Рубин Пустыни

Быстрые шаги пятерых стражников наполнили улицу. Один из них заглянул за угол, быстро осмотрев темную улочку, но никого там не обнаружил. — Будь он проклят!.. — процедил сквозь зубы стражник, поправив широкий, коричневый шарф. Несмотря на опустившуюся ночь, стражники без устали бегали по улицам, преданно стремясь выполнить обязанный долг. Они уже знали, кто доставил им сегодняшнюю проблему, но увы — как бы им не хотелось, положить конец его проказам они не могли. Двое стражников нырнули в темные переулки, чтобы удостовериться, что негодник не спрятался за какими-то коробками или корзинами. Начальник и двое других побежали дальше по улице. Сколько раз главный стражник уже успел помянуть преследуемого не добрым словом — не счесть. Прошлые выходки ему сходили с рук, но в этот раз ему это так легко не дастся. Уж он-то добьется, чтобы этот вредитель потерпел наказание. В конце концов, он просто позорит всех стражников города Рахифал! Когда трое людей свернули на другую улицу, начальник резко остановился, чтобы не врезаться в ползущего ему навстречу красного полузмея. Сам Шишуиш быстро отпрянул в сторону, выползая в лунный свет. — Ты! Негодник!.. — прошипел стражник, переводя дыхание от долгого бега. — Только попробуй начать отпираться, что разоренный курятник Фахмата, не твоих рук дело. На лице змея всплыла детская, невинная улыбка. — Рамис Аль-Наван, о чем ты? — спросил нага. — Я только что сказал. — нахмурился стражник. — Если бы ты не вредил мирным горожанам так часто, может твое вранье и сработало бы в этот раз. В конце улицы показался один из стражников и широкими шагами начал сокращать расстояние между ним и змеем. Шишуиш обернулся на идущего к нему стражника и сразу понял, что его окружили. — Рамис, я не имею и малейшего представления, о чем ты говоришь. — совершенно искренне ответил нага, начав перемещать кольца на стену дома. Начальник, вместе с другими стражниками, сразу обнажили свои сабли. — Стой где стоишь! — строго прикрикнул он. — Ты пойдёшь с нами и ответишь не только за сегодняшнее происшествие, но и за все предыдущие. — Перед кем отвечу? — Ши недовольно вздохнул, положив руку на поясницу. — Перед эмиром Амааном! Конечно Шишуиш мог бы сбежать от стражи с легкостью, как и всегда. Но ему не хотелось чтобы в городе, где он живет, его подкарауливали на каждом шагу. Никакой зиузи и никакой ассасин не выдержали бы этого, а Рахифал ему очень нравился. Что ж, раз ему придется держать ответ перед эмиром, значит будет так. Тем более, если он как раз сам надумывал навестить его. Как все удачно складывается! — Да неужели вы из-за каких-то двух кур устроите такой переполох? — спросил Шишуиш, все еще надеясь повернуть исход ситуации по своему. — Да. — сухо и жестко ответил стражник, даже не пускаясь в объяснения и доказательства, что пострадали не две курицы, а больше. Просто этот Шишуиш ему уже изрядно надоел. — Пойдешь за нами. — Да с удовольствием! — рот змея растянулся в хитрой улыбке, обнажая длинные клыки. Стражники развернулись и пошли в сторону казарм, нага последовал за ними, без малейшего сопротивления. Молодой человек стоял у окна с узорчатой решеткой, держа в руках какие-то бумаги. Красный кафтан из дорогой ткани был вышит золотыми узорами и перевязан зеленым поясом. На руках было несколько колец с большими, драгоценными камнями, подстать им были украшенные поручи. На белом тюрбане была прикреплена эгрета с красивым, алым пером, которое слегка колыхалась от пролетавшего, теплого ветерка. Синие глаза пробегали по строкам, а пальцы потирали подбородок с короткой бородой. Настроение у него было весьма нехорошее. — Ваше высочество! Эмир оторвал взгляд от бумаг и посмотрел на слугу, что обратился к нему. — Я слушаю, Садрахит. — ответил он, подходя к столу и кладя на него бумаги. — Сегодня ночью был пойман тот, кто доставлял вам немало хлопот, вредя мирным горожанам уничтожением скотного хозяйства. — ответил слуга. — Да не может такого быть. — удивился Амаан. — Чтобы Шишуиша поймали? — Ваше высочество. Он, можно сказать, сам дался страже в руки. — ответил Садрахит. — Он не проявлял никакого сопротивления, даже не особо пытался скрыться от стражи, после того как разорил курятник одного из насельников города, убив почти всех кур. Эмир устало покачал головой. — Пусть его приведут сюда. — сказал он. Слуга поклонился и вышел. Амаан взял с тарелки финик. Чтобы Шишуиш отдал себя страже, это было что-то неслыханное. Он исчезал и появлялся как призрак, дразня хранителей порядка и воля их за нос. Может змею наскучила одна и та же игра, и он решил поступить по иному в этот раз? А может он задумал какую-то хитрость? Ведь только Алмунаший знает, что взбредет в голову этому неугомонному наге! Эмир посмотрел на фрукт с разных сторон и вернул его на место. *** В зал вошло двое стражников, ведя с собой змея. Руки Шишуиша были связаны веревкой, что ему заметно не нравилось — он постоянно, тщетно дергал связанные ладони, желая их как-то высвободить. Стражники, как только зашли, сразу поклонились эмиру. Амаан посмотрел на нагу, который остался стоять неподвижно, с легкой ухмылкой и несколько вызывающе смотря прямо на него. Эмир мельком бросил взгляд на бумаги, которые читал ранее, и снова посмотрел на пришедших. — Можете уходить. Змея оставьте. — небрежно кинул он страже. Те еще раз поклонились и поспешно скрылись за дверью, как будто боялись прогневать правителя своим долгим присутствием. В светлом зале, с большими окнами и мозаичным полом воцарилась тишина. Только свежий ветерок влетал через красивые решетки и слегка колыхал их волосы. Амаан и Шишуиш смотрели друг на друга как два врага во время сражения, которые внимательно следят за малейшим движением оппонента и готовы отразить любую атаку. Вот только у змея это молчание начало вызывать смех, отчего его ухмылка переросла в улыбку веселья. — Шишуиш. — сказал эмир строгим голосом. — Чего? — алые глаза наги светились жизнью и неким озорством. Эмир взял со стола нож и стал решительно подходить к змею, который продолжал сохранять спокойствие духа и улыбку. — Что ты задумал на этот раз? Каким образом стража смогла схватить тебя? — спросил он, разрезав веревки и освободив руки Ши. — Спасибо. — змей с облегчением потёр запястья. — Вот честно, ничего не задумывал. Если бы они не сказали, что меня ждёт встреча с эмиром, я бы так и скрылся от них. Но я как раз давно думал навестить тебя, вот и удачный случай подвернулся! Так что чего было бы не воспользоваться? Заодно и стражу слегка потешил! — Что ж, наши боги и вправду устраивают все как мы хотим. — усмехнулся Амаан. — У меня как раз тоже, есть к тебе серьезный разговор. — Я слушаю. — Ши завел руки за спину и приготовился слушать друга, как послушный ребёнок. — Когда ты прекратишь безобразничать? — голос эмира стал серьезным и даже проскочило несколько сердитых нот. — Ты за этот месяц знаешь скольким горожанам хозяйство испортил? Ты своей охотой не только лишаешь людей скотского имущества, ты еще своими прятками подрываешь авторитет стражи города! Это непозволительно! Строго говоря, один-два раза простить можно, ладно. Но целый месяц! Шишуиш, услышав это, постарался изобразить на лице скуку, недовольство и