Я попал в тело мальчика, чтобы спасти его от бед и разрушить нечайно мечты

      Я сидел на кровати с незажженной сигаретой в зубах и готовился раскладывать пасьянс. Делать было нечего, а когда я раскладываю пасьянс, то думаю больше, чем нужно. Это типо моя пища для размышления. Иногда бывает такое, что я придумываю такое, что на голову не натянешь.       И вот я сижу в позе лотоса на кровати и мешаю карты. Хм… Интересно, а в этот раз у меня получится быстрее собрать его? Хотя… Для философа не существует быстроты. Чтобы думать углублённо, нужно мыслить разумно и медленно.       Руки профессионально перемешивают карты, не как картёжники, решившие поиграть в дурака, а как фокусники. Карты в любой позе ложились в колоду и скрывались от меня. Существует такая теория, что когда мы размешиваем колоду мы создаём порядок карт, который ещё не существовал, но я думаю, что такого быть не может, ведь карт 36, а людей 7 миллиардов, теперь прикинуть, что кто-то причем не в малом количестве мешал карты, так что вероятность, что эта теория всего лишь пустышка. Да и игра существует порядком много лет.       Неожиданно для меня я оказываюсь в чьей-то лаборатории и смотрю не менее удивлённо на Кефера и Осириса. Этого старичка я точно узнаю.       Как же они были удивлены, когда увидели меня в таком виде: в позе лотоса с картами и с сигаретой.       — Лео, я же просил, — сказал Кефер, строго смотря на меня.       — Я не обещал, простите, — отвертелся я, после чего вытащил сигарету, нр в карман не положил, ведь Кефер протянул руку вперед и потребовал, чтобы я отдал её, что я и сделал, но рука сжалась в намерении, чтобы я отдал ему всю пачку сигарет, но я же плохой мальчик, если доходит дело до моих сигарет. — Нет пачки, я дома её оставил.       — Лео, не ври мне.       — Нет сигарет, что я сделаю?       — Лео, отдай мне эту пачку, — ооо, нет, Кефер, я не собираюсь так сдаваться. Если сдамся, посчитаешь лжецом, а мне этого не надо.       — Кефер, у меня правда нет сигарет.       — Если ты считаешь, что если ты не будешь настаивать мне, то я посчитаю тебя лжецом, а если наоборот, то буду верить, то ты глубоко ошибаешься. Сейчас ты лжец в моих глазах, и злиться я не буду, если ты добровольно прямо сейчас дашь мне сигареты. Отдай мне их, пожалуйста, — его розовый голос заставил меня повиноваться. Я машинально отдал ему оставшееся в пачках, а карты я для сохранности засунул в карман. Нефиг ему забирать моё последнее счастье. А вот забранное я украду у вора. Так и знай. — За это я тебя заставлю сходить в клан Бедхетский, чтобы отдать лекарства Хондо, которому ты вчера вывихнул руку.       — Походу, я там ему её сломал вообще. Я правда не смог сдержать силы, — оправдывался я перед ним.       — Я понимаю тебя, Лео, ты сейчас в том моменте событий, когда твой друг может оказаться Анубисом, — сказал Кефер, положив руку мне на плечо и впихиваю пакетик с лекарствами. Я покосился на него, осмотрел внешне и понял, что вывихнул я ему так не хило. — Не переживай за вчерашнее. Хондо по своей манере слегка болезненный ребёнок. Надеюсь, вы подружитесь. Он твой ровесник.       Я встал и направился к выходу из кабинета, как вдруг остановился и обернулся к ученому и фараону.       — А где этот клан?       — Сам и раздобудешь информацию, где искать их район. Это тебе наказание за сигареты и повод осмотреть город.       Вот моё выражение лица, многострадального и удивленного, стояло на физиономии около полпути, но во всём городе я не мог из-за своего врождённого стыда просить помощь у незнакомцев и поэтому я бродил по улицам, чтобы создавать вид туриста. Конечно, на меня иногда косились, ведь мужчины без немеса — это либо долбоеб, либо… Как там Кефер меня предупреждал? А! Разнопосыльный без статуса из-за несовершеннолетия! Так вот. Вид мой на разнопосыльного не тащит, значит я долбоеб, а значит мне пора бы… Да блять, мне нужно спросить хотя бы одного человека провести в район Бедхетских к Хондо.       