Бивельтер (Цикл из серии "Обратная Сторона Алареса")

Он его сначала так, а потом прыжок, потом назад, а потом удар, всплеск и всё! Теперь только один уйдёт из этого круга с предназначенным ему бонусом! Сладострастный вкус победы затмил все остальные эмоции и чувства так сильно, что мимо Эйдоса всё просто проносилось мимо в череде ярких красок какими-то обрывками. Вот к нему аккуратно подходят мужчины из свиты вождя, с восторгом и восклицаниями ритуально обходят вокруг и идут рядом, не трогая, но сопровождая; вот они ведут его обратно через низину между двумя тектоническими плитами, даже не пытаясь надевать на него обратно мешок; вот он снова входит в поселение, но уже совсем другим человеком; вот вокруг него носится мешанина из инков, майя и индейцев, разобрать очень сложно, они все для него кажутся похожими и несущественными. Никто уже и не пытался подходить и потрогать его за ткань костюма, никто не собирался лезть до новоявленного чемпиона круга арены с дракой или с какими-то гадостями. Кто-то даже специально прятал взгляд, боясь на себя навлечь «Длань Реки», как уже в самом поселении уже успели назвать, предварительно по всей округе растрепав, его водяной кнут. Детей от порочной шестерни прятали подальше, внутрь жилищ и стойбищ с животными, чтобы делом лучше занялись. Подумать только, если бы в другом месте это бы окрестили результатом «ниже среднего», то тут вокруг него восторгалась и пугалась целая деревенька. И это чертовски нравилось парню. Где-то на подкорке сознания он осознавал, что всё это глупо, что он раскрыл чуть ли ни единственный свой козырь, с которым собирался сражаться, но, Дэса его забери, как же это было потрясающе! Было просто невероятно чувствовать себя кем-то. Даже не так, Кем-То! Кем-то, сродни Легендам. Если они чувствуют себя так на постоянной основе, то Семфрон даже мог примерно догадаться, зачем все эти невероятные личности всё дальше и дальше пытаются сделать всё более и более великие деяния. Иногда ужасные, но великие. Это было по ощущениям похоже на наркотик, и ему было стыдно себе в этом признаться, но хотелось ещё. Больше, много больше! Он понимал, что некоторые люди с удовольствием пойдут на поводу судьбы и будут делать всё лишь для того, чтобы снова оказаться на пьедестале почёта. Он хотел снова почувствовать себя тем, кто может ступить на арену, даже не зная противника, всё равно в итоге победив того. Никогда прежде не чувствуя чего-то подобного, любой победы добиваясь чуть ли не поражением всего своего отряда, сам чуть не отправляясь на корм к Великой Стирающей, он сделал что-то иначе, смог получить какой-то иной результат. Теперь он получит необходимое во что бы то ни стало! В этот раз Хамелеона провели каким-то другим путём, видимо, он предназначался для охраны и личных слуг правителя. Ему настойчиво показывали на деревянные проходы небольшого лабиринта, чтобы он не заплутал лишний раз. В итоге, вновь выйдя к тронному залу под открытым небом, Эйдос чувствовал себя куда увереннее. Теперь встречающие слуги около трона вождя даже не разбегались, они оставались либо на местах, склонив свои головы на коленях, либо подле трона, дабы охранять вождя. Один из них что-то шептал на ухо вождю, который, казалось, даже не двинулся с места с момента их прошлой встречи. Да, это тот самый мужчина с огромными туннелями в ушах, что тащил его и призывал драться. Теперь он эту рожу ни с кем не спутает! - Бокру говорит, ты с честью сражался. – Ровным голосом произнёс вождь Рахо. – Хооо, ты одолел кого-то из ловчих? Где же трофей с него? Ошибочка вышла. Никто не говорил, что нужно брать с собой какие-то трофеи. Да и не понёс бы он отрубленную руку через всю деревню, он не из любителей носиться с человеческими запчастями. Часть куража поубавилась, но Эйдос приоткрыл ткань на груди, демонстрируя погнутую пластину, в которой успел побывать костяной клинок. - Это – следы боя, и раз я всё ещё здесь, значит, я в нём победил! – С вызовом рявкнул Эйдос. – Теперь я заберу Аризу! Так мы договорились! - Хооо, а ты смелый, шаман! – Вождь басовито захохотал. – Я сказал, что выслушаю тебя, если ты докажешь, что ты воин. Что ты способен призывать слёзы реки, в моём племени видели. Но почему ты не убил того ловчего? - Мне не нужна была его жизнь. – Пожал плечами Эйдос, скривившись. – Духи сказали мне пощадить его. - Я не противлюсь воле духов. – Вождь Рахо даже немного наклонился, щурясь и оглядывая человека за несколько метров от трона. – Но ты должен знать, что по обычаям нашего племени забрать чужую жизнь может