет отворачивается, смотрит в сторону. Не против. В этом и проблема. Его тянет к человеку и это проблема, всегда проблема. Но некоторым слабостям не может противостоять даже шестисотлетний вампир. — Идем. — он берет шерифа за руку и тянет к выходу. Он уверен — сегодня весь медперсонал будет говорить об этом. ** — Не помню, чтоб ты что-нибудь пил, так что не знал, какой кофе ты любишь. — Уилджек подошел к Рэтчету, что рассматривал снимки разложив их на капоте машины шерифа. Они расположились на стоянке возле забегаловки. День был тихий и приятный, погода спокойная, поэтому они остались на улице. — Спасибо, но не стоило. — не поднимая взгляд ответил тот. — Ну, я тебе взял, а дальше твое дело. — пожал плечами шериф. Рэтчет принял стаканчик. — Ты не захватил случайно крышечку? Уилджек протянул ему одну из кармана куртки. — Боишься обжечься? — Угу. — Рэтчет надел крышку и сделал вид, что пьет из носика. Удобное изобретение людей. Он увидел всю историю развития этого напитка и готов спорить, что то, что держит в руках было самым вкусным, но и самым отдаленным от кофе за всю эту историю. На снимках перед ним были тела, места убийств, рядом — карта с точками, где были совершены убийства, еще рядом — небольшая сводка о жертвах. О пяти. — Разве их не четыре? Девушка, ее мама и еще двое, официантка вроде и танцовщица. — Это те, о ком просочилась информация в прессу. Но их пять, еще одна женщина, среднего возраста, офисный сотрудник на местном заводе. — Ты про лесозаготовительный? — припомнил Рэтчет. Если он правильно помнил это основное предприятие в городе. — Да. — Все работают в разных местах, живут тоже, никакой связи. — Ни звонков, ни общих друзей. Знакомые есть, тут сложно не знать друг друга, не беру это в счет. В общем ничего, что проходило бы красной ниткой. — Не совсем. Места убийств каждый раз возле леса. Даже домик той женщины. — Все равно разные концы, и этот признак можно увидеть во многих случаях убийств в маленьких городках. Легко скрыться, легко появится, легко подделать под нападение зверей. — Странно, что на других жертвах тоже нет следов сопротивления. Может стоит поискать сильнее, и мы сможем найти кого-то общего? Может он был любовником? Вот они и не сопротивлялись, думали, что… — вампир вовремя прикусил язык. Но к счастью он и вправду хорошо соображал — … думали, что ничего не произойдет, а он их усыплял и потом вытягивал кровь и разрывал горло. — Может. –похоже Уилджек не заметил его заминки. — Но все равно много вопросов. Как он делает эти порезы и почему они так похожи на звериные, например. — Люди сейчас много чего придумывают. И сувенирная продукция на тот же Хэллоуин далеко ушла. — Возможно. Кофе остывал в стакане. Уилджек смотрел на фотографии и пытался понять, что поможет выйти на след. Но идей было ноль. Они постояли еще минут пятнадцать, пока не поняли, что это точно тупик. Чувство легкой паники крыло с головой. Уилджек был зол. Он явно привык действовать, бежать, хватать, стрелять. А сейчас было просто некого ловить. Кончик этой нитки, которая бы привела его к убийце метался где-то далеко-далеко. Шериф вернул его в больницу, не глуша двигатель, улыбнулся, прощаясь. — Знаешь, как бы не было, но ты помог. — сказал он, выглядывая из окна. — Мне нравится проводить с тобой время. — А ты очень откровенный. — медик улыбнулся. — Это упрощает жизнь. До встречи. — Знаешь… Прошло много лет с тех пор, как он говорил человеку о том, кто он. Прошло так много времени, так много случилось непоправимого, безвозвратного, местами невероятно радостного, даже просто радость от того, что он может быть собой рядом с кем-то. И сейчас у него снова была возможность, даже необходимость, сама судьба подстроила все вот так. Разве стоит боятся? — … нам нужно поговорить. Мне нужно тебе рассказать важную вещь. — Хорошо. — Уилджек смотрит серьезно, но без тени напряжения. — Когда встретимся? — Сможешь заехать за мной в восемь? Сюда. — Да. Увидимся. — Увидимся. Машина разворачивается, выезжает со стоянки, пока не пропадает из виду за поворотом. Рэтчет вздыхает, глубоко, судорожно. Увидимся. ** — Выглядишь напуганным, док. — Уилджек вырулил с трассы на бездорожье, проехал еще немного и они оказались на небольшой полянке. — Тут неплохое местечко, красивое, спокойное, можем поговорить тут. — он отстегивает ремень и уже собирается выйти, когда Рэтчет хватает его за предплечье. — Лучше в машине. Уилджек кивает, садится на место и тушит свет в салоне. — Ты только не пугайся, не кричи и не делай поспешных выводов, хорошо? — Я прошел армию и был в нескольких горячих точках по всему миру. Поверь, меня сложно напугать. — Уилджек улыбается. — Даже если ты сейчас превратишься в осьминога я лишь немного удивлюсь. — Хорошо. — Рэтчет улыбнулся. Он не нервничал, решения принято, нет смысла переживать, но все равно он был благодарен шерифу за эту шутку. — Я — вампир. — он позволяет клыкам появится. Уилджек выглядел так, словно перед ним появился осьминог. — Это многое объясняет. Все твои странности. Две минуты они сидели