Мой путь в мире чакры

Смотрю в потолок. Готовлюсь к очень неприятному времяпровождению. Руки, ноги, торс, грудная клетка, шея, голова. Всё это зафиксировано многочисленными металлическими креплениями. Сама поверхность, где я ровненько лежу, исписана множеством фуин-печатей. Что же тут происходит? А я скажу. Нет, меня не собирались пытать, хотя у меня возникали сомнения. Мне собирались устроить прорыв. На протяжении полугода я сливал свою чакру в особый накопитель. Она поступала на обработку и синтезировалась в концентрат качественной энергии, после чего загружалась в другой накопитель. Проблема была в том, что качественного концентрата получалось гораздо меньше чем влитой изначально чакры. Сейчас же с помощью печатей передатчиков, мне собирались через тенкецу ввести в организм концентрат, а после прогнать по каналам и источнику. Предварительно я довёл себя почти до чакро-истощения. Заполнившая мою СЦЧ и всё тело заодно, качественная чакра должна приняться организмом за новый эталон. Источник, не без помощи со стороны, попытается подстроиться под новый эталон, но по итогу просто перейдёт на новый качественный уровень. Ну, это то немногое, что мне объяснили, перед тем как начать операцию. Так же рассказали, что это будет больно, очень. И есть возможность активации скрытых генов. Пару раз были случаи, когда под такой накачкой у пациентов выявлялись гены кланов. А у пары человек так вообще улучшенные геномы вылезли, хотя на это мне вряд ли стоит рассчитывать. Несколько ирьенинов подали знак готовности. Мастер фуин, ответственный за установку так же отчитался о готовности начинать в любую секунду. Шимура Данзо, почему-то так же присутствующий здесь, слабо кивнул, давая отмашку. Операция началась. Активация печатей. Чакра из накопителей полилась через тенкецу в каналы. Силами ирьенинов, весь объём прогонялся по всей системе циркуляции, расширяя даже самые мелкие и далёкие узлы, после чего отправляясь к очагу, и снова прогонялась по каналам. Мне же было невыносимо больно. Каналы жгло, а в грудной клетке, где и находился очаг, словно пылало пламя. Если бы меня не зафиксировали, то скорее моё тело бы изгибалось дугой от испытываемых ощущений. Из моего рта доносились лишь неразборчивые звуки. Зубы сдавливали специальный кляп. По телу стекали капли пота. И только редкое тепло от медицинских техник контролирующих процесс ирьенинов дарило проблески в почти непрекращающейся агонии. Не знаю, сколько времени прошло. Мне это казалось непрекращающейся пыткой, и биджу знает, сколько на самом деле прошло времени. Двигаться я не мог. Вот вообще. Да что уж говорить, если я отрубился почти сразу как это закончилось. Когда просыпался, ощущал сильную слабость по всему телу. Двигаться не хотелось совершенно. Однако я ещё и ощущал, что меня кто-то обнимает и крепко прижимает к себе. С трудом разлепив глаза, заметил маму. Лежали мы на одной кровати в каком-то тёмном помещении, совсем не похожем на мою или её комнату в нашей квартире. Она крепко спала, прижимая мою маленькую детскую тушку к себе. Я не стал что-либо предпринимать, и снова провалился в сон. Усталость и слабость не способствовали моей активности. Проснулся снова уже у нас дома, в своей кровати. Слабость никуда не делась, зато заметно уменьшилась. По крайней мере я смог приподняться и сесть. Через секунд двадцать дверь открылась и в комнату вошла обеспокоенная Куруми, которая сразу засыпала меня вопросами о моём самочувствии. Интересно, у неё же нет сенсорики, но всё равно почувствовала, что я проснулся. Может материнская интуиция? На её вопросы ответил, что всё у меня в порядке, кроме слабости ничего нет. И сам задал несколько вопросов. Какой сегодня день? Сколько времени я валялся без сознания? А когда я смогу что-нибудь поесть? Оказалось, что сегодня воскресенье, утро. А поесть я смогу с минуты на минуту. Как раз почти готов завтрак. С трудом, пошатываясь и опираясь на стенку, добравшись до ванной, умылся и почистил зубы. На обратном пути выслушал причитания о том, что я себя не берегу, от Куруми, идущей ко мне с подносом с парой тарелок на нём. Она вполне могла бы мне помочь добраться до ванной и обратно. После