отсутствие интереса к этой теме. Он подполз к столу и начал рассматривать беспорядок из бумаг, как будто там лежали контракты об убийствах, что действительно могли бы привлечь его внимание. — Ты же сам понимаешь, что как друга я тебе все прощаю, но как эмир города… Шишуиш, ну всему же есть свои границы? Неужели твою охоту на домашний скот и птиц никак нельзя остановить? Нага взял в руки один из листков и, не сводя с него взгляда, ответил: — Конечно можно. Но только… — Ши вернул листок на стол и посмотрел на эмира, хищно улыбнувшись. — Ты же сам прекрасно знаешь и понимаешь, что я и подобные мне существа не видят ничего ужасного в том, чтобы съесть человека. И так же тебе прекрасно известно, что я, живя здесь, среди людей, изменил свой рацион питания. Нага обполз Амаана с другой стороны, его голос стал более шипящим. — Я хищное существо, мне необходимо охотиться. Это ты тоже знаешь. — продолжил змей, шепча правителю почти в самое ухо. — Конечно я могу прекратить охотиться на кур, овец и коз. Если это то, чего ты действительно требуешь от меня. Эмир посмотрел на Шишуиша, который встал скрестив руки, а взгляд ясно гласил «ты же знаешь, что я прав». И не ошибался. Если он на самом деле запретит ему охотиться на животных, у этого наги хватит наглости нападать на людей. И что самое страшное — остановить его будет невозможно. Как сейчас, он страже больше не дастся. Змей, услышав вздох друга, сказал: — Амаан, ну сам посуди. Я убил много животных, да. Но самих хозяев я и пальцем не тронул! Самим людям я вреда не доставляю! — Шишуиш, я все прекрасно понимаю. Но прошу, пойми. Эта проблема, которая в последствии может привести к большим неприятностям. — ответил Амаан. — Конечно я тебе очень признателен за то, что тогда ты перерезал группу мятежников. Но подавить массовое восстание даже тебе будет не под силу, каким бы талантливым ассасином ты не был! Теперь настала очередь змея согласиться со словами эмира. Один он не справится с целой толпой разъяренных людей. Тут даже его умение невидимости не поможет. По началу они и вправду могут растеряться, но быстро сообразят что к чему и более вероятно, смогут определить, где он находится. От этого короткого размышления, о том что он может быть не прав, что может быть виноватым в большой проблеме, что его навыки и умения не смогут его спасти, настроение у Шишуиша начало слегка портится. Сам Амаан прекрасно понимал, что вопрос о том чтобы нага сам покупал и ел животных даже поднимать не стоит — во-первых Шишуишу негде было бы их держать, во-вторых он просто не будет этим заниматься. Это не может длиться вечно, нужно предпринять. И, желательно, как можно скорее. Правитель посмотрел на змея, и в душе как будто упал большой, тяжелый камень. Сосредоточенное, с тенью грусти и огорчения, лицо Ши вызывало глубокое сожаление, и лишало каких либо возможностей продолжать высказывать недовольство по поводу его поступков. — Ладно. Я что нибудь придумаю. — сказал эмир, еще раз вздохнув. — На самом деле, как ты сказал. Для меня главное, что ты людей не трогаешь. Но молчание со стороны наги нисколько не развезло нависшую атмосферу, а только наоборот — утяжелило ее. — Ши, послушай. — окликнул друга правитель. Зиузи резко перевел на него взгляд. Красные глаза были полны то ли внимания, то ли раскаяния. Но поверх этого всего лежала толстая пелена какой-то загадочной дикости. Амаан даже засомневался, можно ли его ободряюще похлопать по плечу — не сочтет ли он это враждебным жестом? Не зашипит и не набросится ли, скаля клыки и высовывая раздвоенный язык? — Как на счет партии в шахматы? — предложил эмир. Шишуиш несколько раз моргнул, продолжая смотреть на Амаана, как будто пытаясь понять его слова. — Хочешь снова почувствовать себя победителем надо мной? — спросил змей слегка недоверчивым тоном, кладя руку на вышитый письменами пояс. — Если ты не будешь играть в шахматы, то я так и продолжу все время выигрывать у тебя! — развел руками эмир. Еще одна мысль о поражении. О постоянном поражении! Этого Шишуиш не мог вытерпеть. — Пошли играть в шахматы. — решительно сказал он. — И будем играть до тех пор, пока я не выиграю у тебя! Амаан рассмеялся. Шишуиш всегда останется Шишуишом, какие-бы проблемы и тревоги не возникали на его пути. Эмир наспех собрал разложенные листки, после чего два друга направились к двери. Эмир и ассасин сидели за небольшим столиком, который полностью накрывала шахматная доска из белого и черного мрамора. Стеклянные фигуры были разбросаны в хаотичном порядке, и трудно было представить, что у каждого из играющих все находится во внимании. Амаан сосредоточенно подпирал рукой подбородок и просчитывал каждый ход фигуры. Шишуиш откинулся на спинку стула и сидел скрестив руки — когда была его очередь совершать ход, он перемещал шахматы кончиком змеиного хвоста. Эмир передвинул фигуру, объявляя наге шах. Змей повнимательнее рассмотрел доску, как и где расставлены шахматы. Он сразу заметил узкую щелку, которой можно было бы воспользоваться, чтобы обыграть друга — эта партия была уже пятая по счету и Шишуишу это изрядно надоело. Однако он не мог отказаться от своих слов и упорно старался выиграть игру. Передвинув фигуру под защиту короля, он сразу начал обдумывать все возможные ходы, которые могли привести его к победе. Амаан совершил свой ход, который был змею только на руку. Шишуиш преисполнился надежды и уверенности. Вот от его плана осталось лишь последнее движение и… — Шах и мат. — в пятый раз произнёс эмир, поставив ферзя на черную клетку. — Как… — прошептал змей, не решаясь поверить, что вот так просто снова проиграл. Он начал лихорадочно искать фигуру, которой можно было бы снова защитить короля, но Амаан был прав — Шишуиш не мог больше совершать ходов. Змей вздохнул и, устало закрыв глаза, снова откинулся на спинку стула. — Хочешь прерваться? — предложил правитель, понимая, что змей уже измучился игрой и постоянными поражениями. — Об этом не может быть и речи! — громко заявил нага, снова расставляя фигуры положенным образом. Эмир прекрасно понимал, почему Шишуиш так настаивает на продолжении игры. Амаану хотелось уже завершить страдания и мучения друга, но не был уверен, что играя в поддавки будет честно. — Послушай, Ши. — сказал правитель, начав постукивать кончиками пальцев по краю стола. — Я поминаю твое желание одержать победу, но у меня нет возможности сегодня играть весь день. Во взгляде наги мгновенно стрельнул вызов и противостояние словам эмира. — Давай сделаем перерыв до… до вторника? Я специально высвобожу этот день и мы целиком посвятим его шахматам. На самом деле Шишуиш очень обрадовался, услышав эти слова. Он уже не чаял, когда сможет выиграть, чтобы заняться чем-то более интересным. Например, жестокая тренировка под палящим солнцем. Это было тяжело и мучительно, но именно за это Шишуиш ее и любил. А еще, эта тренировка была инструкцией его учителя — это не могло не вызывать приятных воспоминаний. — Я не собираюсь отступать. — продолжал сохранять лицо нага. — Но если у тебя есть дела, я не смею мешать. Два друга попрощались, и змей направился к окну. Раскрыв его, Шишуиш добавил, что непременно выиграет у Амаана хоть одну партию. Со стороны это могло показаться как