Мой путь в мире чакры

Без лишних заморочек Темари повела меня посмотреть Сунагакуре. Девушка, подобно аналогичной ситуации с их командой в момент нашей первой встречи, состроила маршрут так, чтобы посетить примечательные для любого более-менее уважаемого гостя места. Попутно мне рассказали историю Песчаной Гакурезато, упоминая моменты, которые такому иностранцу как мне известны не были. Нет, нас в академии просвещали по поводу истории других Великих Деревень, но весьма кратко и поверхностно. Кроме истории ещё немного узнал о местном устройстве общества ниндзя. В отличие от Конохи, где был совет кланов, джонинов и гражданских, здесь существовал единый совет, решающий все вопросы. Пусть и собирались те полным составом не всегда. Из здешней «кухни» значимой деталью мне показалось то, что между клановыми и бесклановыми пролегает более чёткое разграничение. Академия в Суне имеется, но там обучаются исключительно бесклановые. Между самими кланами из-за их изолированности даже друг от друга так же имеются границы. Всех малых уже давно, прямо на заре существования Деревни Песка подтянули к себе те, кто побольше. И существуют малые в качестве вассальных образований, чей вес в системе является весьма спорным. По сути сильные и многочисленные кланы относительно крепко держат тех, обеспечивают общую подготовку подрастающим поколениям, снабжают амуницией и важными услугами вроде медицинских или жилищных. С одной стороны логичнее было бы интегрировать мелкие образования. С учётом прошедшего времени это уже давно должно было произойти. Но с другой – по ряду причин выгоднее держать как отдельные подконтрольные группы. Темари сильно не углублялась в устройство системы, оставляя некоторые вопросы, которые я в общем-то задавать не стал. Раз сама девушка считает данный аспект не столь важным для пояснения то по первой и без этого обойтись можно, и только в более конкретном случае пояснить ситуацию. Однако поразмыслить и сделать кое-какие выводы это мне не помешало и я даже озвучил некоторые. – Выходит, Суна поделена на части влиятельными образованиями из сильных кланов, окруживших себя кланами поменьше. И каждая такая крупная группа по сути сама по себе. От того академия шиноби, главный госпиталь и прочие части системы Селения довольно слабо развиты, ведь другим нет особо смысла вкладываться. – Из-за разрозненности и вечного противостояния в борьбе за большее влияние никому нет дела до общего положения. А бесклановые, чьё общество заинтересовано в подобном, ведь сложившаяся ситуация в первую очередь сказывается на них, попросту не имеют достаточного влияния. По большей части они являются ещё одной самостоятельной группой, пусть и не такой разграниченной, но в то же время менее организованной. – Решения в совете принимаются большинством, теми, кому это выгоднее, но это может не нести блага для общей системы. Однако последнее слово всегда оставалось за Казекаге. В моём голосе так и сквозили скептицизм и сомнения в здравомыслии власть имущих Сунагакуре. – Эта система образовалась ещё при Первом Казекаге. – пояснила Темари. – И трогать работающее и всех устраивающее положение никто не хотел. При Втором всё усугубилось. – Третий намеревался всё изменить, разворошил это гнездовье пустынных пауков… – явно использовала девушка выражение на местный манер. – …но умер гораздо прежде, чем смог довести дело до конца. В то же время пропало несколько сильных или влиятельных личностей, как например Скорпион Красных Песков или Мираж. Кстати да, официально даже в Суне не всем известно, что Сасори грохнул Тенрая, а после дезертировал. Это мне очевидно из-за воспоминаний о сериале. А вот знает ли Темари настоящее положение вещей, вопрос. Даже если и знает, специально могла умолчать. Вообще нукенины, при бытие на службе заработавшие себе прозвища, сильно бьют по репутации, особенно если постоянно активничают