молча. — И ты не думаешь, что это я их убивал? — Тогда б ты мне не признался. Ты мог просто убить меня. Потом убить следующего шерифа, а потом еще одного. А потом следующий просто посадил бы какого-нибудь воришку, сказав, что это тот самый убийца и закрыл бы дело, потому, что не хотел умирать. И все. Просто повесил бы это на кого-то другого. А если бы убийства не прекратились нашел бы еще кого-нибудь и так далее. Все просто. А тебе осталось бы просто исчезнуть спустя время. — Логично. Наверное. — отвечает Рэтчет. Уилджек улыбнулся. — Хэй, а симпатичные клычки, тебе идет. — и он бесцеремонно берет медика за подбородок, притягивая ближе, давит чуть вниз, заставляя шире открыть рот, рассматривает. Рэтчет замирает, не способный сделать хоть что-то, даже возмутится, не то, что оттолкнуть наглеца. Поэтому он покорно позволяется рассматривать себя, свои позеленевшие глаза и длинные клыки. — Любопытно. И, я так понимаю, ты рассказал мне об этом потому… — Уилджек отпускает его, Рэтчет теряет точку опоры и почти валится вперед, но все же успевает отклонится. К настолько неловкому моменту он не готов. У него в жизни до встречи с Уилджеком вообще почти не было неловких моментов. — Потому, что убийца — вампир. — Уверен? — Да. Иначе я бы не рискнул. — Не волнуйся, я умею хранить тайны. Но для тебя у меня есть условие. — улыбка шерифа стала довольной и многообещающей. — Через две недели фестиваль, начало зимы, праздник. Ты — идешь со мной. — Ты приглашаешь меня на свидание? — Угу. — Ты же арестуешь меня, если я откажусь? — с нервным смешком уточнил медик. — А ты хочешь отказать? — усмехнулся шериф в ответ. Не хочет. Вообще не хочет. Он хочет сказать «согласен» и пойти гулять с Уилджеком вечером, под огоньками фестиваля, под шум толпы, держатся за руки и ловить чужой взгляд. — Нет, не хочу. Хочу пойти. — А еще мне говорил что-то за откровенность. — Уилджек тихо смеется и тянется вперед, мягко и почти невесомо касаясь чужих губ в поцелуе. — Мне нужно обратно в участок. Теперь вот надо думать отменять ли приезд эксперта по животным, которого я вызвал. — Не стоит. Это будет странно, а так дополнительный материал, который можно подшить в дело. Меня-то не подошьешь. — Из тебя получится отличная женушка-детектив. — Лучше уж «док». ** — Не волнуйтесь, тела сохранили в хороших условиях, за них отвечает надежный человек. — Уилджек вел медэксперта по коридору подвала в морг, где их уже ждал Рэтчет. — Не волнуйтесь, я очень неплохо разбираюсь в своем деле и даже если тела немного подпортились, мне это не помешает. Медэксперт оказался молодым мужчиной с очень… эпатажной внешностью, что явно была отличной от стандартной формы: бордовые туфли, черные джинсы и ярко-красная куртка. Его лицо было бледное, волосы уложенные и, кажется, сбрызнутые лаком и, Уилджек готов был поставить на это свой утренний кофе, у него были нарисованы небольшие стрелки. В какой-то момент Уилджек поймал себя на мысли, что «так вот как выглядят геи в представлении большинства». Уилджеку Нокаут не понравился практически сразу. Слишком много самодовольства, наглости и горделивости, которая проявлялась едва ли не в каждом жесте и слове. — Рад это слышать. — глухо отозвался он, надеясь поскорее закончить это, спровадить неприятного человека и остаться на лишних пару минут с Рэтчетом. Когда они зашли в морг медик уже стол рядом с одним из трупов, настраивая лампу для освещения. — Привет, док. Это Нокаут Ред, медэксперт из главного управления. — Нокаут вышел вперед, улыбнулся и протянул руку. — Рад знакомству, Рэтчет Норс. — медик пожал руку в ответ. — А вы давно нас ждали, такие холодные руки. — с все той же улыбкой, заметил Нокаут. — Проблемы с кровообращением, не обращайте внимание. — Тогда не буду вас держать тут еще дольше, займемся осмотром. Нокаут склонился над первым трупом, той самой девушкой, тело начало портится, но совсем немного, Рэтчет и вправду хорошо приглядывал за ними. Медэксперт действовал аккуратно, внимательно и молча. Спустя минут десять, Рэтчет хотел было уже пойти по своим делам, попросив позвать его, как осмотр закончится, он повернулся к Уилджеку, когда Нокаут закатил рукав, словно ему мешал край красной куртки, обнажая татуировку с колом и сердцем. Рэтчет замер, его пальцы судорожно скрючились. Надо было взять себя в руки, срочно взять себя в руки. Уилджек, что лениво рассматривал все вокруг и периодически кидал взгляды то на Нокаута, то на Рэтчета, заметил его состояние. — Тебе не хорошо? — обеспокоено спросил он, подходя ближе. Его слова привлекли внимание медэксперта. Нокаут внимательно посмотрел на него. Если бы сердце у медика еще билось, сейчас оно бы забилось на невероятной скорости. Нокаут был охотником, охотником на вампиров и прямо сейчас мог убить его! И Уилджек даже ничего не успеет понять, просто внезапно в его руках окажется лишь пепел. — Нет, — шепотом. — Он охотник. — и громче. — Да, голова закружилась. На лице Уилджека за секунду пронеслись удивление, страх, решительность. — Пойдем, отведу наверх. — мягко беря