Любопытство - не порок

***

      Золотистые лучи пробираются сквозь полупрозрачные занавески, своим свечением окутывая всё пространство маленькой комнатки, оповещая о начале нового дня. С прикроватной тумбочки доносится медленная мелодия будильника. Чимин приоткрывает сонные глаза, в одночасье растягивая в зевке ротик, прикрывая тот ладошкой. Опираясь на одну руку, привстаëт и садится, свободной дотягиваясь и прихватывая телефон. На дисплее отображается семь часов утра, а это значит, что у него есть около сорока минут на сборы.       Поднимаясь с постели, запрыгивает в пушистые домашние тапочки и поправляет аккуратно нежно-голубое одеяло. После, шаркая обувью по паркету, потому как с самого утра даже ног поднимать нет ни малейшего желания, направляется в ванную комнату. Стоя перед зеркалом, натягивает ободок, убирая назад челку, открывает баночку с гелем для умывания и потирает ладошки между собой, нанося на личико уже мягенькую словно облачко пену. Выуживает из навесной полочки зубную щëтку вместе с пастой и чистит зубы, по традиции подпевая какую-нибудь заезженную песенку, которая первой в голову взбредëт.       Заканчивая с утренними процедурами, направляется в сторону кухни и достает полюбившийся биойогурт с мелкими кусочками черники внутри. Присаживается за обеденный столик, по обычаю подтягивая к себе ножки.       — Доброе утро, милый, — подходят, оставляя невесомый поцелуй на блондинистой макушке.       — Доброе, пап, — уплетает завтрак маленькой ложечкой за обе щеки.       — Как спалось? — присаживаясь напротив, любуется на своего самого прекрасного в мире мальчика.       Чимин бы обязательно рассказал, какая у него была переполненная удовольствием ночка, сопровождающаяся ещё более изумительными снами. Но, пожалуй, воздержится от эдакого порыва. Поэтому, оставляя в ответ лишь сдержанное «хорошо», ступает в обратном направлении в свою комнату.       Закидывает необходимые для сегодняшних занятий тетрадки и учебники в миниатюрный рюкзачок, закрывая на молнию.       Распахивает дверцы шкафа, который занимает большую часть всей площади его спальни, и замирает, раздумывая, что же сегодня натянуть на себя. Глаз падает на кардиган песочного цвета и классическую белую футболку оверсайз. К верху подбирает лёгкие брюки оттенка кофе с молоком.       Примеряя собранный образ, крутится несколько секунд у зеркала в пол, оценивая. Теперь спокойно можно и подиумы покорять, ростом, конечно, по стандартам не вписывается, но это ничего, такое позволительно и простить, за красивые глазки.       Накидывая на одно плечо лямку рюкзака, забирает мобильник, заранее подключает беспроводные наушники и запускает тщательно подобранный под себя плейлист.

