Attraverso le spine

Утро субботы выдалось на удивление тихим. Опасаясь повторения недавнего срыва, Варвара посвятила первую половину дня варке всех необходимых зелий. Осенью будет мало опасных дат, но брюнетка боялась, что, раз однажды забыла, может забыть и снова. — Воланд, куда Сон-траву уволок, поганец ты эдакий? — растрёпанная колдунья не могла отойти от котла, чтобы забрать у птицы украденное. Ворон нехотя слетел со шкафа, возвращая хозяйке добычу. — А если б проглотил? Неужто веришь, что я б отпаивать стала? Да я б себе нового нашла! Видал, сколько тут воронья над лесом кружит? То-то же. Ворон обиженно каркнул, схватив со стола очередной пучок. — Не найдёшь! Особенный! Нет других! — на голову девушки упала связка цветов, сильное жжение заставило её отскочить, поспешно стряхивая с кожи и волос крошки лепестков и пыльцу. — А ты проклятая птица! Жить надоело, вражина пернатая? — Варвара бросила в улетающего ворона охлаждающее заклинание, зная, как сильно Воланд не любит холод. Однако ловкая птица успела увернуться и выпорхнуть в окно. — Ишь ты, Одолень-травой бросаться удумал! Вот вернёшься, уж я тебе задам! Когда с зельями было покончено, солнце уже прошло зенит. Взглянув на часы, брюнетка выругалась. Из-за проказ пернатого друга у неё не оставалось времени, чтобы привести себя в порядок перед Дуэльным Клубом. Наскоро применив очищающее заклинание, чтобы убрать с одежды пятна настоек и пыль от раскрошившихся трав, Варвара выбежала из комнаты. Толпа перед Большим залом, казалось, была даже больше, чем в прошлый раз. Пробираясь к дверям, девушка то и дело слышала упоминания своей дуэли с профессором зелий. К её счастью, никто не вспоминал другое событие того дня. Войдя в помещение, раскрасневшаяся от бега по коридорам брюнетка едва не сбила с ног Флитвика и, извиняясь, принялась за работу. — Не беспокойтесь, Варвара, — волшебник радостно улыбался, левитируя столы, чтобы освободить пространство. — Вы видели? Слухи о демонстрационной дуэли так разошлись, что к нам записалось ещё больше ребят! Это же просто замечательно! — Это очень хорошо, но я волнуюсь, хватит ли для всех места, — Мавка занялась трансфигурацией матов, видя, что со столами декан Когтеврана справляется и без её помощи. — Меня тоже посещали такие мысли, так что мы с директором наложили чары расширения, — только после слов мага девушка заметила Дамблдора, беседующего с целительницей. Словно почувствовав взгляд брюнетки, Альбус немного повернулся и улыбнулся брюнетке, поманив её рукой. — Кажется, директор Дамблдор хочет с вами побеседовать. Не переживайте, мы успеем всё подготовить, идите. Стоило Мавке приблизиться к директору, целительница отошла, чтобы не мешать их разговору. — Добрый день, профессор Мэвка, — Варвара уже даже не стала поправлять волшебника, привыкнув к тому, как директор коверкает её фамилию. — Я бы хотел побеседовать с вами, когда занятие закончится. Надеюсь, это не нарушит ваши планы? — Вовсе нет, директор, — девушка испугалась, что разговор может касаться её недавней ошибки, но по лицу Дамблдора нельзя было ничего понять. — Вот и прекрасно, тогда буду ждать вас в своём кабинете. Пароль: летучие шипучки, — разгадать причину загадочной улыбки пожилого мага брюнетке так и не удалось. Когда Большой зал был готов, помещение наполнилось студентами. После короткого вступления, школьников поделили на пары и началось занятие. Варвара привычно ходила между учениками, наблюдая за дуэлями, изредка корректируя движения студентов или советуя более эффективные заклинания. Остановившись возле очередной пары, девушка с интересом смотрела на то, как один из её студентов ловко применяет простейшие заклинания, раз за разом разоружая противника и без труда уворачиваясь