Закон Крокера на двоих

— И куда ты… вы собираетесь?! — Гермиона осеклась на полуслове. Она не знала, как лучше обращаться к нему. С одной стороны — Малфой, которого она привыкла ненавидеть и не уважать ни на грамм. С другой — мужчина, который был старше нее как минимум вдвое. Гриффиндорка пыталась казаться грозной, но видимо на Малфоя это не произвело никакого впечатления. Ни направленная ему в лицо волшебная палочка, ни ее грозный голос. — Отдай мою палочку. И маховик времени, — он протянул открытую ладонь и грозно уставился на Грейджер. Малфой оставался Малфоем, даже если он из другого времени. Все тот же ледяной взгляд, прямые плечи и морщинка, залегающая между бровями, которая у взрослой версии Драко была более выражена. — Нет. Малфой выдохнул и, как показалось гриффиндорке, по-злобному усмехнулся. — Гермиона, усвой одно. Я тебе не враг, — начал Малфой, произнося каждое слово так, будто обращался к душенобольной. — Я не собираюсь никому причинять вред. Тем более тебе. Поверь, я попал сюда совершенно случайно… — он сделал несколько медленных шагов к ней, — и я надеюсь, ты посодействуешь мне в том, чтобы вернуться в свое время. Гермиона не знала почему, он этот Малфой вызывал доверие к себе. Словно поддаваясь какому-то магическому давлению извне, она медленно выудила древко и маховик, принадлежащих мужчине, с внутреннего кармана мантии и протянула их ему. — И чем же я могу помочь вам? — Не мешать. И можно на ты. — Что ж, хорошо. Значит вернемся к первому вопросу. Куда ты собрался? — Гермиона вновь преградила ему путь. — К Дамболдору, — коротко ответил волшебник. — Если тебя увидит в замке еще кто-то — это станет проблемой куда серьезнее, чем все, что есть сейчас, — Гермиона схватила Малфоя за рукав мантии. Малфой обхватил миниатюрную девичью ладошку, крепко сжимающую его рукав, и высвободил себя из оков. Перед тем как отпустить руку Грейнджер, Драко едва ощутимо погладил подушечкой большого пальца по тыльной стороне ее ладони. Хотя возможно, ей и показалось. Малфоя на доли секунды передернуло. Ее кожа отличалась от той, которую он помнил. Она была очень нежная и мягкая, ещё не тронутая сражениями и войной, что ожидали ее. В будущем руки Грейнджер были покрыты мелкими, почти незаметными, шрамами и едва ощутимыми мозолями на пальцах, что искусно орудовали палочкой. Мужчина положил свою палочку в карман, а маховик надел на шею, пряча под слоем одежды. Он быстрым движением обогнул волшебницу и направился прямиком на выход. Гермиона, не успев опомниться, потеряла его из поля зрения и тут же рванула за ним вслед. Когда же она оказалась на улице, ей в лицо хлынул поток холодного ветра, трепая пряди каштановых волос. Грейджер убрала налипшие на лицо волосы и попыталсь разглядеть Малфоя. Что оказалось сделать непросто из-за опустившихся сумерек. Метрах в двадцати понемногу отдалялся мужской силуэт. Коридоры Хогвартса поздним вечером казались совсем другими. Камень дышал холодом, тени вытягивались вдоль стен, как чернильные пятна, а свет от редких факелов только подчеркивал темноту, вместо того, чтоб ее разгонять. В Гермионе начинало нарастать беспокойство, учитывая, что она шла по коридорам школы в такое время в придачу с Малфоем. С тем, кто в априори не должен здесь быть. — Ты не думаешь, что идти к Даблдору именно сейчас идиотская идея? — Прошипела Грейджер, поспешая за Малфоем, чтобы не отстать. — Ночью, без плана… — У меня уже есть план, — перебил он тихо, даже не оборачиваясь. — Ты в него не входишь. Так что иди в спальню. Уже отбой. — Прекрасно, — она почти догнала его. — Считай, что это поправка к твоему плану. Вполне разумная, учитывая, что директор вряд ли поверит тебе. А мои показания насчет твоего появления помогут директору поверить. Мужчина бросил на нее быстрый