Надо…       На моей примете оказалась строгая по виду женщина с 14-летней юной красавицей. А она вырастет очень прекрасной девушкой, ведь её образ мне напоминает Клеопатру из заезженных косплеев. Ладно эта женщина, мать или училка, может гувернантка, с каштановыми пышными косами, в белом платье, но эта юная Клеопатра с тёмно-синими волосами и голубыми глазами, подчёркнутым тушью и стрелками в манере египтян, белое платье, прибавлявшее её строгости, серьёзности и самоуверенности невинность, сидело на ней прекрасно, особенно как дополнял белый пояс с эмблемой царства. Девочка посмотрел на меня со всей серьёзностью, потом что-то шепнула женщине и куда-то пошла. Я вздохнул и постоял немного, а потом пошёл. Всё же трогать эту Клеопатру и её псину (женщина серьёзно выглядела, как гончая, что готова прогрызть за неё глотку) не стоило, не прошёл я и пары метров, как оказался на небольшой площади с фонтаном. Там как раз была эта Клеопатра, но она была напугана какими-то мальчишками. Девочка прикрывала свои уши, сжалась и чуть ли не плакала. Ну нееет… Я знаю, что значит размазанная тушь и тени, да и не по-мужски всё это.       Я подошёл к мальчишкам, схватил их за уши, держа пакет на сгибе локтя, и прошипел довольно убедительно и жутко:       — У вас пять секунду, чтобы сбежать. Время пошло, — мальчишки тут же ретировались, а я присел перед юной Клеопатрой. — Ну и зачем ты ушла от той женщины?       — Просто захотела загадать желание! — девочка была явно твёрдой передо мной. Неужели какие-то мальчишки чуть не заставили её плакать, а какой-то мужик — нет? Она, не прекращая прятать уши, смотрела на меня, как госпожа на раба. Какие же властные тут женщины. — И вообще, отец и госпожа Анарис запрещают мне общаться с незнакомцами.       И тут я заметил пёрышко, пробивавшееся сквозь её волосы и хотел убрать, но она айкнула, когда я потянул за него. Это напрягло меня и тогда я убрал её руку, а она уже вторую. Вместо ушей у неё были ушки, как у филина. Вот почему её задирали.       — Что? Хочешь посмеяться? Давай, только быстрее, госпожа Анарис ждёт, — сказала она, но я шокировал её.       — А крылья есть? — я не отрывался от неё       — Есть, но маленькие, — буркнула она, явно смутившись.       — А знаешь, где район клана Бедхетский?       — Зачем тебе район моего клана? — спросила она, на что я обрадовался. Вероятно, она знает, где Хондо.       — А где Хондо, такой белобрысый ещё с лентой на лбу, живёт знаешь?       — Этой мой кузен. И, конечно, я знаю. Он живет со мной.       — Мне тут Осирис попросил передать лекарства, я ещё хотел извиниться с ним, не проводишь? — я убедительно улыбнулся.       — Юная леди, Вы с кем разговариваете? — спросила так называемая госпожа Анарис. Она явно не её мать.       — Госпожа Анарис, этот человек хочет отнести Хондо лекарства и извиниться перед ним, — заступилась за меня Клеопатра. Я посмотрел на эту Анарис и помахал ей дружелюбно рукой, натянув улыбон.       — Этот тот самый насильник, что навредил господину Хондо? — так этот редкостный пугальщик ещё и господин?! — Да, господин, — ой, я сказал это в слух. От такой фразы у неё сжались до кошачьих зрачки. Она походу тоже из клана Бедхетский. Кого-то они мне напоминают. Особенно Клео своими глазами. — Он — племянник главы клана, воспитаемый как будущий наследник клана. Но не в этом дело. Пошлите.       Эта Анарис повела нас, возглавляя наш прозванный и как 12 минут провозглашенный дуэт Лео (Саши) и Бенну. Она всё же не Клеопатра… Жаль. Но это имя ей так идёт.       Мы прошли недолго, после чего завернули в узкий переулок, где было много людей с признаками птиц. Вот, к примеру, на кресле-качалке дремал дедушка-филин, а где-то на балконе кружили двое детишек, мальчик и девочка, с признаками попугая, пока их мать-ара не загнала. Мы прошло этот переулок и вышли к довольно богатому особняку. Нет, не прям как в аниме обычно или какие были поместья у аристократов, а коттедж даже, чем особняк, но сад и дом выглядели, как и соответствует главе клана.       Меня втолкнули во двор и повели куда-то, Анарис пояснила, что их повелитель сейчас с Хондо хлебают чай, манай за нами туда. Нет, она сказала что-то по типу: «Господа сейчас в беседке пьют чай, нам туда», — это я деревенщина-гопник, который читал своим оппонента Маяковского. Тут так не говорят.       Мы завернули за коттедж, углубились в сад и нашли их. Хондо сидел в беседе с перевязанной рукой и что-то там смущался, а его дядя смеялся в кулак. У этого дяди немеса сейчас не было, из-за чего я могу предположить с точностью, что Бенну — копия своего отца: синие волосы, голубые глаза, черты лица. Как будто его уменьшили в возрасте и сделали девочкой с женскими очертаниями лица. Вот только у папаши были огромные крылья. Знакомые… Зато был её папашка одет в голубой халат, вероятно, батистовый.       