посетовала что я действительно Узумаки, слишком упёртый, да ещё и готовый перетерпеть, но помощи не попросить. Помогла мне добраться до спальни, уложила и накормила. Я конечно упирался и утверждал, что уж поесть точно сам смогу, но был проигнорирован. Пока меня, полу-недовольного тем, что меня с ложечки, как какого-то ребёнка, кормили, слушал о том, как всё вообще происходило. Конечно, Куруми не хотели пускать в операционную по началу, но она была очень убедительной, сумев каким-то образом уложить снаружи двух охранников АНБУ, после чего прошла внутрь. Где её еле тормознул Шимура и оперативно прибывшие другие АНБУ. Её появление и присутствие я не заметил. Мне как-то не до этого было, я тогда вообще ничего не замечал. Кстати мне эту операцию должны были ещё раньше провести. Но мама настояла на том, что бы с этим обождали. На самом деле действительно лучше было бы раньше провести «прорыв», тогда результат был бы лучше. Но в таком случае мне было бы ещё хреновее, чем сейчас. Я если честно тоже не горел желанием, но Данзо настоял. Это был один из тех редких случаев, когда глава Корня лично вызывал меня к себе на беседу, где и убедил в необходимости операции. После операции мы не отправились домой, а остались на базе Корня, в одной из подготовленных комнат, чтобы в случае осложнений, которые вполне могли быть, меня оперативно откачали. И уже когда моё состояние улучшилось, нас, точнее Куруми, отпустили. Предварительно предупредив, что мне нужен отдых. В принципе могли бы и не напоминать, мама и так бы не стала меня тревожить. Получается, если операция была глубоким вечером пятницы, а сейчас уже воскресенье, то в отключке я провалялся более суток. Мда… Весь день я страдал. Было скучно. Слабость в теле хоть и проходила, но медленно. Я уже привык вкладываться в тренировки. И сейчас в своём бездействии я изнывал от скуки. Просто лежать было утомительно. Благо что хоть книги были, а то бы стал первым шиноби, что помер не от вражеского куная или техники, а от скуки. Впрочем, я пока не полноценный шиноби, но это и не важно. Вот на следующее утро, когда слабость за ночь полностью ушла, я чувствовал небывалый подъём сил. Я прямо чувствовал, как по телу проходит более качественная чакра. Во время слабости я не ощущал в полной мере весь эффект. Однако я всё так же не могу сказать, стоило оно того или нет. Но да ладно, на сегодняшней тренировке и проверю. К сожалению, вот прямо сразу проверку устроить не получилось. Мне запретили ещё несколько дней пользоваться чакрой, и вообще сначала погнали на медицинское обследование. Проверяли меня долго, и как я понял, одной из приоритетных целей было обнаружение активации спящих генов. Даже небольшие изменения в энергетике могли повлиять на ранее неактивные гены. Чакра очень плотно связана как с духовной, так и с физической составляющей, потому это и не слишком удивительно. Как уже было сказано ранее, это могло пробудить у некоторых даже геномы или особенности, присущие лишь некоторым клановым. Полный список всех изменений в моём теле конечно мне не поведали, на что впрочем мне было по большей части всё равно, ведь я в силу того, что пока даже ранг С по ирьенин-дзюцу не заработал, в этом разбираюсь очень плохо. Зато меня обрадовали, что генам Узумаки не хватает буквально одного маленького толчка, чтобы полностью стать активными и усилить мои особенности в виде большего количества чакры и увеличенной предрасположенности к фуин. Но это фигня. Самое интересное, что у меня приметили в организме небольшие изменения, в основном в источнике духовной энергии, то есть в мозге, что позволяет предполагать, что у меня начинает развиваться улучшенный геном. К сожалению, данных было слишком мало, чтобы говорить наверняка. Не так часто геномы связаны с каким-либо из двух источников. Ну а те, о которых известно, к моему случаю не припишешь опять же из-за недостатка информации, так что в будущем ещё будут проверки. И если я что-то обнаружу сам, сразу должен доложить, и не пытаться разобраться самостоятельно. Всё же геномы завязанные на духовную составляющую являются довольно специфичными и не редко опасными даже для своего пользователя, как мне поведали.