его под локоть сказал он. — У меня есть кое-что от головы. — Нокаут все еще улыбался, лениво, расслабленно и только взгляд стал каким-то цепким, сосредоточенным. Он отошел от трупов, потянул руку в карман куртки. Уилджек рывком оправил Рэтчета себе за спину, перекрывая его. Ровно в тоже мгновение Нокаут вытащил колбочку, наполненную странной, остропахучей смесью. Шериф почувствовал, как чужие руки впиваются ему в куртку, а Рэтчет издает звук отдалено похожий на всхлип. — Шери-иф, да ваш милашка Рэтчет вампир. И вы не очень удивлены. Знали? Покрываете убийства? Нехорошо. — Нокаут рассмеялся, а в следующую секунду в руке у него мелькнул нож с деревянной рукояткой. — Это не он. — хмуро ответил Уилджек доставая из кобуры пистолет. — Это он так сказал? — Есть свидетели, что видели его в момент убийства в других местах. — А вы знаете, что вампиры владеют гипнозом? — нож в руке мелькал, Нокаут перебирал пальцами, казалось нож — не нож, а круг от болгарки в руках медэксперта. — И они могут многое внушать людям, а иногда даже заставлять видеть то чего нет. Или чувствовать. Почему вы его защищаете? Уилджек замер. Оглянулся, внимательно смотря в глаза Рэтчету, словно пытаясь увидеть там ответ на прозвучавший вопрос, а правда почему? Рэтчету стало страшно. Если Уилджек поверит словам Нокаута, если подумает, что он правда внушил ему симпатию, заставил всех видеть его в других местах, создавая себе алиби… он умрет. А потом умрут десятки людей в городе, пока охотник будет уверен, что убил вампира и все будет тщетно. Но даже эта мысль пугала не так сильно, как та, что Уилджек будет думать, что все было ложью, все чувства и его слова, вся помощь. — Это не я. — все что удалось вырвать из горла. — Ты ведь сам говорил, это не могу быть я. Если ты сейчас позволишь убить меня, а убийства продолжатся, будет сложнее найти вампира. Я ведь пришел к тебе, разве после этого ты мне не веришь? — Я верю. С самого начала. — Уилджек улыбнулся, разрушая все страхи и серую дымку ужаса вокруг. — Просто ты выглядишь очень милым, когда такой растерянный. Огонь ужаса затопила волна гнева, оставляя лишь липкий пепел негодования. — Ты!.. — Нокаут, кем бы ты ни был, я не позволю причинить вред конкретно этому вампиру, а если обидишь его я найду способ посадить тебя. А если меня посадят следом я доберусь до тебя в тюрьме, и ты пожалеешь обо всем с такой силой, что захочешь умереть. — Как пожелаешь. — во второй руке появился электрошокер. Обстановка накалялась, казалось воздух трещит. Медик судорожно думал, что можно сделать. Мысли в голове роились, не хотели стать ровными и понятными, вытягивали старое, давно забытое… — Подожди! Можно ведь узнать я или не я их убил. — Рэтчет готов был плакать от счастья, что эта мысль умудрилась пробиться в потоке. — Есть ритуал, тебя должны были обучить. — Ты про «Призыв крови»? — Нокаут опустил нож. Кажется, даже само предложение ритуала заставило его задуматься о невиновности. — Надо же, какой ты смелый. — Что это? — насторожено спросил шериф. — Когда мы пьем кровь человека, с нами навсегда остается маленький кусочек их души. «Призыв крови» «призывает» эту часть обратно в тело. Достаточно пары капель на тело человека и, если вампир пил кровь этого человека, она впитается в тело, если нет просто останется на поверхности, как и любая другая кровь. — Все так просто? — Уилджек хмыкнул. — А ты тут развел. Нужно купить свечей или еще что? Можем поехать втроем, чтоб никто не помер раньше времени. — Нет, нужно лишь немного крови от вампира. Дальше дело — за словами. — Нокаут делает несколько шагов вперед, к Рэтчету. Уилджек нехотя отходит в сторону, все еще хмуро смотря на охотника. Он берет медика за руку, подводит к телам, по дороге беря скальпель со стола с инструментами. — Будет больно, но ты знаешь. — улыбка Нокаута становится немного маньячной и Уилджек улыбается в ответ — «только попробуй причинить ему лишнюю боль, и я с тобой повеселюсь». Рэтчет дергается, а на тело падает несколько алых капель. Нокаут перестает улыбаться, шепчет слова. И ничего не происходит. Нокаут хмурится и произносит слова еще раз, громче, но Уилджек все равно не понимает ни слова. Медэксперт хмурится, смотрит на Рэтчета, на шерифа и недовольно хмыкает. — Вампир сказал правду, это не он. — Нокаут выглядит раздосадованным. — Впервые встречаю такого. — он толкает Рэтчета прямо в руки Уилджека, несколько резче, чем следовало бы. — Шериф. — голос медика почему-то хрипит. — Кажется, теперь мне действительно нехорошо. Уилджек чувствует, как тело в его руках обмякает, но он вовремя успевает крепче перехватить за поясницу. — Что с ним? — Ритуал. Это внешне не видно, но он забирает силы. У людей нет никаких сверхестественных способностей, мы лишь берем у самих вампиров. Ему нужно дать крови. — Я не знаю, где он ее хранит. — Дурак? — хмыкает Нокаут. — Она есть у тебя. Всегда с собой. — Но… разве… — он не договаривает. Глупый вопрос станет ли он вампиром. Перед ним лежали пять трупов и ни один из них не был вампиром. — Что мне