Я попал в тело мальчика, чтобы спасти его от бед и разрушить нечайно мечты

      Я очнулся слишком быстро и уже на следующий день предпринял свалить из города на пару дней. Воды и еды на два дня в малых количествах я погрузил в этот парящий мотоцикл, взял на всякий случай дополнительное топливо, а на вопросы Кефера о том, зачем я уезжаю, я кратко ответил: «Успокоиться».       И мне реально нужно было успокоиться. После того, как я узнал о том, кто такой этот Реймсс и что, вероятно, с меня Кефер и ловит вьетнамские флэшбеки, меня охватил неистовый гнев, ревность или, может быть, даже просто обида. Вот эта просто обида зародилась где-то в душе и выплеснулась в пустыне под обломками камней и виражами. Это мне не приносило каких-то там восторженных «юху» или радостных «вау». Это просто открывало мои новые способности и успокаивало.       Вся эта реабилитация заставляла меня вздохнуть с чистой совестью, пока браслет тревожно не замигал и я не поехал на всех парах к пирамиде.       Ехал я туда около двух дней, потому что был далеко и аппарат перенагревался, что могло привести к поломке.       Когда я приземлился за воротами, то был несказанно напуган тем, что тут бродила песчаная буря, закрывая обзор. А вот и наши песчаные великаны прибыли… Я активировал доспехи и приготовился к встрече с мумиями, а сам пока за колоннами продвигался вперед, прямо к пирамиде, которую ещё до конца не осадили.       Я быстро добрался до пункта назначения и взлетел, забираясь на балкон. Дверь были будто бы подорваны, огромная, зверски выбитая дыра казалась мне довольно жуткой. Чего стоили острые края обломков дверей.       — Алекс! Наконец-то! Вот и ты! — Кефер подошел ко мне и обнял, но я поспешно оторвался от него.       — Что Эксатон в этот раз удумал? — вот это ещё интереснее, чем сопли.       — Он устроил песчаную бурю, пустив все силы в город. Ты был нужен не для того, чтобы спасти, а для другой цели в случае плохого исхода.       — Не выдумывай, Кефер… — сказал я, после чего сзади послышался глухой удар. Мы обернулись и увидели Гора. Он был изрядно помят и побит. Его бы скорее нужно к Осирису.       — Их слишком много, в этот раз они нам не по зубам, — сказал он, пока его уносили два солдата.       — В этот раз Эксатон зашел слишком далеко, — сказал Кефер, злясь. — Пошли. Мумии скоро будут тут, нужно немного остановить, хотя бы ослабить.       Мы отправились вниз, в город. Он был частично разрушен, весь в песке. Ничего не видно. Я готов был поклясться, что если бы забыл этот город, то не угадал бы, в каком я царстве. Это была совсем другая картина, которую я хотел поскорее стереть с памяти и вспомнить только старую.

…Это не тот город…

      Послышался нудный голос, явно принадлежащий Тоту, который направил своё пламя на меня, но его атака была отражена Рамзесом, что не только оттолкнул меня от удара, но и врезал птице. Кефер вступил в бой с Карнаком, а остальные, в том числе и я, стали биться с просто рядовыми мумиями.       Это было адское побоище. Песок попадал в глаза, они слезились, ветер и без того горячий обжигал кожу, а солнце спряталось за тучами. Я еле держался и смог выдохнуть только тогда, когда нападавшие были разгромлены. Но наш отдых и выдох длился недолго: земля стала ходить ходуном от падающих зданий и чьих-то гигантских ног.       Видеть великанов по телевизору — одно, а в реальности — совсем другое. Поджилки трясутся от страха, когда видишь огромных песчаных чудовищ с длинными волосами и злобными алыми глазами. Хочется бежать или проснуться, если бы это был сон, но бежать нельзя, а все происходит в реальности.       — Нужно созвать полный совет, — сказал Кефер.

