Мой путь в мире чакры

(Страна Воды, Деревня Скрытого Тумана) После возвращения в родную Скрытую Деревню, Ягуре пришлось принимать отчёты подчинённых о произошедших за время его отсутствия событиях. Благо, что ничего за эту неделю с небольшим не произошло. Никаких явлений отступников с шаринганами или попыток бывших повстанцев воспользоваться отлучкой Мизукаге. Никакой подлянки, слава Ками, для Каратачи не было подготовлено. Очень хорошо, ведь сейчас у лидера Тумана появилась куда более важные проблемы, чем возможное явление захотевшего поквитаться Обито или взбунтовавшихся вновь повстанцев. Нападение на Коноху стало большой неожиданностью для Ягуры. И ладно, если бы в небольшой войнушке участвовали только шиноби Листа. Так нет, отступник Орочимару втянул в это другие деревни. Лист, как оказалось, смог хоть сколько-то подготовится к нападению, но всё равно имел потери. Как выяснилось, расчёт по первой был на оперативные группы АНБУ, а после должны были присоединиться многие остальные шиноби Конохи. Однако подоспевшие силы быстро распределить по всем направлениям не вышло. Как итог прорывы и потери произошли. Командующие Сунагакуре идиотами не были, неся потери и осознавая подготовленность противников к их атаке, решили отступить и перегруппироваться. Даже по тем направлениям, где произошёл прорыв, песчаники дальше не продвинулись, получив приказы к отходу. В противном случае коноховцы с других направлений их могли взять в окружение. Но это Мизукаге узнал позже. Он задержался в Конохе на день, чтобы иметь возможность обсудить с лидером селения Листвы ситуацию Учихи Обито, одного из учеников Намикадзе Минато. По факту целью Ягуры было сбросить решение проблемы отступника, прикрывшегося именем легендарного шиноби прошлого на плечи Хокаге и клана Учиха, от которых Намикадзе вряд ли станет скрывать известие о том, что один из их родичей на самом деле жив. Очень удачно Каратачи удалось вклиниться в момент кратковременного перерыва Минато и Хирузена, решавших проблемы прошедшего нападения. Имелись разрушения инфраструктуры, смерти с обеих сторон конфликта, а так же цель донести до шиноби Суны, что их обманом заставили участвовать в конфликте. Последнее было несколько затруднительно, так как свидетелей воскрешения их Казекаге, посредством запретной техники, как таковых не было. Подробности того Мизукаге известны не были, да и не это его интересовало. Отказывать в принятии одного из Каге правитель Конохи не стал, тем более тот благосклонно разместился в выделенных апартаментах, позволяя Минато и Хирузену лавировать первые последствия небольшой войны. По факту ничего особенного в обсуждении участия и Мизукаге в битве с Орочимару не было. Каратачи сразу обозначил, что не винит Коноху в том, что их отступник, уже второй, чуть было не отправил лидера Тумана в Чистый Мир.

