Мой путь в мире чакры

Прошедший бой поразил всех. Тай-дзюцу является одной из самых основных и недооценённых сфер возможностей пользователей чакры. Ныне к сожалению осталось не так много настоящих мастеров, которые могли показать истинный потенциал совмещения боевых искусств и внутренней энергии. Одним из таких являлся Майто Гай. И дело было не только в технике открытия восьми точек Хачимон, именуемыми как Восемь Внутренних Врат. Суть в том, что выходя за пределы Гай был способен исполнять приёмы тай, которые ни один человек будь он хоть трижды гением в любых других областях, не смог бы повторить. Утренний Павлин – удары настолько быстрые, что раскаляли и зажигали воздух. Полуденный Тигр – один единственный удар, но способный пробить даже хвалёное Сусано Учих. И Вечерний Слон – создание с помощью ударов плотно сжатых волн воздуха, от которых практически невозможно уклониться. Ну и Ночной Гай, сильнейший приём который мастер обсуждаемый мастер тай-дзюцу мог применить, пускай и всего один раз. Эти возможности превосходили большую часть нин-дзюцу, которые вообще существуют в мире. Впрочем, Гай был не единственным прославленным мастером тай. Другой шиноби Конохи – Чен, легендарный мастер боевых искусств прошлого, владевший таким запомнившемся приёмом, как Бог-Дракон Листа. Это была словно сотканная из потоков воздуха фигура дракона, способная наносить многократные мощные удары. Да и в других деревнях в прошлом имелись свои мастера. В Кумо к таковым можно записывать первых трёх Райкаге, что совмещали тай-дзюцу с нин-дзюцу. В Кири было три мастера, три брата близнеца, что способны были совместными комбинированными приёмами поднимать волны и сметать десятки кораблей флотилии стран Земли и Молнии в первых войнах и неофициальных конфликтах между ними. В Суне так же числился один практикант, так же частично совмещавший тай и нин. Ходило мнение, что в бою его видели лишь как размытый силуэт, сметающий десятки врагов и что он даже мог сравняться в скорости с Третьим Райкаге. Узумаки так же не стали исключением. Их огромные запасы жизненной энергии позволяли выводить свои тела на совершенно иной уровень, колоссальные количества чакры давали возможность усиливать удары до степени, чтобы совершенно не напрягаясь крошить в щебень камни, а особые печати давали повышения и так огромных физических показателей аловолосых демонов. К сожалению, или счастью, это с чьей из пяти ныне оставшихся сторон смотреть, истинных мастеров тай-дзюцу осталось совсем мало. Слишком уж сложны пути развития тела и освоения особых приёмов. Гораздо проще и быстрее развивать иные сферы – нин-дзюцу, ген-дзюцу и прочие направления. На дефицит мастеров боевых искусств влияло и то, что многие уже забыли о силе, которую могли получить, пройдя через ужасающе сложные тренировки. Орочимару к примеру таким являлся лишь от части. Он в силу своего потенциала всегда концентрировался в основном на нин-дзюцу и даже собирался идти на многое, дабы достичь в этом направлении вершины. Для этого он даже заимел технику, которая позволяла обходить ограничения своего потенциала. Сменяя тела, Змей обзаводился новыми наборами генов и предрасположенностей, каждый раз на шаг приближаясь к своей великой цели. Однако как считал сам бледнолицый исследователь, он был лишь в самом начале пути к своей целям, среди которых было не только становление сильнейшим пользователем нин-дзюцу, но и становление бессмертным. Без вечной, или хотя бы очень долгой жизни Орочимару просто не хватит времени освоить все возможные техники. Он был уже не молод, но пока и не совсем стар, чтобы так же бодро подниматься всё выше, покоряя новые высоты мастерства нин-дзюцу и открывая для себя новые горизонты в научных сферах. Однако были у Белого Змея и иные желания. Не то чтобы месть Конохе была так уж важна для него, но осадочек всё же с прошлых времён остался. Хирузен и Данзо знали, к чему приведёт интерес юного Орочимару и помогали, желая, конечно же, тоже воспользоваться результатами его трудов. И не то чтобы Орочимару был жадным. Наоборот, в отличие от других шиноби, часто держащих секреты своих техник в тайне, он был готов обмениваться и идти на уступки ради получения новых знаний. И можно