дружеская угроза, но на самом деле, это было неким успокоением и приободрением самого себя. Когда кончик красного, змеиного хвоста скрылся за окном, Амаан вздохнул. Шишуиш хороший парень — молодой, бесстрашный и целеустремленный. Но его амбиции не приведут его ни к чему хорошему. Эмиру хотелось помочь ему, но он знал, что змей просто не будет его слушать. *** Звякнули тяжелые цепи. Шишуиш резко раскрыл глаза — в голове все гудело, спина и шея ныли от долгого, бездвижного положения. Змей пошевелил разведенными в стороны руками — они были прикованы к стене цепями, а обхваченные металлом запястья уже начало покалывать. Шишуиш медленно поднял голову. Боль в углу рта сразу напомнило ему о том, что во время драки, ему разбили губу. Змей увидел перед собой железные прутья решетки. Он сидел на холодном, каменном полу, едва освещаемый тусклым светом настенного факела. — А, очнулся, мерзавец? — послышался незнакомый голос. Шишуиш резко повернул голову в сторону и увидел стражника дворца эмира. Что он делает тут, запертый в подвале дворца его друга? Даже не в простой, городской тюрьме? А главное, как его схватили и затащили сюда? Шишуиш опустил голову, позвонки в спине снова взвыли. Сосредоточившись, он начал вспоминать произошедшие события. Драка, стражники, он лишился чувств… Змея пронзило страшное чувство. Это был не он! Стараясь вспомнить драку подробнее, мутно стали всплывать и другие воспоминания, которые заставили нагу покрыться холодным потом ужаса. Вернувшись от эмира в свой дом, Шишуиш с облегчением вздохнул. Кажется, он погорячился, сказав что они не закончит играть, пока он не выиграет. Подумаешь, проиграть в шахматы! Это всего лишь игра, не больше! Змей снял со стены два своих любимых меча и стал рассматривать рукояти. Надо будет позолотить их заново. Он выполз на задний двор, где почти весь день провел в тренировках. Как же он тогда угодил сюда?.. Этот день был таким же обычным как и все дни, за исключением утреннего визита к эмиру. Уже готовясь ко сну, змей стал снимать с себя наплечники, ремни и поручи. Вделанное в них золото ярко отсвечивало свет от масляной лампы, превращая свой блеск во что-то загадочное, притягательное. Шишуиш не раз отмечал про себя, что при таком освящении золото выглядит иначе — выглядит дороже, красивее, роскошнее. Он любил полюбоваться им, и этот раз не был исключением. Вглядываясь в золотые блики, у наги постепенно начало темнеть в глазах — все цвета вокруг померкли, остался лишь свет горящего золота. В этот миг Шишуиш понял, что произошло нечто ужасное. Он не смог уловить миг, в какую секунду это произошло, но он отчетливо понял, когда его разум отделился от тела. Мысленно он все видел, понимал и ощущал, но движениями будто повелевал кто-то другой. Змей встал и решительно выполз из дома, на потемневшие улицы. Высовывая язык, он пытался почувствовать чье-то присутствие. Нага знал, куда ему нужно ползти. Проползя несколько улиц, его хищный взор уперся в идущего навстречу ночного стражника. — Эй! Ты чего здесь делаешь? В такой поздний час? — спросил стражник, подходя к змею ближе. — Опять какую гадость совершить надумал? Шишуиш прекрасно понимал, что он сейчас с ним сделает, но как бы он не пытался закричать «Беги!», он так и не смог. Змей зашипел, широко раскрыв рот и оголяя свои тонкие клыки. Он набросился на стражника, сбил его с ног и придавил хвостом. Разодрав патрульному горло как дикое животное, нага сорвал с его пояса кошелёк, в котором лежало несколько золотых монет. Достав их, Шишуиш повертел их в руках, затем облизнул одну. Ощущение золота стало более отчетливым. Змей поднял голову — его взгляд уставился на окно ближайшего дома. Там, внутри, есть еще золото! Не сводя взгляда с окна, он заполз по стене. Поравнявшись со ставнями, он ударил по ним обеими руками, проламывая их внутрь. Нага не боялся шума, не боялся что могут сбежаться стражники, не боялся что жители дома проснутся. Шишуиш заполз внутрь — он чувствовал золото прекрасно. Не оглядываясь по сторонам, нага прополз вглубь дома. Подползая к двери, он полностью прильнул к ней, будто пытался услышать звуки с той стороны. Подергав дверную ручку, он только убедился в том, что она заперта. В коридоре послышались шаги и стены осветил тусклый свет масляной лампы. — Кто здесь? — раздался голос пришедшего хозяина. Увидев, как в темноте сверкнуло два полностью золотых глаза, он ахнул и скрылся из виду. Шишуишу было все равно, куда и зачем побежал хозяин дома. Его сейчас интересовало совсем другое. Подняв одно кольцо своего хвоста, он с силой ударил по двери. Послышался хруст, но она не поддалась. Следующий удар дверь уже не выдержала, и змей заполз в комнату. Книжные полки, стол, шкаф — похоже, это была личная комната хозяина, где он вел работу с бумагами. Там же было несколько завязанных кошельков с деньгами. Нага забрал их все и пополз к первому попавшемуся окну. Раскрыв его и высунув голову, он увидел, как к дому сбежалось трое стражников. Вместе с ними был и хозяин дома, который, по всей видимости их и позвал. Стража так же обнаружила убитого Шишуишом патрульного. Стоило змею почувствовать, что у прибежавших есть с собой немного золотых монет, как он тут же забыл про те, что у него были, а глаза засветились желтым ярче, чем прежде. Бросив золото вниз, на землю, нага быстро выпрыгнул из окна, опускаясь в нескольких шагах от стражников. Четверо людей обернулись на змея. Хозяин дома сразу указал на него, испуганно повторяя, что видел именно эти глаза в своем коридоре. Стражник вышел вперед, обнажая свою саблю. — Во имя Алмунашия, ты задержан законом! — громко произнёс он, приближаясь к Шишуишу. Двое его помощников сжали в руках свои копья сильнее и начали обходить змея с двух сторон. Нага тихо, как будто предупредительно зашипел и пополз им навстречу. — Стоять на месте! — стражник повысил голос. Совсем неожиданно, Шишуиш прыгнул на него, сбивая хвостом других двух стражников с ног. Ловко проскользнув под лезвием сабли, змей вцепился в несчастного руками и повалил на землю. Нага вцепился зубами в руку стражника, отчего тот с болезненным криком выронил меч. Свободной рукой, он замахнулся и ударил обезумевшего зиузи костяшками пальцев по лицу. Удар заставил Шишуиша слегка отпрянуть в сторону и стражник воспользовался этим мгновением. Он быстро вскочил на ноги и крикнул: — Махмар! Беги за подмогой! Тот развернулся и бросился бежать со всех ног, выполняя приказ. — Раджит, обходи его сзади! — отдал команду другому стражнику первый. Змей с большей яростью набросился на противника, хватая его руками за горло. Он был настолько сосредоточен на одном противнике, что совсем не обратил внимания на Раджита, который подбежал сзади и ударил копьем его хвост. Из пробитой чешуи полилась кровь. Нага зарычал и быстро обернулся, не выпуская из рук горла стражника. Кольцо хвоста снова устремилось к Раджиту и, так же как минуту ранее, сбил его с ног. Тем временем захваченный стражник пытался освободиться от удушающей хватки змея. Рука, которую нага укусил, начала неметь, разнося по всему телу болезненное чувство слабости. — Махмар… Где ты… — прохрипел умирающий стражник. В шее раздался хруст. Разжав руки, безжизненное тело упало на пыльную