***

Академия, снова скука. Мне даже в лом было устраивать Ируке пакости. Благо с этим кто-то и без меня справлялся. Жаль, что прилетело за это мне, опять. Да, я тут не единственный шутник, пускай и всё что я делаю нацелено на Умино. Конечно, пару раз и другим от моих шуток прилетало, но это не считается. Есть тут ещё кое-кто, кто любит устраивать розыгрыши. Скорее всего это двое Намикадзе. В отличие от моих, они в частоте случаев устраивают что-то более простое, и от них может прилететь вообще кому угодно, начиная от учеников всех курсов, заканчивая директором, которым у нас здесь Третий Хокаге числится. – Наруто! – в класс ввалился, весь мокрый, Ирука, и с грозным видом уставился на меня. – Что? – возможно, был бы я причастен к какому-то сегодняшнему инциденту, я строил бы из себя самого невинного ребёнка во всей нашей деревне. Конечно, мой вид в те моменты так и кричал, что я всего лишь притворяюсь, от чего у нашего классного сенсея подёргивался глаз. А так, я сегодня ничего не делал, потому обратился к нему без всяких кривляний. – У тебя уже совести не хватает, чтобы даже отпираться? Живо к директору! – зло прошипел Ирука, после чего с силой захлопнул дверь. Я за такой поклёп, решил никуда не идти. Вот ещё, конечно, если что-то случается с ним, то это в восьмидесяти процентах случаев я, но конкретно на прошлой неделе и сегодня ничего не происходило, за что я мог бы ему отомстить. Видимо он не удосужился порассуждать на эту тему. Прошла минута, вторая, третья, десятая, а Ируки всё нет. Неужели он не дождался меня снаружи, а сразу пошёл к директору Сарутоби и сейчас ожидает меня вместе с ним? – Наруто, скажи, кто из вас первым начал эту небольшую войну? Просто я как-то не особо обращал внимание на ваши разборки по началу и упустил начало конфликта. – внезапно я услышал голос Учихи, всё так же сидящего по левую сторону от меня, и обычно взирающего в окно, когда делать нечего. Справа же дремал Шикамару, так как наша парта самая дальняя и спокойная. – По факту он первый начал. С самого начала я ему чем-то не угодил, но вместо того, чтобы как взрослый человек мне всё разъяснить, он начал занижать оценки и заваливать меня при каждой возможности. Конечно это у него не особо хорошо выходит, но он не сдаётся. Я пытался воззвать к его совести, но видимо здесь нужны не просто слова, а какая-нибудь техника для поднятия мёртвых, так как совесть нашего учителя явно уже давно скончалась в жутких муках. – Ясно. – коротко отозвался Учиха, после чего снова продолжил созерцать вид из окна. Думаю, Саске был бы более разговорчив со мной, если бы я был равен ему в силах, точнее если бы показывал ему это. В физических статах я его сильно перегнал уж точно, а это уже что-то да значит. Да и в тай-дзюцу я на уровне, спасибо моим товарищам и куратору из Корня. Вот при воспоминаниях о последнем я неосознанно поморщился и легко размял руки. иногда Одиннадцатый перебарщивал с болевыми захватами. В общей сложности прошло пятнадцать минут от того момента, когда Умино свалил. Почему он так долго меня ждёт непонятно. Тут же от нашего класса до кабинета директора пять минут очень неспешной походкой добираться. Или может Сарутоби на месте не оказалось? Внезапно дверь резко отъехала в сторону, и в проходе показался наш сенсей. Увидев, что я сижу на всё том же месте, он прямо на глазах покраснел от злости, а на лбу вздулась вена. – НА-РУ-ТО. – по слогам прошипел моё имя учитель. – Я тут значит ищу его по всей академии, а ты в классе сидеть остался? Хм… почему ему не пришла светлая идея проверить класс сразу же? На кой меня по всей академии искать? Хотя да, я же постоянно сбегаю со своих наказаний и могу находится где угодно. Кстати