Just friends

Юнги тяжело дышит, прикрывает глаза и чувствует его руки у себя на ягодицах. Они сжимаются, пальцы впиваются в грубую ткань джинсов, взгляд прожигает и заставляет дрожать, но не это возбуждает больше всего. Рядом сидящий Чимин сосредоточенно изучает их обоих, молчит и пожирает глазами, распаляя всё тело Мина. От этого шатен не перестаёт ёрзать на коленях Чона, постоянно получая от него за это недовольное ворчание. − Юнги, не вертись, − Хосок слегка ударяет его по ягодице, разнося по комнате чуть глухой звук шлепка, и получает в ответ тихий стон. Пак хмурится, обеспокоенно косится на пострадавшее место, но не вмешивается, продолжая наблюдать. Юнги перестать вертеться не может. Слишком много всего заставляет краснеть, дышать тяжело, желать и в нетерпении ёрзать. Он не просит, не хнычет и не пытается ускорить парней, однако сидеть смирно тоже не получается, отчего в голове происходит диссонанс. Джинсы сильно давят на пах, руки дрожат, но юноша ловит себя на мысли, что безумно благодарен студсовету за эту вечеринку.

❦ ════ •⊰❂⊱• ════ ❦

Начало сентября. Ровно через месяц Юнги перестанет быть никем. Начнётся учёба, и юноша сможет полноправно называть себя студентом. Поступление не вызвало у него каких-либо проблем, ведь подготовка к экзаменам длилась на протяжении всего обучения в школе. Шатен всегда точно знал, кем собирается стать и куда поступит. Родители, конечно, поначалу были против и надеялись со временем переубедить сына, доказать необходимость стать госслужащим и утверждали, что будет лучше поступить на более престижную и нужную обществу профессию, чтобы в последующем получить докторскую степень. Однако юный Мин с полными уверенности глазами и непоколебимым лицом продолжал стоять на своём, и скоро он сможет назвать себя студентом дизайнерского факультета Сеульского национального университета. Получить стипендию было сложно. Их давали только лучшим из первокурсников − тем, кто в будущем сможет не опозорить учебное заведение, а главное − с достоинством покажет себя на множественных конкурсах, выставках и соревнованиях. Мин был настроен решительно, потому ещё в школе участвовал везде, до чего мог добраться. Успеваемость была идеальной, как и посещаемость, и после поступления юноша с гордостью представил родителям договор, заключённый с университетом, в котором говорилось и о получаемой им стипендии. Теперь вопросы о смене будущей профессии больше не поднимались. Юнги приехал заранее, чтобы обосноваться в местном общежитии. У парня колени тряслись от мысли, что он сможет жить один, без родителей, в самом лучшем для любого студента месте и, конечно, познакомится со множеством хороших людей, а главное, такими же творческими, как и он сам. Его всегда интересовали компьютерные игры, но они цепляли юношу не продуманным сюжетом или увлекательным игровым процессом, а красивой, ровной, красочной картинкой. Ему нравилось рассматривать прорисованные до мельчайших деталей фоны, изучать костюмы персонажей, их лица, движения и пластику тела. Он любил представлять, как сидит за компьютером и создаёт что-то новое, своё и не менее прекрасное. Видя понравившегося персонажа, юноша обязательно погружался в мысли, где продумывал детали: как и с помощью каких программ его руки создавали бы этого героя, почему красный цвет плаща подошёл бы этому мужчине больше, зачем на мече необходима эмблема волка и для чего на заднем фоне обязательно должна быть панорама. Юнги не мог поверить в то, что его мечта может приобрести очертания реальности. До самого последнего момента он боялся, что неожиданно что-то разбудит его. Шатен проснётся в своей комнате, снова перед предстоящими экзаменами, но на этот раз родители смогли настоять на своём и заставить парня стать государственным служащим. Однако теперь все страхи и переживания не имели значения, ведь он стоит прямо напротив больших прозрачных дверей, держит в руке огромную сумку с самыми необходимыми на первое время вещами и сжимает красивый пропуск белого цвета с синим прямоугольником почти на весь небольшой размер пластика и золотой птицей на нём. Руки дрожат, глаза восторженно бегают по множеству объявлений на дверях, и юноша решается. Прикладывает пропуск к датчику и открывает дверь. Внутри всё так чисто и красиво, что дыхание перехватывает. Ощущение