***

– А теперь, я хотел бы обсудить более интересную тему. – после казалось бы окончания разговора, выдал Ягура, чем сразу заставил двух Каге Конохи, бывшего и действующего, слегка удивиться. – Мы слушаем вас, Мизукаге-доно. – ответил Минато, думая, что Каратачи желает сразу же обсудить сложившееся положение на мировой арене и вероятность начала новой мировой войны, но… – Относительно недавно я встретился с вашим учеником Хокаге-доно. Им оказался ныне считающийся в вашем селении покойным Учиха Обито. На несколько секунд кабинет Хокаге погрузился в тишину. На шутку это было не похоже совершенно. Однако Намикадзе всё равно только и смог вымолвить… – Что? – Да, Учиха Обито не раз посещал Скрытый Туман и вообще изначально стал причиной развязывания гражданской войны, используя свой мангекё для контроля других людей. Людей, подверженных ген-дзюцу Учихи было больше, это обнаружили после тотальных проверок всех высокопоставленных шиноби. Не исключено, что и среди повстанцев имелись подконтрольные Обито личности. Этот ублюдок наверняка упивался собственным могуществом, создав из целой страны по факту театр, где именно он был постановщиком пьес. Ведь тот же Ягура мог задавить восстание в зародыше с силой подконтрольной ему скрытой деревни. Повстанцы пускай и смогли набрать численность, но всё же не дотягивали до Кири, да и снабжение имели куда более худшее. В общем, от осознания того, что натворил один единственный отступник, впору было хвататься за голову и бить тревогу. Кажется, таких людей нужно уничтожать не считаясь с потерями, но и они не бессмертны, не всесильны. Обито просто повезло, что Каратачи подпустил того настолько близко. Чего Мизукаге своим высокопоставленным коллегам из Конохи конечно же не скажет. – Невозможно. – отрицательно покачал головой Минато. – Простите, но я не могу в это поверить. До нас дошёл слух, что недавно на вас напали, но я сомневаюсь, что то был именно мой покойный ученик. Разве что вы позволили бы нашим специалистам просмотреть ваши воспоминания. Однако скорее Кумо публично извинится перед кланом Узумаки за нападение на их острова, нежели человек подобный вам и мне позволит чужим обладателям ментальных техник проникнуть в свой разум. Ягура и некоторым своим людям то доверял не намного больше, чем посторонним в подобных вопросах. После того, как Обито надругался над его сознанием, Мизукаге стал слишком уж осторожным и вообще к своему разуму не желала подпускать кого-либо. – Понимаю, и поэтому готов предоставить иные доказательства. После нашей стычки ваш ученик оставил на поле боя свою кровь, да и нам удалось собрать в печати накопители образцы остаточной чакры. Хотя, по идее, крови должно быть достаточно. Ягура вынул из внутреннего кармана одежды стандартный запечатывающий ирьенинский свиток и положил на стол правителя Конохи. – Надеюсь, вы или клан Учиха предпримите меры, после того, как данные будут подтверждены. Я конечно назначил за голову этого выродка высокую награду, но думаю, буду спать спокойнее, если и вы не решите оставаться в стороне. – встал с гостевого места Ягура и направился на выход. – Я пришлю посыльных позже, есть вопросы, которые стоит решить в ближайшем будущем, пока не началась новая война. До скорых встреч, Хокаге-доно. – распрощался Каратачи с Намикадзе, задумчиво смотрящем на свиток в своих руках.

