Бивельтер (Цикл из серии "Обратная Сторона Алареса")

Осознаться. Главное – вовремя осознаться. Славя все шестерёнки и винтики, на этот раз Эйд не забыл надеть хотя бы какие-то захудалые солнцезащитные очки, когда собрался путешествовать сквозь междумирные пространства. Был шанс не ослепнуть сразу. Очень уж это опасное занятие, если так подумать – очутиться в никогде и вовсюду. Глаза пытаются яростно хвататься за мириады белых пикселей и различных всполохов для того, чтобы мозг в отчаянной попытке смог опознать хотя бы что-то. Этого не будет. Шумы ветров на немыслимой скорости заставляют барабанные перепонки держаться за своё существование и прижиматься в уши куда сильнее обычного, вопя об опасностях перегрузки. Вестибулярный аппарат кричал о нахождении тела в состоянии невесомости и включал режим бешеного тошнотворного головокружения. Болезненные попытки ухватить что-то в огромном количестве вспышек целых сотен различных Миров могут плохо сказаться на итоговом пункте выхода из разрыва. Поэтому всегда важно осознаться, напоминать себе о своей сущности, что ты действительно путешествуешь между Мирами, и не забывать о цели своего путешествия, чётко произнося раз за разом название той планеты, куда стремишься попасть. На удивление, любой дурачок, не осознающий, куда ведёт портал, стремящийся просто пролететь в другое место сквозь белую округлую дыру с человеческий рост, попадёт именно туда, куда изначально не задумывал, вернее, туда, куда и предполагалось. Да, порталы и многомерный коридор между ними должны представлять собой трубу, конечное пространство из точки «а» в точку «б», и любой новичок в этом деле почти со стопроцентной вероятностью входил, пролетал весь путь и выходил именно так, как было рассчитано создателем портала. Однако, чем больше понимания многомерности реальности, тем больше понимаешь, что эта самая труба испещрена огромным количеством дырок, как добротный сыр. Когда ты путешествуешь не первый раз и знаешь, что Миров – великое множество, они начинают манить тебя, звать, пытаются вмешиваться в этот самый коридор между двумя материями и отвлекать междумирца. Они создают огромную помеху из различных картинок, образов, пикселей, завихрений и хвост его знает, чего ещё! В такие моменты – главное осознаваться раз за разом, напоминая себе конечную цель путешествия, как заведённый, раз за разом и по кругу. Один раз произнесёшь неправильно название места или подумаешь о чём-то другом, прежде чем шагнуть в холодное зарево ореола неизвестности – и окажешься в худшем случае на косом переулке миров, и славно будет, если сможешь попасть обратно на нужный путь. О том, что может произойти в худшем случае, даже думать не хотелось. Все эти мелькающие рисунки, кубики пикселей и изредка царапающие хлысты других союзных и враждебных реальностей… Они просто разрывали Эйдоса на части, каждая из них стремилась откусить микроскопический кусочек от бивельтового агента, забрать его себе навечно. Лететь на огромной скорости и ощущать, что ты находишься и в своём теле, и тебя забирают сразу сотни и тысячи прекрасных девушек всего лишь для одного танца в других галактиках и туманностях – это безобразно и пакостно, больно и мучительно. Самое неприятное было в том, что парень прекрасно знал, что все эти ощущения возникают только в голове, это своего рода псионическое воздействие, с телом всё будет в порядке, нужно только ставить себе чёткую цель, чтобы пустые скитания сквозь бело-молочное зарево не стали последним в жизни квестом. Поэтому и приходилось постоянно осознавать себя, как Эйдоса Семфрона, бивельтового агента, которого послали на некую планету Террадино, забрать некую Аризу и получить некий гонорар. Только последнее слово и скрашивало всю эту ментальную мозголомку и мясорубку, что касалась своими вязкими щупальцами вечности захудалого мозга обычного блеклого человечишки, который был лишь песчинкой в нейронной сети целых вселенных. За всеми размышлениями и постоянной мантрой о сущности бытия, цели и страха не достигнуть ничего, Хамелеон с мурашками по всему телу осознал, что вдали проявляется чёрный квадрат, сулящий скорое завершение самой опасной на пересечении всех измерений гонки. Естественно, самым неожиданным образом разрыв реальности приблизился настолько быстро, что парень даже не успел выставить руки-ноги и сгруппироваться, поэтому, как только он достиг конечной точки перехода, то пулей вылетел из серо-оранжевого портала, с размаху впечатавшись в какой-то огромный