***

      Пак ступает в кабинет прямиком под звук дребезжащего звонка и усаживается за пустующую первую парту. Это место никогда особым спросом не пользовалось, поэтому, ещё с начальной школы, Чимин целиком и полностью забронировал её себе любимому. Первым уроком по расписанию является астрономия, у самого что ни на есть горячо любимого учителя, при взгляде на которого так и вспоминаются интересные картинки во всевозможных подробностях. Однако странно, что второй участник пошлых паковских мыслей отсутствует. Может, какие семейные разногласия, после которых последует бурное примирение?..       — Извините за опоздание, разрешите войти? — доносится со стороны входа в учебный класс.       Вспомнишь солнышко — вот и лучик? Хотя, тут наверное подойдет немножко другое выражение…       — Заходи.       Скорее всего что-то и вправду случилось — папик в сторону своего любовника даже головы повернуть не удосужился. Почему он вообще об этом думает? Это уж точно не его проблемы… Надо было себя вести тише и жили бы себе спокойно на радость и дальше…       — Я сяду? — интересуется, и не дожидаясь какого-либо ответа, кидает на стол рюкзак, занимая место рядышком.       — И зачем было спрашивать? — прищуривается в непонимании, пристально посматривая на новоиспечëнного соседа.       — По приколу, — пожимает плечами, разводя руки в стороны, при этом пародируя выражение лица Пака.       Приколист тут нашелся! Из-за таких прикольных проделок Пак и не может больше заснуть со спокойной душой и совестью. Каждый день, как по часам, запирается под замок и обновляет страничку Мин Юнги на грёбанном сайте. Всю прошедшую неделю с того злополучного дня, при виде героя своих мучений в коридорах школы, опускал взгляд себе под ноги, чтобы не дай бог к себе внимания лишнего с его стороны не привлечь. Вот же кадр будет…       «Один из самых популярных и привлекательных альф старшей школы, серьëзный и холодный словно айсберг, подающий огромные надежды в музыкальной сфере, занимался рукоблудством на камеру…» — отличный, а, главное, интригующий заголовок для нового поста в группе. Нет, Чимин никому рассказывать это не собирается, ни в коем случае. А то начнутся расспросы по этому поводу — что, как и почему… А Пак только и будет в силах лишь немо рот открывать, пытаясь хоть подобным образом оправдаться… Такими темпами и до второго поста, рукой подать…       — Поговорим на перемене? — шепчет на ухо. Чимина аж передергивает от неожиданности, отчего сосед лишь посмеивается тихонечко. — Тебя дома избивают, что ли?       — С чего это? — в негодовании злостном. Никто его не трогает, а в особенности дома. Чимин вообще недоумевает, что этот кудрявый прилип сегодня к нему, словно банный лист.       — Да спокойней ты, — усмехается, поднимая обе руки в сдающемся жесте.       «Вот же повëрнутые отличнички пошли», — проносится в голове Тэхёна. Сказать даже ничего нельзя, сразу в оборонительную стойку встает, дикий.       — Туалет, — оповещает, улавливая противный голосок школьного звонка.       Чимин ступает за барашком следом, уже представляя себе, что же сейчас будет… Может, Ким решил его избить по-тихому, пока никто не видит, и избавиться от свидетелей, или припугнëт слегка, чтобы случайно слов лишних не вымолвил…       Хотя, и про это Пак всем бегать и шептать на ушки, распуская слухи, не собирается. Ему точно не до того, как же поскорее засадить учителя астрономии за клетчатую решётку… Интрижки, которые его не касаются, его, блять, не касаются… Ему и своих проблем по горло хватает, чужие уж точно ни к селу ни к городу... Слишком много вещей, за последнее время, Чимину познать выпала возможность…       Войдя в омежий туалет, подходят к окну у дальней стенки. Чимин стоит терпеливо дожидаясь хоть чего-то. Но, Тэхён лишь молчаливо привстает на цыпочки, протягивая кверху руку и открывая форточку на проветривание. Из сумки через плечо выуживает пачку сигарет, предлагая одну Паку, на что тот лишь головой крутит в разные стороны… Вот только в туалете школы он ещё не курил! Да и в принципе никогда не промышлял таким и к неприятному, исходящему от этих дрянных палочек запаху, его организм крайне категорично настроен…       — Ты не можешь это после уроков сделать? — скептично вздёргивает брови вверх.       — Не можешь, — закатывает глаза в раздражении. Вот же паинька хренова!.. Почему этот блондинчик разгуливает, где ему не попадя? Теперь ещё и как-то выкручиваться придётся… — В общем, — вздыхает глубоко и прихватывает валяющуюся без присмотра чужую зажигалку, подкуривая. — Не открывай рта в сторону того инцидента, давай просто мирно разойдёмся и забудем… — растягивает уголки губ, выдавливая из себя максимально милую улыбочку.       — Что за инцидент? — задумывается театрально Чимин, сводя брови на переносице и надувая розовые губки.       — Ты сейчас серьëзно?.. — изо всех сил пытается держать себя в руках и не наорать на этого говнюка мелкого. Строит тут специально дурачка… Что в этой жизни Тэхён сделал не так? — Про нас с Хосоком, — полушëпотом, чтобы уж наверняка. Ещё от нескольких особей, которые суют свои аккуратные носики куда не надо, он, пожалуй, откажется…       — А что взамен? — хитрая улыбочка. Чимин не хочет казаться сучкой, но таким положением дел, грех не воспользоваться.       — Вот же ж… — этот Пак Чимин его скоро до белого каления доведёт. Почему просто нельзя побыть милым зайкой? — Что тебе нужно?       — Сейчас, ничего, — пожимает плечами. — Будешь должен… — подмигивая напоследок, разворачивается, скрываясь за входной дверью, оставляя Тэхёна так и стоять с приоткрытым ртом и тлеющей сигаретой меж двух пальцев.       — А он неплох, однако… — ухмыляется, туша окурок о белый подоконник и оставляя на нём след, дополняя множество других похожих.