дороговизны и словно бы элитарного отношения к студентам чувствуется с первых секунд нахождения в здании. Взгляд сразу же упал на стеклянные двери огромной прачечной, встречающей входящих в общежитие посетителей. Несколько стиральных машин, блестящих и, бесспорно, дорогих; есть отдельная для обуви, что очень удивило юношу, сушилки и инвентарь для уборки, среди которых была пара хороших пылесосов. Лифт приветливо раскрыл двери, и женский приятный голос встретил нового радостного жителя. Юнги заселился на 6 этаже. Комнат здесь было 37: некоторые из них рассчитывались на одного человека, другие − на двух. Родители долго думали и решили, что лучше будет переплатить, чем позволить сыну жить с кем-то незнакомым. Безопасность прежде всего, и Мин был этому только рад. Комнаты для одного постояльца оказались заняты, потому ему позволили жить в двуместной, но без соседа. Две небольших кровати, невысокий холодильник, кондиционер над головой и две панели управления на стене. Ванна и туалет разделены, что казалось удобным, так как душевая кабина была маленькой и занимала всё пространство комнатки. Юнги сел на мягкую постель, положил сумку у кровати и засмеялся, наблюдая за тем, как облака медленно уплывают куда-то за здание общежития.

〜☀〜☪〜

Первая встреча с соседями произошла в тот же день. Двое парней: один из них был ярко рыжим, с пухлыми губами, безразличным лицом и внимательными глазами, а второй − брюнет с взъерошенными волосами, смеющимся взглядом и очень громким голосом. Оба спешили куда-то вниз и буквально влетели в Мина, когда тот подходил к лифту, чтобы сходить в супермаркет в 50-ти метрах от здания. Рыжеволосый задел юношу плечом и от этого потерял равновесие, почти падая на пол. Он со злостью посмотрел на шатена, будто тот специально шёл в том же направлении, и выругался, останавливаясь напротив железных и массивных дверей. Второй подбежал следом, тяжело дыша, и облокотился от усталости на плечо друга. − Чим, в следующий раз сам объясняй всё. − В следующий раз я не стану слушать тебя, − названный Чимом хмыкнул, дёрнулся и нарочно отошёл в сторону, лишая темноволосого точки опоры. Парень обиженно надул губы и скрестил руки на груди. − Ну откуда я мог знать, что он так взбунтуется. − А ты не думал, что людям может быть неприятно, когда помимо оговорённой работы на них ещё и другую пытаются повесить? − Да надо было всего-то написать второй такой же доклад. Делов-то, − юноша пожал плечами, словно и правда не видел в подобном ничего странного. В это время лифт приехал, и двоица уверенно шагнула внутрь, только сейчас замечая стоящего рядом с ними Юнги. Рыжеволосый прищурился и кивнул куда-то в сторону, глядя на Мина. − Ты заходишь? Или испугался? − Да ты выглядишь как паровая булочка, кто тебя испугается, − брюнет засмеялся, вытирая несуществующие слёзы, но в ответ получил только испепеляющий взгляд. Юнги смутился, закусил губу и поспешил зайти в лифт. На какое-то время воцарилось молчание. Парни переглядывались и постоянно косились на шатена, боковым зрением он видел их странные взгляды, но упорно смотрел перед собой, молясь, чтобы двери открылись как можно скорее. Отчего-то эта парочка пугала. Наконец, темноволосый хихикнул, положил руку на плечо Юнги и с широкой улыбкой протянул ему ладонь. − Я Чон Хосок, кстати, из 7, а это мой бессменный сволочной друг Пак Чимин. − Придурок, − Чимин закатил глаза, но кивнул в знак приветствия. Юнги поспешил ответить на рукопожатие, кланяясь и слыша смешки из обоих уст. − Только въехал? − Д-да, − Мин запнулся, теряясь под этим тёмным и изучающим взглядом, но постарался взять себя в руки и прокашлялся, словно в горле что-то застряло. Что-то помимо его сердца. − Первый курс, дизайн. − О~, так ты совсем малюсенький, − Хосок сильно обрадовался этой новости и сжал чужое плечо, улыбаясь ещё шире и счастливее. − А мы уже старые. Оба на четвёртом. Я гуманитарный − изучаю западную историю, а этот у нас бизнесмен. Чон произнёс последнее слово в шуточной манере. Чимин вздохнул, толкнул друга плечом и покинул лифт, направляясь к выходу, и Чон последовал его примеру, прощаясь с Юнги и надеясь на новую встречу с ним. А душа Мина ушла в пятки. Он на негнущихся ногах вышел на улицу, прищурился от резко появившегося солнца и подумал, что эта парочка ещё принесёт ему проблем.