булыжник. Сдавленно охнув и вспомнив грубым словом Порочную Шестерню, Эйд опорожнил всё содержимое своего желудка прямо на своего встречающего. Тут же оттолкнувшись руками, чтобы не измазаться в своей же рвоте, Хамелос упал на безжизненную блеклую потрескавшуюся землю, смотря строго вверх, на небо. Отвратительно! В очередной раз можно было позавидовать тем счастливчикам, у которых разум был настолько велик, что, в целях безопасности позволял своему носителю упасть в обморок на время всего перехода через портал! Больше всего Семфрона удивляло то, что никто и никогда после междумирных перемещений не умирал и в крайней редкости ломал себе кости. По крайней мере, парень не знал о таких ситуациях. Каждый раз при перелёте внутри этой самой метафорической дырявой трубы он ощущал, что это последнее в его жизни перемещение. Каждый раз опасность была более чем невероятной и убийственной! И наверняка такое происходило не только с ним, а с многими бивельтовыми путешественниками. И чтобы было известно так мало исходов, когда до пункта назначения долетала кашица или не долетало абсолютно ничего?! Да телепортация в пределах одного Мира или даже мерцание так или иначе заставляли любого вельтера тщательно продумывать необходимость пространственного прыжка, дабы не стать очередным героем свежих новостей! Но порталы - это совсем другое дело! Переходы между Аларесом и Мекхетизом так вообще были максимально безболезненными, будто все в этих двух Мирах настолько поднаторели в создании порталов, что нивелировали огромные скорости и инерцию, позволяя на выходе лишь слегка шлёпнуться, будто ты споткнулся об ограждение тротуара. Созданный синтетической магией абсолютно безопасный монорельс из одной точки вселенной в другую, где все междумирцы застрахованы от любых проблемных исходов. И тем не менее, даже несмотря на то, что любое перемещение заявлялось как лучший и самый быстрый способ добраться на нужную планету, это не умаляло курьёзных финалов. Чаще всего любой такой путешественник уже на вылете из разрыва-выхода оказывался лицом на земле. Упасть в пафосную героическую позу или вообще остаться стоять на ногах после междумирного перехода могли, наверное, только Легендарные. Тщательно ощупывая рёбра, которые, к счастью, были не сломаны, Эйдос мысленно поблагодарил грудные пластины на своём костюме, которые и приняли на себя большую часть удара. Было бы очень глупо закончить своё путешествие, толком его и не начав. Медленно, слегка ощущая качку и желание крениться вправо, агент встал и попытался сделать небольшую разминку. Кисти рук, локтевые суставы, плечи, шея, колени и бёдра, стопы и лодыжки – всё в порядке, всё функционировало абсолютно так же, как и должно было. Костюм не пострадал при переходе, это даже слегка успокаивало. Раскрыв чемодан и достав свой композитный лук, который в собранном состоянии был похож на какое-то насекомое, опасное и несуразное одновременно, Эйд понял то, насколько же он кретин: у него не было информации о том, где искать эту или этого Аризу, куда он вообще попал, как этот человек выглядит. Человек ли вообще? Хотелось бы на это надеяться. По крайней мере, оружие в кейсе загудело и явило несколько зелёных индикаторов, говоря о том, что функционирует и полностью заряжено. Это очень успокаивало. Лук можно было развернуть и включить, он создавался знакомым Техно именно под нужды перемещений между Мирами, где могло не быть той же Кхено-сети или вообще будут абсолютно нулевые волны, блокираторы любых типов энергии, поэтому в самом крайнем случае он работал и как обычный композитный метровый лук, пусть и крайне тяжёлый. Оружейник по имени Алехандрос настаивал на том, что это мультифункциональная вещица, в которой можно при необходимости даже заряжать физические снаряды, как, к примеру, те же болты. То есть, формально это был и лук, и арбалет, и бластер, и электромагнитная импульсная винтовка, всё зависело от того, как на это посмотреть. Хотя Эйдос и ни разу не стрелял архаичными длинными тонкими палками с заточенными наконечниками, известными во всех реальностях, как стрелы, он даже посмеивался, когда его приятель представил данное оружие именно в таком образе. Ну зачем выходцу из настолько продвинутого Алареса возвращаться к уровню лука и стрел? Может просто с палкой ходить? Бред! Он даже не был уверен, что тетива на концах деталей лука действительно работает и может быть натянута пальцами, она была соткана либо из слабого жёсткого света, либо из лазера, но по большей части