***

      Чимин быстрым шагом преодолевает расстояние до спортивного зала, в котором сейчас должен проходить урок. Как обычно и случается, его задержала после звонка учительница — она же в одиночку очень тяжёлые учебники в стопку сложить не сможет никак… А Чимин ещё тот атлет, поэтому как самому «рыжему», такая задача вновь была возложена на его сильные плечи. Как бы Пак не любил всё, что связано с физическими нагрузками, эти моменты он, можно сказать, ненавидит. Не жалея, преподаватель изводит их до такой степени, что после ты будешь чувствовать себя как изнеможенный овощ, в усердных попытках привести дыхание к обычному ритму и вернуться хоть к какому-то подобию нормального состояния…       Заглядывает мимолëтно в зал, проверяя. Одноклассники уже вовсю разминаются, бегая кругами. Для начала Чимину надо сменить форму, подготовленную со вчерашнего дня, на выглажку одной лишь футболки которой, потратил своих кровных двадцать минут времени… Ступает дальше по коридору, заворачивая за угол к раздевалкам. Почему-то дверь ведущая в комнатку, где переодеваются альфы, на всю распахнута. Он подходит ближе, заглядывая внутрь — никого.       — Так сложно закрыть дверь? — шепчет сам себе в недовольстве и разворачивается, чтобы зайти в соседнюю раздевалку, как ему неожиданно преграждают путь и Чимин, не успев среагировать, врезается лбом прямиком кому-то в грудь, отчего его аж покачивать из стороны в сторону начинает.       — Очень сложно, златовласка, — усмехается парень.       Пак поднимает голову, потирая ладошкой место ушиба, намереваясь высказать парочку ласковых слов этому наглому человеку напротив, но так и замирает в ступоре полнейшем, хлопая лишь длинными ресничками.       «Только не это…» — проносится в мыслях как мантра. Перед ним во всей красе стоит тот самый, вылезший прямиком из мокрых снов и экрана ноутбука, плюсом ко всему ещё и обнажëнным торсом своим светит, не стесняясь. Так до не правильного близко и очень правильно, одновременно… Щёчки начинают предательски гореть, заливаясь красным. Чимин чувствует на себе его пристальный взор и теплое дыхание, которое слегка опаляет его личико. Хочется убежать отсюда поскорее и скрыться стыдливо в одиночестве…       — Так и будем стоять? — вздыхает — перегородил тут своим тельцем вход и замер фигурой окаменевшей. Юнги уже тянется рукой, чтобы аккуратно сдвинуть омегу в сторону и наконец открыть себе путь, а то ему не очень комфортно полуголым стоять в коридоре, каждому прохожему напоказ. Успевает лишь прикоснуться к чужому плечу, как блондинчика передëргивает, словно током шарахнутого, отчего Мин сам пугается не на шутку. — Эй, ты чего меня так боишься? — недоумевает, он же не избивать его собрался.       — Все нормально, — тараторит и спешно обходит стороной, забегая в раздевалку и закрывая за собой белую дверь с громким стуком.       Не при таких обстоятельствах он с ним встретиться грезил, да желательно было бы вообще ни при каких… Но эта ситуация оборвала всевозможные желания омеги.       Перед сном, как какой-то озабоченный, представляет всё в самом качественном формате, всевозможные позы, звуки, вылетающие из приоткрытых губ… Невесомые поцелуи, которые Мин рандомно разбрасывает по нежной коже… Длинные, бледноватые пальцы, плавно блуждающие по его телу… Сливающиеся словно в страстном танце губы и сплетающиеся воедино влажные языки… В паху аж до боли приятно становится и член начинает подрагивать от одних лишь извращëнных мыслей…       — Какой кошмар… — шепчет, закрывая ладошками раскрасневшееся как помидор личико.