землю, а нага обернулся на Раджита. Шишуиш посмотрел на свой хвост. Видя и вспоминая полученные раны, они как будто специально начинали давать о себе знать только сейчас. Стражники постарались отколотить его как следует, прежде чем ударить чем-то увесистым по голове и лишить чувств. Нагу пронял глубокий страх. Что теперь с ним будет? Что с ним произошло тогда? А главное, поверит ли кто-то его объяснениям, что все это происходило против его воли?.. Из стражников никто не поверит… Эмир! Возможно Амаан поверит! Поймет и поможет как друг! Нага снова поднял голову, но встретившись с суровым взглядом Рамиса, ком застрял в его горле. Он настолько погрузился в воспоминания, что совсем не заметил, как к нему подошел начальник стражи. Шишуиш почувствовал, что не может смотреть ему прямо в глаза. В голове сразу промчался вопль «Как так? Он же просто человек!». Змей снова поднял на него взгляд и произнёс: — Я хочу увидеться с его высочеством. — Ты все к эмиру просишься. — с видимой ненавистью процедил сквозь зубы Рамис. — Его высочество сам хочет увидеть тебя. Змееныш карапта! Шишуиша нисколько не задело оскорбление начальника стражи, а вот то что эмир сам хочет с ним увидеться — это змея очень насторожило. Рамис молча развернулся и пошел прочь от железных прутьев, сопровождаемый злобным взглядом наги. *** Шишуиш сидел на каменном полу, с прикованными к стене руками. В слабо освещенном помещении стоял лишь один стражник, скрестив руки на груди и облокотившись спиной о стену. Стена камеры закрывала коридор от взгляда наги, но когда он услышал далекие шаги, то сразу высунул язык. Ши сразу понял, что сюда идут Амаан, Рамис и еще двое стражников. Совсем скоро, перед железными прутьями предстал правитель. — Вот он. — сухо сказал Рамис, кивая головой в сторону заключенного змея. — Как вам удалось его схватить? — спросил Амаан. — Не думаю, что он дался вам сам, как в прошлый раз. — Нет. — ответил начальник стражи. — Мы потеряли много наших, прежде чем смогли оглушить его. Клянусь Алиунашием, как же мне хочется отрубить ему руки, потом — голову! — Погоди, Рамис. Всему свое время. — произнес эмир, после чего обратился к змею: — Шишуиш. Нага не сводил взгляда с правителя и смотрел на него как на своего спасителя. — Амаан! Послушай, произошло чистое недоразумение! Я… — начал змей, но эмир поднял ладонь, молча приказывая наге остановиться. — Ты понимаешь, что ты сделал? — голос правителя был строгим и холодным. — Амаан, это не был… — Шишуиш оборвал свою речь. Его взгляд упал на золотые кольца эмира. Все внутри начало клокотать — будто какой-то зверь начал вырываться из клетки. Змей зажмурился, стараясь сосредоточиться над тем, чтобы не позволить потерять над собой контроль. — Был не ты? — договорил правитель. Шишуиш зашипел и дернулся в его сторону, гремя цепями. Глаза сверкнули золотым светом, но тут же погасли. — Амаан! Со мной что-то случилось! — выкрикнул нага, чувствуя, как разум начинает затуманиваться, а руки против его воли пытаются вырваться. — Что-то случилось?! Да! — повысил голос эмир. — Ты еще вчера говорил, что не представляешь собой опасности жизням людей! И следующей же ночью… Ты знаешь скольких людей ты убил? Сколько стражи? Рамис вынул саблю, а в голове змея вновь пронеслись сказанные Амааном слова — «Всему свое время.»… — Амаан, я всегда придерживаюсь словам моего учителя — мастерство ассасина заключается в том, чтобы убить как можно меньше людей! — произнёс Шишуиш. — Я бы не стал просто так… Глаза змея снова зажглись и он стал с прежней силой рваться из цепей, рыча и скалясь на правителя. — Да он, похоже, бешеный! — произнес Рамис. — Я убью его! — Погоди… — Амаан нахмурился. — Шишуиш пытается нам что-то сказать… Это правда на него не похоже. Он может вести себя как хищник пустыни, но нет до такой степени. И глаза у него раньше никогда так не светились… Нага на мгновение перестал рваться и крикнул: — Амаан! Золото!! После этого, змей снова продолжил шипеть, тщетными попытками вырваться, растирая запястья до крови. Эмир продолжил смотреть на нагу, но через пару мгновений он догадался, что тот имел ввиду. Правитель отвернулся от прутьев. — Рамис. Следи за его поведением, а я скоро вернусь. — сказал Амаан и быстрыми шагами пошел по коридору. Когда эмир ушел, змей постепенно начал успокаиваться. Он уже не рвался с цепей как прежде, но все равно шипел, прожигая взглядом Рамиса. Постепенно нага совсем успокоился и остался сидеть с опущенной головой. — Что с тобой происходит? — спросил начальник стражи. — Сам не знаю… — едва слышно ответил Шишуиш, обреченно вздохнув. Больше Рамис ничего не спрашивал, и в помещении воцарилась тишина. Только один стражник, облокотившись спиной о стену, иногда постукивал носком своего сапога по каменному полу. Амаан вернулся — на нем не было ничего из прежних украшений, что могло содержать в себе золото. Змей знал, что эмир вернулся, даже еще когда тот только спустился в коридор, но виду не подал. — Что было с Шишуишом? — спросил правитель у Рамиса. — После того, как вы ушли, он постепенно начал успокаиваться, пока совсем не стих. — ответил начальник. — Ты начинаешь вести себя как безумный. — змей сразу понял, что эти слова обращены к нему, а поэтому сразу поднял взгляд на Амаана. — Почему? Раньше с тобой этого не было, ведь так? Нага прекрасно понимал, что ответ, какой он дал Рамису чуть ранее, не удовлетворит эмира. — Да, это так. — ответил Ши. — И как ты это объяснишь? — Амаан, это произошло вчера вечером. — начал рассказывать змей. — Мое тело вдруг перестало слушаться меня. Как бы я не пытался остановиться, у меня не получалось. Я как будто оказался под гипнозом… Но мысленно осознавал и понимал все, что происходит. — И сейчас произошло то же самое? — спросил эмир. — …Да. — Ты знаешь, почему это происходит? — У меня есть предположение… — нага слегка качнул рукой и зашипел от боли в растертых запястьях. — Возможно на это влияет золото. — Золото? — переспросил правитель, хоть уже и предполагал это, исходя из того, что выкрикнул ему нага раньше. — Да. Когда я увидел твои золотые украшения, я почувствовал, что это… безумие, оно снова начинает овладевать мной. И когда я дрался со стражниками, залез в дом… Мне кажется, что я просто искал золото. Опять нависла тишина, полная неприятной тяжести. Нага пытался быстро найти решение возникшей проблемы, но ничего в голову не приходило. Он чувствовал, что ему нужно сказать что-то положительно на счет произошедшего — это хоть как-то облегчит ситуацию и разгрузит атмосферу. — Продолжать держать его здесь, пока я не… — сказал Амаан вполголоса Рамису, но тут же был оборван голосом змея. — Что?! Я останусь здесь?! — воскликнул он. — К сожалению, я не могу даровать тебе свободу, как предыдущие разы. — ответил ему правитель. — Осознанно или не осознанно, ты убил городскую стражу. Раз ты еще и не можешь контролировать свои бешеные припадки, тебя тем более нельзя отпускать. Сидеть здесь — для тебя это лучшее, что может быть на данный момент. Если бы ты не помог мне тогда, в прошлом, я бы приказал казнить тебя сегодня вечером. Неожиданно, в голову Ши пришла мысль, которая заставила его ахнуть. Есть один человек, который наверняка знает, что с ним произошло! — Ваше