делать? — Поранься. Он почувствует запах крови и дальше все сделают инстинкты. Подставь ему руку или шею, смотря, как далеко зашли ваши отношения. Уилджек не дослушивает до конца, хватает скальпель с ближайшего столика и делает надрез на шее, склоняясь над вампиром. Тот еще бледнее обычного, под глазами тени, но, как только шериф склоняется над ним, веки дергаются и открываются затуманенные зеленные глаза. Рэтчет рывком притягивает Уилджека ближе, впиваясь клыками в шею, в рану. Прокатившееся по телу тепло бьет внезапно по всем нервам шерифа. Ощущение настолько странные и непохожие ни на что, что он просто теряется в нем. Приходит в себя он все там же, словно белый свет и тепло в которых он утонул, рассеялись. Он все еще сидел на полу, а сверху лежал медик, тяжело дышавший медик, крепко вцепившийся в ворот его форменной куртки. — Ты… — голос Рэтчета был хриплым. — ты идиот! Если бы я контролировал себя чуть хуже, я бы выпил всю твою кровь, и ты бы помер, как вот эти! А потом этот охотник. — он перевел взгляд полный чего-то среднего между ненавистью и презрением. — убил бы меня, ведь я убил человека, что еще со мной сделать? — Ты тут немного умирал, если что. Ничего? — Не умер бы. Мог спокойно пойти и взять кровь из запасов больницы. — Я испугался просто. За тебя. — Да, понимаю. — медик вздохнул, умащиваясь поудобнее на шерифе. — Эм. — Молчи. Мне нужно время, слишком много крови. Просто полежи пять минут. — Хорошо. — Уилджек переместил руки, обнимая сильнее и подтягивая выше расслабленную тушку вампира. Он не стал говорить, что ему, человеку, немного холодно в морге на полу, не привлекать внимание к исчезновению охотника. Пять минут. Как не странно, он засыпает, видимо к внезапному донорству такого количества крови голодному вампиру его организм готов не был. Приходит в себя, — уже второй раз за день, — он в кабинете медика на кушетке за ширмой. — Рэтчет? Где-то справа отодвигают стул и слышится звук шагов. — Очнулся? Как себя чувствуешь? — Нормально. Где Нокаут? — Ушел. Сказал зайдет завтра, в десять утра в участок. И вы будете решать, что делать со всем этим. — Ты можешь взять отгул на завтра? — Уилджек готов был к очередной тираде на тему «я врач в больнице, я не твой помощник, меня можно лишь привлекать для консультации…», но Рэтчет просто кивает. — Отлично, заеду за тобой в девять. Адрес знаю. — Захвати мне кофе тогда. — Но ты же его не пьешь? — Уилджек это точно знал. Они пили кофе несколько раз и каждый раз Рэтчет просил крышечку, а потом забирал кофе. Но один раз он его забыл в машине у шерифа и когда тот его потом выбрасывал то с удивлением обнаружил, что стаканчик полный. — Сейчас я попил кровь из человека. Могу делать все, что делают люди. — И долго? — С тем, сколько крови выпил то очень долго. Возможно месяц. — Надо записать. Рэтчет улыбается. — Тебя отвезти домой? На всякий случай, ты еще слаб. — спросил он. — Хочешь узнать, где я живу? — Уилджек улыбается весело и хитро. — Да, буду благодарен. Ощущение, как при похмелье. — Моей смены осталось полчаса. Лежи еще тут и поедем. ** На следующий день Рэтчет спит на час дольше, а Уилджек привозит очень вкусный кофе с каким-то не приторным сиропом. Утро уже заметно прохладнее и все сильнее чувствуется зима. — Ты рановато приехал, до участка минут двадцать всего-то. — Рэтчет закинул на плечо сумку и закрыл на ключ дом. — Хотел немного прокатится с тобой. — Уилджек мягко берет в руки его косичку. Медик разворачивается к нему и тут же его берут за подбородок, мягко поднимая выше и целуя. Шериф за талию притянул медика ближе к себе. Рэтчет ответил, обнимая за шею. — М, знаешь, если так продолжим, то мы проебем встречу, во всех смыслах. — Уилджек! — шипит медик. — Не выражайся. — Я в армии вырос, что ты хотел? И можешь называть меня Джеки. Так короче. — Мне нравится «Уилджек». Но «Джеки» тоже звучит неплохо. Они поехали спустя минут десять, окончательно замерзнув на улице. В машине оказалось тепло, Уилджек выкрутил обогрев на максимум еще сильнее нагревая салон. — Как думаешь у нас что-то получится? Я не очень хочу сотрудничать с человеком, что был намерен тебя убить. — Охотник неплохой союзник, пусть доверять ему до конца мы и не сможем, но это особо и не нужно. Его умений будет достаточно. — Будем надеяться. Когда они приехали в офис на часах было без десяти десять, а в приемной уже сидел Нокаут. Он играл с ножом, ничуть не скрывая его. Шериф был уверен, что придраться не выйдет — у того точно есть разрешение. — Приветик! Как дела у нашего вампира? Клыки не болят? — ехидно приветствует охотник. — И тебе привет. Спасибо за беспокойство, здоров, твоими стараниями. Спасибо, что наставил Уилджека. — так же ехидно отвечает вампир. — Один-один, девочки. Давайте к делу. Болтать не гранаты кидать. А я надеюсь, что хоть теперь мне выпадет возможность их покидать. — Уилджек уселся в кресле. Хотя тут скорее уместнее будет сказать «развалился». Нокаут хмыкнул. — Собственно от вас мне нужен минимум — не мешать. И если мне нужна будет информация о ком-то давать мне