было бы и отблагодарить двух стариков, однако исследователь понимал, что от него Сарутоби и Шимура не отстанут. Один хуже другого, они будут требовать и требовать, заставлять работать на них, постоянно отвлекаясь от так интересных Орочимару исследований. Можно было с этим бороться, встав на один уровень с высшими представителями власти Конохи. Однако планы Орочимару нарушил Намикадзе Минато, ставший новым лидером Деревни Листа. Хотя и мучали Змея мысли, что Хирузену просто было не выгодно подпускать своего излишне умного и своевольного ученика к посту Хокаге, потому и выбор пал на юного неопытного в таких делах блондина, пускай и гения. Но благо, что Орочимару не смог возглавить Коноху. Такой объём работы отобрал бы последнее свободное время, которое он тратил, занимаясь своим любимым делом. И ни то Змей действовал не достаточно тонко, намекая какие условия сотрудничества он хочет видеть в дальнейшем, ни то Хирузен поддался влиянию Шимуры и решил действовать наверняка, вовсе избавившись от совершенно неподконтрольного ученика. И как всё хитро обставил. Обвинил в аморальных экспериментах и убийстве шиноби Конохи. Поступок лицемерный, как считал Орочимару, ведь его сенсей занимался почти тем же самым, да ещё и в гораздо больших масштабах, отправляя силы неугодных или тех, кого следовало ослабить, в самые горячие фронтовые зоны. Ну и пусть. Плевать он хотел на такую Коноху. Учитель предал, хотя и сам подводил его к получению знаний даже такими аморальными способами. Лучший друг по заветам жабы маразматика с Горы Мьёбоку решил найти того самого ученика из пророчества, оставшись в Стране Дождя и обучая троицу беспризорников. Цунаде, боевая подруга и частично коллега Орочимару, почти сломалась морально и бросила деревню, прихватив с собой единственную ученицу. И пусть, так даже лучше. Никто не будет требовать, отвлекать, обвинять в бесчеловечности. Можно спокойно заниматься своим любимым делом, идти к мечте. Более никаких помех. Разве что финансы на свои исследования нужно откуда-то брать. Но разве так уж сложно подчинить себе несколько кланов небольшой разрозненной страны и заставить отдавать часть прибыли с миссий ему? Тем более, что в обмен от щедрости Змея те тоже кое-чего получили. И с одной стороны, можно было наплевать на произошедшее в прошлом и забыть про Коноху, дальше прятаться по убежищам и заниматься исследованиями, но с другой… месть можно было совместить с очень полезным делом. Архивы Сарутоби-сенсея, библиотека Хокаге, в которую Хирузен успел натащить огромное множество различных знаний о великом множестве техник. Понимание о том сколько богатств лежит в стенах башни Хокаге не давало Орочимару покоя, из-за чего он и начал разработку плана по уничтожению Скрытого Листа. Система, правила и традиции, а так же куча других факторов устройства и положения Суны играли на руку Змею. Было не так уж и сложно избавиться от Казекаге и подменять его, как и не вызвало больших трудностей настраивание имевших власть в Деревне Песка против нынешнего уклада и переход к радикальным мерам. Однако это было лишь пол дела. Силы Сунагакуре мало чем помогут при противостоянии с сильнейшими шиноби Конохи. Пришлось разрабатывать новые фуин, барьерные дзюцу, улучшать старые техники и искать подходящий материал для Эдо-Тенсей. А так же пришлось идти на довольно рискованный шаг, проводя новые модификации своего тела и частичного осваивания природной чакры, благо версия его призыва вполне такое позволяла. Но как оказалось, риски оказались выше, чем заставили Змея немного пересмотреть свои цели. – Чёрт! Баланс Ин и Ян в теле и раньше был не впечатляющим, а после новых модификаций и вовсе подошёл к критической отметке. Духовной энергии стало больше, что при почти не возросшем количестве жизненной энергии становиться опасным. Вот же… если добавить ещё немного, то меня буквально разорвёт. Опять откладывать получение шарингана. Нужен обладатель больших запасов жизненной энергии. – рассуждал Орочимару – Сенджу подошли бы идеально, но чего нет, того нет. На Цунаде заглядываться опасно. Сама морду набьёт, а даже если и выйдет, то потом от старого друга отбиваться придётся. Впрочем, Узумаки в какой-то мере даже предпочтительнее. И