***

      — Фух! — вздыхает облегчëнно, заваливаясь на мягенькую кровать. Даже переодеться в домашнее силëнок не хватает. Чимин дома, завтра долгожданные выходные, можно наконец расслабиться и ни о чём не переживать. За этот учебный день с ним произошло больше непредвиденных вещей, чем за последний месяц вместе взятый. Кудрявый прилип, ещё и Мин со своим притягательным запахом, который весь оставшийся здравый рассудок затуманил…       Теперь этого извращенца хочется ещё больше… Такой красивый, плюс, подходящий под идеальный тип Пака. А глаза — это отдельный фетиш Чимина — сексуальный прищур лисьих глаз, которые тебя в свой омут загнать готовы… только на одни лишь ресницы молиться можно… Широкие, рельефные плечи, за которые ухватиться неимоверно хочется и плоский, слегка прочерченный прессом животик… Как всë это, можно запихать в одного человека? Совершенно несправедливо… Как теперь Паку жить спокойно?       Всё-таки переодевшись в атласную пижаму, забирается под толстое и очень теплое одеялко, которое с ним круглый год без измен. Подтягивает к себе ноутбук, опуская его на бёдра, намереваясь глянуть какую-нибудь новенькую дораму. Не успевает тыкнуть на иконку нужного сайта, как неожиданно приходит оповещение о новом ролике… Очень ты вовремя, Мин!       И да, Пак все-таки решился: зарегистрировался и поставил уведомления на аккаунт Юнги. Ничего же такого в этом нет, подписываться он не собирался, а то вдруг тот догадается и узнает, кто его такой преданный фанат. В принципе, додуматься и не сложно. Чимин очень умный мальчик и поставил себе ник «ParkJimmi», а когда до него уже допëрло, то было поздно. Сменить имя можно будет только через тридцать дней… Разрабы — говнюки!       И вообще, Пак Чимин больше на такое вестись не будет. Ему хватило того, что он раз так семь кончал на одно и то же видео Мина… Наизусть все движения и тайминги приятных до чëртиков стонов выучил. Преодолевая желание зайти и посмотреть, что же вышло новенького у альфы, включает серию первой попавшейся дорамки и пытается максимально сосредоточиться на сюжете. Но, как назло, приходит второе уведомление, уже с постом… Чимин пробегается мимолëтно по тексту, где Юнги желает своим зрителям страстных выходных.       — Себе, блин, пожелай, — шипит злостно. Вот что ему неймётся? Сообщения ещё какие-то публикует… — Ладно, одним глазком можно… — любопытство всё-таки даёт о себе знать и Чимин кликает на пришедшее оповещения. Заходит на последнее видео, обложка которого уже знакома — всë та же пустая комнатка с приглушëнным светом. Аккуратно, Пак ведёт сенсорной мышкой, чтобы убрать надоедливую рекламу, но, случайно клацает, промазывая. — Нет, нет… — разочарованно. Почему, блять, он дрогнул именно на том моменте, когда курсор проезжал мимо оценки видео… Ему же сейчас придёт уведомление и тогда… Тогда Чимину точно пиздец, причём полный…       Максимально быстро реагируя, убирает чёртову отметку, одновременно молясь всем богам, которые ему только известны.       «Пусть он не заметит и всё будет отлично!» — проговаривает у себя в голове уже сотый раз подряд за последние секунд десять…       Не пронесло. Потому как, чуть ли не через минуту Паку приходит сообщение… Suga_rrr Златовласка собственной персоной? :)       — Пиздец! — несмотря на то, что Чимин практически не использует в своём лексиконе маты, вымолвить что-то более подходящее у него просто не получилось.       И что ему теперь отвечать? «Привет, как дела красавчик?» или может: «Не хочешь, случаем, со мной переспать?». Вот Пак, например, непередаваемо хочет, только Юнги этого знать не надо совершенно.

ParkJimmi

Ты обознался.

      Ничего пооригинальней в голове не нашлось… Suga_rrr Как тебе новое видео?

ParkJimmi

Никак.

Suga_rrr Идешь на завтрашнюю вечеринку?

ParkJimmi

?