об этом я не беспокоился. Судя по всему, я для всех всё ещё числюсь сиротой. Ну как минимум для учебного состава в лице учителей и директора точно. Потому я и не переживаю, что о моём нехорошем поведении расскажут маме. На сей раз меня проводили к кабинету директора и нажаловались, после чего удалились, оставив меня наедине с Третьим. – Наруто, ты опять за старое. Только мне перестали жаловаться на тебя, но как оказалось, спокойная неделя до, была всего лишь перерывом. – Сарутоби изображал из себя доброго дедушку. Отчитывал без огонька. – Вообще сегодня я ничего не делал, возможно бы и после не пакостил, но теперь у меня есть повод, так что готовьтесь, скоро вам снова придётся выслушивать жалобы этого мудака. – Эх… – тяжело и не наигранно вздохнул Третий. – Сколько это ещё будет продолжаться? – скорее вопрос был риторическим, но я решил на него ответить. – Когда Ирука-сенсей станет нормально ко мне относиться, не занижать оценки и не пытаться завалить при любой возможности, тогда и я прекращу свои пакости. Я никогда не начинаю первым, а лишь отвечаю на агрессию. – Разве Умино настолько несправедлив к тебе? Он часто говорит, что всё начал ты и все розыгрыши, что кто-то проводит в академии, твоих рук дело. От ваших стычек страдают другие учителя и ученики. – Наглый поклёп! Всё что с ним случается, лишь в восьми случаях из десяти, является моей работой. Да и я мщу только моему сенсею за несправедливое отношение. Нет, конечно пару раз и другим прилетало, но чисто случайно. И вообще, Ирука-сенсей должен спасибо сказать, так как у него данго таскали учителя других классов, не включая Мизуки. Теперь то они не прикасаются к чужому лакомству. – Так это твоих рук дело было? Ох… какие тогда между ними разборки были. Я конечно понимаю, снотворное или слабительное, но зачем их сразу вместе добавлять? – уставшим голосом задал вопрос Хирузен. – Тогда был один из самых вопиющих случаев несправедливости. Как раз потому я решил не мелочиться. – Наруто, может тебе стоит попробовать заслужить его доверие? Тогда возможно его отношение к тебе изменится? В конце концов мы все часть деревни и… – дальше была нудная лекция о том, что мы все листья на древе Конохи, и много другой пропаганды в стиле Воли Огня. Я уже понял, что с большой вероятностью, Сарутоби не знает, что я джинчурики. Иначе он бы наверняка догадался, почему Умино так относится ко мне. Ведь даже если я снимаю маску, когда к нему вызывали, у меня полосок не видно, замазаны кремом. А может Третий всё знает и просто издевается. Почему он не знает, мне не ясно. Кажется, все в высших слоях должны знать, что именно я носитель демона. Может Третий полностью отошёл от дел деревни? Возможно. От лекции у меня чуть уши в трубочку не скрутились. Мало того, что я это уже слышал, так ещё раз выслушивать приходится. Конечно, он не монотонным голосом всё это говорит, а с энтузиазмом, который у него непонятно откуда берётся, но ситуацию это не исправляет. Самое худшее, что это время, много потраченного времени. Сам поражаюсь, как можно об одной и той же теме разглагольствовать больше часа и почти не повториться, и ни разу не запнуться. Видимо опыт капанья на мозги ближнему своему. В прошлых случаях после его лекции я всегда задавал весьма логичные вопросы, вроде – “Почему я должен пытаться заслужить доверие и уважение людей, которые ко мне так относятся?”