ее. — Могу выделить тебе кого-то из офицеров. Смоукскрин хороший помощник, он отлично подойдет. С его сопровождением тебе будет открыты все двери в городе. — Отлично. Это тот симпатичный блондинчик с синим платком на шее? — Он самый. Грозился его придушить этим платком за несоблюдение дресс-кода, но не помогло. Но, впрочем, не мне его осуждать. В общем я распоряжусь, можешь спокойно вести расследование. Узнаешь что-то говори. Есть вопросы? — Да. — Нокаут повернулся к Рэтчету. — Ты уверен, что не знаком с ним и что он пришел не вслед за тобою? — Не могу сказать. — Рэтчет нахмурился, пытаясь вспомнить хоть кого-то из «своих». — Давно не общаюсь ни с кем из других вампиров. Так что не знаю ни планы, ни нынешних линий миграции, ни каких-то кланов или сообществ. Но думаю это вампир-одиночка. Не стоит его недооценивать, такие обычно ничем не рискуют и действую очень жестоко. — Я учту. Уилджек вышел из кабинета, подозвал Смоукскрина. — Офицер, твое задание — оказание всякой помощи нашему медэксперту. Данные по людям, сопровождение по городу, осмотр мест. — Принято, шериф. — Тогда увидимся. — Нокаут кивнул шерифу и медику. — Пошли, дам свой номер для связи. — и они вышли из кабинета. — Будет весело. — Уилджек улыбнулся им вслед. Достал пачку сигарет. — Ты специально? — настороженно спросил Рэтчет. — Да-а. — Вот уж не подумал бы, что у тебя есть такая черта. — Моя женушка-детектив не согласна с моим поступком? — Тебе еще нужна моя помощь? Или я зря попросил себе отгул на целый день? — Хочу еще раз проехаться по местам убийств. Может мы что-то упустили и нам удастся найти связь или какой-то след. — Сомневаюсь. Но поехали. — Рэтчет взял свое бежево-оранжевое пальто, Уилджек закрыл кабинет. Повторный осмотр ожидаемо не дал результатов, хотя теперь они прошлись с картой. И, снова сравнив отметки на ней, пришли к выводу, что связи нет и места выбирались случайно. Спустя пару дней с полнейшим разочарованием и кажется ужасом Нокаут пришел к шерифу и сказал, что у него нет ни одной зацепки. Такая скрытность говорила о том, что вампир им попался непростой. ** Фестиваль шел полным ходом. Развешенные по всему деревянному городку фонарики и гирлянды давали теплое и какое-то уютное освещение. Снег выпал едва-едва, тонким слоем, отбивая свет и тоже словно светился сам. Рэтчет натянул повыше тонкий шарф. Он так и не избавился от этой человеческой привычки и фантомно ощущал холод. Уилджек шел рядом, засунув руки в карманы и осматривая все вокруг. На нем не было привычной куртки «шериф», но даже в своей гражданской одежде он выглядел, как тот, кто может играючи пострелять по ногам нарушителю порядку. — Ты мерзнешь? — удивленно спросил он, смотря на медика и то, как тот кутался. — Нет, просто мой мозг отказывается понимать, что мое тело больше не может мерзнуть. Это просто привычка. — А если тебя обнять? — с улыбкой спросил шериф. — Мне будет приятно, но не поможет. — смущенно ответил Рэтчет. — Но не нужно, не смущай людей. — Как скажешь, милый. Уилджек шагнул чуть вперед, обгоняя и не видел, как смутился от этого «милый» медик. Как оказалось, Уилджек ушел вперед, чтобы взять им что-то среднее между коктейлем, кофе и какао, со шапкой сливок сверху, большой шапкой сливок. — Так, мы будем о чем-то говорить? — неловко спросил Рэтчет. — О том, что нам так и не удалось поймать вампира и даже выйти на его след. — О чем тут говорить? — Уилджек отхлебнул напиток. — М, неплохо. Уже четвертый год они тут и каждый год — это вкусно. — Ты не беспокоишься об этом? — на самом деле Рэтчету хотелось бы спросить о том, что между ними. Уилджек все еще таскался к нему по поводу и без, привозил кофе, целовал. Они могли обсуждать новости, какие-то мелкие преступления в городе, хотя обсуждать было особо нечего, превышение скорости составляли большую часть статистики. Один раз Уилджек отвел его в местную библиотеку и не прогадал, ведь там на полке нашлось несколько редких книг по хирургии, а сама библиотека была очень уютной. Много дерева, с выбитыми узорами, отдельный небольшой зал для чтения, одна из стен которого была закруглена, с высокими окнами, выходящими на сад и закрытыми тонкими шторами. Своеобразное свидание, где они просто сидели, Рэтчет читал, а Уилджек заполнял бумаги по работе. С тех пор ничего не поменялось и они ничего не говорили друг другу. Но в какой-то степени их обоих это устраивало. Ведь они оба понимали, что происходит, зачем что-то говорить? Поэтому он просто спрашивал о расследовании. — Немного беспокоюсь. Но лишь немного, в этом нет смысла. Мы в тупике, нет ничего, но и убийств с тех пор, как Нокаут к нам приехал не было. Видимо вампир знает о нем. — Мы будем просто ждать? — Нет. Мы будет веселится на ярмарке. Улыбнись, док. — Уилджек приобнял его за плечи. Они шли, смотря на то, что продавалось на ярмарке. Пять лет она проходила здесь, перед Рождеством и продавали здесь в первую очередь разные вкусности, как такие, что ели тут же, что замотанные в яркую бумагу и целлофан на подарки. Пряники, карамельки, булочки, пастила, все