высочество! — обращение к Амаану по титулу удивило правителя, так как Шишуиш почти всегда называл его просто по имени. — В городе Ашташ есть человек, который может знать, что со мной произошло. Скорее всего он даже знает, как мне избавиться от этого. Я прошу у вас разрешения выпустить меня и сползать к мудрецу Дашиа. Амаан какое-то время продолжал смотреть на змея, обдумывая его мольбу. — …Сожалею, кателу. — со вздохом ответил он, отводя взгляд. — Ты останешься здесь. Я отправлю своих людей к мудрецу Дашиа и все у него узнаю. Лицо змея сразу приобрело темный оттенок злости. Он опустил голову и остался сидеть так. Шишуиш не смирился со словами правителя, даже и не собирался. Более того, в нем опять завыла гордость и упорство, противостояние сказанному. Добраться к Дашиа стало для него новой целью, а в силу своих амбиций, нага не мог от нее отказаться. Он остался сидеть и ждать, пока Амаан не уйдёт. Эмир еще раз вздохнул и пошел назад, по коридору, откуда пришел. За эти несколько секунд, Шишуиш уже продумал план побега. И все, что ему надо было делать, это только ждать смены стражи. Амаан действительно думает и верит в то, что сможет держать змея взаперти? От одной этой мысли Шишуишу становилось забавно. Зиузи сидел тихо, почти беззвучно и не шевелясь — только редко поднимал голову и осматривался по сторонам, так как мышцы в шее и спине продолжали неприятно ныть от постоянного положения в одной позе. Но ассасин подбадривал себя тем, что с каждой минутой, с каждой секундой приближается миг его свободы. Прошло около пяти часов, прежде чем стража начала двигаться в сторону выхода. Как раз начали заходить новые, которые должны были сменить пост предыдущих. Змей внимательно следил за ситуацией и ждал нужного мгновения. Пришедшие стражники начали разбредаться по всей тюрьме, примечая всех заключенных. Змей не смог сдержать улыбки, когда проходивший мимо страж сказал другому, что удивлен видеть здесь нагу — он слышал, что это весьма выдающийся ассасин. Интересно, как его смогли поймать? Эти двое прошли мимо и кроме заключенного змея больше никого не оказалось. Этот миг настал… Охранник вернулся на свое место, но проходя мимо камеры, в которую был заключен нага, замедлил шаг и нахмурился. Подойдя к решетке ближе, в душу стало закрадываться чувство некого страха — Шишуиша не было. — Змея караптова… — прошептал он. — Ахмед! К нему тут же подбежал еще один стражник. Увидев настороженный взгляд друга и пустую камеру, он сразу обо всем догадался. — Проверь замок! — сказал Ахмед вполголоса и быстро осмотрелся по сторонам. — Закрыт… — ответил дежурный. — Сбежал через какой-нибудь тайный ход в самой камере? — предположил Ахмед. — Его же просто нет!! — Надо проверить кандалы. Хотя бы понять, как он высвободиться смог! — стражник вставил ключ в замочную скважину. Оба охранника еще раз посмотрели в сторону коридора, чтобы убедиться в том что этого промаха точно кроме них никто не видел. Повернув ключ, стражники зашли внутрь. — Был же здесь, две минуты назад! — прошептал один из них, первым делом начав осматривать потолок. Ахмед сразу направился к цепям, но вдруг послышалось шуршание и его отбросило в сторону сильным толчком. Он упал с ног, но увидел как его друга также подбросило вверх, затем ударило о каменную стену, лишая чувств. Стоило ему начать вставать, как Ахмед почувствовал, что его обвил вокруг талии змеиный хвост и снова отбросил в сторону. Ударившись головой о каменную стену, Ахмеда оглушило, в глазах начало быстро темнеть. Последнее, что успело сверкнуть в размытом видении, это два красных глаза. Убедившись, что оба стражника больше не представляют собой никакой преграды, Шишуиш кончиком хвоста вынул из двери связку ключей. Нужно найти ключ от цепей, пока никто ничего не заподозрил и не пришел сюда. Все-таки один из них оставил свой пост и его долгое отсутствие может привлечь чье-то внимание. Поднеся ключи к правой руке, он схватил пальцами один. Перехватив его хвостом, Шишуиш вставил его в скважину цепей и попробовал открыть. Этот ключ был не тот. Нага попробовал следующий. Как он и ожидал, где-то вдали начали слышаться глухие шаги. Ши сразу понял, что его время на исходе, что секунды начали идти быстрее обычного. Змей попробовал следующий ключ. Не тот. Неужели он упустит свою возможность? Еще один ключ пробует открыть кандалы. И этот не подходит. Нага не видел приближающегося стражника, но знал, что ему осталось каких-то семь или пять шагов. Ключ повернулся и цепи, с лязгом, открылись. Сейчас Шишуишу было все равно на шум — главное высвободить вторую руку. Как только кандалы второй руки раскрылись, нага снова исчез. И вовремя — в ту же секунду, из коридора вышел стражник и увидел все произошедшее. — Тревога! Змей сбежал!! — закричал он. Прежде чем страж успел забежать внутрь открытой камеры, Шишуиш невидимым выполз из нее по потолку и сейчас как можно быстрее вытаскивал из нее за собой хвост, надеясь что никто не решит закрыть дверь и не прищемит его. Нага ощутил внутри странное чувство — то самое, какое предшествовало его безумствам. Скорее всего, кто-то из стражников имел с собой золотые монеты и он это почувствовал. Нужно быстрее уползать отсюда! В тюрьме поднялся шум, тревога, заключенного начали искать. Но Шишуиша это нисколько не беспокоило — он вырвался на свободу. Еще раз его пленить не смогут. Обернувшись на стоящее позади здание, из которого он только что выполз, змей усмехнулся. — Всех обманул. — тихо произнёс он и направился к своему дому. *** Шишуиш оставался невидимым до тех пор, пока не закрыл за собой дверь своего дома. С облегчением вздохнув, нага еще раз ощутил цену свободы. Еще раз вспомнив, как он обвел стражников вокруг пальца, снова вызвало у него улыбку. «Так. А теперь — скорее к Дашиа. Он должен знать, что такое со мной происходит.» — подумал Ши и пополз вглубь своего дома. Как только он очутился в следующей комнате, змей почувствовал как голова начинает тяжелеть, как просыпается жажда дорогого металла. Нага сразу понял, что у него в доме слишком много золота, чтобы сейчас находится тут. Также… Это значило, что он не сможет взять с собой два своих лучших меча — их гарды были позолочены. Когда Шишуиш решил, что нужно разворачиваться и уползать как можно скорее, уже было поздно — он остался стоять на месте. Нага высунул язык, чтобы лучше почувствовать золото, затем быстро пополз в комнату, откуда все началось. «Что ж, надеюсь что у меня хватит ума остаться в этот раз дома.» — подумал змей, искренне стараясь как можно обиднее подумать про самого себя. Остановившись перед столом, на котором лежали золотые монеты, змей сгреб их руками в кучу. Нага стал смотреть в разные стороны, пытаясь увидеть больше золота. Змей растерянно пополз к стене, на которой висели его мечи. У Шишуиша в голове промелькнула замечательная мысль, которая его весьма обрадовала. Выглядело так, что слишком много золота сбивает его с толку — он не знает, что взять сначала. Тем не менее, Шишуиш собрал все вещи в доме, которые могли иметь в себе хоть крупицу золота и сложил в одной комнате беспорядочной кучей. Затем он лег на пол, рядом со своим богатством, и закрыл глаза. Нага начал медленно погружаться в сон. «Этого