***

Теперь же, Мизукаге в срочном порядке созвал всех высокопоставленных людей, в числе которых были и лидеры бывших повстанцев, для оценки ситуации в стране, и на сколько их селение готово к очередной вероятной мировой войне. – Мизукаге-сама, если говорить в общем, то мы совершенно не готовы к вероятному противостоянию с Кумогакуре. Конечно у нас есть неоспоримое преимущество, да и ваши реформы помогли создать по настоящему сильных шиноби. – уважительно высказывался один из лидеров формирования боевых подразделений, и вместе с тем советник нынешнего Каге Тумана. – Но этого недостаточно. Можно понадеяться на то, что и враг малоинформирован о нас, но лично я бы не рассчитывал на подобное, не смотря на то, что мы научились отлавливать шпионов лучше многих. – Наш флот был прорежен людьми сопротивления около года назад во время серии крупных диверсий. – на этом моменте говоривший с нескрываемым раздражением и недовольством покосился на Теруми Мэй и других лидеров восстания. – И пусть при этом в численности мы примерно могли сравняться, но распаляться на все владения уже не представиться возможным. Противостояние с флотилией облачников осложниться, так как нам придётся стянуть силы, к основным крупным островам, что позволит противникам закрепляться на более мелких. – Хм… – принял к сведению безрадостные вести Ягура. – К тому же нельзя исключать вариант, что и Ива не побрезгует отправить часть флота в наши воды, даже без сговора с кумовцами. А это ещё большие проблемы. Я слышал о том, что страна Земли уже давно научилась производству кораблей из металла. – К тому же… – подал голос один из главных командующих подразделением АНБУ Киригакуре. – информации о потенциальных противниках слишком мало. Сказывается давняя изоляция страны и акцентирование внимания специализированных подразделений на иных целях. Шпионы конечно у нас имеются, но те не способны добыть достаточно важные сведения, из которых можно было бы составить представление о возможностях врагов. – Господин Мизукаге. – обратился к Каратачи Суйкотон Гото, один из восстановленных после окончания гражданской войны старейшин Киригакуре. – Нам не выстоять в будущей войне. Конечно, мы сможем продержаться дольше, чем та же Суна, хотя кто этих пустынников знает. Однако стоит ожидать худшего из вариантов, а именно объединения Ивы и Кумо. Я считаю, нам тоже стоит поискать союзников. – Я тоже об этом думал, точнее понимаю, что это чуть ли не единственный вариант, при котором Страна Воды сохранит за собой статус одной из Пяти Великих Элементальных Стран. В противном случае, большая часть наших островов станут колониями Страны Молнии. – Коноха, наш единственный шанс. – высказалась Теруми Мэй. – Они не могут не понимать, чем для них в будущем это может обернуться, даже если смогут не потерять в борьбе с новым объединением Камня и Облака своих территорий. – Однако они будут ждать, пока мы сами придём к ним. – послышался старческий, но тем не менее волевой голос другого старейшины Суйрея Аоя. Тот пожевал губами и слегка скривился. – И тут без вариантов. Либо мы отделаемся малой кровью сейчас, любо приползём просить о спасении, когда будем на грани и не сможем выторговать более-менее честные условия. – Да, союз с Листом может сильно нам помочь. – согласился Ягура. – И думаю, стоит дать им понять, что мы рассчитываем на крепость и длительность союза. После войны наше положение станет ещё плачевнее, чем сейчас. Конечно при условии если она всё же случиться. Всё же при тройственном союзе Тумана, Листа и Песка силы будут примерно равны объединению Облака и Камня. – Считаете, Коноха примет новое предложение о союзе от Суны? Конечно зачинщиком был не Казекаге, а отступник, притворявшийся им. Однако, большинство власть имущих Деревни Песка легко пошли на предательство старых договорённостей. Возможно что Коноха более не захочет иметь таких «союзников». – Так и мы всё ещё носим звание Кровавого Тумана и имеем репутацию отбитых маньяков. Нет, здесь будет те же последствия. В будущем, если Ива сможет закрепиться в Стране Ветра, у Страны Огня возникнут серьёзные проблемы. – Проще говоря, нам нужно придумать, чем подкупить Коноху, чтобы союз был более равным. – подвела итог данного этапа обсуждений Теруми. - И не только. Нужны гарантии получше бумажек с росписями Каге и Даймё. В истории хватает примеров, когда договора о перемирии ничего не стоили. Нужно что-то существенное, материальное и наглядное. – У нас есть не так много, что можем уступить. – снова пожевал губами хмурящийся старейшина, что в при выборе сторон в прошлом, остался верен Мизукаге. – К тому же, в Конохе есть эти Узумаки, что имеют слишком большое влияние, как я слышал. Задача сильно осложняется. Как бы не пришлось сдавать колонию на островах Узушио. Многие призадумались. Действительно, аловолосые могут по старой памяти быть резко против объединения с давними врагами. – Есть одна мысль. Возможно есть вариант отдать не так много и при этом заявить о нашем намерении сохранить союз как можно дольше. И вполне соответствует требованиям. – задумчиво, словно размышляя вслух, проговорил Суйкотон. – Гото-сан, если у вас есть идея, прошу, поделитесь ей. – терпеливо, но с требовательными нотками, обратился к одному из старейшин Каратачи. – Можно воспользоваться старым методом. Или не очень… неизвестно, как в мире сейчас с этим. – сделал небольшую паузу пожилой шиноби, лучше подбирая слова для более мягкого представления своей идеи на суд собравшимся. Всё же если подобное не практикуется, то Кири выставит себя дураками. – У действующего Хокаге же есть сын. Да и сам Намикадзе вряд ли в ближайшее время покинет свой пост. Можно было бы связать нас с семьёй правителя. Это более чем наглядный показатель наших намерений. – То есть… вы хотите предложить… – не знали в том ли направлении мыслят слушатели. – Можно было бы породниться с семьёй Хокаге, скажем так. Брачный договор. Такой «подарок» может смягчить как условия будущего союза, так и показать намерения на длительность и плодотворное сотрудничество в мирное время. – Разве что нам придётся отдать кого-нибудь потенциального. – прокомментировал Каратачи. – Хм… Аой-сан. – повернул голову Мизукаге к одному из старейшин с намёком во взгляде. – Хотите использовать мою племянницу? – с неопределённой задумчивой интонацией проговорил старик. – Думаю, если этим наш клан сможет практически спасти Деревню, то я согласен. Суйкотон Гото еле сдержался, чтобы не закатить глаза. Конечно, Суйрей были одними из самых лояльных Ягуре кланов, но и урвать побольше не отказывались. По факту, это увеличит их значимость для Кири, что опять же укрепит позиции Ягуры, и если даже Аой уйдёт на покой в скором времени, его потомки не решат вдруг переметнуться или остаться в стороне, если Каратачи понадобится помощь. – Эими, как я видел, показала себя очень хорошо на экзамене, ей уже присвоили чунинское звание. Думаю, от такой потенциальной девушки для своего не менее талантливого сына Хокаге не откажется. Девушка сама высказывалась, что Аки довольно интересен сам по себе и тоже был несколько заинтересован в личной встрече с ней. – припомнил доклад девушки генина Мизукаге. – Пригласите её сюда.