взгляд. В свете колеблющихся факелов его внешность не казалась такой уж и чужой. Все те же платиновые волосы хоть и были уложены немного по-другому. И все та же прямая спина и ровная походка. Но взгляд был другой. Вроде и малфоевский, но было в нем что-то, что Гермиона не могла различить. Что-то такое, чего не было у Малфоя из настоящего. — Грейнджер, — почти прошептал он, — ты можешь хотя бы понять, что сейчас лезешь не в свое дело и потенциально подвергаешь себя опасности? — Я прекрасно это понимаю, но не могу позволить разгуливать тебе по школе. Кто-то же должен убедиться, что у тебя нет никаких плохих намерений. И еще, чтобы ты делов не натворил. — Я и хочу как раз сейчас их исправить, — сухо ответил он. Они свернули в боковой коридор, более узкий и темный. Гермиона взмахнула палочкой и прошептала: — Люмус. Свет легким прозрачным шариком вспыхнул на кончике древка, вытягивая из тени пыльные стены и выцветшие гобелены. — Потуши. Ты бы еще кричалку развернула, чтобы она всех оповестила о нашем присутствии. Гермиона нахмурилась и сделала так, как он сказал. Хотя из вредности, хотелось сделать все наперекор ему. В последний раз ее так отчитывали только на уроках по зельеварению. Она хотела ответить остро, но в этот момент где-то впереди послышался тихий, знакомый скрип. Кто-то шаркал ногами по камню. Гермиона затаила дыхание. Шаги с каждой секундой словно приближались к ним. — Филч, — почти безвучно прошептала гриффиндорка. Малфой резко схватил ее за запястье и рванул в сторону, туда, где темнела узкая ниша в стене за колонной. Они едва успели втиснуться туда вдвоем. Камень в спину, холод и слишком близко — его тело. — Тихо. Даже не дыши, — прошипел Малфой прямо над ее ухом. Легко сказать, нежели сделать, когда он прижимается всем телом к ней, а пальцы все еще крепко обхватывают ее запястье. — Если Филч заглянет сюда, мне придется его вырубить. А это, поверь, испортит тебе успеваемость, — он усмехнулся. Свет тусклого фонаря скользнул по полу прямо перед их импровизированным «укрытием». Гермиона затаила дыхание. А сердцебиение наоборот набирало обороты. И не понятно, что больше напрягало Гермиону. Филч или все-таки Малфой. В этот момент мужчина ощутимо сильнее сжал ее запястье, большой палец рефлекторно провел по тыльной стороне ее руки. Вновь. Та же самая, странно нарущающая спокойствие мягкость кожи. Где-то вдалеке Филч проворчал что-то про «разболтавшиеся портреты» и зашагал дальше. Вскоре свет и вовсе исчез за поворотом. Еще несколько секунд Малфой стоял, не двигаясь, будто прислушиваясь к тишине, затем его пальцы медленно разжались. Он вышел первым и, не дожидаясь девушку, зашагал по коридору. Гермиона поправила мантию и проигнорировала то, как неприятно дрогнул воздух, когда он отстранился. Опомнившись, Грейнджер догнала мужчину, и оставшийся путь они провели в тишине. Впереди наконец замаячила знакомая статуя крылатой гаргульи. Когда они приблизились, Малфой произнес пароль. Гермиона изумленно уставилась на него. — Откуда ты знаешь? — спросила она, но мужчина лишь улыбнулся уголком губ так и не дав ответа. Статуя дрогнула и начала подниматься, открывая проход к движущейся лестнице. Они шагнули на ступеньку одновременно, встав плечом к плечу. Между ними по-прежнему оставалось всего несколько сантиметров пространства. Дверь в кабинет Дамблдора отворилась мягко, тягуче и почти безшумно, будто даже сам замок подстраивался под время суток и понимал, что громкие звуки сейчас ни к чему. Как только проход отворился, на стенах загуляли множество теней, которые возникли из-за небольшого сквозняка, что застявлял трепетать пламя множества свечей. Многие портреты директоров притворялись спящими, но Гермиона все равно ощущала на себе множетво внимательных взглядов. Дамблдор