Девочка подошла кротко к папе, который прижал её к себе и что-то шепнул, а гувернантка ушла прочь. Мне тип брать смелость и переть к ним? Ладно…       Я поднялся по ступенькам и постучал по древесине, опоре беседки. Наконец-то меня заметили.       — Здравствуйте, я пришёл с лекарствами от Осириса и извинениями, — я почесал затылок и попытался что-нибудь предпринять. — Простите, господин. Эээ…       — Лео, не стоит извинений. Хондо сам виноват, что влез неожиданно, — ответил глава, отпив чай.       — Но мне не стоило применять такую силу, — возмутился я.       — Тогда извинений не нужно, если оба виноваты, но не злы друг на друга. Хондо?       — Нет, дядя, ни в коем случае.       — Лео?       — Нет… Стоп, откуда Вы знаете моё имя?       — Может быть, я тебя спас, когда ты падал с Тёмной пирамиды? — ухмыльнулся он, но дружески и по-доброму.       — Гор? — а вот тут тотальное преображение у сокола произошло. Ты у кого преображался, модник? На тебя Стелла напала или Лариса Гузеева посчитала, что ты недостаточно красивый для жениха, раз я не вижу поблизости твоей жены.       — Да. Ты видимо не знал, что у нас есть преображения. И у Аписа, и у Анубиса… Ты его вероятно видел. Он в этом облике шатается по Земле. Ты это… Присаживайся, выпей с нами.       — Ну… У нас на Земле нельзя отказываться. Если так, то надо. Познакомлюсь с вами поближе, — я присел рядом с Хондо, потому что был ближе к нему. Бенну разлила самостоятельно чай по всем правилам этикета. Я даже дошик не мог заварить без проблем.       С семьёй пернатых я близко познакомился. Оказалось, что Исида была главой клана, после отца Гора, передала сравнительно недавно, лет 100 назад (а по их меркам, это мало), местечко Гору. Хондо теперь скоро станет следующим главой, а вот маленькая Бенну станет советницей. И вот такие, как Гор (они же Сет, Собек, Бастет, Кира, Апис, Тот, Анубис, Сехмет), принимают облик из-за тотемного животного клана, а вот облик, что предстал мне сегодня, — истинный и для маскировки.       Я с ними пробыл долго. С Хондо подружился. Он оказался прекрасным парнем, на которого можно положиться, только надо быть аккуратнее с его волосами. Когда я с Бенну его раззадорили, он попытался сбежать, но… Зацепился за ручку шкафа, а пока пытался оторваться замотал волосы. Мы отрезали, думали, что Гор не заметит. Он заметил. Оказалось, что этот советник не доверяет после какого-то случая прислуге и сам следит за домом, или поручает гувернантке Бенну, почему мы и наблюдали, как этот человек отрезает патлы Хондо до лопаток. Хондо плакал.       К вечеру в сумерках, пока мой новый друг был занят кузиной, я вышел на улицу и увидел курящего папашу-одиночку.       — Так тебя Кефер запалил за сигаретами? — спросил он, а я кивнул. — Ты прости его, просто он сам страдает от этого, так что волнуется за тебя. Пойми его и больше не кури после этого, — и он протянул мою пачку сигарет. — Ты только не говори ему о том, что я сказал, хорошо?       — Да, — я поджёг сигарету и замялся. Один вопрос меня мучал, но он был плохим.       — Тебя что-то мучает? — какой ты проницательный, соколидзе. Ахахах… Гор, спой мне хотя бы строчку из песен Меладзе. Вот я говорю об этом певце, а сам то еле помню хотя бы одну строчку.       — Да, но это будет плохой вопрос по отношению к Вам.       — Я знаю, — всё будет!!! Забудьте, люди, я так больше не могу! Подари мне первый танец, забери меня с собой! А дальше проходим по ссылочке https://videodolboyebaSani.com и смотрим, как он заваривает под Лепса Доширак на последнюю студенческую стипендию, — ты за Хондо и Бенну?       — Да.       — Родители Хондо погибли в прошлом году в пожаре. Как оказалось, мой брат задолжал в азартных играх, за что его сожгли. Жена его умерла, успев спасти Хондо. Я не успел. А у меня вот жены никогда не было. Мать Бенну — суррогатная. Мне нужна была наследница и просто ребёнок но не как ни отношения. Слишком много я разочаровывал себя в них, — он затушил сигарету, после чего закурил новую. Но мне кажется, что он что-то скрывает. Вот только что? — Теперь непосильная ноша на мне.       — Бенну так смущалась, когда я, увидев её ушко, спросил за крылья. Никто из чужих ей такое не говорил?       — Поправка: никто не говорил.       — Тебе стоит. Она неуверенно себя из-за этого чувствует. Будь отцом.       — Хорошо.       После того, как я затушил сигарету, я отправился домой, попрощавшись с Гором. Теперь точно спать.