только не хватало!» — мысленно воскликнул Ши. У него и так была каждая секунда на счету — вот-вот могут явиться стражники! Хоть самого Шишуиша и клонило в сон, его тело уснуло не дожидаясь разума. Нага не видел и не слышал, но мог продолжать думать. В одно неопределенное мгновение, Ши почувствовал, что снова владеет собой. Пока есть возможность бежать отсюда, пока это дикое существо в нем опять не проснулось! Змей вскочил и устремился к двери. Он выполз из дома и, не обращая внимания на бегущих к нему вдали стражников, пополз к воротам города. Услышав позади крики преследователей, Шишуиш зло зашипел и исчез из их поля зрения. Пятеро стражей замерли в недоумении — они только что видели красного змея, и вдруг он растворился! А сам Шишуиш продолжил ползти как можно быстрее, стараясь даже не думать о золоте. Он надеялся, что вдруг не почувствует этот проклятый металл и спокойно покинет Рахифал. Змей полз невидимым, закрыв ладонями нос и рот, чтобы случайно не начать терять над собой контроль. И только когда он вырвался за пределы города, то с облегчением вздохнул. Добраться до Ашташа будет легко. Стояло полуденное солнце пятого дня, когда змей заполз на стену великого города Ашташ. Еще оттуда он увидел величественную башню мудреца, от которого хотел просить помощи. Да, сейчас он был безоружен и стражники должны были бы без проблем пропустить его. Но что если у них есть золото? Если он при них начнёт себя странно вести, его точно не пустят к мудрецу. Но в том, чтобы пробраться мимо стражи незаметно, у Шишуиша не было беспокойства. Нага стал ползти малозаметными, задними улочками, где было бы меньше всего людей. Добравшись до жилища Дашиа, Ши невидимым пробрался внутрь через окно. Сползая по стене вниз, в зал, змей сразу почуял вдали золото. И ему это очень не понравилось. — Мудрец Дашиа! — крикнул нага, не видя хозяина башни в зале. Никто не отозвался. «Наверное, он в своей библиотеке. О, Касахис!» — раздосадовано подумал змей. Шишуиш подполз к лестнице и еще раз позвал мудреца. Как и минуту назад, ответа не последовало. Нага недовольно вздохнул и заполз на стену. Перебравшись на потолок, он подполз к отверстию верхнего этажа и опустился перед дверьми библиотеки. В прошлый раз, когда он тут был, Шишуиш получил незаменимый опыт со ступеньками, который научил его обходить их. Нага положил руки на двери и, подавшись вперед, раскрыл тяжелые двери. Плохое настроение и тревога кружили вокруг змея, он надеялся, что Дашиа здесь. А если его и нет, он обыщет всю башню, перевернет вверх дном весь Ашташ, но найдет его. Змей заполз в царство книг и сразу высунул язык — за несколькими шкафами стоял какой-то человек. Шишуиш устремился туда. Резко выглянув из-за одного из шкафов, нага увидел мудреца, листающего большую книгу. Нага поправил прядку волос, которая растрепалась и раздражающе лезла в правый глаз, тихо выдохнул чтобы выровнять сердцебиение и начал подползать к мудрецу. — Да благословит Касахис твои дни, Дашиа. — поклонился Шишуиш. Мудрец медленно отвел глаза от строк книги и, нахмурившись, посмотрел на нагу. — Пусть Касахис благословит твои пути, Рубин Пустыни. — ответил Дашиа. — Почему стражник не предупредил меня о твоем прибытии? — Мудрец Дашиа, я проник сюда без их ведома. — честно признался змей, еще раз поклонившись. — Со мной случилось нечто, было бы лучше если бы я их минул. — Разве Рубин Пустыни не обрел покой, отомстив за смерть отца? — спросил Дашиа, закрыв книгу и убрав ее на полку. — Я же продолжаю жить. — ответил змей, пожав плечами. — Жизнь никогда не стоит на месте. Она тревожится и успокаивается, и замрет только когда остановится сердце. — тихо заметил мудрец. — Что случилось? — Дашиа. Я начал чувствовать золото. Когда я нахожусь с ним рядом, я впадаю в какое-то безумное состояние. — начал рассказывать нага. — Мой разум остается трезвым, а тело выходит из под контроля, будто им управляет кто-то другой. — Интересно. — задумчиво протянул мудрец, обхватив рукой подбородок. — И как давно это началось? — Около недели назад. Первые два дня были нечто ужасным! Я против своей воли даже… убил нескольких людей, пытаясь забрать их золото. — змей слегка промедлил, ожидая услышать от мудреца укор. — Остальные пять дней я добирался сюда. Сначала я даже подумал, что все уже прошло, но когда оказался здесь, то понял что продолжаю чувствовать золото и если не поспешу убраться подальше от него, то снова стану безумным. Скажи, что со мной происходит? — То, что ты описал, похоже на проклятье Аланина. — ответил Дашиа, пройдя мимо змея и жестом позвав его за собой. — Что это за проклятие? Откуда оно? Как от него избавиться? — начал спрашивать нага. — Это проклятие способствует похожему на то, что с тобой происходит. — ответил мудрец, подходя к двери. — Пока ты еще обладаешь своим разумом. Но со временем, если ничего не делать, и он умрет. Все что от тебя останется — это лишь безумный монстр, собирающий золото. Даже проклятые люди выглядят ужасно. Я представляю, во что можешь превратиться ты. — Я не хочу ни во что превращаться! Я хочу от этого избавиться! И как можно скорее! — начал нервничать змей. Они начали спускаться вниз по ступеням. Шишуиш спустился в зал таким же путём, как и поднялся наверх, подполз к подножью лестницы и остался ждать мудреца. — Как я вообще стал проклят? — спросил нага, когда Дашиа осталось пройти несколько последних ступенек. — Очень просто. Кто-то мог наколдовать на монетку, которой потом расплатился с тобой. — ответил мудрец. — Поможет ли выбросить эту монету? — Нет. Она свое дело сделала. Передала проклятье тебе. Теперь она такая же, как и все любые, простые монеты. Твое освобождение от проклятия зависит только от тебя. — Что мне надо сделать? Убить того, кто создал его? Кто наложил его на монету? — тут же загорелся решительностью нага. — Нет-нет. Это проклятие снимается силой воли. — произнёс Дашиа. — Пока это безумное состояние не развилось, его можно побороть. Оно может выдохнуться. — А как оно может выдохнуться? И что способствует его развитию? — Его развитию способствует удовлетворение. Собрав какое-то определенное количество золота, проклятый постепенно успокаивается. — пояснил мудрец. Шишуиш сразу вспомнил поведение дома — собрав все золото в доме, он успокоился. Значит, это было совсем нехорошо… — А выдыхается это состояние тем, когда проклятый в своем безумном состоянии пытается добраться до золота, но не может, как бы не пытался. Должно пройти какое-то время, прежде чем начнётся просветление. — закончил Дашиа. Шишуиш вспомнил и похожий на это момент — находясь закованным в тюрьме, когда она бросался на эмира, через какое-то время, он на мгновение мог взять над собой контроль. Могло ли значить, что оставшись в тюрьме, он мог бы вылечиться от этого проклятия? Нет. Надо чтобы у него были постоянные припадки, а об этом он не знал. — Как мне лечиться от этого? — тихо, будто спрашивая самого себя, спросил Шишуиш. — Я вижу, что тебя это очень мучает. И тревожит, особенно как ассасина. — с сожалением в голосе произнёс Дашиа. — По твоим словам, ты убил нескольких невинных людей, а мастерство ассасина заключается в том, чтобы убить как можно меньше? — Нельзя убивать невинных людей, на которых