только тот, кто отнял её у другого. - Когда я получу эту Аризу? – В тон ему спросил агент. – Ты слушаешь меня, вождь? - Я слышу тебя и вижу волю твоих духов-покровителей! – Вождь хлопнул в ладоши. – Уважь наши традиции, и ты увидишь девку! - Я готов сразиться хоть сейчас, если мне вернут… - Эйдос замялся, вспоминая про свой лук. – Мой сияющий тотем. Никто же не хочет навлечь на себя гнев неба, забирая священную реликвию моего народа? - Мбвамбунаби тебя храни, я высеку слуг за то, что так вероломно отнеслись к святому предмету! – Вождь щёлкнул пальцами, и резко подбежавшие полуголые смуглые парни в перьях повели его недавних охранников в сторону. – Что же до боя, ты будешь биться с сыном моего младшего брата, он давно хотел или забрать себе голову шамана, или сам отправиться в мир духов! - Я готов, ведите на арену! – Храбрясь, произнёс Хамелос, которому вновь вернули его чемодан. - Всему своё время, шаман. – Вождю явно нравилось то, с какой наглостью он с ним общается, не лебезит, не кланяется. – У тебя есть сила. У Абзо она тоже есть, но придётся ждать, пока слины уйдут с неба, и оно окрасится в цвет крови. А пока – отдыхай, жди. Тебя отведут, когда придёт время. Можешь взять одну из моих жён и одарить её семенем шамана. Эйдос вежливо, насколько мог, отказался от такой замечательной возможности, просто согласившись на отдых. Его провели буквально в соседнее жилище, полностью состоящее из шкур на деревянных кольях, чтобы дневной свет сюда не проникал. Внутри царил лёгкий полумрак, поскольку шкуры были не настолько плотными, чтобы полностью загородить возможность проникнуть внутрь белесому небу. Усевшись на плотный круглый лежак из сена, бивельтовый агент, очень внутренне переживая, отодвинул защёлки на кейсе и медленно открыл его, с облегчением отмечая, что никто даже не подумал позариться на его замечательный лук с абсолютно неподходящим для него названием Клён. Так и есть, никто его даже и пальцем не тронул! Плечи были в порядке, полка в виде огромной клешни мерно светилась зелёным, показывая, что аппарат исправен и заряжен. Тетива была не нужна, ведь она была лазерной и использовалась больше как линия прицеливания в момент снаряжения лука стрелой из техномагической энергии. Эйдос всё ещё думал, что это бесполезная вещь - отпускать тетиву, ни разу он так не стрелял, но теоретическая возможность на это могла быть. Как минимум, успокаивало то, что в этой реальности не сажаются максимально быстро батарейки, как в некоторых мёртвых зонах, и что лук вообще работает. Щёлкнул переключателем, внутренняя часть клешни загудела. Этот ровный звук успокаивал, так как Эйдос был абсолютно уверен, что вместе с Клёном они справятся с любым воином, которого поставит против него здешний вождь. Мериться костяными клинками и примитивной магией, которую здесь считают шаманизмом, против высокотехнологичных и точных штук из другого мира, собранных отличным изобретателем? Никакая сабля не будет сильнее пистолета, никакой кнут не победит поле стазиса, внутри которого всё практически замирает. Услышав какое-то шевеление снаружи, Эйд поспешно спрятал композитный обруч-лук обратно в чемодан и тихо щёлкнул застёжками. Внутрь вошла бледноликая женщина в тканевых одеждах, скрытая капюшоном. Заглянув на то, что внутри, парень удивился: большая часть лица девы была истыкана чёрными иголками, как будто она сама насильно упала лицом на кактус, да так и оставила. Под лёгкой накидкой с капюшоном одежды не наблюдалось вовсе, угадывалась небольшая грудь, сплошь покрытая татуировками. Она была явно старше, но ненамного, лет на семь-десять, то есть, с натяжкой ей можно было дать порядка тридцати пяти. Женщина поставила перед Хамелосом какую-то посудину с похлёбкой, в которой плавали некие семена и кусочки сушёного мяса, и выжидательно посмотрела на него. Огорчившись и не обнаружив никаких столовых приборов, Эйд попытался взять тёмную деревянную миску двумя руками и слегка пригубил. Какой-то суп, не то соус, маленькие и горькие семечки застревают в зубах, а мясо жёсткое, словно шкурка от сала. Но выбирать не приходилось, а желудок ещё на арене недовольно урчал, поэтому парень захлюпал своим блюдом, смачно причмокивая, когда попадался очередной кусок мяса или чего-то, отдалённо напоминающего капусту. Девушка перед ним в это время начала водить руками из стороны в сторону, пытаясь создавать себе ритм и мелодию молчаливым гудением. Постепенно она входила во вкус, начала открывать рот и издавать более протяжные горловые звуки, крутясь вокруг своей оси и вскидывая руки