〜☀〜☪〜

Потом началось нечто странное. Эти двое стали встречаться шатену постоянно. В коридорах, на кухне, в магазине, а после начала учёбы ещё и в университете, словно сама судьба упорно сталкивала их по непонятным Юнги причинам. Хосок всегда встречал юношу с улыбкой, а Чимин был молчаливым, только смотрел внимательно, вырывая душу и пытаясь прочитать все его мысли. Мин чувствовал себя неуютно рядом с ними. Они казались такими разными, что и дружить-то не должны были, тем не менее по отдельности он их никогда не видел. В мыслях стал шутить, что те даже в душ ходят вдвоём, а потом краснел и тряс головой, отгоняя неприличные картинки. Однако вопреки опасениям Юнги, эта парочка оказалась совсем не страшной. С ними было весело, особенно когда Чон начинал рассказывать какие-нибудь интересные и забавные факты из истории, обязательно приправляя их своими домыслами. Иногда Юнги сам выходил из комнаты, если слышал громкий голос Хосока или ворчание Чимина, и как бы невзначай проходил мимо, зная, что его остановят и позовут поболтать. Он не заметил, как его жизнь заполнилась этой двоицей. Бывало, что ему не удавалось увидеть их, и тогда Мин ощущал себя странно, будто весь день прошёл зря, и брал телефон в руки, но никогда ничего не писал им. Хотя бы потому что не решался попросить их номера: смущался и боялся, что они поймут его неправильно. А затем снова встречал счастливую улыбку и внимательный взгляд и радовался встрече. В целом, с юношей ничего плохого не происходило. Юнги познакомился со своей группой, подружился там с одним парнем, Ким Тэхёном, который был открытым геем. Как дополнение вместе с Кимом шёл пугающе выглядящий Чон Чонгук, встречающийся с этим самым Тэхёном. Тот был на год старше, весь покрытый татуировками, с пирсингом на нижней губе и правой брови, смотрел всегда грозно и презрительно, на что Тэ лишь пожимал плечами и с улыбкой отвечал, что «Гуки просто не любит новых людей». Юнги хотел уточнить, ненавидит ли он только новых или всех, но воздержался и дружелюбно улыбнулся, не желая портить отношения с будущими друзьями. Возможно, Мин был не прав, но всё же старался не попадаться этому Гуки на глаза и во время обеда, когда Тэхён спешил на факультет социологии, где и учился его парень, вместо этого пропадая на заднем дворе. Людей здесь было много. Студентам нравилось есть под открытым небом, сидеть на ухоженной траве или удобных лавочках за большими столами, но Юнги больше всего любил садиться возле деревьев, пить чёрный кофе из автомата, который, к слову, тут был довольно неплохим, и наблюдать за играющими в футбол парнями. Особенно часто его взгляд задерживался на тех самых друзьях. Шатен понял это, когда Чимин неожиданно для всех остановился посреди игры и начал что-то громко кричать какому-то высокому парню с широкой спиной, которого вроде все звали Джином. Мин подумал, что Пак редко прерывается прямо во время матча, всегда стремится доигрывать до конца, и глазами стал искать Хосока, что в перерывы игрался с мячом, а сейчас вдруг задумчиво смотрел на небо. И тогда-то юноша осознал это − его взгляд всегда направлен только на этих двоих. Ищет их, наблюдает за поведением, пытается понять, в каком они настроении и состоянии, как себя чувствуют, а затем спокойно присматривает, как будто так и должно быть. Когда эта мысль наконец добралась до сознания Юнги, он в шоке уставился на Чона и неожиданно для себя увидел, как его голова повернулась в его сторону. Смотрел ли игрок прямо на него или просто увидел что-то в этой стороне, Юнги не знал, но всё равно покраснел, поспешил спрятать альбом и карандаш в сумку и побежал в сторону университета, скрываясь за поворотом. А Хосок усмехнулся, довольный и понимающий, подбежал к злящемуся другу и стал что-то шептать ему на ухо. Сокджин удивлённо покосился на парочку, недоумённо посмотрел на них несколько секунд и, махнув рукой, ушёл к другим игрокам. Чимин повернулся в ту сторону, где обычно сидел шатен, и не увидел под деревом никаких следов пребывания там парня. Чон хихикал, выглядел очень взволнованным, а Пак его восторгов не разделял и прищуривался, задумчиво кусая губу.