сидел за столом, будто и вовсе не ложился. На коленях у него дремал Фоукс, золотой феникс, но стоило паре людей зайти внутрь, птица приоткрыла один глаз. — Проходите, — спокойно сказал директор, даже не поднимаясь. Малфой шагнул внутрь первым. Гермиона чуть замешкалась у порога, инстинктивно выпрямляя спину. Она на секунду поймала себя на мысли, что даже сейчас, в разгар полного безумия, всё равно хочет казаться… правильной. Примерной. Контролирующей ситуацию. — Профессор Дамблдор… — начала она. — А-а, мисс Грейнджер, — он мягко улыбнулся. — И… — его взгляд скользнул к стоящему рядом мужчине, — наш неожиданный гость. — Он сделал небольшую паузу, внимательно изучая профиль мужчины напротив. — Пологаю, вы — не тот Драко Малфой, который сейчас спит в своей спальне. — Вы так быстро это поняли… — Я редко ошибаюсь в лицах, мисс Грейнджер, даже если их… немного изменили временем. Полагаю, и вы тоже, раз пришли сюда. Глаза директора задержались на его лице дольше, чем это было удобно. В этом взгляде не было ни удивления, ни паники. Скорее так оценивают старую книгу, внезапно оказавшуюся на другой полке: вроде всё знакомо, но что-то… не там. — Вы знали, что мы придём? — не удержалась Гермиона. — Мисс Грейнджер, — Дамблдор чуть наклонил голову, — когда кто-то играет с временем, обычно последствия приходят ночью. У времени, знаете ли, странное чувство юмора. Малфой еле заметно дёрнул уголком губ. Гермиона почувствовала, как в ней одновременно вспыхнуло раздражение и что-то похожее на облегчение. Если уж кто-то и мог спокойно обсудить «ой, у нас тут взрослый Малфой из будущего», то это точно был он. — Присядьте, пожалуйста, — директор указал на два кресла напротив его стола. Гермиона опустилась в правое, аккуратно сложив руки на коленях. Малфой сел рядом, но не по-ученически как Гермиона, а как человек, который умеет сидеть в кресле напротив начальства часами: удобно, собранно, не ссутулившись ни на миллиметр. Сразу было видно, что он не испытывал ни капли смущения даже в такой неординарной ситуации. Либо просто умело это скрывал. Дамблдор сложил пальцы домиком и звучно вздохнул. — Итак, — произнёс он, — возможно, я ошибусь, но рискну предположить: вы не из нашего времени, не так ли? Малфой слегка приподнял бровь. — Вы не удивлены, — сказал он. — В моём возрасте удивляться утомительно, — как всегда добродушно и с ноткой юмора ответил Дамблдор. — К тому же, это не первый раз, когда временная магия ведёт себя… творчески. Он бросил короткий взгляд на Гермиону. Та почувствовала, как щёки чуть вспыхнули. В голове тут же всплыли воспоминания с третьего курса. Внутренний голос обиженно прошептал: тогда была совершенно регулируемая ситуация. — Мистер Малфой, — мягко сказал директор, внимательно разглядывая мужчину напротив. — Давненько мы не виделись в таком… необычном варианте. Дамблдор лёгким движением отпустил Фоукса, тот вспорхнул на соседнюю подставку и, казалось, тоже стал внимать происходящему. — Расскажите, как вы сюда попали, — попросил директор. — В подробностях, если можно. Схему временных парадоксов я люблю понимать заранее. Малфой на мгновение закрыл глаза, словно собираясь с мыслями. — Не по своей воле, — начал он. — Я работал… — он запнулся, бросил быстрый взгляд на Гермиону, — Участвовал в рейдах авроров. Маховик оказался у меня в руках во время боя. Когда человек уже прокручивал его. Следующее, что я помню — я уже здесь. В этом замке. Но не в своём времени. — Я так понимаю — это он, — Дамблдор перевёл взгляд на маховик времени, который лежал теперь у него на столе — Малфой успел положить его туда перед тем, как опуститься в кресло. — Думаю, он уже сломан. Не чувствуется магия. И я без понятия как его починить. Поэтому и пришел сюда. — Сколько времени прошло… там? — он