что угодно. И хотя Рэтчету было вовсе не обязательно фантомное чувство голода проснулось от пряного запаха. — Шериф? Шериф! — милая женщина в фартушке подбежала к ним от одного из прилавков. — Простите, знаю, выходной, но может вы видели, тут мимо девочка не пробегала? В синей курточке. Она куда-то убежала в эту сторону буквально пару минут назад. — М, простите, слишком много людей. не обращал внимание. — Уилджек пожал плечами, извиняясь. — Она убежала туда. — прикрывая глаза на пару секунд, говорит медик. — Буквально метров десять. — он показал в сторону небольшой лесопосадки. — Ох, спасибо большое! — женщина убежала в ту сторону. — Ого, да у тебя глаз алмаз. Я и не заметил. — удивленно заметил шериф. — Я ее не видел. — смущенно ответил Рэтчет. — Это одна из способностей вампиров. Чувствуем людей, особенно тех, кто ходит один и тем более молодых. Это простые жертвы. Уилджек замер. Уилджек понял, что поймал просто великолепную идею. И раньше, чем Рэтчет успел открыть рот и спросить, чего тот замер истуканом, налетел на него, обнимая, кружа и целуя в щеку. — Ты гений, солнышко! — сказал он в лицо отчаянно краснеющему медику. — Поставь меня и объясни по нормальному! — вырывая-таки одну руку и легонько стукая шерифа по голове, говорит Рэтчет. — Да мне и так хорошо. — усмехаясь ответил шериф, но послушно опустил вампира на землю. Но подхватил под руку и потащил его вперед. — Если у всех вампиров есть такая способность, то мы можем отправить наживку! У нас есть молодые офицеры, та же Арси идеально походит! И ей можно рассказать в принципе, а если не хочешь, то просто отправим, сказав, что пытаемся выловить маньяка на живца. Что в целом правда. Она справится в любом случае, может выдадим ей пули из серебра или покупаем их в святой воде, но даже без это она справится. Я ее иногда побаиваюсь, если честно, хотя она и очень хороший человек. Рэтчет понял, что если продолжать болтаться за шерифом, то его так и протащат через всю ярмарку, даже не особо обращая внимания на его слова. Поэтому он резко тормозит, упираясь в небольшой выступ лежачего полицейского. Но все идет немного не так. Уилджек рвет вперед, спотыкается, Рэтчет теряет равновесие, тянет Уилджека назад, и они оба падают в кучу снега. И это было бы восхитительно романтично, если бы не локоть, который врезался Рэтчету в живот и колено Уилджека, которым он сильно ударился об асфальт. Оба зашипели. — Ты такой твердый! — жалуется Уилджек, потирая ушибленный локоть. — Ударил я тебя, но больно мне. А ведь выглядишь пухленьким. Рэтчет зарделся и принялся сильнее закапывать шерифа в снег. ** — То есть, вы хотите, чтоб я сделал вид, что уезжаю из города, а потом мы подослали в лес на пробежку Арси и выманили вампира на нее, Рэтчет услышит их, и по его команде мы вдвоем нападем на вампира? — Нокаут стоял в кабинете шерифа, с несколько недоуменным видом смотря на Уилджека. — В целом да. Я планирую еще разложить гранаты на управлении, немного шума и взрывов не помешает этому городу. — Доктор-вампир, твой шериф в своем уме? Вампир, что проявил такую осторожность вряд ли купиться на подобное. — Он голоден, мы знаем это, он сдерживает себя все это время. — Тогда с чего ты вообще взял, что он еще тут? Вполне мог убежать в другой город. — Нашли несколько трупов животных. Обескровленных. Да и подумай, если он уже тут так хорошо устроился, так хорошо спрятался, то ему нет смысла уходить. Только подождать пока ты уйдешь, чтобы точно быть в безопасности. Нокаут хмыкнул, но промолчал. Видимо счел аргументы вполне убедительными. — Отлично, ты с нами. — Уилджек кивнул, ухмыляясь. — Тогда пора планировать вечеринку. Улыбка Нокаута была не менее зловещая. Рэтчет вздохнул, осознавая какого масштаба катастрофа надвигается на город. ** — Я так и не поняла, почему я буду без прослушки? — Арси завязывала кроссовки, слушая при этом подробности предстоящей операции. — Так надо. Просто поверь. — посвящать еще и Арси в особенности дела Уилджек был не готов. — Держи, дорогая, это поможет. — Нокаут улыбался, кидая небольшой баллончик в руки девушки. — Спасибо, милашка. Какая-то новая разработка что ли? — она покрутила вещицу в руках. Никто уже не обращал внимание на эти «обзывательства», лишь иногда взволновано смотрели на Смоука, но тот молча ухмылялся. — Вроде того. В баллончике был раствор святой воды с серебряной пылью и нотками лаванды для скрытия запаха металла. — Хорошо. Тогда начинаем? — Арси выглядела решительно, но Уилджек знал ее достаточно, чтоб понять, что она нервничает. Она не до конца понимала операцию, у нее были вопросы, она не понимала, как ее прикроют. Но она ничего не говорила. Просто оделась, завязала хвост и пошла на выход. План был прост: выманить на Арси вампира, когда Рэтчет его почувствует он перенесет Нокаута и Уилджека на место и они уже разберутся с преступником. — Ты правда сможешь понести нас двоих? — с удивлением спросил на планировке Уилджек. — Я сильнее, чем кажется. — Да, шериф, вампиры очень сильные. А ты еще не знаешь? Я думал он