***

Эими Суйрей в клане предрекали великое будущее. Её потенциал был выше большинства сверстников, а мозги работали отлично. Преобразование суйтона далось достаточно легко, чем ещё во времена академии Эими показывала, кто находиться на вершине иерархии. Конечно, как один из кланов, что был полностью лоялен Мизукаге, Суйрей могли не отправлять своё юное дарование в академию, особенно зная о том, что в лучшем случае после выпуска остаётся половина учеников. Но как сторонники Ягуры и его идей, отдавали многих своих детей на обучение, конечно же тренируя и морально готовя тех, чтобы смогли пройти финальный смертельный тест даже если им придётся выступать против родни. Суйрей была одной из немногих, кто знал о последнем испытании академии. Знала и принимала. Деревне нужны сильные шиноби, что без колебаний исполнят приказы и пойдут даже против бывших союзников. И она ждала конца с нетерпением. Сражения были её страстью. Опасность, плещущийся в крови адреналин и чувство лёгкости. Эими так привыкла жить каждый день как последний с лёгкостью на душе, без сожалений и сомнений, и ей это нравилось. Она будет с холодной яростью и острозубой улыбкой бросаться в бой, используя свои преимущества. Будет кружиться в смертельном танце с улыбкой изничтожая противников. Но безумной любительницей сражений она не была. Если придётся, отступит, но лишь для того, чтобы стать сильнее и поквитаться с неравным противником позже. Последний тест на генина она прошла с блеском. В тот раковой день ещё не девушка, но девочка, не получившая протектора с трепетом и приятной дрожью в теле ожидала когда же она сможет показать, что более чем достойна стать куноичи своей родной деревни. В один момент учитель начал делить класс на пары. Был соблазн повторить деяние Демона Кровавого Тумана – Забузы Мамочи, перебившего весь свой класс, но к сожалению от идеи пришлось отказаться. В классе имелись соклановцы Эими. И за их убиение её точно не похвалят, да и есть шанс самой слишком сильно пострадать. Они не так уж многим уступали ей, и готовы были даже такими же острыми, как у Эими, острыми зубами вгрызться в глотку, если иных вариантов не останется, будучи на грани. Впрочем и без вырезания всего класса ей удалось выделиться. Её оппонент похоже либо знал, либо подозревал неладное, когда после их прямо в классе поделили на пары, когда якобы тест был закончен и они лишь ожидали результатов. Да и после показа навыков метания колющих железок у них не стали забирать их наборы кунаев. А может его насторожила предвкушающая улыбка Эими? Не важно. Им приказали сражаться друг с другом насмерть. Суйрей не медлила в отличие от парня, что вроде как и тоже подобрался при необычной ситуации, но всё равно не верившего в слова учителя всерьёз. Впрочем, стоит отдать тому должное, стоило только Суйрей выхватить приготовленный кунай, парень сделал то же самое, принимая атаку. Но всё зря. Весь его настрой и желание жить не смогли компенсировать недостаток сил и умений. Уже через пяток секунд тот опал на пол, заливая тот кровью. Эими, не особо то и пострадавшая, не считать же за серьёзные повреждения несколько порезов на ведущей руке, обратила внимание на обстановку в классе. Некоторые из клановых так же не колебались, но были и те кто даже оружие не достал. Две девчонки, стоявшие рядом друг с другом, ранее были лучшими подружками и пускай проходили тяжёлую подготовку и уроки истории в академии, всё равно не поняли своего положения. Они стояли и смотрели друг на друга в нерешительности, обращая внимание на творящийся вокруг хаос. Всё больше учеников решались пройти тест до конца. Эти двое явно не собирались сражаться насмерть. Эими перевела вопросительный взгляд на преподавателей, что с непоколебимыми выражениями наблюдали за происходящим. Один из них, слегка хмурившись, обратил внимание на них и легко кивнул Суйрей. Та мгновенно перехватила кунай обратным хватом и резким движением всадила тот в яремную вену той, что была более бледной и нерешительной. Девчонка только и успела дёрнуться, ошарашенно-неверящий взгляд в угасающих глазах пробудил в Эими лёгкое призрение. Лицо подружки исказилось в гримассе гнева, а во взгляде кроме злобы появилась боль напополам со скорбью за потерянную подругу. Попытка атаковать Суйрей, готовой к такому развитию событий не привела к желаемому результату. Эими перехватила руку с кунаем и сама попыталась атаковать, но и её конечность с оружием была взята в захват, пускай и удалось пропороть противнице бок, хотя целилась в печень. Девчонка шипит от боли, хватка на мгновение ослабевает. Секунда и колено Эими врезается в живот оппонентки, хват слабнет ещё больше, удаётся высвободить руку с кунаем. Резкий взмах, кунай очерчивает горизонтальную линию, пропарывая горло чуть согнувшейся от удара в живот противнице. Сенсей, на которого Суйрей обратила внимание, удовлетворённо кивает, что-то отмечая в планшете с бумагами. Протектор Эими получила без вопросов, впервые по настоящему обагрив руки в крови.