даже есть на примете один кандидат. – невольно улыбнулся исследователь, вспоминая полученные данные. Орочимару припомнил относительно недавно пришедшие сведения от оставшихся в Корне шпионов. Наверное, мог бы получить те же данные быстрее, но к сожалению после его ухода Шимура усилил разграничения информации, из-за чего шпионам пришлось ждать удобного момента, чтобы получить нужное и безопасно передать информацию. Узумаки Наруто. Фальшивый джинчурики, с неплохим потенциалом, да ещё и обладатель генома ориентированный на духовную составляющую. Идеальный вариант. Возможность не только поправить баланс энергий, но и заиметь возможность работать с собственной духовной энергией. С количествами этой самой энергии у Орочимару будут куда большие возможности использования генома парня. Жаль, что времени уже не так много. Приготовления уже не отменить, а экзамен чунина не сдвинуть на попозже. Выкрасть парня и сразу завладеть его телом не выйдет. Адаптивный период будет слишком долгим, а Орочимару ещё возглавлять атаку на Коноху. И даже просто не утащить его во время одного из этапов экзамена. Шимура следит за своими «вложениями», как и Хокаге с недавних пор лучше присматривает за своим сыном. Ещё погонятся по горячим следам и обнаружат приготовления Орочимару. И тогда месяцы работы будут пущены биджу под хвост. Ну ничего, во время общей суматохи будет не так сложно умыкнуть новый сосуд. Вероятнее всего Звуковая Четвёрка, так же с новыми модификациями, да ещё и во главе с Кимимаро справится с заданием. Устраивать погоню во время небольшой войны ни Корень ни Хокаге не станут, да и могут просто не сразу заметить пропажу. И как оказалось, его проникновение не осталось незамеченным. АНБУ старательно выискивали кого-то, пришлось при встрече действовать быстро и скрываться с места встречи с генинами Листа. Главное, чтобы кандидат на становление новым сосудом пережил развёртку печати. И даже хорошо, что её запечатают в Конохе. Раньше момента попадания в заботливые руки Орочимару не произойдёт неконтролируемая развёртка его личной джуин метки. Стоит проконтролировать модификации, которые внесёт его проклятая печать. А Учиха пускай развивается. За ним он придёт позже, года через три-четыре, или присмотрит кого другого. При интеграции генов Узумаки и получения жизненной энергии у Орочимару в любом случае увеличиться срок жизни. *** – Ну… теперь вы можете всё рассказать, Кушина-сенсей, всё закончилось. – обратился я к наставнице. – И да, Даичи, готовь десять тысяч Рё. – Придётся ждать до деревни, я с собой деньги на экзамен не брал. – ответил мой сокомандник. – Давай я расскажу, когда останемся наедине. А то тут могут быть лишние уши. – проговорила уже наставница. Я только пожал плечами, если не расскажет она, то я точно допытаюсь Горо. Отправили нас назад в сопровождении конвоя АНБУ, добрались до границы и нас распустили. Даичи обещался передать деньги на следующий день. А Кушина всё таки рассказала о необычных печатях моего старшего соклановца Акиры. – Печать Сеймериоку но Ин или же печать Высвобождение Жизненной Силы. Такое фуин может запасать большие объёмы чакры носителя. И подобно иным печатям с похожим функционалом, совмещать с другим типом энергии. В данном случае запас чакры имеет значительной примесь жизненной энергии. – При высвобождении в СЦЧ пользователя вливается большой объём энергии, дающий усиление всех физических характеристик. Из-за доли жизненной силы энергия плохо сдерживается каналами системы циркуляции и пропитывает буквально всё тело использующего. – И в отличие от других подобных фуин, их можно нанести не одну штуку на всё тело. Можно хоть десять, хоть пятнадцать, разве что они все будут заряжаться долго. И если тело достаточно крепко, то можно активизировать не одну за раз, и получить суммарное увеличение физических возможностей. – Однако, есть и очень значимый минус. Изначально использующий должен иметь огромные запасы жизненной энергии. И когда указывается «огромные», то имеется в виду буквальное значение этого слова. Перекос должен быть чуть ли не на грани. Ну и сам минус это то, что такие объёмы можно разве что прогонять по телу и вкладывать в удары, всё. – То есть у пользователя