. И после пары пикировок наш спор всегда заходил в тупик. Сейчас же повторение ситуации предотвратил ввалившийся в кабинет Конохамару, внук Сарутоби Хирузена, с криком: – Старик! Сразись со мной! Я одолею тебя, затем сражусь с Жёлтой Молнией, и стану следующим Хокаге, который победил сразу двух прошлых лидеров Конохи. – с этими словами мелкий пацан побежал на своего деда, держа в руках по сюрикену. Хм… мне казалось, эта встреча должна состояться позже, когда я буду курсе на пятом, или того позже, после выпуска, а не в начале четвёртого. Но видимо подобные действия паренька не раз уже происходили, и будут происходить дальше, пока Конохомару не решит сместить акцент и докапываться уже к кому-то другому с иными целями. Мои размышления прервало падение пацана, который в буквальном смысле запнулся о собственный же шарф. Вся ситуация была столь нереальна, я то считал, что это выдумка аниматоров для юмористического момента, как к примеру струи крови из носа, от видения чего-то эротического, но нет. Мелкий действительно чуть ли не на ровном месте подскользнулся и полетел лицом в пол. В общем, у меня произошедшее вызвало чуть ли не истерический смех. Видеть это вживую было смешнее, чем наблюдение на экране. – Это ты подставил мне подножку, больше некому! – мальчишка подскочил ко мне и обвинительно ткнул пальцем. Я же мог и возмутиться от такой наглости и безрассудства, но меня опять потянуло на ржач. Уж слишком глупым поведением были его поступки и выводы. – Чего ты смеёшься?! – оскорбился Сарутоби младший и попытался мне врезать, но я перехватил его руку. – Пусти, ты хоть понимаешь, кто я такой? Я внук Третьего Хокаге. – И чо? – использовал я самый убойный аргумент. – Что если я не признаю авторитетов и решу проучить такого выскочку, обвиняющего меня непонятно в чём, хотя сам на ровном месте споткнулся и упал? – я схватил его за футболку и чуть приподнял. – Ты не посмеешь. – неуверенно протянул Конохамару. – Проверим? – чуть кровожадно улыбнулся и выпустил каплю жажды крови, однако ему этого за глаза хватило, чтобы проникнуться. Почему я так с мелким? Мне не хочется, чтобы он впоследствии за мной таскался. Делать мне больше нечего, как нянчиться с этой мелюзгой. От моих слов мальчишка реально начал опасаться за своё здоровье. Ситуацию не исправляло наличия прямо здесь его деда. Тот просто наблюдал, не пытаясь предотвратить, как наверняка думал Конохамару, смертоубийство. Вот когда парнишка уже почти дошёл до кондиции, я его отпустил. – Ладно, иди мелкий, но помни, это я такой добрый, другие такими не будут. И вообще, на кой тебе пост Хокаге? Это же скукотища. Безвылазно сиди в кабинете да бумажки перебирай. – видя скепсис на лице пацана продолжаю. – Вот ты вспомни, когда Четвёртый Хокаге на миссии ходил? А твой дед на посту кроме военного времени хоть раз отлучался чтобы выполнить какую-нибудь миссию? Конохамару посмотрел на своего деда. – Эх… это правда. На самом деле у Хокаге много дел внутри деревни, так как на нём лежит большая ответственность за всё селение, и он должен регулировать всё. Я же предчувствуя, неясным даже для себя способом, как он сейчас непонятно зачем начнёт расхваливать пост лидера деревни, говоря что это статус, уважение, признание и так далее, сам начал говорить. – Вот видишь. Там ничего интересного. Вот как раз по этому я никогда не стану Хокаге. – при произношении последней фразы я встал в пафосную позу, подняв вверх одну руку с сжатой в кулак ладонью, ноги врозь, вторую руку упереть в бок. Мне это уважение от жителей деревни нафиг не надо. Тем более, как говорилось – “Его признали не потому что он стал Хокаге. Он стал Хокаге, потому что люди признали его”. Вот и мне нафиг не сдался этот геморрой, до которого ещё столько пахать надо. И всё это чтобы пахать ещё больше, разгребая проблемы селения Прозвенел звонок. Это что уже обед? – Кхм… Если наш разговор закончен, то можно я пойду? – Иди Наруто, только прошу, поменьше конфликтов. – Это не от меня зависит. – говорил я уже закрывая дверь в кабинет.