***

Следующей ступенью было звание чунина. Суйрей не давали продыха командир команды и клан. Впрочем, она и сама не филонила, рвала жилы на тренировках и начала задумываться над новыми направлениями своего развития. Буки-дзюцу, обращение с оружием, возможно стоит присмотреть себе что-нибудь. На последней миссии команда нарвалась на отряд повстанцев, и те оказались сильны, показав, что не смотря на таланты, Эими всё ещё слишком слаба. Это было кстати, как ни странно. Суйрей уверялась в собственной исключительности, ей требовалось спуститься с небес на грешную землю, особенно перед экзаменом на чунина, где будет достаточно сильных генинов. К сожалению, без потерь в первом этапе не обошлось. Хозуки то в любом случае выживет, верткий тип смог найти выход, пусть и блуждал в иллюзорных коридорах дольше Эими. А вот парень из бесклановых так и не смог преодолеть это испытание. Впрочем, Суйрей тоже была на волоске. Она, осознавая то, что некоторые попытаются объединиться, решилась временно заключить мир с другим парнем, кажется из малой скрытой деревни. По началу Эими думала использовать Хируи как живой щит, но тот оказался непрост, очень непрост. Парень имел отличные навыки и без колебаний убивал своих противников. Суйрей сие заинтересовало, они продвигались быстро и в конечном итоге схлестнулись с крупной группой, в которой было пара завистников, не желающих Эими ничего хорошего. Хируи оказывал значимую поддержку, что подтверждало недостаточную силу Эими, как это не печально. Однако стоило только в поле зрения этого чужака замаячить сокомадникам, как тот сразу забыл про неё. Суйрей пообещала себе, что если выживет, то обязательно прикончит Хируи особо жестоким способом. Конечно они не были обязаны друг другу чем-либо, но и настолько нагло её кидать было слишком. Они могли объединиться и отобрать свитки, коих явно хватало на как минимум две команды. Иначе та группа генинов Кири не объединилась бы. Пришлось отступить, благо Суйгецу достал свиток. Опозориться проигрышем на первом же этапе Эими жутко не хотелось. Жаль, но экзамен не закончился. Во время второго этапа выродки из сопротивления начали массированную атаку.

***

Но вскоре появился новый шанс проявить себя. Сам Мизукаге возлагал на них надежды, посылая на чунинский экзамен в Конохе. И Эими собиралась во чтобы то ни стало исполнить волю лидера, показав всему миру силу шиноби Киригакуре. Первый этап с письменным тестом был лёгким, хотя экзаменаторы и заставили напрячься в конце. Лес Смерти был аналогом Гиблых Болот, и как ни странно доставил некоторые проблемы. Он кишел всякой опасной флорой и фауной. Ну хоть удовольствие от охоты без ограничений можно было получить. На отборочных же было веселее. Хьюга, что сражалась против неё, показала решимость не меньшую, чем у самой Эими. Девчонка, что внешне казалась не такой уж и способной показала достаточно неплохой уровень. С ней так хотелось продолжать танцевать. Но жаль, та ещё не реализовала свой потенциал. Жаль, очень жаль. Может удастся в будущем смахнуться с ней вновь? Впрочем, больше Суйрей заинтересовала реакция одного блондинчика. Видимо Хьюга была сокомандница того. Интересно даже, во что это выльется. Намикадзе Аки тоже показал себя хорошо. Да и не он один, если честно. В Конохе досттаочно тех, с кем тоже будет интересно станцевать в бою один на один.