      Уже и дураку понятно, что Пак спалился, и по полной программе. С этим он уже хоть как-то смирился, но вот то, что Мин так быстро сменил тему, кажется странным, до одури. Мимолëтная дрожь волнения его не покидает, но, в одночасье, ему становится до пиздеца интересно, что ещё за вечеринка, ведь его никуда не приглашали, к сожалению... Да и некому толком, Чимин никогда и ни с кем не общался хорошо, чтобы его куда-то звать… Suga_rrr День рождения Чонгука, ты не в курсе?

ParkJimmi

А должен быть? Меня не приглашали(

Suga_rrr Об этом можешь не беспокоиться. Могут приходить все, кто пожелает))

ParkJimmi

Понятно.

Suga_rrr Придёшь?

ParkJimmi

Нет.

Suga_rrr А если хорошо подумать?

ParkJimmi

Возможно.

Suga_rrr Буду ждать :)       Что он сам себе может сказать в оправдание на такой внезапный порыв? Да ничего! Оно как-то само всё произошло. Чимин никогда за свои семнадцать лет не отрывался на каких-то тусовках или вечеринках. Ему хочется хоть один раз там побывать, как всем «нормальным» подросткам. А то сидит целыми выходными дома и втыкает в экран. Еще и это «буду ждать» тёплым трепетом в груди отдаётся, что аж хочется сидеть и перечитывать по миллиону раз, с глупенькой улыбочкой на лице и заалевшими щëчками…       — Что будет, то будет, — лучше он начнёт переживать потом, чем сейчас будет сидеть и загоняться. Как там говорится? Кто не рискует, тот не пьёт шампанское? А Пак очень сильно хочет его попробовать…