от атак. — Весьма похвально, мистер Поттер, — Варвара с улыбкой подошла к брюнету, на лице которого расцвела смущённая улыбка. — Спасибо, профессор Мавка, — подросток поправил соскальзывающие очки. — Окулус фиджере, — преподаватель изящно взмахнула палочкой. — Теперь не свалятся. Весьма полезное заклинание, рекомендую применять его, например, во время Квиддича. Если не ошибаюсь, в следующую субботу первая игра? — Да, — взгляд Гарри наполнился воодушевлением, парень был всегда рад обсудить любимый вид спорта. — Играем против зме… Против Слизерина. Приходите посмотреть! — Обязательно, мистер Поттер, — Мавка тихонько засмеялась, уж очень заразительным был энтузиазм подростка. — А сейчас у меня есть к вам предложение. Судя по всему, спарринг с мистером Уизли не приносит вам пользы, ведь вы слишком хорошо знаете своего друга. Если хотите, могу подыскать вам более подходящего соперника. — Но мы с Роном… — Поттер не хотел обижать друга, ведь чувствовал в словах профессора правду о том, что их навыки боя находятся на разных уровнях, но и упустить шанс получить опыт дуэли с кем-то равным или превосходящим его он не мог. — Если не желаете бросать друга, — Варвара оглянулась, чтобы отыскать взглядом коллегу. — Полагаю, профессор Флитвик одобрит мою идею… Не хотите ли попробовать свои силы в дуэли со мной? Это будет полезный для вас опыт, ведь в реальном бою противник может быть намного опытнее. — Против вас? — брюнет, казалось, не мог поверить тому, что только что услышал. — Но, профессор… Вы ведь… То есть, я не уверен, что… — Я не стану вас заставлять, — девушка слегка пожала плечами, принимая отказ. — Просто подумала, что вам это было бы интересно. Но, раз уж вы против… — Я с радостью! — Гарри перебил преподавателя, осознав, что второй такой возможности может и не быть. — Я имел ввиду, вы правы, профессор, это будет очень полезно. — Чудесно, тогда… — Варвара отвернулась от парня, громко хлопнув в ладоши. — Попрошу всех остановиться! Сейчас вы сможете понаблюдать за дуэлью, в которой навыки противников сильно отличаются! Нам понадобится пространство, так что прошу освободить центр зала! Удивлённые студенты взволнованно разошлись, освобождая большой овал, куда быстрым шагом и направилась Мавка, жестом приглашая Гарри последовать за собой. Поттер нервно сжимал палочку, не ожидая, что профессор превратит их поединок в демонстрацию. Однако все мысли быстро улетучились, когда девушка скинула мантию. Подросток с интересом рассматривал изящную фигуру преподавателя, вспыхнув от смущения, когда понял, что спортивный топ и леггинсы брюнетки именно того лазурного оттенка, в который он недавно окрасил её мантию, показывая свой прогресс в изучении магических иллюзий. Последовав примеру Варвары, гриффиндорец снял мантию, чтобы объёмная ткань не мешала двигаться, всё ещё не отводя взгляда от профессора. — Мистер Поттер, помните, с чего начинается дуэль? — брюнетка мягко взмахнула палочкой, возводя защитное поле. Гарри завороженно смотрел на то, как плавно движется тонкая рука, совершенно не слыша слов Мавки. — Поклон, мистер Поттер. Дуэль начинается с поклона! Гарри пришёл в себя только когда в него полетело первое заклинание. Гриффиндорец едва успел увернуться от алой вспышки. Наблюдать за дуэлью преподавателей на первом занятии было интересно, но тогда Поттер думал лишь о том, чтобы Мавка одолела Снейпа. Теперь же противником профессора ЗОТИ был он сам, думать было некогда, а отвлекаться на внешний вид Варвары тем более. Подросток быстро взмахнул палочкой, произнеся обезоруживающее заклятье, которое брюнетка с лёгкостью отразила. Уклоняясь от атак профессора, Гарри был искренне ей благодарен за закрепляющие чары, ведь сползшие очки могли лишить его тех