осторожно выговорил слово. Малфой чуть напрягся и поднял глаза к потолку, будто вспоминая. — Тринадцать лет. Гриффиндорка сжала пальцы на коленях, чтобы не начать задавать сотню вопросов. — Итак, — Дамблдор слегка подвёл итог, — у нас есть: взрослый Драко Малфой из будущего и неизвестный сбой в работе временного артефакта, — он посмотрел на Гермиону, — Нам нужно решить, как минимизировать ущерб и… возможно… обратить ситуацию себе на пользу. — Обратить? — в голосе Малфоя появилась жёсткая нотка. — Вы хотите использовать то, что со мной случилось? — Я хочу понять, — спокойно ответил Дамблдор, — является ли ваше появление грубой ошибкой магии или… подсказкой. Иногда время подбрасывает нам людей не просто так. Малфой усмехнулся, но как-то безрадостно. — Если время решило, что я — хорошая подсказка, — сказал он, — у него явно проблемы со вкусом. В кабинете повисла короткая тишина. Тиканье приборов вдруг стало слишком громким. Дамблдор задумчиво постучал пальцами по столу. — Я верю, что вы здесь не случайно, мистер Малфой. И что у вас есть возможность, пусть небольшая, сделать что-то… правильное. — С этим у меня всегда были проблемы, — усмехнулся тот. — С правильностью. — Расскажите мне о будущем, — мягко попросил он. — В общих чертах. Без конкретных дат и имен, кроме тех, без которых нам не обойтись. Малфой молчал несколько секунд, смотря прямо на Дамблдора, потом красноречиво указал глазами на девушку. — Мисс Грейнджер, уже достаточно поздно. И вам пора в свою спальню. Нам с мистером Малфоем нужно будет многое обсудить наедине. Если вас не затруднит, перед завтраком зайдите ко мне снова. Гермиона сжала пальцы в кулак, медленно кивнула и в который раз бросила злой, настороженный взгляд на Малфоя. Все внутри нее бушевало. Хотелось бунтовать. Но вопреки втутреннему напору и желанию выбить все до мельчайших подробностей у этого Малфоя, она развернулась к двери и вышла. Гриффиндорка не помнила, как добралась до башни своего факультета. Ноги сами вели ее по привычному маршруту, а мысли все еще оставались в кабинете Дамблдора. В комнате девочек было темно, только свет от луны падал полосами на кровати. Она рухнула на кровать, даже не раздеваясь до конца, и уставилась в потолок. Мысли носились, как взбесившиеся сничи. Взрослый Малфой. Будущее. Дамблдор, который даже не был удивлен. Каждый раз, когда она закрывала глаза, перед ней вставала одна и та же картинка: его рука на её запястье в коридоре, холодный взгляд, в котором смешались усталость и какая-то совсем не мальчишеская тяжесть. Она перевернулась на бок. Одеяло мешало. Подушка мешала. Мысли мешали сильнее всех. Что он знает обо мне? О нас? О Хогвартсе? О том, что будет? Что он не скажет? Часы в комнате тихо тикали. За окном где-то ухнула сова. Сон всё не приходил. Каждый раз, когда она почти проваливалась, всплывала новая мысль: Вдруг это все — просто тщательно продуманный им план? А если он и вовсе против нас? В какой-то момент усталость всё-таки победила, и она скользнула в тревожный, клочковатый сон, где коридоры Хогвартса менялись местами, Дамблдор говорил загадками, а у неё в руках был маховик, который она никак не могла отпустить. Утро наступило как-то слишком быстро и одновременно слишком поздно. Гермиона проснулась с ощущением, что не спала вовсе. Голова гудела, волосы жили собственной жизнью. — Ты ужасно выглядишь, — честно сообщила ей Лаванда, мельком глянув на неё, когда Гермиона торопливо застёгивала мантию. — Спасибо, — буркнула та. — Лучший комплимент дня. Она даже не пошла на завтрак — желудок всё равно был завязан в узел. Сразу направилась к кабинету директора, перепрыгивая через две ступеньки на лестницах. Гаргулья на месте. — Эм… — Гермиона замялась, потом собралась. — Лимонный щербет. Статуя послушно