***

Обед, ну наконец. Самое лучшее, что может случиться за весь день академии. Я вернулся в класс, захватил свой обед и как всегда пошёл на крышу академии. Вкушал я свой обед в одиночестве… или нет. Можно считать девчонку через лавочку от меня за компанию? Наверное нет. Уже не раз думал, как вообще можно начать разговор с Тен-Тен, но ничего дельного не придумал. Как вообще находить точки соприкосновения? Будь мы одноклассниками, или хотя бы на одном курсе, то возможно, а так… Доев обед, достал коробку со сладостями. Особые медовые данго, сделанные мамой, всегда были, и наверняка останутся, моим лакомством. Воздушные, в меру сладкие и просто тают во рту. Идеально. Тут я заметил мимолётный взгляд девочки в сторону моих сладостей. Хм… сегодня у неё нет десерта. Не то чтобы это редкость, я сам не всегда со сладостями прихожу. Просто почему-то именно сейчас она обратила на них внимание. Видимо моя довольная морда лица заставляет задуматься, реально ли такие вкусные эти данго. Хм… а почему бы не попробовать? Сколько уж времени можно оттягивать. Сейчас есть реальный шанс. – Хей. Ты сегодня без десерта? Хочешь я угощу тебя данго? – привлёк я внимание Тен-Тен и улыбнулся самой располагающей улыбкой. – А можно? – неуверенно, но с затаённой надеждой спросила она. – Конечно. – я подвинулся и рукой похлопал рядом, как бы приглашая присесть рядом. После того, как она уселась рядом, я передал ей одну палочку со сладкими шариками. Распробовав первый шарик, она была уже где-то не здесь. – Так вот почему ты всегда такой довольный, когда ешь эти данго. – доев последний шарик, она получила ещё одну палочку со сладостями, которую чуть поколебавшись приняла. Суть в том, что палочек с данго в коробке всегда было три. И получалось, что ей достанется больше, чем мне, который её собственно и угощает. – Эти данго приготовлены по особому рецепту моей мамой. Это самые мои любимые сладости. – А тебя как звать? – решила узнать имя человека, который её сладостями угостил, девочка. – Наруто Узумаки. А тебя? – в ответ интересуюсь у неё. – Тен-Тен Такахаши. – с улыбкой ответила она, отдавая палочку с последним шариком данго. – Будем знакомы. Ты кстати на каком курсе? Дальше мы разговорились не о чём. Она была немного удивлена, что я на год младше её, а то росту во мне было на самую малость выше её. Я же расспрашивал, начали ли их учить техникам. Конечно я знал и уже умел исполнять даже стихийные техники, но нужно было же о чём-то поговорить. Нашу милую беседу прервал звонок на урок. – Ладно, увидимся завтра на обеде, может я опять принесу те сладости. – попрощался я с ней уже в коридоре. – Я тоже может что-нибудь принесу и угощу тебя в благодарность. – с улыбкой помахала она мне. Вот и славно, начало положено, а дальше будет проще.