〜☀〜☪〜

Вероятно, переломный момент произошёл приблизительно спустя два месяца. Тогда студенческий совет организовал большую вечеринку в местном клубе на Итэвоне. Помещение каждый год специально резервируется университетом, чтобы студенты в непринуждённой обстановке общались друг с другом и налаживали дружеские отношения между факультетами. На вечеринку преимущественно приглашались первые и последние курсы, однако со временем туда стали попадать и другие, так как масштаб вечера поражал всех. Помещение было не таким большим, как представлялось Юнги. Танцевальная зона занимала немало места, но помимо неё внутри находились лишь барная стойка и несколько круглых столиков без стульев, предназначенных лишь для того, чтобы выпить заказанные напитки и отправиться веселиться. Естественно, в день вечеринки никакой алкоголь не продавался, но это не мешало по традиции проносить его с собой или приходить уже выпившим. Студсовет давно перестал следить за состоянием посетителей, не видя в этом особого смысла и не желая превращать отдых в досмотр. Тогда Юнги вместе с Тэ долго готовились, продумывали, что надеть, сколько времени проведут в клубе и куда отправятся после него. Они планировали выпить немного пива в комнате Мина, затем дождаться Чонгука на такси, который должен был вернуться с подработки барменом в каком-то другом клубе, и поехать всем вместе на Итэвон. Так и поступили, но как только Ким оказался внутри помещения, сразу же потащил обречённо вздыхающего Гука за собой в центр зала и принялся вертеться вокруг него, поражая всех присутствующих своей распущенностью и радуя этим же татуированного. Юнги остался один, но не обижался: догадывался, что так будет. Он взглядом искал знакомых, видел нескольких студентов из его группы, но не хотел заводить с ними разговор. Затем увидел их. Сначала глаза зацепились за рыжие локоны. Чимин был одет в кожаную куртку синего цвета, которая оказалась распахнута и не скрывала собой белую майку. Ключицы сильно выделялись, шею подчёркивала цепочка с каким-то кулоном, на ногах обтягивающие чёрные джинсы и чёрные ботинки со шнуровкой и плотной подошвой. Хосок же выглядел менее вызывающе, но не менее сексуальным: белая футболка, чёрный пиджак и джинсы с белыми кедами. Юнги не смог оторвать от них взгляда, рассматривал каждый сантиметр и жалел о том, что находится так далеко от них. Хосок вдруг вскинул голову и стал медленно вертеть ею, словно искал кого-то. Мин сначала улыбнулся, сделал несколько шагов в их направлении, намереваясь подойти и поздороваться. Он наделся, что они предложат ему остаться с ними, но неожиданная мысль пронеслась в голове и заставила его остановиться. На эту вечеринку студенты могли привести с собой друзей. Это не запрещалось, но и не рекомендовалось. На подобное просто закрывались глаза, если гости не доставляли неприятностей. И Юнги почувствовал себя расстроенным. Помимо друзей, конечно же, приводили и партнёров, и Мину показалось, будто парни могли прийти сюда со своими девушками. В наличии таковых юноша уверен не был, напротив, он никогда не слышал от парней хоть что-то об их отношениях, но обида и неприязнь появились. И от этого шатен злился уже на себя. Небольшое количество алкоголя затуманило разум, темноволосый сжал ладони и раздосадованно поджал губы, развернулся и пошёл подальше от компании, не желая видеть того, кого так упорно искал Чон. Далеко уйти ему не дали. Когда сквозь беснующуюся толпу удалось добраться до выхода, кто-то дотронулся до его