секунд, которые он получал за счёт своих атак. Избавиться от ощущения, что Мавка ему поддаётся, чтобы продлить дуэль, было сложно. Но, заметив проблески уважения во взгляде преподавательницы, подросток понял, что это не так. С каждым отклонённым им заклинанием, атаки девушки становились всё быстрее и Поттер уже с трудом успевал парировать. Только оказавшись противником своего профессора, гриффиндорец в полной мере осознал, почему проиграл Снейп. У Варвары Серафимовны точно был боевой опыт и, возможно, она всё ещё жива только из-за своей скорости. Вспомнив второе занятие, Гарри вызвал патронуса, надеясь, что сможет выиграть время для атаки. С удивлением заметив, как попятилась девушка, брюнет обрушил на неё шквал заклинаний, которые, впрочем, она легко парировала. Но у подростка появилось странное чувство холода, словно при встрече с дементором. Скорость, с которой Мавка бросалась заклятьями, снизилась, но девушка перестала использовать простые чары, отдав предпочтение более мощным. Казалось, что она совершенно не уставала от дуэли, а вот силы Поттера были на исходе, поддерживать телесного патронуса, защищаться от заклинаний профессора и атаковать самому было слишком тяжело. Однако подросток не собирался сдаваться. — Иммобулюс! — очередное заклятье, выпущенное девушкой, угодило в патронуса, моментально растворившегося в воздухе. Гарри расслабленно выдохнул, когда защитник перестал тянуть из него магию, но в следующее мгновение его накрыла волна магической отдачи. Подросток едва устоял на ногах, но профессор не собиралась давать ему шанс справиться с непривычным ощущением. — Экспеллиармус! Палочка Поттера вылетела из его рук, устремившись в протянутую ладонь девушки. — Весьма недурно, мистер Поттер! — Мавка ободряюще улыбнулась поверженному противнику, после чего принялась за разбор дуэли. Когда занятие кончилось, Варвара поспешила в кабинет директора, замерев, когда услышала разговор студентов. — Нет, ну ты видел! Она же прям как эта, как их там магглы называют? Валгирья! — рыжий парень не скрывал своего восторга. — А когда она мантию сняла! Как думаете, может она полувейла, как Флёр? — Валькирия, — шатенка поправила друга, гордо вскинув голову. — Но я бы так не сказала. Она же точно знала, что Гарри слабее, зачем она вообще предложила эту дуэль? А ты, как ты мог согласиться? Ты же мог пострадать! — Профессор Мавка не стала бы мне вредить, — Поттер, казалось, был уверен в своих словах. — Она сама сказала, что мне полезно сразиться с кем-то сильнее. Да и вообще, Волан-де-Морт явно опытнее, чем я, а вдруг он нападёт? — А что если она, как Крауч, работает на Тёмного Лорда? — гриффиндорка говорила так яростно, что Варвара чуть не засмеялась. — Мы не видели метку, но она же могла скрыть её магией! — Да брось, Гермиона, она же из России, — Уизли посмеялся над подругой. — Думаешь, Сама-знаешь-кто, отправился бы в другую страну? Да если и так, будь она Пожирательницей, не стала бы помогать Гарри с защитой. Я прав, верно же? — Я тоже так думаю, — Поттер встал на сторону друга, понимая, что профессор не стала бы учить его иллюзионной магии и не согласилась бы на его идею с дополнительными занятиями, если бы хотела навредить. — Даже Гарри со мной согласен! Но вы видели, какая она красотка? Я не заметил на первом занятии, когда она шрамы показывала, — Рон снова вернулся к обсуждению внешности профессора. — А сегодня, чёрт, да она же… — Хватит, Рон! — Гарри резко перебил друга, не желая даже представлять, что может сказать Уизли. Тон подростка был полон негодования. — Она же профессор!.. Когда студенты ушли, Мавка продолжила путь к директору. Подслушивать разговор было неправильно, но Варвара не хотела заставлять их чувствовать себя неловко. Особенно, услышав, как