на воле. От того предпочтительнее будет умолчать, а то на счету Суны и так косяков столько, что их только Кири со своей крупнейшей за историю новой эпохи гражданской войной обходят. Да мой настрой Темари уловила и продолжая пояснять всё с той же толикой неловкости и стыда за собственную Деревню. – Мой отец заработал себе имя и вес, сумел «подхватить выпавшее знамя», но все эти падальщики в страхе сплотились и смогли-таки выровнять ситуацию, не потеряв слишком много. А после и героиня войны – Пакура внезапно пропала и всё стало совсем худо. Завершила куноичи свои рубленные пояснения так же словно на некой недосказанности. Не сказать, что данная информация хоть как-то расширяла то, что я уже знал, но дополняла неплохо. У меня даже появлялись первые теории о том, как так сложились некоторые обстоятельства в каноне, как например то, что Гаара каким-то боком в четырнадцать лет стал Казекаге. Нет ну серьёзно. Его знала вся Суна как неуравновешенного психопата и кровожадного убийцу, и вдруг через годик после небольшой войнушки на пост Каге. Тут понятно, что мнение многих несогласных могут проигнорировать те, кто эту акцию успешно провёл, усадив не самого опытного, но зато в достаточной мере сильного шиноби на место главы. Как бы здесь какой движняк в скором времени не начался. Мне того, что в Конохе происходит и ещё будет, в достатке. Если ещё местные распри зацепят, вообще весело будет. Впрочем, зная мою удачу, не следует надеяться, что события пройдут мимо, так что морально готовимся и набираем сил. Однако стоит наверное пока вернуться в настоящее. Не сказать, что наш поход по Суне занял много времени. Приметных мест в действительности было меньше, чем в Конохе. От части так видимо из-за меньшей площади, что занимала Скрытая Деревня и плотной застройки. Деревня Листа тоже местами имела подобное, но если смотреть в общем, то можно сказать, утопала в зелени. Чего уж, у нас есть парк Сенджу и Сорок Четвёртый Полигон, он же Лес Смерти, да кучи обычных полигонов хватает, и это всё в стенах Селения. Вообще Деревня Песка чуть ли не в два раза меньше. Окружена искусственно наращенными скалами, которые тем не менее в полной мере не спасают от песчаных бурь. Сам город действительно поделён на зоны подобием стен, тянущихся от центрального района да окружающих скал. Хотя стены делят Суну весьма условно и больше функцию мостов на случай, если дороги внизу из-за особо сильной песчаной бури замело так, что не пройти. Ещё из примечательных интересностей могу выделить разве что мемориал Каге Суны, где стояли статуи Казекаге. До размеров статуй в Долине Завершения им далеко конечно, но детализация очень даже неплохая. Кстати в то место не допускались все подряд. Это скорее Темари как клановой и дочери Казекаге, пусть и мёртвого ныне, было дозволено. Девушка поведала занятную традицию сперва делать у статуй закрытые лица, и только после смерти Казекаге, когда сокрытие личности большой роли не играет, переделывать головы статуй. Запомнилось мне и одно место. Относительно небольшой комплекс зданий в, смежном с общим гостевым, районе. Мало того, что сама территория будто возвышалась, так там имелась высотка, откуда можно было лучше увидеть как Суну, так и горизонт за пределами стен. – Видишь красные барханы на горизонте? – указала кивком Темари в нужную сторону. – На закате солнце исчезает именно за ними, от чего вид становится крайне живописным. Словно застывшее алое море во время сильного шторма. – с лёгкой ностальгической улыбкой и уверенностью в словах высказалась блондинка. – Надо будет как-нибудь поглядеть на это явление. – ответил я. При том даже не изображал заинтересованность. С горы Хокаге в Конохе вид во время заката открывается великолепный, так что и тут может быть нечто не менее впечатляющее. Дальше оставался только дом семейства Собаку-но, куда мы собственно и направились.