уже не один синяк тебе поставил, когда… — Нокаут! — Молчу. Тогда же они решили поставить несколько мин, незаметно, чтоб если повезет, и вампир попадет в радиус действия хоть одной из них, упростить себе охоту. Операция началась в девять утра, когда они все пришли на окраину леса, переглянулись с Арси и она ушла. Оставалось ждать. — Все еще сомневаюсь, что сработает. — Нокаут вытащил клинок, беспокойно вертя его между пальцев. — Пари? — предложил Уилджек. — Разве, что на поцелуй от твоего ручного вампира. Никогда не целовался с вампиром. — Готов спорить ты и с крокодилом никогда не целовался. Могу организовать. — оскалился шериф. — Вы мешаете. Мне нужна тишина. — Рэтчет стоял с широко открытыми зелеными глазами, его лицо словно стало еще бледнее, уши немного вытянулись, прислушиваясь ко всему. Шериф и охотник умолкли, первый кидал на второго мрачные взгляды, а второй отвечал абсолютно мерзкой улыбкой. Прошло минут двадцать, прежде, чем Рэтчет дернулся. — Есть! Следующие несколько мгновений Уилджек и Нокаут были сосредоточены на одном — не заорать. Мир пронесся мимо с такой скоростью, словно они открыли окно в скоростном поезде. Когда их ноги коснулись земли они готовы были молится и благодарить всех, кого знали, но низкое рычание отвлекло их от собственных мыслей. — Надо же, кто к нам пожаловал. — вампир выглядел внушительным. Большой, сильный, с повязкой на глазу и огромными когтями. На лице и открытой шее были красные следы-ожоги от смеси из баллончика. Уилджек молча достал пистолет из кобуры, с уже заправленным магазином серебряных пуль. — Подними руки! Быстро! Нокаут давай! Нокаут? — он краем глаза посмотрел в сторону охотника, пытаясь понял, почему тот ничего не делает. — Эй, что с тобой? Нокаут замер, завороженно глядя перед собой. — Но-окаут. — довольно потянул вампир. — Давно не виделись. — Ты…ты ведь погиб! На задании! Тебя укусили и один из наших убил тебя! — голос охотника дрожал, в нем смешались грусть, боль и поверх всего самый настоящий ужас. — Чисто формально я и вправду мертв. Как и все вампиры. Но ты и сам знаешь. — Это твой коллега? — спросил шериф. — Тогда это многое объясняет. — Да, я работал в полиции. А потом помогал на особых заданиях. Там то я и получил новый облик. Нравится, милый? — обнажая клыки, улыбнулся вампир. — Брейкдаун, если бы я знал, что они тебя ведут помогать на подобном задании, я бы просто не отпустил тебя одного! — Нокаут перестал был похожим на себя, его лицо исказилось, его поглотила вина. — Жалеть поздно. Теперь ты можешь просто умереть. — вампир ринулся вперед. Уилджек понял, что ничего не может сделать, такая скорость… мелькнула коса и Брейкдаун оказался на земле. — Чего застыли? — Рэтчет прошелся по ним разгневанным взглядом «соберись, тряпка. Неважно, что было раньше, это — преступник-вампир, разберись». Нокаут поднялся, нож снова замелькал. — Ты прав. План менялся. Вместо Уилджека с вампиром станет равный ему вампир. Уилджек кинулся к Арси, лежащей на земле без чувств. Несколько ран от когтей, глубоких, не смертельных, но надо в больницу. — Береги себя, солнышко. — тихо сказал он, зная, что Рэтчет услышит. И побежал с девушкой на руках к машине. — Человечек сбежал. — хмыкнул Брейкдаун. — Догоню, как расправлюсь с вами. Рэтчет кинулся вперед, они сцепились в драке, в ход пошли когти и зубы. Рэтчет не участвовал в подобном уже много веков, но былые навыки сразу ринулись из подсознания, радуясь, что наконец-то им дали волю. В какой-то момент ему удалось схватить противника за руку и, придавив его к земле, он поднял его голову высоко, открывая горло для ножа. — Ты! — Да, я сильнее, чем кажусь. Нож вспаривает горло, и вампир рассыпается черной сажей. — Спасибо. — устало говорит Нокаут. Он выглядит абсолютно растерянным. Рэтчет посмотрел в его глаза, пытаясь понять, что стоит сказать. Он не умел утешать, точно нет. — Это не твоя вина. Нокаут хмыкнул, но его лицо посветлело. — Наверное. Как насчет отметить в кафе закрытие этого дела? — уже улыбаясь спросил охотник. — В местном есть что-то хорошее? — Есть неплохое домашнее кафе в центре города. — Тогда пошли догоним твоего шерифа и пойдем отмечать победу. — Арси надо подлатать. — Подлатаешь. Почему бы тебе снова не перенести нас? — Я исчерпал лимит контакта с тобой. Нокаут хмыкнул, но ничего говорить не стал. Через пятнадцать минут они дошли до места, где они парковали машину шерифа и Нокаута. Спорткар Нокаута был красным, видимо его любимый цвет. Они поехали сразу в больницу, Нокаут по дороге набрал Уилджека, уточнил, как Арси и повторил предложение про кафе. — Хорошо. Тогда я везу к тебе доктора и увидимся вечером. — он сбросил вызов. — Арси в порядке, несколько швов, твои коллеги справились. — Все равно проверю. Они подъехали до въезда больницы. — Я так понимаю до вечера? — Ага. ** Вечер в кафе прошел на удивление тихо. Кроме непосредственных участников позвали Смоуксрина, что неплохо дополнил вечер рассказами из времен кадетства. А Уилджек ныл о упущеной возможности что-то взорвать — Шериф, а