парень использовал её скорее как прицельное приспособление, что-то вроде коллиматорной линии вместо точки. Проверять не хотелось, да и рукоять, при нажатии на которую с задней части клешни выщёлкивался искомый элемент, буквально говорила о том, что оружие могло иметь и абсолютно иную форму. Просил же что-то небольшое и мобильное, компактное и удобное, а получил словно верхнюю часть гигантского арахноида для производства электромагнитных всполохов и импульсных снарядов, которая работала от док-станции с помощью электричества, как обычные мекхетизные беспроводные наушники. Разумеется, и сама док-станция была огроменной по сравнению с любыми кейсами от наушников, весила несколько килограммов и заставляла держать лук на дистанции до двадцати метров от так называемой базы. Иные чемоданы для снайперских винтовок были меньше и симпатичнее, чем этот огромный хромированный брусок с гладкими краями и лампочками показателя заряда по центру. В ограниченном формате устройство могло использоваться даже как зенитная энергетическая ракетница, что запускает плазменные гранаты, детонирующие при контакте с любой поверхностью. Разумеется, в таком режиме Клён был во много раз смертоноснее, но разряжался буквально за несколько мощных выстрелов, что вынуждало подходить к вопросу его использования с умом. Эйдос любил рассматривать свой лук. Несуразность и элегантность, глупость и технологичность, смертоносность и баланс. Он мог часами разглядывать, полировать и чистить плечи, диагностировать целостность оплётки проволоки на краях клешни, просто любоваться им. Его успокаивало, что с ним его верный союзник, готовый защищать его жизнь, что он не совсем один на враждебной ему планете. - Куда меня вообще занесло? – Хамелос сплюнул себе под ноги. – Уже хочу свалить из этого Мира побыстрее. Ощущение тревоги с самого первого момента здесь пульсировало по венам. Все органы чувств трещали об опасности. Чужеродная планета, чужеродная земля, даже воздух, несмотря на то, что дышалось с относительной лёгкостью, был против нахождения здесь тощего парня в урбанистической одежде для гонщиков или бегунов. Это нормально, любой новый Мир всегда будет недоверчиво относиться к своему новому гостю. Потом привыкнет. Эйдосу, как бивельтовому агенту, импонировала мысль о том, что каждый Мир в каком-то роде разумен, и поэтому старался первое время быть приветливым и добрым в любом новом месте. Потом перестал так делать, надоело. Он не жить сюда прилетел, это разовая акция, и, как только с заданием будет покончено – ноги его в этом Мире не будет! Хамелос мог сказать так про абсолютно про любой Мир, в котором бывал или не бывал. Ну, может быть, кроме Земли, которая Мекхетиз. Туда он всегда был рад приходить, как к старому другу, и очень не хотел телепортироваться в другие места. Главное - не спутать с Мекхетдигом, который мало того, что загнулся от различных войн, так ещё и периодически выкидывал в другие, более удачливые реальности всякую гадость. В такой Мир Семфрон не сунулся бы ни за какие деньги и ни за какие риски. Оставалось надеяться, что эта планета порадует хотя бы наличием людей, а Ариза не будет единственным и последним выжившим, которого надо спасти любой ценой. Сто тысяч воксов - это не настолько большая сумма для таких вылазок. Зря не подготовился, не почитал хотя бы какую-то информацию о Мире Террадино. Но куда деваться? Раз уж полез в портал - не говори, что не знал! Удивительно, но царящий вокруг пейзаж не особенно выбивался из колеи его кругозора восприятия. Эйдос бывал в Америке, ездил между городами и видел подобного рода прерии: высохшая земля без капли влаги, обожжённые злостью местных светил серые и оранжевые булыжники и каменюги поменьше, стоящие вдалеке гористые выступы, изредка цепляющиеся за жизнь хлипкие деревца и пожухлые травинки. Он бы и подумал, что всё же замечтался и по ошибке отправил сам себя в земли коренных индейцев, если бы не одно но: небо над местностью было белесым. Чем выше, тем более плотным становилось марево. Это не было похоже на облака, скорее на густой кисель или максимально плотные пары тысяч и тысяч кальянов, которые через неравномерные промежутки опускались, почти рассеиваясь у поверхности земли. И светила не было ни одного, что несказанно удивляло. Почему же тогда так светло вокруг? Бледный свет этот шёл от сотен белых линий, что почти параллельными дорогами в итоге составляли большое белое нечто. Словно кучи волшебников договорились одновременно отдать небесам свои