***

Тишина, напряжённая и несколько гнетущая из-за состояния двух красноволосых парней, стояла уже несколько минут. Вопреки ожиданиям Темари, младший брат и вероятный жених не смогли завязать диалог и сейчас безмолвно смотрели друг другу прямо в глаза. Гаара молчал, а Наруто ожидал. Первый не до конца определился в своём отношении к ситуации, а второй понятия не имел, что твориться в голове у джинчурики Однохвостого. Раздумий суновцу добавляло то, что он ощущал отголоски эмоций первого за долгое время друга. Конечно, Гаара лучше всего ощущал негативные эмоции, но и что-то смежное способен был учуять. И сейчас от Наруто ощущалась… опаска? Не страх, нет. Словно тот предполагал о не самых лучших намерениях Гаары и ждал чего-то, что опровергло бы подозрения. Однако, тем не менее Узумаки был напряжён, пусть и по застывшей позе сие понять было сложно. – Я… кхм… – решила подать голос Темари, но парни продолжили свои гляделки. – наверное пойду приготовлю чай. Ты будешь? – обратилась она к гостю, которого сама собственно и привела. Наруто едва заметно кивнул, не отрывая взора от Гаары. Блондинка ушла. Честно сказать, ей было несколько неуютно от затянувшейся тишины. Можно было вмешаться и сдвинуть ситуацию с мёртвой точки. Но Гаара от чего-то стал напоминать себя прошлого. Застывшее выражение на лице было точь в точь как раньше, что поднимало не очень приятные воспоминания, когда Темари временами натурально боялась младшего брата. Тем не менее, когда девушка покинула комнату, диалог всё же начался. – Как ты? – вопросил Узумаки, почти не меняя позы и выражения лица. Вопрос был двойственным, так как мог отсылать к явно недавно произошедшей стычке с кем-то, так и к происходящим событиям. – Я в порядке. – коротко ответил Собаку-но на вопрос. После чего решил напрямую указать на одну деталь. – Ты опасаешься… К Узумаки так же была обращена «маска», а не совсем искреннее лицо. – Много всего произошло… – неопределённо проговорил Наруто. – Меня беспокоит твоё отношение к ситуации в общем и в частности ко мне, как её участнику. – решил так же идти напрямик лже-джинчурики Конохи. – Темари моя сестра, а ты мой друг. Это… сложно. – начал Гаара. – Я помню… ты говорил о важности семейных и дружественных уз. Их важно защищать. Но мы… я не справился, не мог повлиять. – Узумаки было понятно, что парень напротив не может так сразу подобать слов, чтобы описать что у него на душе. Сказывалось отсутствие нормальной социализации. Впервые с момента начала разговора песчаник изменился в лице. Стало пробиваться смятение, горечь, ну и конечно же злость. Последней было больше всего. – Они… они просто продали её. Отдали вам. Их принудили, не дали брату статус и он тоже не смог ничего сделать. И вы… – Гаара так и не продолжил, а затем ощутил возросшее напряжение собеседника. – Надеюсь, хоть Лист ты не винишь. – нахмурился коноховец, тем не менее сохраняя уверенность. – У меня тоже не было выбора, считай почти так же принудили, как и моего брата, но сейчас не о нём. – Слушай… эх… я отношусь ко всему этому столь же негативно, как и твоя сестра. Я знаю, как это может смотреться со стороны, однако я не собираюсь пользоваться своим положением, если ты переживаешь об этом. Мы с ней это успели обсудить ещё в Конохе. Гаара подрасслабился, чем успокоил друга, что собственно мнимо ощутил. – Я верю. – кивнул пришедший в более спокойное состояние Собаку-но. – Но что ты планируешь теперь? – Ты о чём? – не до конца понял представитель клана мастеров фуин-дзюцу. – О своей сестре… – Пока особых идей нет. – честно признался Узумаки. – Но нас точно не оставят в покое, особенно… здесь. Насколько я понял, при таком отношении власть имущие могут начать требовать от Темари «результатов». Гаара помрачнел. – Если попытаются… – Это будет в любом случае. – с уверенностью заявил Наруто, перебив Гаару. – Так как мне придётся… – парень закусил язык, чуть не рассказав о том, что задержится здесь. – придётся реагировать. Можно и спектакль какой отыграть, но не думаю, что возможные наблюдатели не заподозрят неладное. Несколько раз может и прокатит, но… думаю всё же, я постараюсь действительно немного сблизиться с ней. Если конечно события внезапно не повернуться иным образом. – Вижу, у тебя тоже нет особой надежды на лучшее? – с грустной усмешкой спрашивала наконец вернувшаяся Темари. Девушка, оставив парней наедине, отнюдь не оставила попыток подслушать их разговор. И услышанное её успокоило. Реакция младшего брата на