расскажите, что все-таки случилось у вас с армией? — внезапно спросил он. — Да, мы имеем право знать! — Арси поддержала младшего коллегу. — Расскажу. — Уилджек хмыкнул. — Я поссорился с командиром, после того, как из-за его глупой и слепой любви к уставу и к тому, чтоб действовать по нему, один из нашего отряда умер. Я дико разозлился и подорвал склад с боеприпасами, разнеся его к чертям вместе с несколькими моими разработками, что командир хотел взять на вооружение. Вот так вот. Я скучаю иногда по полигону для испытаний. — Теперь я рад что мы справились сами. — Нокаут откинулся на диване, подзывая официантку. — Принесите что-то крепкое и еще порцию пирогов. — Завтра выходной только у тебя. — хмуро буркнул Рэтчет. — Та ладно тебе, док. Дай им повеселится, мы победили главное зло. — Уилджек обнял его. — Или проблема в том, что ты хочешь домой? Устал? — Вы можете миловаться где-то в другом месте? — Арси ехидно улыбалась. — Завидуй молча, милочка. — ответил за них Нокаут, за что тут же получил тычек под ребра. — Наверное, нам и вправду пора домой. Мне завтра рано вставать. — Рэтчет поднялся. — Погодите, а вы разве живете вместе? — недоуменно спросил Смоуксрин. Рэтчет замер, недоуменно смотря на Уилджека. А ведь точно, они не жили вместе, медик просто почему-то решил, что Уилджек сегодня будет у него. — Думаю я перееду скоро. Возможно, сегодня — шериф улыбнулся, встал, потянув растерянного доктора к выходу. — Всем пока и до завтра! — шериф махнул им на прощание, и они вышли из кафе. ** — Ты хочешь жить у меня? — уже в дороге спросил Рэтчет. — Хочу. А еще хочу, чтоб ты и вправду стал моей женушкой-детективом. — А муж-врач тебя не устроит? — Если это будешь ты меня устроит любой расклад. — Ты же понимаешь, что это не совсем реально? Через десять лет мне нужно будет уехать, я не меняюсь, не старею. — И что? — Уилджек остановился на светофоре. — Как мы выяснили с охотниками можно договорится. А моя старость будет не скоро. А там и обратится можно. — Ты не понимаешь, о чем говоришь. — вздохнул Рэтчет. — Обращение — это что-то серьёзное, что-то что нельзя поменять. Ты уверен, что готов к подобному? — Я же не говорю укусить меня прямо сейчас. Потом. Но даже не думай, что сможешь сбежать от меня. Догоню хоть на другом конце страны. — Звучит скорее страшно, чем романтично. — Я не силен в подобном. — Я тоже. Но я понял, о чем ты. — Рэтчет улыбнулся. Уилджек тоже улыбнулся и потянулся к нему. — Уилджек, дорога! Досадливо цыкнув Уилджек вернулся к управлению транспортом. Только, когда они оказались перед гаражом медика, он снова потянулся к нему и уже беспрепятственно поцеловал. — Ты ведь останешься? — прерывая поцелуй, спросил медик. — А ты хочешь, чтоб я остался? — кивок. — Только сегодня? Или?.. — Или. — теперь за поцелуем потянулся уже Рэтчет, наваливаясь всем весом на шерифа. Тот лишь сильнее обхватил его за талию, притягивая ближе, усаживая почти себе на колени. Медик зарылся ему в волосы, мягко перебирая. Уилджек оторвался от его губ и начал целовать шею, оттягивая за волосы голову медика. Послышалось тихое шипение. — Больно? Прости. — Н-нет, все хорошо. Даже очень хорошо. Шериф наслаждался мягкостью чужого тела, теплом, каким-то странным электричеством, проходящим между ними. Казалось салон машины наполняется им, ими, чистим возбуждением, тихими звуками, что так старательно они оба сдерживали. Уилджек уже забрался под свитер медика и мягко поглаживал чужую кожу, поднимаясь выше, трогал чувствительные местечки, спускался на живот и ниже. Рэтчет уткнулся ему в плечо, тяжело дыша, оставляя мягкие, еле заметные поцелуи на шее, что расходились легкими искорками по всему телу, задевал уши, прикусывал кожу. — Ты что!.. — медик не успевает ничего возразить, когда чужая ладонь опускается ниже живота, оттягивая ремень джинс. Давится стоном. Его ухо опаляет горячее дыхание и смешок Уилджека. — Наш первый раз в машине, в полицейской машине. У меня тут есть наручники, кстати. Хочешь? — он прикусывает мочку уха, и медик кончает, заглушая стон укусом в чужую открытую шею. И слышит ответный стон, яркий, ничем не сдерживаемый. В себя они приходят через несколько минут. — Мы правда не могли дотерпеть до спальни? Или хотя бы гостиной с диваном. — Могли. Но зачем? — Уилджек лениво теребил его косичку, поглаживал спину под свитером. — Ты доволен, я доволен. — Хорошо, что у меня есть стиралка. Пошли уже, нам надо в душ. — Вместе? — Это не очень удобно. — Тогда продолжим после? — мягкий поцелуй в макушку. — Имей совесть, мне больше шестисот лет. Уилджек смеется, тоже в его волосы, сильнее стискивает в объятиях. — Ладно, ладно. Пока ты будешь в душе я приготовлю еды. Вкусной. У тебя же есть в доме еда? — Есть. После человеческой крови мы можем питаться обычной едой, вместо крови. Надеюсь ты не сожжешь мне кухню. — Не волнуйся, женушка, все хорошо будет. Рэтчет смеется, теплым смехом, последний раз вдыхая тепло и запах Уилджека, казалось согретого тем теплым светом маленькой лампочки в машине, перед тем, как выйти в морозный вечер.