из-за раскаченной проводимости каналов и объёма чакры не то что нулевой, а отрицательный контроль. От того даже фуин для Акиры было недоступно даже простейшей кибакуфуда создать не сможет. Он чистейший боевик для прямых противостояний. – И если честно, такого я за свою жизнь ещё не видела. Точнее когда была в Узушио, просто не успела повстречать таких вот практикантов тай. А после уничтожения родины таковых среди выживших не было, как мне говорили. – закончила объяснения Кушина. Понятно, почему такие печати не используют все Узумаки поголовно. Условий много, да и ради собственного усиления лишаться возможности использовать фуин-дзюцу и нин-дзюцу невыгодно. Меня интересует немного другое. До какой планки могут поднять возможности эти печати Саймериоку. Открытие всех точек Хачимон посильнее будут? Или при вероятном максимуме они будут равны? Думаю нет, так как при Открытии Врат можно получить геометрический рост сил после открытия какого-то количества, а здесь только суммарный эффект, без приумножения. Условно можно объяснить, что при Суймериоку ты каждый раз получаешь плюс определённый объём, в то время как после каждых Внутренних Врат усиление становится всё качественнее. Эх… жаль, а то я уже думал, чтобы попросить у Горо хотя бы одну мне набить, в качестве подарка так сказать. Дедуля Узумаки вообще сам попросил подумать, чего мне хочется в честь окончания первого этапа обучения у него, который между прочим не за горами. Мне если честно было как-то неудобно просить что-то, ведь он и так меня обучает, но тогда старик сказал, что успехи заработанные упорным трудом должны вознаграждаться. И причём говорил Горо это не только мне, но и Нами, которая более спокойно восприняла слова мастера печатей. Впрочем, можно узнать, есть ли печати с похожим функционалом или ещё каким полезными свойствами. Интересно, а переиначить проклятую метку Орочимару Горо сможет?

***

До третьего этапа оставалось ещё порядочно времени. Многие решили тратить его с пользой для себя, как к примеру Учиха, отправившийся к своему сенсею на тренировки вместе с Хинатой. Аки и его сестра как узнается позже, будут проходить личные тренировки у Джирайи, одного из тройки Легендарных Саннинов. Другие прошедшие в финал так же не бездельничали. Все усиленно налегали на тренировки, кроме пары человек – Гаары и Наруто. Первый был уверен в своих силах и считал достаточным свои техники для участия в финальном этапе. Тем более, здесь, в чужой деревне, будет проблемно разработать что-то новое. А Второй просто устроил себе пару дней выходных. Надоело аловолосому то пропадать на тренировках в подземельях Корня, то следить за суновцами. Песчаники достаточно адаптировались, да и за Гаарой теперь пригляд постоянный не так уж нужен. Сейчас было утро, и Наруто направлялся к своей подруге с предложением прогуляться и отметить прохождение в финальный тур. Последнее скорее было просто предлогом, чем реальной причиной. По началу парень думал направиться к суновцам, посозерцать красоту Песчаной Принцессы. Но потом одёрнул себя. Это было уже слишком. У него иные намерения. Да и злоупотреблять возможностью дружески общаться с Темари не стоило. Особенно теперь, когда они могут в случае чего спокойно побеседовать с кем-то из коноховцев. Мало ли тема обсуждений зайдёт о нём и его частом общении с куночии Суны. Тогда всё, проблем не избежать. Хотя по факту никто и не знает о неравнодушии Узумаки к Такахаши. Но ведь новость о возможной симпатии, как её точно разовьёт какая-нибудь Яманака или Харуно, к Темари, обеспечит кучу проблем Наруто, когда та дойдёт до Тен-Тен. В общем, парень решил уделить время своей подруге, для чего пришёл к ней домой. Такахаши оказалась дома, и кажется только-только собиралась отправиться на очередную тренировку, не теряя времени за зря. Но предложение парня девушка восприняла положительно и убежала переодеваться. - Зачем спрашивается? Она вроде и так была одета нормально. Только подсумки снять и всё. - логично пытался рассудить парень, но видимо чего-то не понимал. – Добрый день, Кайдо-сан. Как ваши дела? – добродушно поздоровался Узумаки с отцом подруги. – Тебе тоже привет. Дела более-менее, кую всякое в своей кузне, товары востребованы