руки и потянул её назад, заставляя Юнги уткнуться спиной в чью-то грудь. Голос Чимина, высокий, обволакивающий и с хрипотцой, раздался прямо в ухо, пробираясь под кожу и вызывая мурашки. − Не нравится вечер? − Н-нет, я… − продолжение придумать не смог. Замер, прикрывая глаза и молясь о том, чтобы старший не услышал, как сильно бьётся его сердце. Пак хмыкнул, взял шатена за руку и повёл куда-то. Они оказались в странной маленькой комнате с небольшим диваном на двух человек, одинокой, но безумно красивой люстрой на потолке и двумя картинами на стенах с не очень приличными сценами. На одной была изображена обнажённая девушка: виднелись лишь её красиво обрамлённая мягким жёлтым светом грудь и нижняя часть лица с высунутым языком; на второй − довольно накачанный торс мужчины, правая рука которого касалась хорошо виднеющихся волос внизу живота, а из-под края картины дразняще выглядывало то, что обычно скрывала одежда. Юнги покраснел только от одного взгляда на них, а затем увидел стоящего около стены Хосока. Чон приветливо улыбнулся, замахал рукой и сел на диван, а Чимин устроился рядом с ним, всё ещё держа Мина за руку и останавливая его напротив себя. Теперь шатен был выше них, смотрел сверху вниз, но почему-то не чувствовал себя главнее, скорее наоборот, будто так стал ещё более покладистым. Брюнет взял Юнги за другую руку и приблизил к своему лицу, целуя кисть мягко, но уверенно. По телу Мина прошлась волна, неожиданно приятная и завлекающая за собой. − Хорошо, что ты пришёл. Теперь вечер станет гораздо приятнее, − Чон тепло улыбнулся, без намёка на сарказм или ложь, и потянул парня на себя, заставляя его сесть к себе на колени. − Не хочешь немного развлечься?

❦ ════ •⊰❂⊱• ════ ❦

Поцелуй был таким быстрым и опьяняющим, что давно уже выветрившееся пиво невозможно было сравнить с этим. Чимин смотрел, как Хосок завлекает его язык, как касается волос на затылке, запускает руку в светлые джинсы и, не дожидаясь разрешения, трогает. Сидеть боком было неудобно, плотная ткань джинсов не помогала ладони Чона двигаться на члене шатена, а бездействие Пака приводило в растерянность. Тёмные глаза смотрели пожирающе, пронзительно и не отрывались ни на миг, однако сам рыжеволосый не двигался, только изредка облизывал губы и ухмылялся, слыша слабые стоны из уст Мина. Всё происходящее Юнги не мог объяснить себе, но как же приятно было осознавать, что парни искали его, а не каких-то девушек, и сейчас находятся рядом с ним, пусть и по непонятным для него причинам. − Может, снимем их всё-таки? − Хосок оторвался от младшего и с надеждой посмотрел на Пака. Тот покачал головой, снял куртку и бросил её на пол рядом с ногами, по-прежнему не дотрагиваясь до парней. Чон застонал, закусил губу и вытащил руку из чужих штанов, заставляя Юнги заскулить и прижаться к себе теснее. − Тише, котёнок, сейчас помогу. Он обхватил юношу за ягодицы, вырывая из него рваный вздох, приподнял их и попросил его пересесть на колени к рыжеволосому. Юнги послушно перелез, расставляя ноги по обеим сторонам от бёдер старшего, и положил ладони на его плечи, мутным взглядом заглядывая в изучающие глаза. Чон в это время подошёл к шатену сзади и приспустил с него штаны вместе с нижним бельём, после прижимаясь к его спине и уже обеими руками начиная касаться возбуждённого члена более уверенно. Мин застонал, громко и несдержанно, Чимин рыкнул, обхватил парня за шею и потянул на себя, целуя агрессивнее и настойчивее, чем это делал Хосок. Долго ждать не