происходящее её действительно беспокоила, но похоже пока опасаться нечего. – Спасибо. – принял Наруто из рук девушки чашку со свежезаваренным чаем. – Надежда есть, даже если будет мнимая возможность, я сделаю всё, что смогу. Но в то же время я рассматриваю самый вероятный вариант. А там, Суна, Коноха, большой роли играть не будет. – И то правда. – со вздохом согласилась куноичи. – Кстати где Канкуро то? – поинтересовался Узумаки. – У него теперь как у официального главы нашего клана имелись некоторые дела… Но политические разборки и прочее взял на себя Баки-сенсей и ещё кое-кто. – пояснила блондинка. – Сейчас брат больше занят другими делами, возникшими в связи с потерей количества шиноби Суны. – По велению старших управляющих молодняк натаскивает. – больше утверждал, чем предполагал Наруто. – Мне тоже предстоит заняться этим в свободное от миссий время. – оповестил Гаара. – Ясно, касательно миссий для нас конкретно, известно что-нибудь, кроме того, что они собственно будут? – обратился коноховец к девушке. – Да откуда? Считай, мы только вернулись, да и твой уровень по хорошему нужно бы проверить. Не то чтобы в выданном тебе чунинском звании кто-то сомневается, особенно с учётом твоего учителя. Но удостовериться лишним не будет. – пояснила Темари. – Понятно, до выхода за стены Суны ещё есть время. – удовлетворительно кивнул Наруто. – А до этого можно несколько совместных тренировок устроить. Ещё немного переговорив о всяком не столь важном, как например о том, что Наруто и Темари уже успели побывать на серьёзной миссии, а Гаара вот только-только, не без внезапной помощи соотечественников, отбился от бывших мастеров оружейников, шиноби решили расходиться. Суновцы, а конкретнее единственная девушка в компании, хотела продолжить разговор, попытавшись разузнать побольше о своём будущем муже, так как его история жизни в Конохе вызывала некоторые вопросы. Однако Узумаки пока не горел желанием вести задушевные беседы, и пообещал вернуться к этой теме как-нибудь потом, так как история эта не сказать, что долгая, скорее сложная в повествовании. Диалог по сути зашёл в тупик, а после и Гаара, сославшись на дела, покинул компанию сестры и друга. И нет, то была именно что занятость, а не тактичный ход, позволивший бы Темари и Наруто остаться наедине. Не настолько пока ещё научился чувствовать ситуацию джинчурики Однохвостого. Девушка на что-то рассчитывала по такому случаю, но Узумаки намекнул, что их уже давно так прослушивают, а потому, какие бы намерения куноичи не имела, ничего серьёзного обсудить не выйдет. Конечно, обеспечить приватность для ученика лучшего мастера фуин Конохи было делом применения пары заготовок, но тот сам не желал пока начинать сложный диалог. Наруто лишь условился встретиться с Темари завтрашним днём и, распрощавшись и поблагодарив за гостеприимство, удалился.

***

– Ну, по крайней мере я могу не так сильно переживать за тылы. – подумал я по окончанию своеобразного похода в гости, возвращаясь в свои апартаменты. – Гаара более или менее адекватен. Ко мне претензий тот иметь не будет пока я на их стороне. Я как-то не собирался отклоняться от изначального замысла, так что всё норм. Другое дело, меня напрягают местные власть имущие. Почти сразу пара местных ниндзя установили за нами слежку, как только мы покинули моё временное жильё, да и точно с помощью каких-то дзюцу прослушивали наш разговор в доме Собаку-но. Чакровые следы что техник, что их пользователей я срисовал почти сразу, но по первой, пока гуляли по Суне, не особо придал этому значения, а после опасался реакции «друга». Биджу знает, как Гаара отреагировал бы, хотя не факт что сам не запалил следящих, может как раз его «дела» именно с ними и связаны были? Не суть. Одной вероятной проблемой меньше. Вот насколько плотной слежка будет – вопрос открытый и весьма волнующий. После недавнего мне как-то претит плотный надсмотр. Мне и Одиннадцатого хватит за глаза, если ещё местные «мозолить взгляд» будут, моё раздражение скакнёт на новый уровень, что даст прямо обратный эффект от желаемого теми, кто посылает следящих. Ладно, это, опять же, не столь критично на фоне кое-чего другого. Есть то, что напрягает меня гораздо больше. Очень знакомые эманации сильной чакры. Её мизер, почти и не осталось, но она есть. И стоило только данным мыслям проскочить в моей голове, я переступил порог квартиры и на автомате прислушавшись к своим ощущениям, едва вздрогнул. Ощущения остаточных чакровых следов. Быстрая