Любви все возрасты покорны?

После звонка, все ученики уже были в классе. Многие доставали свои школьные принадлежности, кладя их на стол, другие не могли ещё проснуться, устало сидя на стуле. Но вот Энид уже давно проснулась, трезвость к ней пришла сразу после утренней выходки Уэнсдей на её бедрах. Вспоминая об этом, Энид закусила губу и незаметно потрясла головой, чтобы убрать лишние мысли. Она открыла учебник по психологии и увидела тему, которая описывала её состояние. — Здравствуйте, — поздоровалась с классом Энид, — Сегодняшний темой факультатива будет ревность во всех её проявлениях и то, как она может влиять на человека, — светловолосая написала на доске название и стала ждать, когда ученики перепишут её в тетрадь. Резко в дверь постучали и открыли. — Извините за опоздание, — безэмоционально сказала Уэнсдей, дожидаясь разрешения войти. После она села за первую парту и начала доставать тетрадь. Ровно за ней сел Ксавье, что сразу заметила Энид. Длинноволосый парень улыбался и часто смотрел на Уэнсдей, что начинало раздражать Синклер. Она выпрямилась в спине и повернулась к другим ученикам, чтобы не замечать эту «парочку». — Кто может сказать, что такое вообще ревность? — спросила Энид, смотря на класс, она хотела услышать ответ от любого человека, кроме Уэнсдей, потому что понимала, что ученица всё заметила. «Да, Энид, ты то точно знаешь, что такое ревность» — подумала учительница. — Я думаю, — начала одна из учениц, — Ревность — это абсолютное нежелание делится любимым человеком с кем-либо. Энид кивнула головой, принимая теорию ученицы, но это было не совсем верно. — Почти, — сказала Энид, боковым зрением смотря на Уэнсдей и её реакцию, — Ревность — яркое эмоциональное чувство собственничества, усиленное эгоизмом, желание безраздельно распоряжаться другим человеком, которое обычно выражается в недоверчивости и подозрительности. — Получается, человек может ревновать, даже не находясь в отношениях с объектом ревности? — резко спросил Ксавье. — Да, мистер Торп, и это намного частое явление, — Энид хотела нормально ему ответить, но сама того не желая, почти нагрубила ему. — Ревность — это не любовь, а скорее желание ее иметь или же страх ее потерять, а значит, стресс. Согласитесь, что при таком подходе ревность теряет большую часть своей привлекательности, — вступила в диалог Уэнсдей, — А вы когда-нибудь ревновали? — наглость этой девушки поражала Энид. Энид задумалась над тем, что ответить. Ученики ждали, поэтому отвечать надо было быстро. — Были такие моменты, — поверхностно сказала Синклер, — Но я стараюсь искоренять в себе такое чувство. Дальнейшие уроки прошли более-менее нормально, главным плюсом для Энид было то, что как минимум до вечера она не увидит Уэнсдей, и та не будет ей мешать. Но рассказывая очередную тему урока, мысли Синклер то и дело возвращались к проклятой Уэнсдей. Та весь урок делала намёки Энид, которые понимали только они двое. Светловолосая старалась не реагировать на них, но Уэнсдей всё равно продолжала. Нервы преподавателя скоро не выдержат.