пришлось, и юноша кончил в чужие ладони уже спустя несколько минут, тяжело дыша и лбом утыкаясь в плечо взбудораженного Пака. Брюнет хихикнул, развернулся спиной к ним и выставил зад, вертя им. − Помоги достать салфетки, испачкаю всё. − Чего сразу не вытащил? − Чимин закатил глаза, но другу помог, получая в ответ благодарную широкую улыбку. − Да забыл, думал, как бы нам котёнка этого не потерять. − Да он теперь вряд ли куда-то уйдёт, − Пак хмыкнул, слыша сонливое сопение на ухо и чувствуя, как юноша полностью сел на него, больше не держась на ногах. Рыжеволосый одной рукой коснулся спины младшего, другую положил на его щёку и приподнял голову, заставляя Мина открыть веки. Юнги встретился с заботливо смотрящими на него глазами, которые впервые смотрели без подозрения, задержал дыхание и, кажется, совсем потерялся в этой черноте. − Не засыпай, мы отвезём тебя в общежитие. − Да уж, а то тут скука смертная, ещё и музыка слишком орёт, − Хосок ворчал так, будто ему уже далеко не 24, и Юнги от этого не смог сдержать смешок. Оба парня переглянулись, но ничего не сказали, помогая юноше привести себя в порядок и уходя вместе с ним к ожидающим возле клуба такси.

❦ ════ •⊰❂⊱• ════ ❦

Следующие несколько дней прошли очень тихо. Юнги больше не встречал эту парочку, не видел их во время перерыва на футбольном поле, не слышал смех Хосока во время готовки на кухне и не замечал на себе сосредоточенный взгляд Чимина. Стало одиноко, словно до этого они постоянно были рядом с ним. Впрочем, почти так и было, и от этого Мин злился с каждым днём всё сильнее. В сознание пробирались разные мысли. Одни говорили, что парни просто сильно заняты и позже обязательно найдут его и всё объяснят, в то время как другие издевательски шептали о подлости старших. Развлеклись с ним на вечеринке, поняли, что Мин им неинтересен, и забыли про него. Думать об этом было больно, будто сердце пытались разодрать, а всю душу вывернуть и сжечь. Но даже будь это так, они не стали бы прятаться. Хосок точно просто перевёл бы всё в шутку, сославшись на мимолётность, а Чимин смерил шатена безразличным взглядом и прошёл мимо, больше никогда не задерживая на нём свой взор. От этого тоже становилось невыносимо. Хотелось вломиться к ним в комнату и спросить, какого чёрта происходит. Почему они вообще были там вдвоём, зачем делали с ним такие вещи и для чего, а главное, что будет дальше. Однако сколько Юнги ни думал обо всём и ни пытался решиться, но дойти до заветной двери с цифрой 7 ему так и не удавалось. Самым страшным было увидеть презрение в глазах или услышать смех из уст. Юноша боялся, что парни поняли по его лицу, угадали по его движениям страшный секрет, от которого Юнги постоянно чувствует себя посмешищем. Он всё ещё был девственником. Возможно, поэтому старшие решили не связываться с шатеном больше. Хотелось взять тот прибор из фильма про людей в чёрном и стереть себе память о том вечере. − Юнги, эй! Мин дёргается, когда его трогают за плечо и толкают в сторону, и падает на завядшую траву, ударяясь локтем о землю. Тэ сразу же хватает друга за другую руку и с виноватым видом принимается кланяться. − Прости! Я не хотел так сильно толкать, просто ты никак не реагировал. − Экзамены ещё не скоро, о чём задумался? − Чонгук, сидящий напротив Тэхёна, хмурился и косился на ладони Кима, в которых всё ещё находилась рука Юнги. Мин покачал головой, улыбнулся светловолосому, принимая его извинения, и вздохнул удручённо и отчаянно. Тэ переглянулся со своим парнем и