один из её студентов всё норовил обсудить её тело. Добравшись до места назначения, брюнетка назвала горгулье пароль и спешно поднялась в кабинет. — Директор Дамблдор? — девушка, постучавшись, вошла в помещение. Это была круглая, просторная комната, полная еле слышных странных звуков. Множество различных серебряных приборов стояло на вращающихся столах — они жужжали, выпуская небольшие клубы дыма. Стены увешаны портретами прежних директоров и директрис, которые мирно дремали в красивых рамах. В центре громадный письменный стол на когтистых лапах, а за ним на полке — потертая, латаная-перелатаная Волшебная шляпа. — Директор? — Ох, профессор Мэвка, — седой волшебник появился, казалось, из ниоткуда. Он просто внезапно показался из-за одной из старых портьер. — Присаживайтесь. Чаю? Лимонную дольку? — Нет, спасибо, директор Дамблдор, — колдунья аккуратно опустилась в кресло, пристально глядя на таинственно улыбающегося мага. — Вы хотели поговорить о чём-то… — Верно, — мужчина сел напротив, взяв со стола большую пиалу, полную сладостей. — Точно не хотите? — маг протянул конфеты, предлагая их Мавке. — Нет? Ну и хорошо, мне больше достанется. Итак, вы не хотите мне что-то рассказать? — Вы про мой недавний приступ? Из-за новой обстановки и обязанностей, я совсем забыла про Журавлиное вече и не приготовила подавитель, — Варвара виновато опустила взгляд на свои ладони, начав рассматривать белёсые полосы шрамов. — Этого больше не повторится, директор. Я сварила достаточно, чтобы хватило на все опасные дни этого семестра. — Я не это хотел услышать, моя девочка, — Мавка с удивлением посмотрела на начальника, к ней уже давно никто не обращался так ласково. — Я бы хотел узнать о вас больше, чем знаю сейчас. К сожалению, даже у Империи почти нет о вас информации, а я уже слишком стар, чтобы отправляться на её сбор самостоятельно. — Магическая Российская Империя с пренебрежением относится к существам, — удивление во взгляде девушки сменилось подозрением. Никто ещё не хотел узнать что-либо о ней, не имея при этом на неё планов. Никто, кроме… — Зачем вам информация обо мне? — Я бы хотел кое-что вам предложить, но сначала нужно убедиться в том, что вы подходите для этой работы, — директор продолжал улыбаться, даже видя недоверие брюнетки. — Давайте начнём с причины, по которой вы так легко согласились на должность преподавателя. — Хотела мирной жизни, — это даже не было ложью. Воспоминания о жизни в России снились ей в кошмарах, так что девушка и правда надеялась, что в Магической Британии сможет обрести покой. — От чего вы бежали, профессор Мэвка? — понимающий взгляд голубых глаз вызывал у Варвары только раздражение. — Для таких как я единственный шанс получить работу — стать оружием государства, — Мавка нервно вздохнула, когда перед глазами всплыли образы прежней жизни. — Только благодаря этому я смогла поступить в Академию. — Таких как вы? — Для тварей, — хриплый голос брюнетки был едва слышен. — Я из числа опаснейших существ. По классификации вашего министерства это, кажется, пять иксов. Для более мирных существ в Магической Империи есть много вариантов, а я могла лишь согласиться на уничтожение ядра или на роль Подавителя. Это что-то похожее на ваших Авроров, но наши миссии были связаны с тварями, не прошедшими регистрацию, и темнейшими магами. Не все из нас смогли пережить хотя бы первый месяц работы, а я… С семнадцати лет там работала. — А ваша семья? Насколько мне известно, все женщины в роду вашего отца были… — Они были слабее, им повезло, — Варвара сжала челюсти, не скрывая обиды, злости и отчаяния. — Они были мавками только по крови. Когда-то давно один из моих предков смог влюбить в себя мавку, привёл её в дом и женился, взял фамилию