***

      Музыка, льющаяся из больших колонок, окутывает весь двухэтажный дом целиком, врезаясь с огромной силой в ушные перепонки. Наутро стопроцентно будет раскалываться голова. Много снующих туда-сюда подвыпивших омег с лёгкими, завораживающими ухмылками на губах, альфы, которые поддаются на их заигрывания, решая с самого начала приметить себе самых привлекательных, на их взгляд.       Пак встречает много знакомых ему лиц. Та самая школьная «великолепная» четвёрка первой попадается на глаза. Состоит она из, в первую очередь, привлекательного боксёра, на которого все слюнки пускают. Статный, подкаченный, с угольно-чëрными, длинными волосами. Какое-то время назад и Чимин то и дело засматривался на Чонгука. Но, со временем, вкусы у него поменялись. Рядом с Чоном стоит в обнимочку самая обсуждаемая парочка этой школы, которую все дружненько прозвали «намджины». Когда смотришь на них со стороны, аж завидно становится. От них издалека веет неимоверной любовью друг к другу. Ни одного слушка не ходило о том, что они когда-то ссорились, словно этого и не было вовсе.       Странно, но Чимин не замечает последнего элемента этой компашки — порноактëр куда-то запропастился. Будет очень весело, если Мин его позвал, а сам не пришёл. Что тогда ему вообще тут делать? Он же не знает никого толком, только Тэхёна. И то, вряд ли он променяет своих друзей на чудо в лице Пак Чимина. Да и не видать его поблизости…       — Ай! — вскрикивает. Ему и так не очень в кайф тусоваться здесь, еще и какие-то мудаки за волосы дёргают.       — И тебе пламенный приветик, — усмехается. Подсаживается на небольшой диванчик, чуть ли не вплотную к Чимину, который поднимает на него такой взгляд, словно убить готов. — Это шутка, — перестраховывается, мало ли что. Вдруг сейчас как прилетит ладошкой прямиком в ебальник за совершенно безобидное действие…       — А, это ты, — почему рядом с Юнги так волнительно всегда? Вновь этот тупой мандраж начинается, как у пятиклассницы на первом свидании. — Привет! — все-таки выдавливает из себя.       — Ожидал кого-то другого? — от этого «А, это ты», даже как-то обидненько становится… Звучало максимально разочарованно.       Мин полночи ворочался, не в силах заснуть, думая о сегодняшнем дне. Эту золотистую макушку он уже заприметил давненько, года так полтора назад, но парень казался таким холодным… Ни с кем не общался, расхаживая в одиночестве.       Юнги пару раз всё-таки пытался попробовать пообщаться, поймать контакт с этим до безумия красивым пареньком. Подсаживался к нему на обеде в столовой, а тот лишь, в свою очередь, закатывал свои глазки с длинными ресничками и испарялся недовольно, быстро перебирая ножками. Во время совместного урока физкультуры, Мин включал все свои имеющиеся таланты в баскетболе и фигачил на полную, чтобы хоть как-то выделиться из толпы. А омега сидел на скамейке в наушниках и залипал в телефончике. Тогда Юнги и решил с этими безнадëжными попытками пока повременить…       И тут, нежданно-негаданно, словно сама судьба благословила его выбор. Конечно не таким способом, каким хотелось бы, но хоть что-то. Не то чтобы Мину целиком и полностью нравилось то, чем он занимается. Несмотря на всю неправильность его детища, прибыль с него совсем не хилая: взрослые тётеньки и дяденьки отваливают огромные суммы за то, что он просто сидит и надрачивает себе на камеру… И да, его ни капельки не смущает то, чем он промышляет…       — Я тут только тебя и знаю, — ухмыляясь, проговаривает после затянувшейся паузы.       Сидеть рядышком, в реальной жизни, так до ужаса непривычно, но с другой стороны в разы приятнее, чем поглядывать на монитор ноутбука. Вот он, живой, даже кажется намного симпатичней, чем там… Совсем не грубый, как может показаться со стороны. Его приятный, с нотками хрипотцы голос слух ласкает своим звучанием. Эта улыбка деснами, которая промелькнула всего лишь пару раз, уже отпечаталась в памяти лучшим воспоминанием, хочется прокручивать и прокручивать этот стоп-кадр в голове.       — Ты пьёшь? — интересуется альфа. Все уже вылакать успели столько, что и до отключки не далеко, а этот омега сидит, лишь наблюдая за всем, что происходит вокруг, словно решаясь, надо оно ему или нет.       На первом этаже людей находилось совсем немного. Наступило именно то время, когда все разбились по парочкам и позанимали свободные комнатки для своих плотских утех. Остались лишь те, кому ничего не перепало, или же те, которые пришли сюда не за очередными поебушками, а чтобы повеселиться. Таких, как можно наблюдать, единицы. Даже его дружок Чонгук успел испариться, хотя это и не удивительно — он всегда смывается в числе первых.       — Ну-у… да, — тянет неуверенно. С одной стороны шибко хочется, а с другой — он побаивается того, что с ним может произойти после употребления алкоголя. Вдруг его унесёт куда-то на другую орбиту и будет себе чиллить там…       — Так, да или ну-у… да? — посмеивается от колебаний омеги. Он так мило сидит, взглядом уперевшись себе в бёдра и перебирает в маленьких пальчиках край своей кофточки…       — Да, — всë-таки отбрасывая малейшие сомнения, решается. Когда ему ещё выпадет такой шанс? Возможно, это первая и последняя вечеринка, на которую его позвали…       — Коньяк? — уточняет, получая в ответ лишь незначительный кивок. Мину бы предложить чего-нибудь более лёгкого, но посматривая на стол с выпивкой, который в начале вечера был заставлен до отвала, а сейчас на нём красуется парочка стеклянных бутылок с высокоградусной жидкостью.       Юнги встает, делая пару шагов в сторону столика, искусно маневрируя между танцующими под музычку фигурами. Прихватывает одну запечатанную стекляшку и направляется обратно.       — А тут есть местечко, где немного потише? — музыка конечно уже играет не настолько громко, как когда он только ступил на порог этого домика. Но голова уже потихоньку начинает неприятно пульсировать, в ритм танцевальных битов.       Мин задумывается мимолëтно и протягивает руку омеге, дожидаясь, пока Пак подаст ему свою ладошку. Ведёт за собой по ступенькам на второй этаж и проходит в самый конец полуосвещëнного коридора. Если Чон не решил в такое время задрыхнуть, то его комната обязана быть свободной, так как для усмирения своего джейкея младшего, он её не использует.       Они, держась за руки, проходят в просторную комнату и Юнги включает маленький светильник, расположившийся на тумбочке. Присаживается на большую, двухметровую кровать, утягивая за собой Чимина, и, снимая свои кеды, забирается на неё с ногами. Откручивает крышку бутылки, пуляя ею в стену напротив и протягивает ту омеге.       — Спасибо, — едва растянув уголки губ в улыбке, Пак принимает бутылку и на пробу принюхивается. В носик ударяет резкий, насыщенный запах, который отдаёт горчинкой, отчего Чимин даже немного морщится, но всë-таки подносит горлышко к пухленьким губам и делает осторожный, маленький глоточек. Стенки горла начинает сильно жечь, словно он перцу кайенского хапнул. Сглатывает с трудом, пытаясь не зайтись в сильном кашле.       — Чимми, все нормально? — встревоженно, опуская ладонь на спину Чимина, успокаивающе поглаживает. Мину уже хочется выхватить эту чëртову бутылку из его рук, убирая как можно дальше, и пойти лучше прогуляться с омегой по красивому парку, а не сидеть и спаивать несовершеннолетних.       Пак, похоже, кашляет скорее не от алкоголя, а от этого милого прозвища, кинутого в его сторону. Это было настолько неожиданно и приятно одновременно, что аж невесомые бабочки в животе порхать начинают…       В принципе, на вкус не всë так плохо, поэтому не медля Чимин решает сделать сразу несколько больших глотков, чтобы быстрее ощутить эту необычайную лёгкость в голове. Он жадно вливает в себя алкоголь, после, пытаясь отдышаться, причём делает это зря, поскольку теперь всё горло опаляет не просто огоньком, а целым лесным пожаром… От неожиданности раскрывает широко ротик, помахивая перед ним ладошкой, в надежде, что это обязательно спасёт его от обжигающего ощущения.       — Ты совсем бессмертный? — изгибает в непонимании одну бровь, скептично наблюдая за его нелепыми взмахами руками. Мин и предпринять ничего не успел, омега так внезапно на это решился… От такой картины даже ему неприятно стало и глаза расширились по пять копеек. Без запивона — он бы так не рискнул.       Альфа выхватывает из чужих ручонок бутылку и откладывает ту куда подальше, вдруг ещё что похлеще в головешку дурную взбредëт. Потом тащи его в отключке на своей спине до самого дома. Не очень радужная перспективка.       А Чимину уже далеко не до этого, долго нужного эффекта ждать и не пришлось… Появилось еле ощутимое головокружение и удовлетворительная лёгкость в конечностях. Хочется просто откинуться спиной на мягкий матрас, раскинуться звëздочкой и кайфовать себе от таких непривычных ощущений. Именно это Чимин и делает, всматриваясь в белый потолок стеклянными глазами. В голове оглушающая тишина, разбавляемая его едва слышными, успокаивающимися вздохами.       