отъехала, открывая проход. Гермиона на мгновение удивилась, насколько легко это прозвучало из её собственного рта, и тут же сама себя одёрнула: серьёзно, сейчас точно не время думать о конфетах. Лестница подняла её наверх. Дверь оказалась приоткрыта. — Профессор? — осторожно заглянула она. — Входите, мисс Грейнджер, — отозвался знакомый голос. Дамблдор сидел за столом, как будто и не двигался с ночи. Рядом, подперев стелаж с книгами, со сложенными перед собой руками, стоял Малфой. Вид у него был намного потрепанней чем ночью. — Мы с мистером Малфой вчера долго беседовали насчет сложившейся ситуации и пришли к некоторым выводам. Подробности нашей беседы, увы, я не могу вам пересказать — и по соображениям безопасности, и из уважения к его истории. Однако, раз уж вы стали свидетелем всего произошедшего и фактически вовлечены в это, я должен объяснить вам главное. Мы решили, что нужно позволить мистеру Малфою… интегрироваться в текущую реальность. Разумеется, под строгим надзором. Нас интересуют не столько точные факты будущего, — он сделал акцент на словах, — сколько его знания о тенденциях, о магии, о том, каких ошибок нам следует избегать и какие шаги наоборот, необходимо предпринять. Глаза Гармионы распахнулись от сказанного. От обсурдности этих слов она не могла вымолвить и слова. — Для окружающих, — продолжил он, обращаясь уже к Малфою — вы будете… переведённым учеником. Скажем, племянником одного из сотрудников Министерства, временно обучающимся у нас. — Вы в своём уме? — еле слышно выдохнула Гермиона. — Увы, — мягко усмехнулся Дамблдор, — насколько это возможно в мои годы. Других разумных легенд в данной ситуации я не вижу. А вы, мисс Грейнджер, — директор перевёл взгляд на неё, — будете его… помощником в адаптации. — Это звучит, будто я должна таскать за ним учебники и напоминать ему о расписании, — возмутилась она. — Звучит, будто ты официально ответственная за меня, — вмешался Малфой. — Поздравляю, Грейнджер. Твой контроль над всем вырос до размеров отдельного человека. — Мне это совсем не нравится, — резко заявила она. — Это радует, — сухо сказал Малфой. Дамблдор тихо кашлянул, пряча улыбку. — В неофициальной части, — добавил директор, — мы с мистером Малфоем будем работать вместе над тем, чтобы понять, как стабилизировать эту… временную аномалию. А вы, мисс Грейнджер, поможете поддерживать легенду, что мы придумали. — Но зачем? Разве не было бы разумнее отгородить его от нашего мира? Зачем такие сложности? — А вот это тебя уже не должно касаться, — сказал Малфой. Он оттолкнулся от стелажа. Кинул взгляд на немного пыльное зеркало, что стояло поблизости, и подошел к нему. Мужчина пробормотал «Экскуро» и оценивающе осмотрел себя с ног до головы. Он переложил свою волшебную палочку в правую руку и начал бормотать себе под нос заклинания, разобрать которые Грейджер не смогла. Его платиновые волосы стали переливаться и окрасились в глубокий черные цвет, приобретая небольшую волну. Видимо он неплохо владел магией трансфигурации человека. Через отражение в зеркале Гермиона заметила, что черты лица мужчины стали намного мягче, а скулы и надбровные дуги стали менее выражены. Морщины и мелкие шрамы растворились, будто их и не было. Явно не обошлось без гламурных чар. И только лишь глаза не поменяли своего цвета. Мужчина стал выглядень намного младше своего возраста, да и черты Драко Малфоя едва были различимы, если не пытаться разглядеть его лицо внимательнее. Малфой обратил свой взгляд на гриффиндорку. Точнее на ее школьную форму. Гермиона на секунду замерла. Пару взмахов палочки и его аврорская мантия трансфигурировалась в школьную форму Хогвартса. Естественно с эмблемой слизерина. Кто б сомневался. Гермиона сдела несколько маленьких шагов к столу директора. — Профессор, а