воспоминания, с чем успешно и справлялись в данный момент. Зрелище завораживало и пугало одновременно, и Эйд абсолютно не мог от этого оторваться. Всё необычное, хочешь ты того или же нет, так или иначе примагнитит твой взгляд и пытается не давать отпускать. Он так бы и стоял посреди прерий, и смотрел бы на белое небо, постепенно превращаясь в один из этих маленьких белых лучей, что тянулись к свету, но тут сразу отовсюду раздался хриплый голос: - M`baktu uku-ru! Несколько раз сменив точку зрения по девяносто градусов, междумирец в итоге узрел, как перед ним материализовался азиатоидного вида бледный старик. Морщинистое лицо, огромная перевязь из шкур, сходившаяся на капюшоне и полный усталости взгляд – он явно что-то хотел от парня. Минимум одежды низкого уровня цивилизации, какая-то примитивная то ли клюка, то ли копьё с каменным концом. Просто стоял и молчал, давая разглядеть свою пластину то ли из металла, то ли из пластика на лбу и несколько торчащих вверх перьев на ней. Точно! Эйдос хлопнул себя по лбу ладонью. Как он мог забыть?! Нарисовав пальцем прямо перед мужчиной несколько линий с парой рельсов на точке снизу, которые в итоге сложили руну, немного напоминающую восклицательный знак, он очень надеялся, что древняя магия здесь сработает, и руна восприятия облегчит его дальнейшее пребывание здесь. - Прости, старец, я не понял тебя сначала. – обратился Эйд к будто бы замершему мужчине. – Ты понимаешь меня сейчас? - Ты не отсюда. – Спокойно произнёс мужчина. – Плохо тебе будет здесь. - Я должен быть здесь, отец. – Внутренне радуясь тому, что символ здесь сработал, медленно протянул Хамелос, стараясь не показывать из-за спины свой хвост. – Я ищу одного юнца. - Вокруг тебя нет духов, тебя некому защитить. Зачем тебе юнец? Кто он? - Таков мой долг… Как воина. – Эйдос не был знатоком культуры альтернативных индейцев, но почему-то подозревал, что этот мужчина либо ловчий, либо шаман, таким он видел своего собеседника в паре метров от себя. – Я должен забрать его или её с собой. У юнца никого нет. Я обучу нового война, так сказал мой вождь. И я не могу уйти без него. Вместо ответа старик снял с капюшона несколько перьев и медленно подошёл к путешественнику, аккуратно прикладывая угольно чёрные пёрышки к щекам парня. Семфрон даже не шелохнулся. Он не должен был проявлять агрессию, вполне могло статься так, что это какая-то местная традиция. Было страшно и дискомфортно, но приходилось терпеть. Внутренне надеясь, что это его не убьёт, парень сосредоточился на имени Аризы, надеясь, что вспомнит хотя бы ещё какую-то деталь из краткой сводки о задании. - Я не знаю того, кого ты ищешь. – ответил старец, слегка приоткрыв глаза и пристально смотря, казалось бы, прямо сквозь душу агента. – Но я знаю, кто может это знать. Следуй за мной. - Куда? – Эйдос всё ещё не мог заставить себя пошевелиться, у него было стойкое ощущение, что в его голове покопался какой-то мозгоправ или другой Хамелеон, все его мысли были прямо на поверхности, он был самому себе отвратителен и каждые несколько секунд передёргивал плечами от презрения ко всему. Дед оказался очень могущественным псиоником! - В поселение, кланяться вождю. Он скажет, достоин ли ты называться воином. Сможешь ли ты забрать найдёныша. – Казалось бы, мужчина был на две головы ниже парня, но он уже мелькал в десятке метров от Эйда, разнося свои слова по ветру, изредка мерцая в пространстве, будто у него не было физического тела, а он был всего лишь голограммой или призраком. Выбора особого не было, и междумирец поковылял за неестественно быстро меняющим своё положение в пространстве то ли человеком, то ли виденьем. Рува, его оператор, что логично, не отвечала, коммуникатор в виде смарт-браслета на запястье молчал и отказывался себя вести даже как компас. Хотя бы шаги считал, но вряд ли без помощи Хамелос сможет найти путь обратно, тем более, что портал уже закрылся и накрылся. Без костяного клыка он не уберётся отсюда. Возможно, именно поэтому портальное устройство выглядело так убого! С неудовольствием осознавая, что он попал в какой-то слаборазвитый Мир, где нет Кхено-сети или её аналогов по типу интернета, Семфрон уже мысленно похоронил свою возможность пострелять из техномагического же лука. Возможно, Рува права, и он сможет использовать свою магию, но то, что здесь он – самое технологичное существо, было так же ясно, как и небо без светил над головой. Не так он себе представлял переход в какой-то менее продвинутый Мир, ох, не так…