***

      — Великаны здесь будут с минуты на минуту, нужно скорее собрать на это все силы и остановить Эксатона, — сказал Кефер. Обстановка была настолько закалена, что никто из имевших латы не снимал их. Ну… Их было двое.       — Не остановить, а положить конец этой абсурдной войне, — сказал Гор, вернувшийся прямо с кушетки. Он тоже уже был в доспехах. Все же военное положение, требующее эвакуации и полной настороженности.       — Нельзя с этим спешить, — ответила на это сучка Маат. Ой, повторил два раза её имя. — Может нам помогут изобретения Осириса? — да, как раз старик выручит нас из любой беды! Как обычно! Ведь именно на его изобретениях мы ещё не потеряли этот кусок земли!       — Нет, — отрезал Сет. — Здесь могут помочь только камни Судьбы, — зеркала Судьбы, камни Судьбы, что ещё? Помада? Фен? Колье? Но это слово поразило весь зал, и правильно сделало. Камни Судьбы — ни черта не шутка.       — Никто прежде не использовал эти камни, из сила может всё разрушить, мы не можем рисковать, — выдвинула слова Исида.       — А что тогда, госпожа, делать? Это уже единственный выход. С минуты на минуту нас могут раздавить два великана, не почуяв, и в эту же секунду Эксатон расхохочется в своем мерзотном смехе и будет праздновать в этой же пирамиде с мумиями свою победу. А вам будет не блевотно ходить по той же дорожке, что и он? Сейчас или никогда, — сказал я.       — Решено. Гор, собери всех наших воинов. Бес, отдай Алексу камни. Он единственный в данный момент, кто может ими управлять и спасти в случае поражения.       Я готов был поклясться, что в эту минуту Кефер стал пессимистом, раз верил в ужасный финал. Не беспокойся, мы с Бесом усадим Тота на место и прибежим на помощь.       Я последовал за Бесом поспешно в царскую сокровищницу. Мы не сбавляли шага и как можно быстрее шли вперед, шатаясь от тряски, которую создавали эти великаны. Прислушиваясь, я почуял присутствие Тота. Уж лучше бы это был Анубис. Кстати… Куда он это делся? После моего удара сковородой так и не отошел или как?       — Бес, — шепнул я. Он обернулся и подставил ухо. — Сзади нас Тот, нужно спешить, чтобы поразить его. Нам нужно затащить его в саркофаг и замотать цепью. Я знаю, как это сделать, — рассказал свой план я. Бес кивнул, и мы продолжили путь.       Дверь в царскую сокровищницу открылась, и я подбежал за мужчиной к алтарю, где был сундучок. В бархатной подставке стояло три камня: белый, голубой и синий.       — Это камень Ветра, дует мама не горюй, — он дал мне голубой, — это камень Земли, трясет континенты, а это, — он дал мне белый, — камень Света, держит в себе силу звезды.       — И я походу знаю, как мне победить.       — Я тоже, — прогундосил Тот.       — Пошел нахуй, пернатый, — сказал я, уже приготовился драться с ним, как вдруг кто-то огрел его оружием обычного воина, алебардой. Тот упал, а сзади стоял… — Бенну?! Что ты тут делаешь?!       — Я не брошу свой город в беде, — сказала мне непринужденно и грозно Бенну. Но мне было сейчас не до выяснений отношений. — Заприте его где-нибудь, пока он не очнулся.       Вместе с пернатой мы закинули в саркофаг советника Темного фараона и закрыли, а Бес замотал этот саркофаг цепью.       — Мне жаль того, кто воспользуется этим саркофагом после смерти, — пошутил я.       — Не беспокойся, выдраят, — ответила она, и мы направились наверх. По дороге наверх Бенну сказала: — Используй камень Света. Должно помочь.       — Откуда у тебя такие сведения? — удивился Бес.       — Может быть, я обладают интеллектом? — спросила со скептическим выражением лица пернатая.       — Вы ещё тут подеритесь, — сказал я и увеличил темп.       Уже там я сглотнул, надеясь на то, что и в этот раз сработает, но я не мог начать действо, ведь там был в тот момент Гор, который пытался выбраться из рук одного из них.       — Бенну, выбей его оттуда, вытащи, чтобы я мог уничтожить великанов, — Бенну кивнула и взлетела. Она на полной скорости и мощи налетела на Гора и вырвала его из рук нахуй. Это было мощно, но куда они потом упали я не знаю, что говорили и как себя вели — тоже. — Гиксос! Апис! Направьте свои огненные стихии на них, остеклите их, — сказал я, на что оба начали плавить песчаных амбалов. — А ТЕПЕРЬ ЗАКРОЙТЕ ГЛАЗА!.. КАМЕНЬ СВЕТА ДАЙ МНЕ СИЛУ ЗВЕЗДЫ! — лунная призма дай мне силы. Вот точно та же картина, но я жалкая пародия.       Послышался крик Эксатона, резко прервавшийся и звук разбитого стекла. Когда я открыл глаза, то увидел теперь четкие очертания разрушенных зданий, голубое небо и… Вырубленного Эксатона, которого уносили мумии?!       Недалеко от них стоял Зука, который обернулся к нам и помахал рукой.       — ЭТО ТЫ ЕГО ТАК?! — громко спросил я.       — ПРИШЛОСЬ! — ответил он и стал подходить к нам. Уже на месте он объяснился. — Отец заключил меня в темницу, узнав о моих намерениях, но я смог сбежать и оказаться здесь.       — Если это так, то добро пожаловать в Золотое царство, Зука, — сказал Кефер и обнял его, и получил ответ. Обидно.       Я нахмурился, но потом пошел от них.

***

      В этот же вечер я обратно собирался для того, чтобы исчезнуть, как был прерван за этим делом Кефером.       — Куда и зачем ты едешь? — спросил он.       — Развеяться, — ответил я.       — Твоё развеяться крайне подозрительно знаешь ли.       — Я никогда не встану на сторону Эксатона, так и знай.       — Тогда в чем проблема? Что случилось, что бежишь отсюда?       — Что ты так волнуешься?       — Как я могу не волноваться, ты мой сын!       — Да пойми ты уже, я не Реймсс, а Алекс. Ты видишь его во мне! — воскликнул я, переходя на эмоции. Пускай знает, на что я обижен.       — И как ты посмел подумать, что я люблю тебя только потому, что ты похож на моего мертвого сына? Я люблю тебя не как Реймсса, а как Алекса. Реймсс бы никогда не поступил так, зная его характер, в таком случае, как ты считаешь, я бы тебя не вытерпел.       — Да? А может все наоборот? — в это же мгновение меня обнял Кефер и прижал к себе, после чего ударил слегка кулаком по макушке.       — Как маленький ребенок, ей-богу. Ты — мой сын, ты не заменишь мне Реймсса, как и он тебя. Я вас люблю, как разных детей и к каждом питаю отцовские чувства. Понимаешь? И если ты так сильно ревнуешь, то ты самый глупый на свете ребенок в 18 лет.       — В 25. Потенциально мне 25 годиков.       — Тем более, а теперь быстро бросил эту затею и мигом во дворец, пока я тебя на этом месте не накормил подзатыльниками, — и он вмазал мне подзатыльник, отчего я ракетой полетел прямо во дворец. Нужно навестить, кстати, Зуку…