не заказывали контракты. — подтвердил слова мудреца Шишуиш. На мгновение он вспомнил, как все это ему рассказывал Рахат. Наверное, если бы он узнал об этом, то сильно бы разочаровался в нем… — Я могу тебе помочь. — на удивление змея, Дашиа мягко улыбнулся. Он подошел к стене, в которой была сделана большая, каменная ниша. Мудрец зашел в нее и позвал за собой нагу. — Я бы посоветовал забрать сюда весь твой хвост. — сказал Дашиа. Змей послушно забрал в нишу все свои кольца, не понимая зачем. Мудрец опустил вниз неприметный рычаг, что был встроен в стене. Послышался лязг цепей и пол ниши начал опускаться вниз. Шишуиш ахнул и с изумлением задрал голову вверх, провожая взглядом исчезающий проем зала. — Какое изумительное приспособление! — выразил свой восторг нага. Каменная плита с мудрецом и змеем опустилась к балкону еще одного каменного зала. Он огибал помещение по кругу, ограждаясь от обрыва красивыми балюстрадами. По бокам шли две лестницы, ведущие вниз, в сам зал. С противоположной стороны находилась такая же ниша как из которой они только что вышли — по всей видимости, это был такой же спуск сюда с другой стороны верхнего зала. На стене у балкона и зала висели чаши с углями. Они не горели, оставляя зал в полной, кромешной темноте. Но зрение Шишуиша позволяло ему видеть без освещения, поэтому он все хорошо рассмотрел. В ту же секунду, угли в чашах вспыхнули и зал наполнился рыжеватым светом. С противоположной стороны спустились двое стражей, которые сразу спустились вниз. Нага с интересом следил за ними и размышлял, как именно мудрец поможет ему. Дашиа спустился вниз к солдатам, и обернулся на Ши, взглядом приказывая ему продолжать следовать за ним. Змей сполз вниз, как будто боясь ослушаться мудреца и прогневать его. Сейчас, у ассасина все надежды были только на него. Когда трое людей и нага оказались в центре зала, мудрец сказал: — Рубин Пустыни. Я хочу помочь тебе избавиться от проклятья Аланина. Как я говорил ранее, его можно заставить выдохнуться. Позволь мне сделать это. — Конечно, мудрец Дашиа. — ответил змей. — Делай все, что сочтешь нужным для того, чтобы избавить меня от этого! — Тогда позволь мне приковать твои руки цепями к полу. — произнес мудрец. Шишуиш покорно поклонился и выставил вперед обе руки. Стражники сразу надели на его запястья кандалы, цепи прикрепили к двум железным кольцам, вбитым в каменный пол. Шишуиш сделал глубокий вдох.

***

Гремя железными цепями, змей в очередной раз, с шипением, бросился в сторону каменного балкона, на котором лежало золото. Его глаза светились желтым, волосы растрепались, а запястья уже кровоточили, от постоянных попыток вырваться. Дашиа стоял наверху и смотрел, как обезумевший нага пытается вырваться, чтобы схватить чувствуемое им золото. «Как ты себя чувствуешь, Рубин Пустыни?» — прозвучал голос мудреца в голове Шишуиша. Дашиа разговаривал с ассасином по телепатии, что сначала очень удивило нагу. «Мне кажется, что я сейчас руки себе оторву!» — с мучением ответил ассасин. Мудрецу казалось необычным видеть разъяренного змея, который отвечает спокойным голосом. Это выглядело очень неестественно. Нага еще какое-то время продолжал рваться, но постепенно начал успокаиваться, пока не закрыл глаза и обессиленно свалился на пол. — Шишуиш? — Дашиа обеспокоенно позвал змея, схватившись руками за перила. Ассасин слабо простонал и зашевелился. Поднявшись и взглянув на мудреца измученными глазами, он произнес: — Выдохся… Один из стражников спустился к нему и освободил от цепей. У стены стоял таз с водой, в котором Ши помыл окровавленные руки. Когда змей начал обматывать их предложенными бинтами, к нему спустился мудрец. — В этот раз, ты успокоился ранее, чем в прошлый. — сказал он. Нага закрепил бинт на запястье и повращал кистью по кругу. — Насколько раньше? — спросил Шишуиш, стараясь сохранять в голосе твердость и крепость духа, когда на самом деле он хорошенько устал. — Минуты на две. — ответил Дашиа. Змей посмотрел на мудреца. Он был похож на ребенка, который с грустью и надеждой смотрит на отца, ожидая от него помощи или поддержки. — Должен сказать, что эти две минуты — это большой прогресс. Говорит о твоей твердой воле. — сказал Дашиа, но взгляд змея никак не изменился. Нага в замешательстве опустил взгляд. — Я знаю, тебя терзают сомнения. Ты не веришь мне, но считаешь, что должен. Так? — совершенно спокойно спросил мудрец. — Ты… Как ты догадался?.. — удивился Шишуиш. — Я знаю, что говорю. — старое лицо снова украсила добрая улыбка, Дашиа положил змею руку на плечо. — Пошли, тебе нужен отдых. Оставив каменный зал, они поднялись наверх. Дашиа сказал Шишуишу, что пока тот пытается избавиться от проклятия, он будет жить в одной из комнат башни. Минув несколько этажей, мудрец вышел в коридор и остановился возле одной двери. Стражники открыли ее и взору ассасина предстала небольшая комната, очень просто обустроенная. — Ты будешь жить здесь. — сказал Дашиа. — Спасибо. Да благословит тебя Касахис. — поклонился змей. — Отдыхай и готовься к завтрашнему дню. Возможно, он будет тяжелее сегодняшнего. — ответил мудрец, развернулся и медленно пошел по коридору, погружаясь в размышления. Нага проводил его взглядом. Вздохнув, Шишуиш заполз в комнату и закрыл за собой дверь. Разбросав свой змеиный хвост по полу, он устало лег в середину колец и стал рассматривать бинты на руках. Это только первый день. Сколько же ему придется мучиться, чтобы вылечиться? Он повернулся на спину и достал из поясного мешочка тонкий, белый и овальный камушек. Была видна специальная обработка, придаваемая камню необычный вид. Зиузи вертел в руках каменную чешуйку и смотрел на нее. — О, Касахис… — прошептал Шишуиш, сжимая в куре камешек и закрывая глаза. — Помоги мне… Ассасин прожил в башне три дня. Несмотря на слова мудреца, что с каждым разом у наги все лучше и лучше получается бороться с проклятием, Шишуиш все равно чувствовал себя как прежде. Он не замечал, что безумие длится короче с каждым разом, и это его злило. Змей за эти дни сильно изменился и в худшую сторону — стал более мрачным, потерял аппетит и сон. Даже один раз оскалился и зашипел на одного из стражников, когда тот, снимая оковы в очередной раз, спросил, когда же это все кончится. Дашиа видел и понимал, как Шишуиш мучился — ему были искренне жаль этого нагу. Но ничего больше, чем что уже есть, предложить не мог. Этой ночью, змей лежал в своей комнате, безнадежно уставив взгляд не смыкающихся глаз в потолок. Он аккуратно потирал перебинтованные руки. В голове не было ни одной мысли, кроме подсчетов дней, сколько ему еще тут страдать. Резко приняв сидячее положение, Шишуиш перевел взгляд к окну. Нет, таким способом он не только не избавится от проклятья, он еще и рассудок потеряет. Нужно действовать иначе. Змей встал и выполз из комнаты. Шишуиш тихо, чтобы никого не разбудить, спустился вниз. Оказавшись в главном зале, нага подполз к дежурному стражу. Тот следил за змеем как только он появился в поле его зрения, и когда приблизился, сразу задал ему вопрос: — Ты что тут делаешь? — Послушай, Илар. — Шишуиш бросил взгляд на лестницу. — Мне твоя помощь сейчас понадобиться. — В чем? Ты что собрался сделать? — настороженно спросил