***

– Может у меня карма плохая? – задалась вопросом девушка. Мало того, что с сыном Хокаге она оказалась в разных группах, так ещё и экзамен опять прервали, не дав повеселиться и показать себя перед Мизукаге. Опять возможно откладывается получение заветного звания. Суйрей была крайне недовольна, потому на пути назад и в самой Деревне в своём плохом настроении кошмарила сокомандников тренировками и спаррингами. Особенно досталось Чоуджеро, вылетевшего ещё на отборочных. – Эими, Мизукаге-сама желает тебя видеть. – заявил сенсей, навестив девушку в её родном клановом квартале. Девушка долго гадала по пути к обновлённой резиденции Мизукаге, зачем тот её вызвал. Мысли метались от вариантов о том, что ей наконец выдадут заветное звание, всё же она успела себя проявить, до того что её хотят прибить. Мало ли чего. Даже замереть перед дверью в нерешительности не дали, сопровождающий постучал и получив положительный ответ открыл ту, запуская девушку во внутрь. В кабинете находилось большое количество уважаемых и просто сильных шиноби. Даже главы бывшего восстания присутствовали. Эими сглотнула вставший в горле от волнения ком и попыталась принять себе уверенный вид. Сам Мизукаге вызвал её к себе при таком большом количестве разномастных высокопоставленных личностей. Может для неё есть отдельная похвала или миссия? – Эими, я наблюдал за твоим выступлением на экзамене на чунина в Конохогакуре. И готов признать, в тебе есть большой талант, ты не подвела и показала отличный уровень овладения суйтоном и своим особым оружием. – Каратачи сделал паузу. – Благодарю вас, Мизукаге-сама. Ваша похвала – честь для меня. – напряжение, скопившееся в душе Суйрей почти полностью исчезло. – Мой долг – служить Киригакуре, и я готова и впредь исполнять вашу волю. Эими глубоко поклонилась, показывая степень своего почтения такому человеку, как правитель их Скрытой Деревни. Ягура благодушно кивнул. – За твои навыки я присуждаю тебе звания чунина. И сразу хотел бы поручить лично тебе очень важное задание, от которого возможно будет зависеть судьба всего нашего селения. Девушка разогнулась, в удивлении глядя на человека, чей рост немногим превышал её, но над кем не посмели бы смеяться даже отбитые наглухо личности, кои иногда выходили, пройдя жестокий путь становления АНБУ Кири. – Я готова. – с пылающей во взгляде решимостью, произнесла куноичи. – Как ты знаешь, положение Киригукаре несколько шаткое, Суна теперь тоже потеряла часть сил, ну и Коноха пережила небольшое потрясение. Ивагакуре и Кумогакуре вряд ли будут стоять в стороне, видя как две из Пяти Великих Деревень находятся в не самом дееспособном состоянии. Каратачи наблюдал, как лицо девушки напряглось, а взгляд выражал неприязнь к тем, кто лишь посмел помыслить о нападении на Страну Воды. Мизукаге видел, насколько Эими уже заряжена настроем покарать всех врагов Скрытого Тумана. Возможно, отправь он её на фронт, в самое пекло, и расскажи об опасности, та ни разу бы не сомневалась, стремясь исполнить волю своего лидера. – К сожалению… – тем временем продолжил Мизукаге. – Мы не настолько сильны, чтобы противостоять угрозе. Лицо куноичи вновь сменилось. По ней можно было прочесть вопрос “Как так?!”. Забавно, она так верит в то, что Кири действительно своими кровавыми методами создали новое поколение шиноби, более сильных, волевых, лучших. Это правда лишь от части. – И единственный вариант, при котором мы сможем сохранить свои земли и статус Великой Деревни, это общий союз с Конохой и скорее всего Суной. Если у девушки и были мысли, какую миссию ей хотят поручить, то сейчас она совершенно не понимала, что от неё хотят, и куда ведёт разговор. – И общим решением для закрепления длительного союза и показа наших намерений, было решено подкрепить предложение брачным договором. Для этой цели выбрали именно тебя. – слегка ошарашил Мизукаге свою юную подчинённую. – Эими Суйрей, тебе предстоит стать будущей женой сына нынешнего главы Деревни Скрытой в Листве, и если повезёт, будущего Хокаге. Считай это миссией S+ ранга во благо всей Страны Воды и Деревни Скрытой в Тумане. Несколько секунд куноичи переваривала сказанное, после чего на лице появилась лёгкая улыбка. Куноичи припала на одно колено, уперев одну из рук в пол, показывая покорность и готовность исполнить приказ. – Для меня – честь таким образом помочь своей стране и Деревне, Мизукаге-сама. – благоговейным тоном произнесла девушка. – Отлично, я в тебе не сомневался. – высказался Ягура, про себя думая, что есть польза от людей, чья преданность граничит с фанатизмом.