проверка простейших контуров, что развернул из нескольких заготовок перед уходом показал, что таки здесь кто-то был. При том почти и не заморачивался с обходом. Лишь позаботился, чтобы бдящий оперативник не всполошился. В груди образовалась тяжесть. Недра апартаментов теперь для меня казались непредсказуемым и даже опасным для моей жизни местом. И то, что я практически ничего не ощущал, а точнее ощущал нечто странное, не успокаивало от слова «совсем». Собрав волю и начиная экстренно разгонять чакру по телу, я сделал первый шаг. Как ни странно, но я ждал много но не ловушки. Да, казалось бы, идеальный момент для того, чтобы взять меня живым. Вот только мелкие детали говорят о том, что тот, о ком я думаю, не за этим пришёл. Однако, я несколько ошибся и понял, что меня так смущало. Сбитый какой-то маскировочной техникой фон моей Инь-чакры не дал полной картины. Внутри квартиры не оказалось никого из людей, но была… змейка. Белая маленькая змея, что при моём появлении сразу активизировалась, начав неспешно нарезать круги по столу в гостиной, где собственно и была спрятана от лишних глаз хитроумной печатью. – Ну и что Орочимару от меня понадобилось? – усаживаясь на диван рядом со столом, обращаюсь к чешуйчатой животине. Призывной зверь явно понял адресованный даже не совсем ему вопрос, пусть и не ответил, но выплюнул свёрнутый в трубочку клочок бумаги. – Делай то, что считаешь должным, а об остальном позабочусь я. – прошептал прочитанное послание. – Я рядом. – гласила короткая приписка. Я сразу же обернулся, но вопреки ожиданиям, не увидел никого. Вот вообще легче не стало. И я конечно осознаю, что вряд ли Орочимару решил бы по такому случаю спрятаться под кроватью в спальне или в шкафчике с посудой на кухне, но для успокоения нервов я не только это проверил, осматривая все места квартире, куда мог забраться этот верткий тип. Передёрнувшись, я успокоил себя тем, что если бы Змей хотел что-то сделать, наверняка уже сделал бы, и данная записка не имела бы значения. Ик стати о ней, а точнее о том, кто мне её притащил. Белая змейка, когда я перестал с настороженным видом по комнатам шарахаться, подползла ближе ко мне, и пару раз высунула свой раздвоенный язычок, смотря прямо на меня снизу. Я по наитию протянул к ней руку и как-то запоздало понял, что на мне использовали лёгкое ген-дзюцу. Каюсь, как подуспокоился, расслабился. При полной концентрации, наложение иллюзии осталось бы лишь попыткой, а не успешным действом чешуйчатого червяка. Так вот, стоило моей конечности приблизиться достаточно, змейка прыгнула и обвилась вокруг моей кисти, укусив себя за хвост, обратилась в простой, но от того не менее красивый браслет со схематичной гравировкой, собственно змеи, кусающей себя за хвост. Единственное примечательное – глаза словно представляли собой мелкие поблёскивающие драгоценные камни чёрного цвета. – Занятно, но Орочимару ведь не может не понимать, что открыто я данную безделушку не смогу носить. – тихо проговорил я, разглядывая обновку. В ответ мне пришёл недовольный посыл, что мол, никакая она не безделушка. Опять ген-дзюцу, подействовавшее, так как я смотрел в глаза «браслета». – Ладно-ладно, ляпнул не подумав. Но вопрос остаётся открытым. На это призывная животина снова обратилась настоящей змеёй и юркнула в один из кармашков на одежде, а затем по складкам залезла в подсумок. Показавшаяся мордочка вновь высунула язык я «взглядом выразила» весь скепсис относительно моих умственных возможностей. – Допустим. – не стал я конкретизировать и спорить с ехидной ползучей гадиной. – Но кормить я тебя на миссиях не смогу. Призывать тебя, так как свитка контракта со змеями нет, так что придётся изворачиваться. Наглый белый шнурок изобразил страдальческую мину, насколько это вообще было возможно со змеиной мимикой, и выскочив из подсумка, пополз по полу в неизвестность. – Ладненько… – только и смог подвести итог ситуации. С какой-то стороны даже спокойнее, что Змей наконец проявил себя. А вот то, что он опять где-то в Суне ошивается, поражает его наглости и безалаберности местных. Если Орыч опять под кого-то из власть имущих маскируется, я вообще в песчаниках разочаруюсь. А ведь это скорее всего так, раз отступник сказал делать то, что считаю должным, а остальное он возьмёт на себя. Ладно. Надо подумать. Сообщать ли вообще Одиннадцатому. Чего ожидать от Орочимару. Неужто собирается помочь мне отсюда без особых подозрений слинять? Если так, то… даже не знаю. Хм…