Мин, в свою очередь, спокойно сидит и наблюдает за расслабленным омегой, которой лежит с приоткрытыми, пухленькими губами, шумно втягивая воздух. Замечает, как оголëнный из-за задравшейся укороченной кофточки животик, вздымается… Останавливает свой мимолëтный, искрящийся от открывающегося вида взор на тоненькой талии, в мыслях за которую он уже притянул омегу к себе, как можно ближе… Скользит выше к острым, выделяющимся ключицам, в желании оставить на них множество мягких поцелуев…       — Ты меня, будто съесть хочешь… — Пак уже как минут пять лежит и пялится в упор на альфу, не отводящего от него голодного взгляда… Вот что он просто пялится, ничего не делая? Чимин уже раз тридцать в голове прокрутил момент того, как Мин наконец накроет его губы своими…       Даже на его слова не соизволил ответить, впал в какой-то ступор и сидит с каменным выражением лица… Пак глубоко вздыхает в раздражении и приподымается, резко хватает за торчащие верëвочки на худи альфы, опрокидываясь обратно и утягивая того за собой…       Только в этот самый момент Мин, словно из транса выходит, чувствуя опаляющее, разгорячëнное дыхание омеги на своëм лице. Сладковатый запах будто опьяняет вмиг организм альфы… Он наклоняется чуть ниже, к самой шее, вбирая в лёгкие как можно больше этого манящего аромата, еле-еле дотрагивается до неё губами, оставляя на нежной коже невесомый поцелуй. Скользит по тому же месту влажным языком, оставляя мокрый след и аккуратно всасывая, украшая маленьким покраснением. Дыхание омеги под ним становится более прерывистым и частым. Альфа приближается к розовеньким губам Пака, скользит языком по ним, непрерывно смотря прямо омеге в глаза. Наконец, накрывает желанные губы, утягивая в размеренный поцелуй, поочерëдно сминая их, прикусывая моментами, отчего в награду получает чужой, тоненький стон из приоткрытого рта. Проникает языком внутрь, немедля сплетаясь с омежьим, сливая их воедино…       Опускает ладонь на плоский животик, не спеша поглаживая, и проскальзывает ею выше, не разрывая французского поцелуя, инициативу которого альфа взял на себя, подмечая некую неопытность Чимина. Круговыми движениями проходится по ареоле соска омеги, улавливая несдержанный, приглушëнный стон и нежное хныканье, которое музыкой отдаётся в ушах… Прерывая поцелуй, языком слизывает тянущуюся между ними ниточку слюны, чмокая напоследок. Чуть выше приподнимая кофточку, с лёгкой ухмылкой спускается ниже, покрывая обнажëнную кожу от живота до самой груди, рандомными, всасывающими поцелуйчиками…       Боже! Чимин выть от этих действий готов! Ему никогда не было так хорошо, как сейчас… Такие мягкие, неизгладимо сладостные губы альфы покрывают его открытые участки тела, отчего омегу бросает в лёгкую дрожь. Возбуждение нарастает с неимоверной скоростью… Чувствительный орган начинает ощутимо подрагивать и истекать предэякулятом, прямиком в натянутые боксеры.       Сладкий запах малины, нагло перебивается более насыщенным ароматом апельсинового ликëра, давая понять о не менее возбуждëнном состоянии альфы… Прекращая затянувшуюся прелюдию, Мин стягивает с себя мешающееся худи, откидывая его в сторону. За талию подтягивает омегу чуть выше, устраиваясь меж его раздвинутых ножек…       — Малыш, — окликает. — Ты хочешь этого? — пока разум не затуманился окончательно и он через силу, но сможет остановиться, в первую очередь ему надо узнать мнение его?.. омеги.       — Чёрт… да! — Паку скоро плохо станет от разрывающего желания чего-то большего…       Мин Юнги два раза повторять не надо, поэтому дергает ширинку обтягивающих джинсов вниз, снимая их с бёдер омеги вместе с боксерами, и кидает в ту же сторону, куда и несколькими минутами ранее улетела его кофта. Не медля проводит пальчиком по пульсирующему колечку мышц и вводит в истекающую естественной смазкой дырочку, палец на одну фалангу… Свободной рукой придерживается за округлые бёдра Пака. Омега под ним начинает более ощутимо извиваться и уже не стесняется постанывать от удовольствия… Мин приступает к более активным действиям, когда пальцем внутрь проскальзывает целиком, следом вводит второй, растягивая податливые стеночки.       — Шуга-а… — очередной мелодичный стон. — Пожалуйст… А-ах… — хнычет, словно капризный ребёночек.       Это прозвище так сексуально звучит из уст омеги. Его возбуждëнный голос — это новый фетиш Мина…       Альфа полностью стягивает свой низ, наконец высвобождая колом стоящий, налившийся кровью член и закидывая одну ножку Чимина себе на плечо. Размазывает по органу собственную смазку и приставляет розовую головку к сфинктеру, аккуратно проталкиваясь внутрь… Размеренным движением входя практически целиком, даёт омеге время привыкнуть к достаточно внушительному размеру.       — Я готов… — шёпотом, устанавливая с Юнги зрительный контакт. — Мм-м… — комкает в ладошках спасительную простынь, которая неприятно прилипает к оголëнной, вспотевшей коже.       С каждым толчком ускоряясь и разнося по пространству звуки шлепков влажных тел друг об друга, выбивает из омеги всё больше звонких, протяжных вскриков удовольствия, дополняя собственным гортанным рычанием. В таком темпе продолжает вбиваться в раскрасневшуюся от трения дырочку, до момента, когда омега, с обрывистым стоном, кончает на свой же животик. Делая пару заключительных движений, вытаскивает в последний момент, пачкая белесой субстанцией серую простынь и заваливается изнеможенным телом сверху Пака, приобнимая…       — Нам от Чона пиздец будет, причём полный… — шепчет альфа, пытаясь успокоить сбившееся дыхание.