Мавка, в честь подвига своего. Та мавка много мужчин погубила до этого, а он отвадил её от этого дела. Потом у них сын родился, у того сын и дочь, мальчика в младенчестве болезнь сгубила, а девочка выросла и привела в семью юношу. Так и повелось, а чем дальше, тем слабее становилась мавкина кровь в нашем роду. А я… А что я? У меня брат был, матушка знала историю нашей семьи, её весь город знал, но решила, что это я брата погубила, жизнь из него высосала. Чистокровные мавки, говорят, могут вытягивать жизненные силы, это всё ложь, но люди верят. Вот и матушка поверила. Прокляла меня да выставила колыбель в другую комнату. — Поэтому вы стали мавкой? — директор с жалостью смотрел на девушку. За эти несколько минут Варвара словно постарела на несколько лет. — Проклятье матушкино меня ею сделало! — брюнетка с яростью ударила кулаком по ноге. — Всё детство бабка и отец меня зельями отпаивали, заговорам учили. Чтобы хоть как-то кровь ослабить. Я тогда думала, что это у всех в роду так было, не знала, что матушка натворила. А в ночь совершеннолетия… Я ж в ночь на Купалу родилась, это один из важнейших дней всей нежити. Чуть весь город не сгубила, дорвалась до озера лесного, песни русалочьи пела. Кое-как на заре домой увели, а после и рассказали, что я такое. А через пару часов и тайная полиция подоспела, пришлось соглашаться на работу. — Русалочьи песни? — волшебник с интересом слушал рассказ, но такая деталь заставила его прервать девушку. — Мавки тоже русалки, но наши русалки и ваши различаются. Ваших у нас морскими девами называют, — брюнетка не смотрела на собеседника, разглядывая пляски пламени в камине. — Русалки у нас это утопленницы, ставшие нежитью. Заманивают песнями мужчин в воду, топят, а потом поедают сырую плоть. А мавки ещё и в птиц обращаются, плодородие дарят. Самые сильные могут и на погоду влиять. Ну и женой могут стать, если в дом привести. Я из сильных, но зелья ослабляют. Когда сына вынашивала, пришлось выбирать, пить подавители или ребёнка родить. Но это только на последних неделях. У нас тогда чуть город не затопило, недели две дожди и грозы не прекращались. А после родов к работе вернулась. Спасибо, когда на сносях была, отпуск дали. — Не знал, что у вас есть семья, — Альбус с горечью наблюдал за тем, как девушка нежно гладит след от кольца. — Была. Их уже больше двух лет нет, — Варвара впилась ногтями в бледную линию на пальце. — Я на задании была, когда это случилось. Пока с вурдалаком в Сибири разбиралась, у нас в городе волколак завёлся. Я уже домой возвращалась, когда почуяла неладное. Бросила свою группу, в дом ворвалась, а там… Волколака на месте убила, даже подавители не помогли справиться с яростью мавки, но поздно уже было, — девушка замолчала, сглатывая горчащую слюну. Вспоминать тот день было всё ещё больно, а её сущность, несмотря на прошедшее время, всё так же рвалась наружу, желая отомстить. — Исай собой сына закрывал, видимо, но эта тварь растерзала его, после чего за ребёнка взялась. Когда убила, сына пришлось из пасти доставать… Ему и года не было!.. Как сейчас помню его израненное тело, — Варвара резко стёрла пробежавшую слезу, перед глазами стоял образ крошечного тела Натана. Её малыш даже не был похож на человека, когда она вырвала его из клыков мёртвого волколака. — И муж, весь в следах от когтей и зубов, а на лице улыбка. Он, похоже, не хотел малыша пугать, вот и улыбался ему, чтобы Тан не заплакал. Я в тот день всего лишилась. Поняв, что их больше нет, на колени упала, выла так, что все соседи сбежались. Чуть всех не убила, они ж пришли только когда я вернулась! Если б я мавкой не была, спасли бы их! Ублюдки! А знаете, что хуже всего было? Птицы. Я всё потеряла, а эти чёртовы птицы продолжили петь…