прокашлялся, стараясь осторожно поднять давно интересующую их тему. − Юнги, скажи, а ты с Чимином и Хосоком давно дружишь? − Н-нет! − Мин встрепенулся, выпрямился и с испугом взглянул на Тэхёна. Тот прищурился, но решил не давить. Юнги стушевался, понимая, как выглядит со стороны, и постарался сделать голос ровнее. − Мы в общежитии познакомились. Да и не дружим вовсе. − Мм, тогда ладно. Тэ пожал плечами и повернулся к Чонгуку, начиная ему увлечённо рассказывать о новой программе для монтажа, про которую узнал от преподавателя. Юнги недолго вслушивался и уже спустя пару минут нерешительно подал голос, прерывая чужой рассказ. − А, м, а почему ты спросил меня о них? Тэ сдержал победную улыбку, дёргая бровями и получая от Гука усмешку. Ким неторопливо повернулся к другу, сделал вид, будто о чём-то глубоко задумался, и безразлично взмахнул рукой. − Да так, просто вы раньше постоянно вместе тусили, ещё и с вечеринки пропали. Подумал, может, знаешь, куда они делись вдруг. − Нет, не знаю, − шатен вздохнул, опуская взгляд на траву и касаясь её пальцами. Воспоминания бегло касались всех дней, которые они проводили втроём, а затем снова унеслись в тот вечер, когда эти двое почему-то решили поцеловать его, да ещё и трогали там, где никто ещё не трогал. Ну, это делал только Хосок, но всё же. Тэхён повернул голову в сторону поля и как бы невзначай издал удивлённое «О». − Смотри, там же они как раз. − Что?! Мин вскинул голову, стал глазами усиленно бегать по играющим студентам, но среди них не нашёл рыжую макушку. До ушей донёсся смешок, и Юнги покраснел, понимая, что его нагло и подло обманули. − Тэхён! − Что? − Тэ невинно пожал плечами, получая от шатена недовольный взгляд. − Да ладно тебе, мы же видим, что с тобой что-то не так. − Если они что натворили, рассказывай. Мы их пару лет знаем, может, поможем чем, − Чонгук смотрел на парня спокойно, даже с небольшим волнением, отчего Юнги растерянно заморгал. Он поджал губы, переплёл свои пальцы между собой и заговорил тихо, надеясь, что никто другой ничего не услышит. − Не знаю, просто… Так странно без них. − Ты в кого-то влюбился, что ли? − Тэ прищурился, немного с опаской косясь на напрягшегося Гука, и увидел вместо ответа вспыхнувшее лицо друга. Ким поражённо раскрыл рот. − А вот это ты зря. − Что? − Мин удивлённо посмотрел на блондина и увидел досаду в его глазах. − Слушай, у тебя с ними что-то было? − Чонгук не стал скрывать раздражение в голосе, за что получил от Тэхёна негодующий взгляд. Юнги широко раскрыл глаза, замотал головой, но быстро остановился и закусил губу, слабо кивая. Гук с очевидным отвращением сморщился, а Тэ сглотнул, глядя на друга ошарашенно. − Что? С обоими? − Да там ничего такого и не было, − Мин кинул взгляд на ожидающих продолжения парней и, вздохнув, продолжил рассказывать, старательно подбирая слова. − На той вечеринке мы, ну, пришли в какую-то комнату. Там всё время были. Хосок меня к себе посадил… на колени… и поцеловал, а Чимин смотрел просто сначала, − речь была прерывистой, было видно, как тяжело юноше говорить о подобном, но его не перебивали, вслушиваясь и пытаясь понять, о чём он рассказывает. − А потом я к нему сел, и он меня поцеловал. Ну и Хосок ещё… Что ещё с ним делал Хосок, узнать не удалось, потому что Мин замолк, сильно краснея, и больше ничего не произнёс. Тэхён вновь кинул взгляд на Чонгука, сочувственно посмотрел на друга и вздохнул, взъерошивая копну своих волос. Как правильно начать разговор, он не знал. − Надо было