то за голову, то вверх. Она явно была не во вкусе Эйдоса и абсолютно ему не нравилась, но почему-то он ощутил, как вокруг него всё слегка замедляется, кровь приливает к низу его живота, а внутри появляется желание овладеть пусть даже этой женщиной. На него подобное поведение было совсем не похоже. «Семена с афродизиаками!» - Догадался Хамелос. – «А замедление восприятия – это побочный эффект, которому мои псионические способности пытаются сопротивляться! Ну и вехновый же этот вождь!». Эта догадка полностью победила всё желание тут же наброситься на исполняющую ритуальные песни и танцы подаренную ему деву и устраивать ещё один поединок, но совершенно в другой плоскости. Решительно взмахнув руками и отвернувшись, он надеялся, что она правильно поймёт этот жест. Судя по шуршанию шкур на входе в жилище, поняла. Снаружи раздались какие-то всхлипы и непонятные слова. Мужской голос что-то грубо ответил и послышался звук удара. Руна восприятия не работает на то, что ты не видишь, но это и не было сейчас важно, поскольку всё было понятно. Эйд несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, полностью прогоняя потребность в интиме. Сейчас ему нужна была энергия лишь на грядущий поединок, а настроение после использования водяного хлыста и так немного испортилось. Не сильно, но два хлыста сразу он вряд ли бы смог сейчас создать. Всё ещё борясь с дурманом и слегка замедленным восприятием времени он всё же позволил себе задремать… ***** - Проснись, о шаман! – раздался прямо над ухом хриплый голос. – Мы не стали будить тебя, чтобы не отвлекать от разговора с духами! Ты и твоё облачение изменили цвет! Бою быть! Эйдос осознал себя на лежанке из шкуры, что была натянута между несколькими крепкими палками словно тент или гамак, которую держали трое невысоких, но сильных индейцев из свиты вождя, которые были одеты только в перья. С удивлением схватив себя за локон и посмотрев на грудь, он осознал, что в этот раз ему предстоит щеголять в ярком тёмно-синем цвете. Выпросив у знакомых Техно динамически меняющуюся от определённых условий жидкую краску, Эйд добился того, что его костюм в точности повторял тот же самый оттенок цвета, какой был и на его волосах в данный момент времени. Это позволяло избежать путаницы между несоответствиями стилей и цветов одежды и головы, да и просто выглядело потрясающе. Насчёт того, что цвет глаз у Хамелоса тоже постоянно менялся, он вообще не заморачивался. Благо, чемодан был всё это время с ним, покоился у него на коленях. Эйд рывком схватил кейс за ручку и выпрыгнул с лежанки, оглядываясь по сторонам. Арена ничуть не изменилась с предыдущего поединка: такой же каменный круг, такие же брёвна с навесами и сеном на них внутри пещеры. Однако, теперь кое-где горели факелы, людей вокруг было в разы больше, ощутимо больше, добавились женщины и подростки. Снаружи блестело серое и красное зарево. Всё-таки он проспал до другого времени суток, и настало время нового боя! А что, удобно! Даже не пришлось ходить на своих двоих, тебя сюда принесли отдохнувшего. Осталось обломать шестерёнки тому, кто против него выйдет! Вождь по имени Рахо вроде бы упоминал, что это его племянник, но он и сам не против сложить голову в битве. Либо, как сказал тот же глава, он с удовольствием соберёт в качестве трофея голову шамана. Что ж, настала пора притвориться им вновь. Выкинув чемодан и достав лук в собранном состоянии, Эйдос прикрепил его себе на спину с помощью магнитного держателя. Пока что для него время не пришло, парень не хотел шокировать людей раньше времени. Хотя с верхнего этажа всё равно донеслись вопли: «Тотем! Он достал свой тотем! Кому он поклоняется?!». Тем лучше, пусть думают, что это его тотем для связи с духами. Личный техномагический тотем для связи с междумирными духами, которые всё никак не могли прислать даже весточку или хотя бы круги на полях, чтобы он понимал, что же ему делать. Он всё ещё был зол на Руву, что она не оставила возможности для связи с ним и вообще так неприятно его подставила с этим заказом. Кто-то, скорее всего, распорядитель боя, что-то кричал, завлекая толпу, а Семфрон готовился, настраивался на то, чтобы сразу во время поединка создать водяное оружие. Он уже примерно представлял, что ему будет противостоять какой-то маг, поэтому, когда из темноты пещеры ступила фигура в тёмном плаще, агент ни капли не удивился. Довольно шустро подобравшись на середину арены, незнакомец слегка скинул капюшон, обнажив татуировку на всё лицо в виде черепа. - Ещё тёплый! – Задорно прикрикнул племянник