всегда, особенно качественные, а не всякая хрень из дерьмовой стали. А ты это, на свидание мою дочурку сейчас позвал? – хитро прищурился мужчина, скривив лисью улыбку. – Можно и так сказать. - прозвучало в ответ от пожавшего плечами Узумаки, всеми силами пытавшегося скрыть свой настрой. Да, странное дело, ведь иной раз Наруто совершенно не стеснялся подобного. Но одно дело было когда-то там заикаться об этом, будучи совсем детьми, а другое - сейчас... – Ты мою Тенни не обижай, а то я не посмотрю что ты шиноби, найду и прикопаю, у меня как раз хорошая лопата имеется. – И не собирался. Да и продвигаться в отношениях пока не хочу. Ещё всё успеется. – Это правильно. Мелкие вы ещё. – уважительно покачал головой Кайдо. – Долго она. Обычно в тренировочную форму облачалась за минуту. Я если что на улице подожду. Парень удалился. А мужчина, хоть и собирался на работу, но пока оставался в доме и караулил приход своей дочери. Тен-Тен потратила ещё пять минут на выбор одежды для своего первого свидания. – Эх… как же быстро растут дети. Вот ещё недавно я свою малышку на плечах катал, а сегодня она уже на первое свидание идёт. Да ещё не с абы кем, а с нормальным парнем. Думаю, её мама тоже бы радовалось за свою дочь. Кайдо немного взгрустнул. Жаль, действительно жаль, что его супруги больше нет. Но всю хандру как рукой сняло, когда он услышал хлопок двери на втором этаже и быстрые шаги. Пора было приводить его задумку в действие. – Удачи на свидании. – пожелал с широкой хитрой лыбой и значением во взгляде мужчина. В своём выводе он убедился ещё больше, увидев образ Тен-Тен. Сандалии шиноби, но это ещё нормально, здесь другой хорошей и удобной обуви не так много, синие штаны и белая блузка с незамысловатым бледно-синим узором, разбавляющим белый цвет верхней одежды. Нет протектора, подсумков, перевязок для оружия и специальных перчаток без пальцев, для более удобного хвата клинка. Девушка выглядела женственной, ни как куноичи, что грело душу мужчины. Обратившая внимание на слова отца девушка чуть не споткнулась на ровном месте от слов Кайдо. И только она хотела возмущённо что-то тому высказать, но не успела. Мужчины и след простыл, он воспользовался чёрным ходом, через который собственно всегда и ходил на работу, чтобы не делать крюк обходя весь квартал. Тен-Тен мысленно повозмущалась поведению и подколкам отца, но задумалась. А ведь это действительно было похоже на свидание. Такахаши сама не придала этому значения, но пошла переодеваться во что-то более простое для прогулки с другом, хотя раньше ходила на подобные встречи в своей повседневной шинобской одежде, иногда даже подсумки не снимая. Выйдя на улицу, девушка заметила своего друга, лениво рассматривающего плывущие по небу облака. Тот тоже был одет просто. Чёрные штаны без подвязок и подсумков, новая тёмно серая лёгкая расстёгнутая куртка и чёрная футболка. Не любил Наруто одеваться в яркие цвета. Отросшая алая колючая шевелюра была подвязана белой лентой где-то на уровне шеи. Привычную для миссий тканевую маску тот не носил. Единственное, что выдавало в нём шиноби, была обувь, стандартные сандалии ниндзя. Даже протектор и тот снял, как собственно и сама Тен-Тен. Узумаки стоял полубоком и в своих глубоких раздумьях не заметил выход подруги. – Симпатичный… и не только. Это действительно будет наше свидание. – поймала себя на мысли Такахаши, когда уже с десяток секунд просто стояла и смотрела на профиль своего друга, что тот конечно почувствовал. – Привет. – улыбнулся Узумаки и оглядел новый облик Тен-Тен. – Классно выглядишь. – Спасибо. – Такахаши смутилась, комплименты всегда были приятны. Тем более она старалась нарядиться красиво для повседневного времяпровождения, не смотря на малое количество опыта в этом вопросе. Однако мотнув головой Тен-Тен сбрасывая странное наваждение, а то как какая-то гражданская, а не куноичи, честное слово. – Куда направимся? – Да есть у меня на примете место, где мы ещё не были. Слышал, там подают заграничные сладости с импортным чаем из одноимённой страны. Дорого, но у меня с миссий денег имеются. Так Наруто и Тен-Тен гуляли по деревне, непринуждённо общаясь на разные темы, кроме их шинобской карьеры. Стоило действительно