стражник. — Мне просто нужно спуститься в каменный зал, и чтобы кто-то раскидал золото. — ответил нага. — Я же не смогу этого сделать с закованными руками! Илар довольно часто ходил вместе с мудрецом, а тот высказывал свое сочувствие Шишуишу. Стражнику было жаль этого змея, даже не смотря на то, что это был именно он, на которого Ши чуть не набросился. Илар бегло окинул взглядом зал и кивнул головой в сторону. — Пошли. — сказал он и направился к нише. Когда оба спустились каменный зал, и стражник начал раскрывать оковы, он спросил: — Решил и ночью себя мучить? — Нет. Я хочу попробовать совсем другое. — ответил Шишуиш, навязывая еще один слой бинтов на руки. — А что? — заинтересовался Илар. — Смотри. Это проклятье овладевает только моим телом, а разум остается в порядке. — пустился в объяснения нага. — Значит, что во время безумного состояния, в голове нет ничего, кроме одного желания получить золото. Если я смогу вытеснить это желание, то мой разум вернётся на прежнее место и я снова начну обладать собой. — Это… разве не то же самое, что ты и делал все это время? — спросил стражник, не совсем понимая змея. — Все это время я просто выматывал силу проклятья. Сейчас я попытаюсь от него избавиться. Уничтожить сразу. Илар закрыл оковы на руках Шишуиша. — Тогда, наверное, мне стоит остаться здесь. На всякий случай. — произнес он. Солнце уже готовилось достигнуть середины небес, когда к Дашиа пришел один из стражников и доложил, что к нему пришел один человек — он ищет ответ на вопрос. Мудрец спустился вниз, встречая гостя. Почти у самых дверей стоял молодой мужчина, в сопровождении четырех верных телохранителей. Дашиа сразу догадался, что это эмир, и скорее всего тот, которому докучает Шишуиш своей золотой проблемой. — Да благословит Алмунаший твои дни, великий мудрец Дашиа. — поклонился гость. — Я эмир Амаан из города Рахифал. — Пусть Алмунаший благословит твое правление, эмир Амаан! — почтительно поклонился мудрец. — Тебя привел ко мне один вопрос. Что беспокоит правителя? — Один мой друг… — медленно и сосредоточенно начал говорить Амаан. — С ним случилась большая неприятность. При виде золота он беснуется и готов убить любого, кто встанет между ним и этим металлом. Но главная проблема в том, что он делает это неосознанно — он все понимает и помнит, что происходит с ним, когда находится в этом безумии. — Очень интересно. — тихо ответил мудрец и улыбнулся, начав гладить свою седую бороду. — Мой друг просил меня отпустить его к вам, но я отказал. — продолжил эмир. — Мне пришлось посадить его под стражу, так как он стал очень и очень опасен для простых людей. — Ваша стража никогда не являлась для него препятствием. И вряд ли будет. — произнес Дашиа, мысленно отметив, насколько упорно змей стремиться достигнуть задуманное. — Простите? — Амаан не понял, что именно имел ввиду мудрец, но некоторые догадки стали наполнять его разум. — Для меня не составит труда ответить вам, если вы спросите, где сейчас находится Шишуиш. — Дашиа плотно сцепил руки и посмотрел на гостя. Амман нахмурился. Неужели этот нага так и сбежал? Как? Эмир хотел было задать мудрецу вопрос, откуда он знает что речь идет о Шишуише и где тот находится, как тут же послышался лязг цепей и на платформе боковой стены появился Илар. Стражник с испуганным видом подбежал к Дашиа. — Мудрец Дашиа! Там! Внизу!! С Шишуишом что-то происходит!! — начал восклицать он. — Что случилось?! — насторожился мудрец. — Так Шишуиш здесь?! — спросил Амаан. — Я же сказал, что знаю где он. — ответил Дашиа и быстро пошел к нише. Илар и эмир поспешили за ним. Когда платформа начала опускаться, мудрец спросил стражника, что происходит. Илар честно рассказал о плане наги избавиться от проклятия, о том как они спустились вниз и он начал пробовать. — Он не спал всю ночь. — говорил слуга. — И сейчас, несколько минут назад, его поведение странно изменилось!.. Он стал… До них донесся болезненный крик прикованного внизу змея. Когда платформа опустилась совсем, мудрец, Амаан и стражник вышли в зал. Как Илар и сказал, поведение Шишуиша было совсем другое, не как обычно — он не шипел и не рвался к золоту, а кричал, будто в него медленно вонзали неизвестно какой по счету клинок. Его глаза продолжали светиться желтым, по чешуйчатым щекам катились слезы, сквозь бинты на запястьях сочилась кровь. Нага не пытался вырваться на свободу — руками он держался за голову, безжалостно сжимая волосы. Вокруг него быстро образовывалась золотистая дымка, постепенно скрывая от взгляда пришедших. — Это… Это он. — прошептал эмир. — О, Алмунаший!.. — Мудрец Дашиа! Что с ним?.. — тревожно спросил Илар. Но мудрец ничего не ответил. Он сжимал руками балюстраду и, нахмурив брови, внимательно смотрел на змея. — Такое чувство, будто из него пытаются вырвать душу… — сказал эмир с ужасом в голосе. Ему было страшно за друга. Еще тогда, в тюрьме, он был на него зол. Но сейчас, видя через какие муки проходит змей, ему было страшно за его жизнь. Крик резко оборвался. Все с замершим сердцем устремили взор на Шишуиша. Золотая дымка быстро рассеялась, будто упав на пол. Змей продолжил стоять, держась руками за голову, тяжело дыша. Илар переглянулся с мудрецом. — Я спущусь к нему. — сказал стражник, но Дашиа остановил его, схватив за руку. — Пока подожди. — строго произнёс он. Нага медленно опустил руки и посмотрел на свои ладони. Поднял голову — на друзей смотрели красные глаза, полные слез усталости и облегчения. — Все. Оно ушло… — прошептал Шишуиш и слабо улыбнулся. Мудрец отпустил руку Илара и тот сразу направился к спуску. Амаан быстро догнал его и спустился вниз, на арену к змею. Стражник быстро снял с рук Ши кандалы и отбросил их в сторону. — Шишуиш, как ты себя чувствуешь? — спросил Амаан. Нагу нисколько не смутило присутствие эмира, из тюрьмы которого он сбежал. — У меня болит голова. И устал. — ответил змей. — Шишуиш, пошли, надо перевязать твои раны. — сказал Илар. Уже через час, ассасин лежал в своей комнате и спокойно отдыхал. Дашиа и Амаан приходили к нему спросить о самочувствии, и уточнить, если проклятье вправду пало. Шишуиш совершенно спокойно реагировал на монеты, чего нельзя было сказать еще вчера. Мудрец спросил нагу, как именно ему удалось избавиться от проклятия. Змей сказал, что решил не ждать пока безумие выдохнется, а овладеть своим телом во время припадка. — Когда у меня начало получаться, меня вдруг стала пронизывать жуткая боль. — сказал Ши. — Но потом, когда проклятие исчезло, все прекратилось также неожиданно, как и началось. Дашиа пожелал змею спокойного отдыха и вышел из комнаты. Нага был очень тихим и умиротворенным, но эмир знал — как только ассасин наберется сил, он станет таким же неудержимым и хаотичным, как раньше. — Знаешь, Шишуиш… Помнишь, мы как-то говорили о твоем ущербе хозяйствам Рахифала? — спросил Амаан. — Да. — ответил нага. — Я думаю, что нашел решение проблемы. — протянул правитель. — Ползай охотиться на моих птиц или скот. — Это очень щедро с твоей стороны. — воодушевленно отозвался Ши. Амаан улыбнулся и кивнул головой. — Отдыхай. — сказал правитель. — Ты намучился за эти дни. — Спасибо. — ответил змей и закрыл глаза. А эмир вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.