вождя. – Будет вкусно! Он сделал свой ход первым: из-под пол плаща высыпались десятки разных костяных черепков то ли детей, то ли мелких животных. Воздавая руки к верху и бормоча что-то, воин в плаще заставил черепков отрастить себе небольшие конечности в виде полноценных ручек и ножек. Эйда это слегка позабавило, и он ничего не предпринимал ровно до тех пор, как практически незаметно все эти маленькие скелетики рванулись к нему и стали пинаться, царапаться, пытаться залезть по нему и отрывать кусочки ткани от его штанов. Вроде бы мелкие, но как же больно и неприятно! Парень попытался стряхнуть с себя малышей и раздавить хотя бы часть, но он был не настолько ловким, как они, которые крутились, вертелись и норовили разодрать незащищённые участки тела. С яростным воплем Эйдос вырвал из кулаков свой водяной кнут, который сиял сейчас пуще прежнего, так как сказался небольшой отдых, и позволил метаться ему в стороны, кончиком взбрызгивая всплески, которые откидывали или ломали на части скелетиков. С трудом сделав какую-то длинную комбинацию, Семфрон заметил, что часть из них осыпалась, а часть отбежала обратно к хозяину. Не мешкая, агент запустил водяной змеёй на всю предельную длину, намереваясь достать обидчика. Однако, кукловод был готов к такому исходу событий: изящно увернувшись от прямого удара внахлёст, он поднял руки локтями вверх, словно курица, а кости его павших мелких слуг взлетели и оплели всю водяную структуру хлыста. Часть костей зацепила руку Эйдоса, и он понял, что не может пошевелить своим оружием. Эти кости блокировали возможность движения хлыстом! Противник же тем временем тянул костяной уже кнут, обрамлённый синей водяной гладью к себе, судя по всему истощая магические силы парня, поскольку тот уже чувствовал, как его радость от боя сменяется полным безразличием. Оборвав связь с магическим заклинанием, Эйдос вытащил обруч из-за спины и широко взмахнул им, присев и прокрутившись на коленях по земле. Это не дало особого результата, поскольку враг всего лишь слегка отпрыгнул, одновременно с этим запуская каких-то маленьких костяных птиц, одна из которых прилетела и больно клюнула Эйдоса в плечо, другая влетела и чуть не разбила его очки, которые неизвестно каким образом всё ещё на парне держались. Плечо заныло адской болью и начало потихоньку неметь, видимо, костяные миньоны были ещё и отравлены. - Всё, достал! – крикнул Эйд и раскрыл свой лук, включая режим массового выстрела. Привычным движением он провёл правой рукой по клешне, ожидая создания заряда энергии, но его не последовало. Порочная его подери, он совсем забыл, что в этом древнем Мире совершенно нет кхено-сети! И как тогда стрелять, чем? А главное, как это сделать за те секунды, что противник не совершил свои новые атаки? Какое-то озарение посетило Хамелоса, и он решил проверить свою теорию: сжав руку в кулак на уровне полки-клешни, он резко расчертил дугу, создавая водяную линию, которая надёжно зафиксировалась луком и свернулась в сферу внутри клешни. Система ферромагнетика держала исправно даже такой снаряд, что, в теории, позволило бы использовать Клён даже в качестве линейно-гауссовой пушки. Но сейчас была лишь водяная стрела. Зажав большим пальцем левой руки кнопку стазис-атаки, Семфрон выстрелил. Уж попасть с пяти шагов точно труда не составит! С громким оглушительным хлопком разорвался бледно-голубой водяной купол, выстреливая кучей костей в разные стороны. Свернув лук обратно в обруч, Эйдос закрылся им, как щитом, благо, ни один из снарядов не достиг цели. Напротив Хамелеона, навзничь упав, лежал племянник вождя. Он не двигался, ни единый мускул на его теле не выдавал признаков жизни, от тела густым потоком шёл пар, а кожа вся слоилась от многочисленных ожогов. - Да, Мехама меня вознеси, да! – Эйдос в победном жесте резко дёрнул обручем вверх. – Пусть только теперь этот вождь попробует не дать мне забрать Аризу, я ему всю свиту уничтожу и весь трон залью! Парень тяжело дышал, правое плечо уже почти его не слушалось. Трибуны же продолжали молчать, не в силах осознать то, насколько изящно и красиво только что убили племянника их вождя. Эйду уже абсолютно надоело то, что с ним обращаются, как с игрушкой, за которой интересно наблюдать. Он пришёл сюда с конкретной целью, и он был отчего-то уверен, что, как только он найдёт цель своего заказа, то костяной портал сразу же откроется и заключит его в свои цепкие объятия. Больше мыслей не было ни одной, так как Эйдос уже отключился от слабости и потраченных сил, глухо бухнувшись на каменный пол арены…