отдохнуть, хотя бы денёк не думая о тренировках и прочем. Узумаки этим днём просто наслаждался компанией подруги, а Такахаши в перерывах думала о своём. Мысли её всё время съезжали на тему того, что это их свидание. Вроде и так ясно, но в голову лезли и другие мысли, как о самом парне, так и о их отношениях. Ещё в Лесу Смерти, когда они остались наедине, Наруто высказался – “Ты же знаешь, что ты мне нравишься, а я знаю, что нравлюсь тебе. Я тебя уже никому не отдам, прелесть ты моя”. Жутко смущающе. Узумаки любил это дело, смущать её. Однако, если принимать некоторые его слова на веру, а так же припомнить что-то вроде тех же редких объятий, то становится уже сложнее. На простые выходки подобные отцовским, делающихся ради всяких глупостей, это не тянет. Всё дальше уходили мысли юной девушки, и всё больше она металась из стороны в сторону в своём сознании. Решая, как она относилась к своему другу. Нет, понятно, что он ей нравился, но стоит ли переходить дальше, от обычных друзей на следующую планку? Не рановато или в самый раз? Они давно общаются, давно дружат, тренируются вместе и вот теперь даже на свидание пошли. И вообще, они официально взрослые, ведь получили проекторы! Но Такахаши то пребывала в сомнениях, то набиралась решимости сделать новый шаг в их отношениях. И пока девушка сомневалась, двое генинов в молчании дошли до смотровой площадки на вершине Горы Хокаге. Оттуда открывался отличный вид практически на всю Коноху. Вечерело, но до заката было ещё рановато. Не очень вовремя, если честно, они оказались здесь. Однако и просто гулять где-нибудь ещё час полтора было бы слишком долго. Тен-Тен всмотрелась вдаль, на время перестав метаться меж двух огней, мысли её потекли более спокойно. Но даже так Такахаши подметила, что деревня и в это время выглядела прекрасно. – Тенни. – впервые именно так обратился парень к девушке, что та естественно заметила. – Я возможно уже говорил это, но ты довольно красива и привлекательна, и готов поспорить через два три года станешь только лучше. – с тёплой улыбкой, но достаточно серьёзно выдал Узумаки. Своим заявлением парень вызвал настоящее возгорание на щеках подруги, не знавшей, куда теперь себя деть. Однако в этот момент Узумаки и сам был не лучше. Ранее смущавший Тен-Тен Наруто сейчас сам смутился своих слов и отвёл взгляд. До этого он, пока Такахаши размышляла о своём, наблюдал, но не за деревней, а за девушкой. Её сосредоточенный взгляд, устремлённый вдаль, её прекрасные русые волосы, пару локонов, которые трепла лёгкий ветер, а так же милое личико, создавало в груди приятное тепло, а в голове те самые слова, которые он высказал. Оба подростка не знали, что можно сказать, что сделать, чтобы развеять это неловкое до ужаса чувство. Такахаши прокручивала в голове только что сказанные её другом слова, не отводя взгляда от его лица, такого непривычно неуверенного, серьёзного, сомневающегося. Узумаки же ощущал биение собственного сердца, отдающегося стуком в ушах, ощущал поселившуюся в груди тяжесть. Он не раз делала подруге комплименты, но сейчас он был как никогда серьёзен и говорил от сердца, от души, со всей серьёзностью. Девушка должна ранее могла воспринимать его комплименты за очередную попытку смутить, но не сейчас. “Как она отреагирует?” - мучала его мысль. – Да к биджу всё! – мысленно послала всё на свете Такахаши и сделала шаг в сторону Узумаки, после чего подалась к его лицу. Однако её манёвру было не суждено завершиться. Парень, костеривший себя за несдержанность, поздновато заметил действия девушки и запаниковав, сделал большую глупость, о которой уже через секунду жутко пожалеет и будет проклинать сам себя. Тело и язык по неизвестным заветам сработали раньше разума, пребывающего в панике. – Наверное... рано. – выпалили парень, осторожно отстраняя от себя девушку. Однако лицо его через секунду стало сменяться на гримасу ужаса от осознания своих действий. Тен-Тен не успела заметить этого, так как моментально отвернулась. В голове метались разные мысли, а душу сжимала обида и злость. – Сам ведь сказал эти слова! И раньше многое говорил, а теперь так оттолкнул?! Для тебя это было очередной глупой игрой?! – проносились мысли в голове девушки. – Идиот! Какого