***

Уэнсдей уже во всю сидела в библиотеке, обложившись книгами, которые хоть немного подходили по тематике её поисков. Она понимала, что ей нужно будет пробраться в запретную секцию, но без помощи своего преподавателя, Уэнсдей не сможет попасть туда. Только у учителей есть нужные ключи. Захлопнув очередную книгу, и поставив ей на полку, Уэнсдей села на край стола, раздражённо считая минуты — Энид опаздывала. — Извини, — заворачивая из-за угла, сказала Энид, — Самый «умный» ученик доставал меня вопросами, кое-как от него сбежала. — Конечно, вы самый популярный преподаватель в нашей школе, — с усмешкой ответила Уэнсдей, — Некоторые уже влюблены в вас. Энид вопросительно посмотрела на Уэнсдей, подходи ближе к ней. Синклер, конечно, понимала, что она работает с подростками, но заводить роман с шестнадцатилетней она не хотела. Хотя… она уже не уверена в своих моральных принципах. — Это детский лепет, меня такое не интересует, — пытаясь не попасться на провокацию Уэнсдей, ответила Энид. — Я заметила, — произнесла Аддамс и спрыгнула со стола, идя в сторону запретной секции для учеников, — Вы собираетесь идти или так и будете стоять? Синклер ускорила шаг и подошла к решетчатой двери, доставая ключи из кармана. Уэнсдей стояла сбоку, ожидая дальнейших действий Энид. — Имей в виду, ты никому об этом не скажешь, — предостерегающе сказала Энид, — Меня с лёгкостью могут уволить за то, что я сейчас делаю. — Я никогда никому ничего не говорю, — со строгостью ответила Уэнсдей, её раздражало то, что Энид могла усомниться в ней. Открыв дверь девушки зашли в большое помещение, оно казалось бесконечным из-за стеллажей с книгами. Так как было уже позднее время, освещение было плохим, но зато закат розовым светом освещал узкие коридоры. — И куда же нам идти? — спросила Энид. Она и правда была здесь впервые. Всё больше её охватывала тревога, потому что ученица всё больше капалась к правде. — Просто идите за мной, — ответила Уэнсдей и направилась в глубь помещения. — Я смотрю, ты здесь не впервые, да? — усмехнулась светловолосая, — Как легко ты находишь путь. — Да, у меня была возможность побыть здесь, — резко Уэнсдей останавливается и заворачивает в маленький коридор из стеллажей, — Вот здесь. — И что нам нужно найти? — Энид не понимающе смотрела на кучу неизвестных ей книг. — Нам нужно найти книгу с надписью «2019», — сев на корточки, чтобы быть ближе к самым низким книгам, ответила Уэнсдей, — Именно в этом году вы закончили эту школу. Энид широко раскрыла глаза от удивления. Эта девчонка высчитывала дату того, когда она закончила школу и даже не скрывает этого. Аддамс улыбнулась самой себе и достала нужную книгу, показывая преподавателю. Открыв её, она перешла к оглавлению. — Неужели ты так быстро нашла? — Энид смотрела то на книгу, то на свою ученицу. — А вы сомневались? — тёмноволосая подняла взгляд. Уэнсдей начала быстро листать, находя нужную страницу, и, кажется, по её взгляду она нашла то, что искала. — С середины первого семестра, — начала читать вслух Уэнсдей, — В Неверморе стали происходит необъяснимые убийства, как учеников, так и просто людей в городе. У людей была насильствинная смерть, но полиция не могла найти никаких улик. Многие стали думать снова на школу, но прямых доказательств не было, — сердце Энид забилось быстрее, она не знала, что будет написано дальше, — Под подозрение попали все ученики, обладающие сверхъестественными способностями, — Уэнсдей победно подняла взгляд на Энид, — Что-то знакомое, да? — Да, — серьёзно ответила Энид, — Я посмотрю, ты очень горда собой. — Вы даже не представляете насколько, — Уэнсдей чувствовала уверенность, пока не посмотрела на Энид, — Неужели вы боитесь, что я раскрою вас? Энид приблизилась ближе к Уэнсдей, сокращая дистанцию. На это действие Уэнсдей сделала несколько шагов назад, чувствуя опасность. — А ты боишься, что я могу стать твоим ночным кошмаром, если ты вдруг что-то узнаешь? — задала встречный вопрос Энид, надвигаясь всё ближе. — Вы слишком уверены в себе, — сказала Уэнсдей, прижавшись спиной к стеллажу, — Раз думаете, что сможете напугать меня. Тем более, вы сейчас сами подтвердили своё участие в той ситуации. — Тебе не кажется, что ты переходишь границы? — спросила Энид, возвышаясь над Уэнсдей, ставя одну руку около её головы. — На сегодняшнем уроке, вы рассказывали о ревности, — резко вспомнила Уэнсдей, смотря в глаза напротив, — Вы привели пример из собственной жизни. — И что? — голос Энид стал низким, она знала, на что клонит Уэнсдей. — Вас задела ситуация с Ксавье, это было видно по вашим глазам, — резко Уэнсдей кладёт руку на шею Энид и притягивает ближе к себе, — Будете это отрицать? — Дорасти сначала, — взгляд светловолосой упал на губы Уэнсдей, это заметила вторая, — Меня не привлекает мысль о педофилии. — Кому вы врёте? — задала риторический вопрос Уэнсдей и резко приблизилась, целуя Энид. Синклер прижала Уэнсдей ближе к себе, проникая в рот языком. По телу моментально прошёл электрический разряд. Энид даже не представляла, что Уэнсдей будет такой податливой в её руках. Аддамс укусила преподавателя за губу, немного отстраняясь. — Я всё равно выведу вас на чистую воду, — быстро сказала ученица и вновь поцеловала Энид. Теперь уже Уэнсдей взяла контроль на себя. Схватив Энид за плечи, она быстро поменяла их местами: теперь уже Синклер была прижата к стеллажу. Аддамс пришлось привстать немного на носочки, чтобы дотянуться до преподавателя. Проводя языком по чужим губам, Уэнсдей запустила ладонь в белые волосы. Обе не знали, что будет дальше и как им теперь взаимодействовать. Но, кажется, у Уэнсдей появился план.