тебе раньше про них рассказать. − Что? − Юнги не поднимал голову, глядя на свои руки. Гук хмыкнул, выдохнул и покачал головой. − Ты же уже заметил, что эти двое не появляются поодиночке? Ходят везде вдвоём? − Мин кивнул, и Чон продолжил говорить, при этом морщась от неприязни. − Ну они всегда такими были. Как поступили, так их с тех пор никто никогда по одному не встречал. Кроме пар, конечно. Только из-за них и расстаются. Да и хрен с ними, пусть хоть за ручки ходят, но… − Но они и спят с кем-то тоже только вдвоём, − Тэ закончил говорить за Чонгука, а Юнги раскрыл рот и забыл закрыть его обратно, переводя взгляд с одного парня на другого. − Что? Что за глупость? − Мин недоверчиво щурился, но понимал, что сделал это больше для вида. Такие мысли появлялись у него в голове, но почему-то не воспринимались всерьёз. − Ты же сам видел, − Ким махнул рукой, показывая на всего Юнги, а тот закусил губу. − Если кому-то понравился кто-то, то и второй тоже должен, м, в этом участвовать. − Должен? То есть даже если ему не хочется? − а вот это привело шатена в шок. Он раскрыл глаза и с ужасом осознал реальность данных слов. − Видимо, да. Я слышал, что часто кто-то один из них всё делает, а второй только смотрит, ну или так, касается редко, чтобы видимость создать, − Чон презрительно высунул язык, касаясь кольца на нижней губе, и Юнги впервые за эти два месяца увидел штангу. Задержать на этом своё внимание не смог. Снова стал вспоминать, как прошёл тот вечер, стараясь ухватиться за каждую мелочь и деталь, в подробностях воспроизвести действие каждого. Хосок трогал его, целовал, посадил к себе на колени и даже хотел раздеть, а Чимин помешал. Только поцеловал один раз, но так грубо и быстро, словно и не хотел делать этого вовсе. Правда обрушилась на Мина слишком неожиданно. Дальше Юнги стал вспоминать их общение: как Хосок постоянно улыбается, машет рукой, если не может подойти, что-то говорит и спрашивает, а Чимин… почти всегда молчит и только смотрит. И если в тот вечер Мин смог разглядеть в его взгляде симпатию, то до этого рыжеволосый глядел грозно, рассматривал его, как товар, и никогда не заговаривал первым. Теперь шатену стало всё ясно: Чон хочет с ним переспать, а Пак против этого. Может, ему он вовсе не нравится… От этой мысли стало очень больно. Захотелось плакать или хотя бы завыть. Видимо, поэтому они и пропали сразу после того вечера. Потому что Пак понял, что не хочет терпеть его и всё происходящее. Наверное, они спорили и просто решили, что лучше будет им переключиться на кого-то другого. Шатен дёрнулся, его лицо стало бледным, губы дрожали, и Тэхён немного пожалел о том, что вообще заговорил о них. Юнги извинился перед друзьями, медленно поднялся и направился в сторону университета, надеясь сесть за компьютер и погрузиться в другую реальность. Забыть о двух, как выразился сам Хосок, сволочных парнях. Забыть о том, что произошло с ним в ту ночь. Но остановился посреди заднего двора и взглядом упёрся в небо. Тэ обеспокоенно следил за действиями друга и хотел подойти к нему, как вдруг он сам обернулся и вновь направился к ним. Сел на прежнее место, закусил губу и вздохнул, качая головой. − Мы же даже не друзья с ними. Просто виделись часто. И всё. Почему я вообще думаю о них? Отвечать никто не стал. Тэхён лишь понимающе улыбнулся, подал юноше банку с газировкой и принялся рассказывать что-то о будущих занятиях, а Юнги снова закрыл глаза, сжимая холодное железо и стараясь не думать о том, как ему сейчас плохо.