что насчёт… — она запнулась, — влияния на будущее? Если он останется здесь… всё изменится? — Всё всегда меняется, мисс Грейнджер, — спокойно ответил Дамблдор. — Вопрос лишь в том, в какую сторону. И, прошу вас, не беритесь за все возможные временные парадоксы за одни сутки и не пытайтесь насильно вытащить у мистера Малфоя подробности будущего, которые могут повредить вам же. А вы, мистер Малфой, — продолжил директор, — не пытайтесь играть в одинокого героя и действовать за нашей спиной. — Я постараюсь, профессор, — Гермиона опустила глаза. Малфой лишь хмыкнул и направился к выходу, ни проронив ни слова. У самой двери Дамблдор окликнул: — Мистер Малфой? Тот обернулся. — Да? — Не забывайте, — тихо сказал директор, — что прошлое нельзя переписать полностью. Но иногда можно… аккуратно поправить край страницы. В глазах Малфоя мелькнула тень. — Я боюсь, — медленно произнёс он, — что некоторые страницы уже вырваны. — Тогда, — Дамблдор слегка наклонил голову, — берегите те, что ещё на месте. Малфой ничего не ответил, только коротко кивнул и вышел следом за Гермионой. Дверь за ними мягко закрылась. В коридоре было тише, чем раньше. Гермиона какое-то время молча шла рядом с ним, слыша только свои шаги и его шаги — немного тяжелее, чем у обычного ученика. Хогвартс снова казался обычным — с его тёмными камнями, сквозняками и отголосками учеников. Но между ними повисло что-то новое: договор, вынужденное партнёрство и маленький, очень опасный интерес друг к другу. — Ладно, — сказала Гермиона, чуть ускоряя шаг. — Если уж я должна следить за тобой, то начнём с простого. — С простого? — насторожился он. — Да, — она бросила на него взгляд. — Сегодня ты идёшь на занятия. Как нормальный ученик. Без попыток сбежать, игнорировать расписание или изображать из себя загадочного взрослого, который «всё это уже проходил». — Но я действительно всё это уже проходил, — возразил он. — Значит, будет шанс сделать это лучше, — парировала она. -Я и так лучший, — он усмехнулся. Гермиона лишь закатила глаза. Они шагнули за поворот, растворяясь в толпе учеников. Время, рушащееся и складывающееся по-новому, уже медленно двигало их обоих к тем самым страницам, которые ещё не были написаны — или, возможно, когда-то уже были, но теперь получали второй шанс. Гермиона была взволнованна. Напряжение во всем теле то и делало, что набирало обороты. Она была словно на миссии, которая могла провалиться от каждого неверного ее решения. Каждый шаг давался с трудом. Любой брошенный на них взгляд казался настораживающем. — Может, тебе нужно расписание? — гриффиндорка попыталась вновь завязать диалог. — Уже взял. — Чтож… я могу поделиться с тобой нужной информацией об учебе… — Например, — вставил Малфой, кидая на нее саркастичный взгляд, — как именно мне делать вид, что я счастлив оказаться в Хогвартсе во второй раз? Его вопрос, так и оставшийся без ответа, лишь вызвал у Гермиона улыбку. В большой зал они зашли вместе. Гермиона ускорила шаг и направилась в сторону гриффиндорского стола, стараясь не оглядываться на Малфоя. Увидев Гарри и Рона, девушка натянула улыбку, поздоровалась с друзьями и села за стол. — Кто это был? — спросил Рон. — Ты про кого? — спросила Гермиона и машинально посмотрела в сторону стола Слизерина. Он тоже уже сидел за столом. И смотрел на нее. — Слизеринец, с котором вы шли вместе. — Мы не вместе шли, — возразила Гермиона. — Просто одновременно оказались возле дверей. И я вообще его не знаю. — Она старалась звучать как можно более равнодушно. И вроде у нее это получилось, так как после этого мальчики сразу же переключись на другую тему разговора. Гермиона вдохнула, ощущая, как где-то внутри смешались паника, азарт и раздражающее тепло. Она бросила последний взгляд на Малфоя. Игра началась.