биджу я делаю?! Что делать, что делать?! Надо срочно исправлять ситуацию. Но как? – размышлял уже Узумаки. – Есть идея, была не была. Если не сработает, то значит так мне и надо идиоту. Тен-Тен в расстроенных чувствах уже собиралась быстрым шагом уйти подальше от, как она считала, полного урода, что так играется с её чувствами, но внезапно почувствовала короткий, но нежный «чмок» в щёку. – Тен-Тен, прошу, прости меня идиота. Я не знаю, что творю. Я дурак. Слишком сильно запаниковал и сотворил дичь. Возможно, ты злишься, и ты в своём праве. Я понимаю, как это выглядит с твоей стороны. Но поверь, я совершенно не хотел обидеть. – быстро затараторил извиняющимся тоном парень, избегая контакта взглядом, сложив руки в просящем жесте. – Если хочешь, можешь отвесить мне пощёчину или ещё чего, я сопротивляться не буду, заслужил. – парень закрыл глаза, готовый принимать заслуженную кару. Девушка смотрела на аловолосого парня, что сейчас выглядел ещё более непривычно. Весь такой уязвимый, будто съёжившийся, но мужественно готовый получить кару от неё. Почему-то непривычный и, откровенно говоря, нелепый вид вызвал усмешку у Тен-Тен. Она понимала, что он не врёт, а так же понимала, что сама частично виновата, слишком поторопилась. – Ладно, верю, прощаю. Возможно, если бы ты после своих слов полез целоваться, я тоже могла отреагировать как-нибудь… странно. Узумаки раскрыл глаза и несколько неверящим взглядом уставился на подругу. Теперь настала её очередь избегать зрительного контакта. Похоже она не злилась на него. С плеч Наруто упала целая гора. Парень взял руку девушки, заставив обратить на себя внимание. В голове появилась крамольная мысль, но нерешительность победила и вместо действий, он выдал: – Наверное мы оба не были готовы к этому. – глупо улыбнулся тот под конец, свободной рукой почесав затылок. – Да, наверное, ты прав. – так же скривила неловкую улыбку девушка. – Думаю, пора возвращаться. – не зная, как мог вывести ситуацию, предложил Узумаки. – Ага. – согласилась Такахаши, которой хотелось поскорее закончить эту неловкую ситуацию. Так они двое и шли назад, разве что не размыкали рук. Дошло до подростков это не сразу, а лишь на половине пути, так как их головы были полны других мыслей. Ощущения чужой кожи прямо-таки жгло. Одновременно хотелось и разорвать контакт, дабы не смущаться, так и не прекращать до самого конца. Парочка так и не решилась разъединить руки до самого дома Такахаши. – Слушай, прости ещё раз. Я тупанул сильно. – снова ударился в самобичевание парень. Он всё ещё чувствовал вину за их сорванный первый поцелуй. – Прощу, но при одном условии. – у Тен-Тен, голова которой вторую половину занимали лишь жгучие ощущения крепкой мужской ладони, сжимавшей её руку, появилась решимость довести задумку до конца. – Сделаю всё возможное. – с готовностью выдал парень. – Закрой глаза на несколько секунд. – выставила требование девушка, ощущая нарастающую тяжесть в груди и участившееся сердцебиение. Наруто не особо вдумываясь, закрыл глаза, и через несколько секунд почувствовал короткое, даже мимолётное, прикосновение к своим губам. Он даже поначалу не понял, что это было. А когда открыл глаза, девушки уже и след простыл. Узумаки аккуратно провёл кончиками пальцев по своим губам, словно боясь что-то стереть ими. И только через несколько секунду у него появилось понимание произошедшего. Не в силах сдержать чувства внутри, он последовал примеру подруги и применил экстренное тактическое отступление по средствам применения техники шуншина. Как так быстро Тен-Тен оказалась в своей комнате за какие-то жалкие две секунды, она не понимала. Она сделала это! Она свершила задуманное. Хотя поцелуем это назвать было сложно. Скорее она просто «клюнула» Наруто в губы, а не поцеловала. Но Такахаши это не очень волновало. Из-за смущения от своих же действий, девушка подхватила подушку с кровати и зарылась в ту лицом, стараясь от самой себя скрыть собственные чувства и мысли, а так же горящее красным лицо. Как потом оба подростка будут думать, свидание прошло весьма успешно, однако пару дней им точно не стоит встречаться, они просто не смогут даже спокойно находиться рядом друг с другом, не то что общаться.